Сохраняются шансы, что декабрь принесет инвесторам только разочарование

Дарья Желаннова, замдиректора аналитического департамента компании "Альпари"; Михаил Аристакесян, начальник отдела анализа информации мировых рынков УК "ФИНАМ".

ДМИТРИЕВ: Добрый день, уважаемые радиослушатели, в эфире «Финам FM» программа «Сухой остаток», зовут меня Олег Дмитриев. Сегодня, как и всегда в это время, мы будем говорить о том, что происходит на финансовых рынках, обсуждать текущую динамику и строить прогнозы – что, как известно, дело неблагодарное. Вот таким нелегким делом изо дня в день мы занимаемся в прямом эфире.

Прежде всего, я представляю сегодняшних гостей, с огромным удовольствием. В студии «Сухого остатка» Дарья Желаннова, заместитель директора аналитического департамента компании «Альпари», Даша, добрый день…

ЖЕЛАННОВА: Добрый день.

ДМИТРИЕВ: …И в студии Михаил Аристакесян, начальник отдела анализа информации мировых рынков управляющей компании «ФИНАМ», Михаил, добрый день.

АРИСТАКЕСЯН: Здравствуйте.

ДМИТРИЕВ: Уважаемые слушатели, телефон студии, телефон прямого эфира – 65-10-99-6 (код Москвы – 495), сайт компании – www.finam.fm, звоните, пишите, задавайте свои вопросы, делитесь собственными мыслями по поводу.

Ну и давайте также традиционно я начну с того, что нарисую картину маслом: что происходит и произошло к этому времени, 15.06 в Москве, на финансовых рынках, начиная со вчерашнего закрытия Соединенных Штатов Америки?

Итак, что мы видим? Закрылась Америка вчера в легком все же минусе. А именно: Dow Jones снизился на полпроцента, S&P 500 потерял 0,3%, и в минусе на 0,1% закрылся индикатор… индекс высоких технологий по имени NASDAQ.

Далее смотрим на Азию. Сегодня отличился Nikkei 225 в том плане, что снизился на 2%, и слегка укрепилась японская иена, что логично. А Shanghai Composite, напротив, вырос больше чем на процент.

Европа сегодня практически в нулях: Footsie 100 стоит на нулевой отметке или, точнее, чуть-чуть снижается, на 0,06%. А наши сегодня отскакивают, тем не менее: РТС подрастает на полпроцента, индекс ММВБ в плюсе на 0,3%. Ну, и, как было заявлено в новостях, рубль продолжает снижение.

Сплошные интриги!.. Даш, скажи?

ЖЕЛАННОВА: Сплошные разочарования.

ДМИТРИЕВ: Больше того, смотри, сырье, смотрим на сырье: Brent – почти 112 долларов. Но все равно – это же цифирь! Light Sweet – 97,33. Золото, правда, продолжает потихонечку свой путь: 1212 за тройскую унцию. Евро/доллар без изменений, слегка подрос – 1,3590. Но нефть, нефть! Страшное дело.


Ну и давайте набор голубых фишек быстренько я озвучу. Разнонаправленно сегодня выглядит рынок. Тем не менее, смотрите, лидеры роста: «Аэрофлот» – 4,5%, не просто так, далее, почти 2% прибавляет «Сургутнефтегаз», и 1% прибавляет «Роснефть». В легком плюсе, на полпроцента, «Газпром», полпроцента прибавила «Русгидро»… Что тут еще можно отметить? А, и чуть больше процента «АвтоВАЗ», кстати, растет. Снижаются сегодня в основном металлурги, по известной причине: «НЛМК» – минус 0,1%, «Норникель» уже символические 0,2% в минусе. И «Сбербанк» еще, кстати, сегодня минусе на 0,1%. «Северсталь» на полпроцента в минусе.

Вот такова картина маслом… Даша, сразу же, давай, чтобы не было интриги: «сплошные расстройства», как ты сказала – что тебя расстраивает?

ЖЕЛАННОВА: Меня расстраивает падающий рубль.

ДМИТРИЕВ: Да. Почему, кстати? В преддверии Нового года ты запаслась этими рублями, чтобы сделать приятное своим родным и близким...

ЖЕЛАННОВА: Конечно, купить подарков.

ДМИТРИЕВ: …А оно вон чего, да?

ЖЕЛАННОВА: А оно вон куда, да.

Нет, на самом деле это вполне логично. Несмотря на то, что нефть стабильно дорогая, 112 по Brent это круто, но, к сожалению, курс правительства, о котором мы уже с вами говорили, который был объявлен еще в мае текущего года, он никаким корректировкам не подвергся. И по действиям Центробанка мы это видим, курс пока отпускают. С учетом того, что к концу года традиционно идет наращивание госрасходов, давление будет немножечко усиливаться. Каких-то страшных падений мы, конечно же, не ожидаем, но, к сожалению, пока нет факторов, останавливающих движение вниз.

ДМИТРИЕВ: То есть можно ожидать его дальнейшего ослабления в какой-то степени, да?

ЖЕЛАННОВА: Да. До конца года – да. В следующем году уже другая должна быть картина.

ДМИТРИЕВ: Ну, в следующем году мы встретимся, и будем обсуждать это в следующем году.

ЖЕЛАННОВА: Нет, но надо же верить во что-то!

ДМИТРИЕВ: Нет, тут до конца дожить бы! Целый месяц еще.

ЖЕЛАННОВА: Осталось-то.

ДМИТРИЕВ: Жесткий месяц остался.

ЖЕЛАННОВА: Жесткий, да.

ДМИТРИЕВ: Миша, скажи, пожалуйста, как начальник отдела анализа информации мировых рынков: вот это вот противоречие оно, в принципе, уже нормально воспринимается – высокая нефть и слабый рубль? Или, точнее, так: на растущей нефти – падающий рубль. Это просто какой-то, я не знаю, апокалипсис.

АРИСТАКЕСЯН: Ну, в принципе, нефть скорее в боковике находится. То есть особо сильного усиления нет.

ДМИТРИЕВ: Ну, давай так: у верхней границы этого боковика.

АРИСТАКЕСЯН: У верхней границы, да. Соответственно, опять же нужно учитывать, что имеем отток капитала. Тем более текущая ситуация с отзывом лицензий у банков добавила нервозности на рынок. Понятно, что те, у кого дела в аналогичной ситуации, по всей видимости, активно конвертировали валюту и выводили средства во избежание каких-либо эксцессов. Также нужно отметить, ну да, я согласен с Дарьей, что мы имеем увеличение госрасходов в конце года. Также хотелось бы отметить, что будут значительные выплаты по внешнему долгу – соответственно, опять же нужно конвертировать.

ДМИТРИЕВ: Это все на конец года, да?

АРИСТАКЕСЯН: Да, как раз в декабре. С другой стороны, будет некоторая поддержка рублю в том плане, что он будет закрывать балансы, то есть какой-то спрос экспортеров может быть. Тем не менее, в целом я думаю, что рубль все-таки продолжит снижаться. То есть не агрессивно, но, тем не менее, тенденция к откату будет продолжаться, к ослаблению. Потому что, к сожалению, каких-либо факторов, которые могли бы…


ДМИТРИЕВ: Поддержать.

АРИСТАКЕСЯН: …Сказать о том, что тенденция сломлена и рубль начнет хотя бы краткосрочно уверенно укрепляться, на данный момент не просматривается.

ДМИТРИЕВ: Ну а насколько все-таки глубоко ты видишь падение рубля против доллара?

АРИСТАКЕСЯН: Если брать до конца года…

ДМИТРИЕВ: Ну, не ниже нынешних годовых, да?

АРИСТАКЕСЯН: Думаю, что не ниже. Потому что такого сильного негатива нет. То есть мы видим фактически продолжение тех же тенденций: уменьшение платежного баланса, отток капитала, который весь год не прекращается, плюс, я говорю, выплаты по валютным обязательствам, опять же замедление темпов экономического роста, тот же Минэкономразвития…

ДМИТРИЕВ: Кстати, а вот такая, ну, серьезная, но с точки зрения макроэкономики локальная проблема, локальная история, как ситуация в банковском секторе в нашем, с отзывом лицензий, со всеми этими историями. Вот о рублях, Даша, о которых ты заговорила с сожалением: они у тебя где-то на счету лежат в каком-то банке или ты уже их обналичила?

ЖЕЛАННОВА: Нет, я же говорю – я патриотична просто до мозга костей.

ДМИТРИЕВ: Серьезно?

ЖЕЛАННОВА: Да.

ДМИТРИЕВ: А как эта твоя патриотичность выглядит, ну-ка расскажи?

ЖЕЛАННОВА: Ну, в моей концепции мира рубль должен быть сильным. Мне не нравится, когда он валится.

ДМИТРИЕВ: Понятно. Тем не менее, смотри, сегодня начались выплаты, раз уж об этом заговорили, страховых сумм пострадавшим нашим согражданам. И логично предположить следующее: вот они получили по 700 тысяч – что с ними делать-то? Пойти тратить? Или куда-то положить в другой банк?.. А может быть, Миша, кстати, тоже вариант – перевести в доллары США, и тогда тенденция к ослаблению рубля продолжится, да?

АРИСТАКЕСЯН: Лучше уж в юани тогда.

ДМИТРИЕВ: Класс!.. Даша, давай.

ЖЕЛАННОВА: На самом деле, вариантов – масса. Если человеку ближе какой-то такой банковский депозит, я бы на его месте выбирала госбанки, которые известны, которые надежны, которые сейчас системообразующие… Кстати, ЦБ сегодня обнародовал набор критериев, по которым будут выделены именно системообразующие банки. Порядка 20 банков туда попадают, и как раз первая пятерка там стоит совершенно ожидаемо.

ДМИТРИЕВ: Видела этот список, да?

ЖЕЛАННОВА: Да. Соответственно, если человеку спокойно и комфортно доверять банку, то нужно, по крайней мере, доверять не каким-то там непонятным… которые обслуживают теневой сектор, а вот тем, которые под контролем, которые в любом случае будут спасены.

ДМИТРИЕВ: А если и это некомфортно? Потому что, ну, народ нервный, естественно: накануне Нового года происходят какие-то события…

ЖЕЛАННОВА: Нет, минуточку. Если мы хотим заработать денег к Новому году…

ДМИТРИЕВ: Нет, не заработать – сохранить, что ты! Слава богу, 700 тысяч выдали мне – куда их девать-то? Под подушку положить?

ЖЕЛАННОВА: Мне нравится вариант – пойти и купить подарков семье.

ДМИТРИЕВ: На 700 тысяч?

ЖЕЛАННОВА: Ну, почему нет? В конце концов, щедрость она окупается.

ДМИТРИЕВ: Гулять так гулять, да?

ЖЕЛАННОВА: Гулять так гулять, в конце концов.

На самом деле, вариантов масса, при хорошем отношении к риску можно всегда пойти на любой сектор финансового рынка, который более близок. Фондовый рынок я бы сейчас не порекомендовала, потому что там очень низкая ликвидность, не очень интересно. Forex нас всегда радует своей динамикой и волатильностью. И есть другие активы. То есть, в принципе, точек приложения – масса, все зависит от пожеланий.

ДМИТРИЕВ: Я понял, ладно, в зависимости от пожеланий. Сейчас мы обсудим собственно эти альтернативы, потому что я, честно говоря, не особенно их многообразие вижу. Сейчас новости, а потом продолжим.

ДМИТРИЕВ: Итак, друзья, продолжаем эфир, «Сухой остаток» на «Финам FM», меня зовут Олег Дмитриев. Сегодня в студии Дарья Желаннова, заместитель директора аналитического департамента компании «Альпари», и Михаил Аристакесян, начальник отдела анализа информации мировых рынков управляющей компании «ФИНАМ». Мы обсуждаем, как всегда, все то, что происходит на рынках, ну и, в принципе, выделяем ближайшую перспективу до конца года. Потому что, конечно, нужно к этому светлому празднику новогоднему придти каким-то одухотворенным, радостным, оптимистичным. Вот этого оптимизма сейчас мы и поищем, где он, в какой он стороне.

Даша, давай вернемся к тому, что мы пытались найти альтернативы для применения этим капиталам. Ты говоришь, если кто-то этой позиции придерживается – можно в каком-то более крупном банке разместить эти деньги и вроде бы успокоиться на этом, да? А если кто-то сильно понервничал, и слово «банк» сейчас на него наводит…

ЖЕЛАННОВА: Тоску?

ДМИТРИЕВ: …Тоску, да, у него мурашки по коже бегут от слова «банк»? Ты говоришь, что есть другие альтернативы. Причем, я так понимаю, рассматриваем мы их не только с точки зрения сохранения, а еще и приумножения капитала. Расскажи, пожалуйста, поподробней.

ЖЕЛАННОВА: Ну, скажем так, можно выбрать любую инвестиционную компанию, которая по каким-то причинам человеку близка. Кто-то, может быть, доверяет металлам – есть куча продуктов, которые завязаны на металлы, начиная, там, от металлических счетов и заканчивая банальными опционами на металлы. Это все встраивается в кучу разных продуктов.

ДМИТРИЕВ: Мне нравится, как это говорят аналитики: «заканчивая банальными опционами»!

ЖЕЛАННОВА: Ну, извините, мы тут выпендриваемся немножечко.

ДМИТРИЕВ: Да, это понятно. Вот мне нравится, как это у вас происходит.

ЖЕЛАННОВА: Соответственно, компании сейчас предлагают ряд структурных продуктов, которые позволяют в значительной степени диверсифицировать свои деньги. И при этом есть определенный коэффициент защиты капитала, который человек опять же выбирает в зависимости от того, насколько он готов рисковать.

Поэтому если от слова «банк» настроение портится, надо идти на рынок. Если, опять же, у инвестора по каким-то причинам нет времени, желания и так далее заниматься самостоятельно своими инвестициями, там, идти в трейдинг, погружаться в графики, обставлять мониторами и так далее, всегда можно их отдать в доверительное управление. Благо вариантов – их масса.

ДМИТРИЕВ: Тем более что у нас здесь как раз представитель одной из управляющих компаний.

Даша, тем не менее, до новостей ты произнесла такую фразу, что на рынок акций ты бы сейчас не смотрела.

ЖЕЛАННОВА: Нет, не смотрела. Очень низкая ликвидность, нет драйверов ни в одну, ни в другую сторону. А мы на чем зарабатываем? На движениях. А когда все стоит ровненько, неоткуда взяться прибыли. И вот фонда́ сейчас, к сожалению, выглядит крайне грустно.

ДМИТРИЕВ: Ладно, грустить не будем… Миша, расскажи, пожалуйста, а что в управляющих компаниях сейчас, действительно, происходит? Там так же грустно или они все-таки находят какие-то альтернативы? Если да, то каковы, собственно, эти альтернативы, которые ты бы порекомендовал?

АРИСТАКЕСЯН: Ну, альтернатива – главное, что нужно рассматривать вложения и за пределами Российской Федерации. Если говорить только про Россию тут выбор весьма ограничен. Мы имеем 2-3 банка с известными названиями, если вы хотите жить спокойно. В принципе, эти 700 тысяч можно положить и в другие банки, с некоторыми треволнениями, но свои деньги вы получите, с некоторой задержкой. В то же время, если говорить о более существенных суммах, соответственно, понятно, что ставки по депозитам низкие, опять же, рубль слабеет – соответственно, нужны активы, номинированные не в рублях. То тут опять же такое вот пресловутое и всем известное слово – диверсификация.

ДМИТРИЕВ: Да-да.

АРИСТАКЕСЯН: И корзина.

ДМИТРИЕВ: Банальное, я бы добавил, слово. Миша, извини, пожалуйста, а вот если все-таки вернуться к банковскому депозиту, то рекомендовал бы ты его не рублевым, да? Вот по этой причине, о которой ты сейчас…

АРИСТАКЕСЯН: По большей части – да. Все-таки я говорю, диверсификация работает как по классам активов, так и по валютам. То есть опять же, традиционно советуется доллар и евро. На мой взгляд, также сейчас появляются банковские депозиты в швейцарских франках, даже в юанях можно найти. То есть если позволяют средства, нужно иметь валютную корзину.

ДМИТРИЕВ: Смотри, а интерес размещения средств в китайском юане – он чем обусловлен?

АРИСТАКЕСЯН: Ну, как мы видели, на прошедшем недавно в Китае третьем пленуме ЦК КПК была заявлена весьма обширная и радикальная программа реформ.

ДМИТРИЕВ: Я сейчас, извини, ностальгирую просто…

ЖЕЛАННОВА: Мы идем в рынок!

ДМИТРИЕВ: …Третий пленум Центрального комитета!.. Я просто человек постарше, и я помню, когда с экранов телевизоров объявлялись итоги третьего пленума… Или какой у нас был?

АРИСТАКЕСЯН: Так вот, несмотря на то, что в Китае у руля коммунистическая партия, тем не менее, они весьма хорошо разбираются в рыночной экономике. И, возвращаясь к пленуму, можно отметить: там было заявлено, что решающую роль будет играть рыночная экономика, распределение ресурсов и тому подобное. То есть Китай хочет стать экономикой номер один в мире.

ДМИТРИЕВ: Миша, я уточню. Но может же такое быть, что Китай подразумевает под словом «рыночная» что-то свое, не то, что большинство, да?

АРИСТАКЕСЯН: Нет, он подразумевает то же, что и все. Можно взять для сравнения Китай 2008 года и 1989 год в Японии. Если японцы в свое время пытались всеми силами поддерживать статус-кво, то есть увольнений не было, сохраняли занятость, сохраняли плохие кредиты, и до сих пор, собственно, из этого выбраться не могут…

ДМИТРИЕВ: Да, в ущерб себе.

АРИСТАКЕСЯН: …То в Китае, на самом деле, никаких ограничений на увольнение персонала не было. То есть они там весьма четко следуют рыночным условиям. То есть они более адаптивны к текущей экономической ситуации. Благодаря этому они достаточно хорошо прошли кризис. Если брать экономические показатели, то они значительно усилили свое влияние в мире по сравнению с 2008 годом и с тем, что сейчас.

Если помните, в прошлом году было много историй о пустых городах в Китае. Дескать, вот, они построили – и все смеялись, что они там понастроили. Тем не менее, как мы видим, они сначала все-таки думают, а потом уже делают. То есть эти пустые города как раз логично укладываются в текущие реформы, которые заявлены… о реформе так называемого института прописки в Китае. То есть когда там сельское население на данный момент практически не имеет шансов поселиться в городах и тому подобное. То есть, на мой взгляд, как раз города были построены под перемещение в них населения, под его урбанизацию и тому подобное. И, опять же, под движение производства с прибрежной части вглубь страны.

То есть, как мы видим, планирование там есть, причем весьма и весьма на хорошем уровне.

ЖЕЛАННОВА: Кроме того, они же отменили запрет на второго ребенка. Уже ведь рук не хватает. А их ведь где-то надо селить.

ДМИТРИЕВ: То есть то, что Китай может стать каким-то локомотивом или поддержать даже мировую экономику – это вещи, на твой взгляд, вполне реальные?

ЖЕЛАННОВА: Я бы сказала, что он уже вполне здорово ее поддерживает. И опять же мы неоднократно обсуждали уже, что когда у нас Европа в рецессии, в США одна проблема на другой, когда все говорят, что у нас мировая экономика замедляется, какие-то полтора-два процента уже почтем за счастье, у Китая в это время рост составляет 7,5%. Да, это не 10, но это 7,5, ребята, это серьезно.

АРИСТАКЕСЯН: Я хотел добавить, что при этом 7,5% показывает не крошечная экономика, а, извините, вторая по размеру экономика в мире. И 7,5% выглядят фантастически как раз. Собственно говоря, даже 5% будет очень-очень достойно.

ДМИТРИЕВ: Угу. Ну а какова аргументация вложений в юань все же?

АРИСТАКЕСЯН: То, что юань будет укрепляться. То есть страна, которая претендует на первое место в мире, должна иметь сильную валюту. Никак по-другому этого быт не может. Соответственно, сильная валюта означает приток капитала в страну.

ДМИТРИЕВ: Но давай отметим и то, что сильная валюта означает еще и более неблагоприятные условия для своих экспортеров.

АРИСТАКЕСЯН: А они как раз перенаправляют экономику на внутренний спрос.

ДМИТРИЕВ: А-а.

АРИСТАКЕСЯН: Это им как раз и нужно. Все говорят, что слабая валюта – это помощь экспортерам. Это да, но, с другой стороны, не нужно забывать, что в странах, не обладающих энергетической независимостью, это имеет оборотную сторону – удорожание ресурсов, энергоносителей. То есть, как мы видим, они проигрывают в одном, но выигрывают в другом. Тем более у них идет тенденция от смещения производства товаров с низкой добавленной стоимостью к производству товаров с высокой добавленной стоимостью. Если вы берете ширпотреб, текстиль, в Китае уже трудно найти… То есть это Бангладеш, Бирма, Лаос и тому подобные. То есть все производство с низкой добавленной стоимостью смещается в более бедные страны. В теории, подорожает Африка в последующем.

А если брать Китай, то он как раз перенаправляет экономику на внутренний спрос, и для этого высокий курс юаня – это хорошо. Мы уже упоминали, там у руля коммунистическая партия. Если брать историю, 2008 год: мы видели, что доллар укреплялся против всех валют, за исключением юаня.

ДМИТРИЕВ: Ты имеешь в виду именно момент глобального падения, да?

АРИСТАКЕСЯН: Да. То есть, там, и евро, и все остальные валюты слабели, юань же в кризисные моменты фактически не привязан очень жестко, там буквально копеечные изменения…

ДМИТРИЕВ: Доллар и иена, если мы говорим о валютном рынке.

АРИСТАКЕСЯН: Юань.

ДМИТРИЕВ: Нет-нет, в восьмом году.

АРИСТАКЕСЯН: Ну да, иена росла. Но вот я говорю, что в отличие от того, что иена ослаблялась в такие периоды, юань, наоборот, усиливался. Хотя, да, там усиление против доллара весьма и весьма ограниченное, порядка 2% в год, так как там весьма жестко за этим следит Народный бак Китая. Тем не менее, юань, на мой взгляд, имеет очевидный потенциал роста, и, собственного говоря, консервативным инвесторам уже следует начинать задумываться о переводе, понятно, что части какой-то своих активов…

ДМИТРИЕВ: А корзина опять, да?..

АРИСТАКЕСЯН: Естественно, корзина, потому что, понятно, все-таки мы говорим о будущем, Святого Грааля ни у кого нет, с точностью предсказывать этого никто не может. Тем не менее, учитывая, что все-таки деньги есть и с ними надо что-то делать, соответственно, нужно находить решение в текущей ситуации.

ДМИТРИЕВ: Даша, наверное, и поэтому в том числе уже на Московской бирже предлагают инструменты, номинированные в юанях, да?

ЖЕЛАННОВА: Их не только предлагают – недавно сровняли условия торговли в этих инструментах с основными парами.

ДМИТРИЕВ: Условия – что ты имеешь в виду?

ЖЕЛАННОВА: Условия торговли. То есть если раньше ряд технических моментов делали торговли в юанях не супервыгодной, то сейчас это все изменили и вывели юань как полноценную валюту, как евро, доллар, рубль. Соответственно, увидели невероятный приток, за несколько месяцев юань вырос в какие-то астрономические 20 раз или что-то такое. Понятно, что старт был маленький, но, тем не менее, рост был огромный. И опять же это демонстрация того, что наши экономики, в принципе, стараются выйти на более серьезный товарооборот и так далее, и спрос на валюту, на эти активы, естественно, растет. Поэтому очень здорово, что у нас биржа реагирует на последние тенденции.

ДМИТРИЕВ: А можно предположить, следуя этой же логике, что все большее количество коммерческих банков тоже будут предлагать депозиты, номинированные в юанях?

ЖЕЛАННОВА: Здесь вопрос в том, какую политику будет вести китайский ЦБ. Поскольку одно дело вкладываться в китайскую валюту и пытаться на этом заработать, а другое дело – мы понимаем, что основные операции все-таки веду банки, которые обслуживают внешнеэкономическую деятельность. Все равно это несколько разные понятия. Посмотрим, как они будут потихонечку отпускать свой юань. Пока очень жестко держат.

АРИСТАКЕСЯН: На мой взгляд, уже сейчас физические лица могут открыть такой депозит. Да, понятно, что придется поискать, но, тем не менее, это уже сейчас доступно. А с точки зрения Китая, на мой взгляд, препятствий не будет, они очень заинтересованы в развитии своей валюты, в увеличении ее оборота.

ДМИТРИЕВ: Я понял, спасибо. Давайте еще раз прервемся, послушаем новости на «Финам FM», а потом продолжим.

ДМИТРИЕВ: Итак, друзья, продолжаем эфир, «Сухой остаток» на «Финам FM». Говорим мы сегодня на тему происходящих событий на финансовых рынках. Ну и, собственно, совсем немного осталось у нас до окончания последнего месяца года, и хотелось, чтобы и рынок тоже не испортил нам предновогоднего настроения.

Я напомню еще раз, в студии сегодня Дарья Желаннова, заместитель директора аналитического департамента компании «Альпари», и Михаил Аристакесян, начальник отдела анализа информации мировых рынков управляющей компании «ФИНАМ». Телефон студии – 65-10-99-6 (код Москвы – 495), сайт компании – www.finam.fm.

Ну и давайте посмотрим на картину мира, что ли, более широко. Событий предостаточно и на этой неделе в том числе, и в декабре в принципе. Вот на что сделать акцент, и, вообще, ожидания какие? Я имею в виду то, что мы вновь переходим к разговору о политике Федрезерва, о ближайшей какой-то статистике на этой неделе по рынку труда, о заседании ЕЦБ на этой же неделе, ну и так далее и тому подобное.

ЖЕЛАННОВА: На самом деле, как мне кажется, все сейчас достаточно предсказуемо, поскольку мне сложно поверить в то, что на последнем заседании 17-18 декабря будут даны сигналы о скором сворачивании программы количественного смягчения. Не верю я, что до конца года они решатся. Статистика она в рамках ожиданий, сильного улучшения не видно, сильного ухудшения тоже. То есть там чуть-чуть приросло, чуть-чуть свалилось, если говорить про американский рынок труда. Поэтому оттуда сюрпризов мы не ждем.

Опять же, то, что Джанет Йеллен утверждена, ну, как минимум банковским комитетом Сената на пост главы Федрезерва, и мы знаем ее как ярую сторонницу супермягкой монетарной политики, это дает основания полагать, что, скорее всего, до середины следующего года Федрезерв не пойдет на то, чтобы начать какое-то сворачивание. Она выступала и говорила о том, что плюсов намного больше, чем минусов, что эпоха дешевых денег будет продолжена столько, сколько это будет нужно. И, в общем, на этой истории и растет американский рынок, просто как на дрожжах. Соответственно, сюрпризов я не жду.

С другой стороны, ФРС – это такой интересный орган, который может выкинуть все что угодно. Может быть, Бернанке под занавес своей деятельности…

ДМИТРИЕВ: Хлопнет дверью?

ЖЕЛАННОВА: …Да, хлопнет дверью, при этом сделав то, что нужно сделать, по сути. И разбираться с этим будут уже другие. Ну почему нет, в конце концов, они же властители финансовых рынков?! То есть такого нельзя исключать, но я, скажем так, не верю в это.

Что касается ЕЦБ, то они очень долго шли к понижению этой ставки. Наконец-то этот шаг свершился, мы порадовались, евро припало, а потом отыграло все свое падение. И уже сам Драги говорил о том, что до середины следующего года мы не пойдем на дальнейшее снижение ставки.

Соответственно, я не жду сюрпризов. Скорее всего, динамика будет плюс-минус та, которую мы видели.

ДМИТРИЕВ: И до конца года примерно то же самое, да?

ЖЕЛАННОВА: Да. Но тут и осталось-то, собственно говоря, немного.

ДМИТРИЕВ: Да, осталось ничего, согласен… Миша, как ты смотришь на Федрезерв? Будут или не будут сворачивать? Или вообще, может, никогда не будут сворачивать?

АРИСТАКЕСЯН: На мой взгляд, в декабре вероятность сворачивания близка к нулю. В целом, несмотря на все заявления ряда представителей ФРС, что нужно сворачивать и тому подобное, мы имеем следующую ситуацию.

На данный момент, благодаря программе QE, они выкупают на 540 миллиардов долларов в год трежерей. Найти покупателей на такой объем весьма проблематично. Надо не забывать, опять же возвращаясь к Китаю, что буквально на днях оттуда было заявление, что Китай больше не заинтересован в росте своих валютных резервов. То есть найти покупателя трежерис на полтриллиона долларов в год будет весьма проблематично.

Второе. Наверное, многие слышали о «сланцевой революции» в Штатах и о тому подобном. Что мы имеем? Что это, в принципе, только ведет к энергетической независимости Соединенных Штатов. А собственно энергоносители являются весьма существенной статьей их торгового баланса, дефицита. То есть мы будем иметь весьма существенно сокращение торгового дефицита. Это опять же приведет к тому, что уменьшится спрос на доллары и, как следствие, спрос на госдолг.

То есть, на мой взгляд, несмотря на всю риторику, как они значительно собираются сокращать выкуп облигаций, я не вижу. Да, какое-то косметическое, так сказать, сокращение, не знаю, там, 5-10 миллиардов долларов, может быть, можно сделать, но говорить о полном сворачивании, тем более если говорить еще про ипотечные бумаги, 85 миллиардов в месяц – я вот практически не вижу для себя такого.

Соответственно, на мой взгляд, такая ситуация будет способствовать оттоку из облигаций в акции американские. И, возвращаясь к тому, что мы говорили чуть ранее, то есть чтобы не сложилось впечатления, что надо только, там, юани покупать, нужно диверсифицировать вложения. Опять же, на мой взгляд, хотя американские акции на данный момент выглядят нельзя сказать, что дешево, тем не менее, возможная коррекция будет в январе-феврале, так как год будет для акций положительным. То есть фиксация прибыли, скорее всего, будет отложена на следующий год, если не случится каких-то чрезвычайных ситуаций. Соответственно, если в январе-феврале будет фиксация прибыли по фондовому рынку США, это как раз хороший момент для вложений. Потому что, несмотря на все проблемы, рынок США остается крупнейшим, самым ликвидным рынком. Поэтому если брать серьезные фонды, у которых имеются значительные средства, им, там, в Пакистане много не купить. Хоть там и растет на 45% с начала года, но…

ДМИТРИЕВ: На всех не хватит.

АРИСТАКЕСЯН: Да. Поэтому американский фондовый рынок остается весьма важной составляющей частью. И, соответственно, говоря о вложениях, нужно рассматривать часть вложений и туда тоже. То есть, да, может, акции по текущим верхам покупать не стоит, но, тем не менее, полностью исключать их из своих портфелей – это тоже, на мой взгляд, неразумно.

ДМИТРИЕВ: А вот некоторые ругают все то, что происходит сейчас на американском рынке, называя это пузырем. Ты не разделяешь такую точку зрения?

АРИСТАКЕСЯН: На мой взгляд, этот рынок поддерживается, как я говорил, перетоком капитала из облигаций. Все-таки доходности в облигациях будут расти, так как текущие сверхнизкие ставки поддерживать бесконечно невозможно. То есть одно даже заявление Бернанке в мае о том, что будет, возможно, сворачивание QE, привело к росту на 100 базисных пунктов, даже больше, по длинным облигациям.

ДМИТРИЕВ: Почти в два раза, да.

АРИСТАКЕСЯН: Это еще когда не сократили выкуп.

ДМИТРИЕВ: Да, а только сказали.

АРИСТАКЕСЯН: Соответственно, если произойдет отток капитала из облигаций, то, опять же, если брать американские доллары, кроме рынка акций, особо ничего не остается. Также корпоративные облигации могут быть интересны.

ДМИТРИЕВ: Но это к вопросу о диверсификации, да? С удовольствием разложил бы эти самые яйца в разные корзины, но корзин-то – раз, два и обчелся!

Даша, когда Миша заговорил о «сланцевой революции» в Соединенных Штатах Америки, ты заулыбалась.

ЖЕЛАННОВА: Да, я заулыбалась, потому что меня оставляет ощущение, что все равно за этим стоит боль пиара, чем реальных результатов. Опуская момент того, что с экологической точки зрения это просто ведет к катастрофе, это сумасшедшее загрязнение вод и всей окружающей среды, отметить можно то, что, насколько я смотрела отчетность, документацию, себестоимость добыч нефти сланцевой все равно неконкурентна в сравнении с добычей нефти традиционным способом.

Меня не оставляет ощущение, что вся эта сланцевая революция – это просто такой вот нагон, чтобы скорректировать цены на нефть таким образом, каким это будет выгодно Штатам. И объемы там, по-моему, тоже несопоставимы. Поэтому ресурсная независимость Штатов, о которой они кричат уже какое-то время, мне пока кажется сомнительной. Дальше, конечно же, посмотрим, но уже неоднократно появлялись разоблачающие материалы о том, что на самом деле, ну, ребята, там не о чем говорить, нечего сравнивать.

ДМИТРИЕВ: Это враги Соединенных Штатов, может быть, эти материалы публикуют.

ЖЕЛАННОВА: Может быть. Ну, везде же у всех свои враги – конечно же, они нам портят жизнь.

ДМИТРИЕВ: И свои друзья тоже, слава богу.

ЖЕЛАННОВА: И друзья, конечно.

ДМИТРИЕВ: Миша, тем не менее, ты веришь в штатовскую «сланцевую революцию»?

АРИСТАКЕСЯН: Ну, по факту по газу они уже стали первыми, в следующем году будут первыми и по нефти тоже. Да, там есть момент экологии, тем не менее, все-таки там технология улучшается. Хотя, да, конечно, там есть ряд вопросов. Другое дело, что сейчас Штаты хотят стать энергонезависимыми – соответственно, они мало на это будут обращать внимания. Также в связи с этим там начинает расти сейсмическая активность в тех районах, где раньше ее не было, встает и такой вопрос. То есть, тем не менее, на мой взгляд, в ближайшие 2-3 года, думаю, все-таки мы увидим рост сланцевой добычи в США.

Эти же вопросы останавливают подобные разработки в материковой Европе, но, тем не менее, англичане совершенно не против и тоже собираются начать разработку сланцевых месторождений. Китай весьма осторожно к этому относится, но тоже подумывает.

То есть, несмотря на все негативные моменты, на мой взгляд, к сожалению, в ближайшем будущем мы буде иметь значительное давление на нефтяные и газовые цены.

ДМИТРИЕВ: Вот об этом речь, да.

АРИСТАКЕСЯН: То есть, да, проблемы есть, все далеко не так радужно, как они представляют, тем не менее, как мы видим, на данный момент объемы добычи растут, от этого никуда не деться.

ДМИТРИЕВ: Ну, ладно, поживем – увидим.

Даша, твое мнение по поводу рынка акций интересно. По поводу рынка акций Соединенных Штатов Америки, конечно же. Доколе, сколько же еще ему расти, когда, наконец, случится долгожданная коррекция? Или, может быть, этот тот самый пузырь, который – пух! – и лопнет однажды?

ЖЕЛАННОВА: Пока печатный станок на всех парах печатает зеленые бумажки, он будет расти. Ну, просто это совершенно замечательная накачка, которая идет уже не первый год. И, собственно говоря, понятно, что на реальный сектор, для которого эта накачка анонсируется как помощь, на самом деле эти деньги не выходят. То есть они все оседают на балансах банков… ну, одним словом – на финансовом рынке. Поэтому пока идет печатание, ничего не остановится. Ну, то есть нет факторов.

Я ожидаю, что мы увидим некую нервозность, ну, такую скорее – локальную, в феврале, когда снова встанет вопрос моих любимых госдолгов и бюджета. Поскольку проблему снова отложили, решений никаких нет, поэтому впереди нас снова ждут некоторые баталии. С другой стороны, все необходимые решения все равно будут приняты – это тоже ясно как день. Но некоторую нервозность мы ожидаем. Опять же, Обаму уже немножечко подвинули с его программой. То есть он уже пошел на попятный, пошел на уступки. Какой план в итоге они продавят? Ну, в любом случае это будет некий политический торг, который все равно будет эту нервозность…

ДМИТРИЕВ: Ну да, сохранять.

ЖЕЛАННОВА: …Сохранять, да.

ДМИТРИЕВ: Если говорить о событиях января-февраля, когда твоя любимая тема, как ты выразилась, опять будет актуальна, ее решения окончательного ты ожидаешь или опять это будет сдвиг во времени, новый перенос на какой-то промежуток времени, может быть, до осени?

ЖЕЛАННОВА: Возможны оба варианта, скажем так. Все будет, наверное, зависеть от той конъюнктуры, которая сложится на текущий момент. В принципе, им ничего не мешает сказать, что, слушайте, что-то мы ничего не придумали – давайте еще полгодика подождем, и у нас будет новая комиссия все это дело расследовать и придумывать. И у них нет никакой, грубо говоря, палки сверху, да? Они и так стоят на вершине всей этой пирамиды, поэтому они командуют. С другой стороны, ну, уже пора бы определиться. Потому что рейтинговые агентства давно уже сильно нервничают.

То есть я бы ставил 50 на 50. Они в этом плане достаточно непредсказуемые ребята, и если вот этот торг все-таки не уляжется, могут спокойно еще взять таймаут.

ДМИТРИЕВ: Как говорил известный персонаж: «Я думаю, торг здесь неуместен!» А там как раз он уместен.

ЖЕЛАННОВА: Как раз уместен, да.

ДМИТРИЕВ: Миша, как ты вообще смотришь на проблему потолка американского госдолга?

АРИСТАКЕСЯН: Ну, к сожалению, на мой взгляд, все будет как обычно. В последнюю или даже за последнюю минуту что-нибудь отложат, перенесут… Самое смешное, что сейчас они даже не установили верхнюю линию госдолга – они просто установили временной интервал. А верхней границы на данный момент фактически нет. То есть казначейство может занимать, ну, сколько угодно. То есть оно может, там, с запасом занять…

ЖЕЛАННОВА: Насколько совести хватит.

АРИСТАКЕСЯН: …А потом пережидать, когда они там о чем-то договорятся.

ДМИТРИЕВ: Ну, да.

АРИСТАКЕСЯН: То есть на самом деле ситуация весьма любопытная: впервые там верхнего потолка, абсолютного значения нет. Есть лишь конкретика по времени.

ДМИТРИЕВ: И есть еще эфемерный параметр, который упомянула Даша, – совесть. Может быть, он сдержит в конечном итоге, будет этим верхним потолком? Хотя вряд ли, да.

ЖЕЛАННОВА: Слабая надежда на этот параметр.

ДМИТРИЕВ: Когда мы говорим о рынке чистогана – какая совесть может быть?!

Ладно, еще раз прервемся – новости на «Финам FM», а потом продолжим эфир.

ДМИТРИЕВ: Ну что ж, друзья, продолжим эфир, «Сухой остаток» на «Финам FM». В студии сегодня Дарья Желаннова, заместитель директора аналитического департамента компании «Альпари», и Михаил Аристакесян, начальник отдела анализа информации мировых рынков управляющей компании «ФИНАМ». Еще раз я напомню, телефон студии – 65-10-99-6 (код Москвы – 495), сайт компании – www.finam.fm. Ну и обсуждаем мы текущую ситуацию.

Поскольку это уже последняя часть программы, может быть, к прогнозам приступить нам с вами мало-помалу? Ну, во-первых, до конца года, уж поскольку мы с вами такой временной диапазон обсуждаем… извините за банальности, Даша, но, тем не менее, новогоднее ралли, рождественское ралли, какое-то другое, может быть, а может и не быть – как ты смотришь?

ЖЕЛАННОВА: Сильных каких-то драйверов к сумасшедшему росту не видно.

ДМИТРИЕВ: Сейчас мы о России говорим или в принципе?

ЖЕЛАННОВА: О России, наверное. Однако все-таки инвесторы – это люди, и ничто человеческое им не чуждо.

ДМИТРИЕВ: Не роботы торговые!

ЖЕЛАННОВА: Нет-нет-нет. И, традиционно, ралли все же бывает. Оно не сильное, я бы даже его, наверное, ралли не назвала, а некий умеренный оптимизм. То есть процентов, не знаю, 10…

ДМИТРИЕВ: Подожди, а что вытекает из того, что инвесторы это люди?

ЖЕЛАННОВА: Хорошее настроение, праздники, котировки компаний чуть-чуть подрастут…

ДМИТРИЕВ: Они подумают, что, мол, скоро Новый год – дай-ка я куплю, да?

ЖЕЛАННОВА: Дай-ка я куплю, да.

ДМИТРИЕВ: Нормально.

ЖЕЛАННОВА: Плюс, там, дивидендные выплаты. Ну, как-то все это радует. И вот этот позитив выливается на рынок.

Если говорить серьезно, то есть такая традиция на рынке, что, действительно, он отрастает немножечко. Говорить о том, что это фундаментальная длинная тенденция – абсолютно нет. Скорее локальный небольшой рост.

ДМИТРИЕВ: Причем я так подумал, извини, пожалуйста, что с точки зрения внешнего фона, наверное, до заседания Федрезерва кто-то что-то вряд ли будет покупать, да? Подождут же?

ЖЕЛАННОВА: А после – тем более.

ДМИТРИЕВ: А после там останется неделька.

ЖЕЛАННОВА: Опять же, если мы говорим об американских площадках, у них Рождество раньше. Соответственно, у них этот разгон еще меньше.

ДМИТРИЕВ: Еще меньше, да.

ЖЕЛАННОВА: И что там такого особенного произойдет? Я бы ничего особенного не ждала. Всегда, конечно, бывают неожиданные истории, но, тем не менее…

ДМИТРИЕВ: Да, Дед Мороз даже иногда приходит.

ЖЕЛАННОВА: Да, бывает.

ДМИТРИЕВ: Ты веришь в Деда Мороза?

ЖЕЛАННОВА: Я? Мы же уже обсуждали: верю.

ДМИТРИЕВ: А когда мы это обсуждать могли? В прошлом году?

ЖЕЛАННОВА: На прошлом эфире.

ДМИТРИЕВ: Но в прошлом году?

ЖЕЛАННОВА: На прошлом эфире обсуждали!

ДМИТРИЕВ: Ну не могли мы: на прошлом эфире это было лето!

ЖЕЛАННОВА: Осень уже была.

ДМИТРИЕВ: Очень была. Ну и какой там Дед Мороз?.. Ладно.

Миша, как насчет новогоднего, рождественского?.. Кстати, еще хорошая тема: предолимпийское ралли. Ну, хотя это будет уже следующий год, да? Но тем не менее.

АРИСТАКЕСЯН: На мой взгляд, после заседания Федрезерва, которое заканчивается 18 декабря, ликвидность… ну, на Западе точно сильно упадет. То есть какие-то движения в этот период будут, какие-то ожидания, что вдруг все-таки Федрезерв чего-то сделает, то есть какое-то локальное понижение. А после этого, как я полагаю, все успокоятся до Нового года. Вопрос о потолке госдолга, о бюджете, думаю, станет актуальным только в январе. Поэтому, на мой взгляд, если брать западные рынки, динамика будет весьма вялой, с некоторым, там, повышением, потому что вроде как ничего плохого, на первый взгляд, у них не происходит.

Что касается России, тут тоже возможно некоторое повышение. Опять же, хотелось бы подчеркнуть, что низкую стоимость акций по стоимостному критерию, значительный дисконт никто не отменял. То есть P/E, там, 5,5 по российскому рынку выглядит очень дешево, это самый дешевый рынок во всем мире. То есть этого фактора никто не отменял, и какую-то слабую поддержку он все же должен оказывать. Тем не менее, как мы видим, такой дисконт имеет место уже значительное время, но никак не реализуется.

То есть если говорить о периоде с 18-19 декабря до Нового года, то каких-то существенных движений я не жду, и, скорее всего, будет небольшое повышение. Ну, скорее всего, на весьма малых объемах. Потому что, опять же, мы имеем перспективу такую, что в январе возобновится обсуждение всех важных вопросов американской экономики. Учитывая их отношение к сотрудничеству в последнее время, отношение республиканцев и демократов, как-то особого оптимизма нет. К сожалению, даже обсуждение важных, кардинальных действий, которые могут в принципе решить эту проблему, уже нет. Они опять как-то проходят дедлайн, расслабляются, назначают новые сроки, после прохождения которых просыпаются, что-то делают, опять откладывают и опять расслабляются.

ДМИТРИЕВ: Не хотят работать.

ЖЕЛАННОВА: Театр!

АРИСТАКЕСЯН: В отличие от Китая, который планирует даже на десятки лет вперед, тут, к сожалению, мы видим полное отсутствие какого-либо планирования.

ДМИТРИЕВ: Даша, а вот на идею предолимпийского ралли ты как смотришь? Может рынок активно все же показать не легкий отскок, символический рост, а именно активно подрасти к началу олимпийских игр?

ЖЕЛАННОВА: Суперактивно – вряд ли. Какой-то позитив, безусловно, будет. Я думаю, что немножечко отрастут основные фишки, потому что в основном эти компании являются спонсорами.

Ну, так тоже скорее больше не фундаментальные какие-то факторы, а тоже на неком человеческом оптимизме. То есть какого-то сумасшедшего движения – нет, не будет. Ну, чуть посильнее, чем новогоднее.

ДМИТРИЕВ: Чуть посильнее, чем обычно.

Вообще, из ваших рассказов, уважаемые гости, складывается впечатление, что как-то совсем нет интереса к российскому фондовому рынку… Миша, что скажешь? Вот совсем его нет.

АРИСТАКЕСЯН: Ну, по факту, к сожалению, интерес весьма слабый. То есть мы видим, что, да, про этот дисконт твердят все ведущие инвестиционные западные дома, включая «Goldman Sachs», даже рекомендуют наш рынок, но, тем не менее, по факту мы видим, что интереса практически нет. То есть, да, несмотря на то, что мы имеем весьма дешевый рынок, тем не менее, притока инвесторов, особенно иностранных, ну, практически не наблюдается в данный момент.

ДМИТРИЕВ: Даша, это все специфика российского рынка? Именно к России нет интереса или к развивающимся рынкам в целом? Или вообще к фондовому рынку нет интереса сейчас?

ЖЕЛАННОВА: Я бы сказала, что это больше относится к развивающимся рынкам, но в России это, к сожалению, выстреливает еще сильнее, чем во всех остальных странах. То есть, там, на Китай, мне кажется, смотрят со значительно бо́льшим оптимизмом…

ДМИТРИЕВ: Это очевидно, да.

ЖЕЛАННОВА: …Хотя в БРИКС мы все вместе рука об руку идем.

Кроме того, развивающиеся рынки больше других страдают от решений Федрезерва. Вот мы уже сегодня обсуждали, как в мае была такая… я бы назвала это репетицией сворачивания, чтобы посмотреть, какой будет реакция.

ДМИТРИЕВ: Да, тест.

ЖЕЛАННОВА: Ну да. А давайте, мол, попробуем. И все, валюты улетели, отток капитала сразу ускорился значительно – и вот, пожалуйста. Соответственно, такая зависимость она тоже… ну, для тех, кто шортит, да, конечно, отлично, но, в принципе, это не дает уверенности в том, что… С другой стороны, если инвесторы гонятся за сильной прибылью, при этом готовы идти на хороший риск, для это как раз должно быть полем. Потому что развитые рынки резко не растут, у них обычно техничное повышение…

ДМИТРИЕВ: Ну и, в принципе, у них есть потенциал роста, который какими-то небольшими цифрами ограничен, да?

ЖЕЛАННОВА: Да. В общем, я их не понимаю, я бы вкладывалась.

ДМИТРИЕВ: Кстати, немножко осталось времени – вот на эту тему, Миша, смотри.

Есть дешевая ликвидность, это очевидно, да? Ну, понятно, как выглядит американский рынок, мы это уже обсуждали. В принципе, имея эту дешевую ликвидность, классический инвестор должен быть озабочен поиском высокой доходности, да? И в какой-то момент, может быть, его акцент смещается с рынка развитого на рынок развивающийся, потому что развивающийся рынок обещает более высокую доходность. Может в этом случае идти речь о том, что ликвидность пошла, ну, в частности, в Россию?

АРИСТАКЕСЯН: Опять же, нужно иметь в виду, что это, действительно, дешевые деньги, но получает их весьма ограниченный круг участников. В первую очередь это крупные банки в США, которую могут кредитоваться практически под ноль. И если они хранят излишние резервы Федрезерва под 0,25, учитывая, что деньги это практически бесплатные, то без всякого риска, ничего не делая, можно получать прибыль. То есть это то, о чем говорила Дарья: к сожалению, деньги даже до реального сектора США не особо доходят. Процент и маржа у банков в США сейчас просто запредельны! То есть фактически под ноль они средства получают и размещаются… То есть зачем еще что-то искать, когда они имеют хорошую прибыль при практически нулевом риске?

То есть говоря о серьезных деньгах, о ликвидности – то есть они в emerging markets поместится не могут. То есть, да, если брать с точки зрения инвестора как физического лица, это одно. А если мы берем, не знаю, какой-нибудь пенсионный фонд, то это десятки, если не сотни, миллиардов долларов. Ну, купят они какую-то часть, на 1-2% от своих активов – но они ничего не почувствуют, если по-хорошему. В этом проблема.

То есть в России, да, рынок можно двинуть очень маленькими деньгами.

ДМИТРИЕВ: Ну, что, кстати, периодически мы и видим, да? Причем это даже не иностранные инвесторы, а наши отечественные патриоты.

АРИСТАКЕСЯН: А, к сожалению, долгосрочные инвесторы, страховые и пенсионные фонды, высокой волатильности не любят.

ДМИТРИЕВ: Так, два слова буквально, Даша, адресуй нашим слушателям накануне… ну, мы сейчас не поздравляем с Новым годом, а…

ЖЕЛАННОВА: Еще рано начинать, да?

ДМИТРИЕВ: Еще рано, еще целый месяц. Но, я так понимаю, что этот месяц, на твой взгляд в том числе, не особенно интересен, к сожалению, да?

ЖЕЛАННОВА: Да, вообще неинтересен.

ДМИТРИЕВ: Лучше заняться чем-нибудь более интересным, более полезным.

ЖЕЛАННОВА: Конечно.

ДМИТРИЕВ: Например?

ЖЕЛАННОВА: Я же говорю – покупать подарки пора, семью радовать, друзей! Весь год не хватало времени на них, а вот теперь – самый момент!

ДМИТРИЕВ: Да, пользуйтесь этой возможностью!

ЖЕЛАННОВА: На рынке все равно делать нечего.

ДМИТРИЕВ: Спасибо огромное!.. Дарья Желаннова, заместитель директора аналитического департамента компании «Альпари», и Михаил Аристакесян, начальник отдела анализа информации мировых рынков управляющей компании «ФИНАМ», сегодня были в студии «Сухого остатка». Как всегда, мы обсуждали текущую ситуацию на финансовых рынках, ну и мои гости давали некие прогнозы.

Спасибо вам огромное. Спасибо, уважаемые слушатели, успехов на рынке, до свидания!
/templates/new/dleimages/no_icon.gif (C)

При копировании ссылка обязательна | Не является индивидуальной инвестиционной рекомендацией
Поддержите нас - ссылаясь на материалы и приводя новых читателей
Нашли ошибку: выделите и Ctrl+Enter