Бриджитт Гранвилль Главное | Уоллстрит

Наше призрачное инфляционное будущее

15 августа 2013  Источник /templates/new/dleimages/no_icon.gif http://www.forexpf.ru/
Среди всех проблем, обрушившихся на мировую экономику в последнее время, инфляция, кажется, заботит нас меньше всего. Решая проблемы экономического кризиса образца 2008 года, возникшего на почве чрезмерных долгов, политики не без оснований сконцентрировались на угрозе долговой дефляции, которая, в конечном счете, могла вылиться в депрессию. Однако считая инфляцию "вчерашним днем", мы лишаем центральные банки возможности эффективно решать насущные вопросы и готовим условия для восстановления ценовых давлений. Знание о том, как удалось победить Великую инфляцию конца 1960-х - начала 1980-х, может послужить для нас важным уроком в том, что касается устранения далеко идущих экономических последствий. Также, несмотря на то, что опыт тех лет сильно отличается от нынешнего положения дел, он позволяет нам понять, какие опасности ждут нас впереди. Первый полезный урок связан с ожиданиями. В послевоенный период экономическая мысль формировалась под влиянием доктрины о необходимости поиска компромисса между инфляцией и занятостью, основанной на экономических взаимосвязях, описанных Уильямом Филлипсом в 1958 году. Однако в 1970-е кривая Филлипса не сработала: тогда многие страны погрузились в "стагфляцию" (высокие уровни инфляции на фоне высокой безработицы).

Это укрепипло позиции Милтона Фридмана и Эдмунда Фелса, которые, в числе других, активно критиковали кривую Филлипса, утверждая, что она отражает лишь краткосрочные взаимосвязи. Если люди не ждут инфляцию, иллюзия роста покупательской способности может привести к увеличению уровня занятости и объема производства за относительно короткий период времени. Но как только рабочие понимают, что реальные зарплаты не растут, безработица возвращается к "естественным" уровням, соответствующим стабильной инфляции. Затем, сторонники экономического неоклассицизма, в частности, Роберт Лукас и Томас Саргент, показали, что стоит людям узнать о манипуляциях с инфляцией в целях повышения рыночного оптимизма, как действия монетарных властей теряют свою эффективность. В результате мы имеем рост цен и никаких новых рабочих мест. Эти идеи в сочетании с успешной политикой, реализованной Федрезервом под руководством Пола Волкера, привели многие страны к стратегии эксплицитного инфляционного целеполагания, в рамках которой центральные банки стабилизируют инфляционные ожидания при помощи обязательства поддерживать темпы роста цен на определенном уровне. К 1990-м годам в развитых странах инфляция уже мало кого интересовала, в развивающемся мире наметилась аналогичная тенденция.

Сегодня ФРС снова играет с ожиданиями. Но теперь, чтобы устранить угрозу дефляции и депрессии, Банк делает ставку на целевой уровень безработицы - ниже 6.5%. Председатель Федеральной резервной системы Бен Бернанке в конце мая заявил о том, что как только наметится прогресс в этом направлении, ФРС начнет "сокращать" свою программу покупки долгосрочных активов, известную как количественное ослабление или QE. Эта перспектива уже обусловила новую волну волатильности на финансовых рынках. В июле Бернанке попытался успокоить инвесторов, намекнув на то, что ФРС не станет отказываться от своих монетарных стимулов, в случае неадекватного роста уровня занятости в условиях устойчиво низкой инфляции. Эта позиция отражает двойственность обязательств ФРС: Центробанк должен стремиться к максимальной занятости и ценовой стабильности одновременно. Однако добиться доверия, необходимого для контроля над ожиданиями, очень сложно - иногда просто нереально - если банк преследует одновременно две цели. Как следствие, неопределенность может спровоцировать рост волатильности, особенно на рынке облигаций, и затормозить процесс восстановления экономики (например, за счет роста долгосрочных ставок по ипотеке), или повысить инфляционную угрозу в будущем.

Между тем, доверие, которое ассоциируется с преследованием только одной инфляционной цели, ничем не ограничивается. Таким образом, ФРС и другим центральным банкам выгоднее следовать только одной, инфляционной цели, а затем использовать рост доверия для стимулирования экономики, при необходимости. Например, центральный банк может объявить о том, что экономические условия в течение, скажем, ближайших двух лет, требуют повышения инфляционной цели в два раза от обычных значений, то есть, от 2%. Такой подход снизит риск долговой дефляции, но, в то же время сдержит рост инфляционных ожиданий и не позволит ценам резко вырасти по мере стабилизации экономики. Такие превентивные меры особенно важны в контексте второго урока периода "Великой инфляции": не бывает ценовой стабильности без фискальной дисциплины. Высокий дефицит бюджета в течение мноих лет может привести к неконтролируемому росту долга, если, конечно, этот долг не реструктурировать и не уничтожить инфляцией. Судя по всему, США - и, предположительно, Великобритания - планируют начать сокращение QE, когда экономика начнет расти быстрее, безработица снизится, а доходы правительства и домохозяйств снова пойдут вверх. Но достаточно ли быстро будут расти налоговые поступления, и смогут ли они компенсировать растущую стоимость обслуживания государственного долга?

Даже если государственный долг перестанет накапливаться с той же скоростью, старые долги никуда не денутся - их придется выплачивать. Тут лучшее лекарство - управляемый рост инфляции. То есть, уже упомянутое повышение инфляционной цели для снижения реальной стоиомсти гос. долга и устранения угрозы гораздо более серьезного инфляционного шока в будущем, который может произойти в том случае, если ожидания выйдут из-под контроля. Этот подход может сработать в США, но Европейский центральный банк лишен возможности повышать инфляционную цель. Хотя прошлым августом он и пообещал скупать краткосрочные государственные облигации на кризисных рынках в неограниченном количестве, активация программы прямых монетарных операций требует выполнения жестких условий и дальнейших фискальных ограничений. Таким образом, у европейских стран нет надежды на экономический рост. В этом контексте страны Еврозоны с наиболее высоким уровнем долга будут вынуждены заставить своих кредиторов принять условия реструктуризации гос. долга. Наиболее предпочтительной альтернативой этому решению будет девальвация - то есть, развал Еврозоны. Но если опоздать с ней - а, скорее всего, так и будет - все равно придется прибегнуть к реструктуризации. В ближайшие годы Европе придется скакать из огня депрессии да в полымя инфляции. Вот тогда-то все вспомнят про уроки Великой инфляции.
При полном или частичном использовании материалов - ссылка обязательна http://elitetrader.ru/index.php?newsid=186177. Об использовании информации.