The Economist | Периодика

Кто станет следующим председателем ФРС

Кто такой Гэри Кон, какова вероятность, что он возглавит американский центробанк, и как тогда изменится денежно-кредитная политика США.

Историк Федеральной резервной системы США Питер Конти-Браун призывает смотреть только на цифры безработицы и инфляции, и указывает на то, что по этим показателям Джанет Йеллен — самый успешный лидер ФРС в истории. Второй показатель чуть ниже целевого уровня, но по сравнению с рецессиями, которые пришлись на долю ее предшественников, это отличный результат.

Поэтому неудивительно, что президент Дональд Трамп публично заявляет, что рассматривает вопрос о продлении полномочий Йеллен после окончания ее срока в феврале 2018 года, несмотря на то, что она принадлежит к Демократической партии и была назначена Бараком Обамой.

На самом деле, в этом нет ничего необычного: последние три лидера ФРС также были вновь назначены на должность президентами из противоположных партий. В то же время Йеллен, которую Трамп критиковал еще во время предвыборной кампании, не основной кандидат — например, букмекерский сайт PredictIt дает ей 28-процентный шанс сохранить должность. Больше шансов (36%) у другого кандидата, рассматриваемого президентом — Гэри Кона.

До января Кон был операционным директором и президентом Goldman Sachs (NYSE: GS) и оставил эту должность, чтобы занять место старшего советника президента по экономическим вопросам. Он человек властный и быстро стал влиятельным человеком в администрации, отодвинув в тень Питера Наварро, советника президента по торговле.

Кон часто говорит, что в Белом доме он возглавляет «глобалистскую» фракцию — противостоя протекционистам, представленным Наварро и другим советником, Стивеном Бэнноном.

Впрочем, председатель ФРС из Кона получится необычный — у него нет никакого экономического опыта, даже в студенчестве. Предыдущим столь же неквалифицированным главой ведомства был Уильям Миллер — он провел в этом кресле срок с 1978 по 1979 год, и его правление было отмечено низким экономическим ростом и стремительным ростом инфляции.

Можно также сравнить Кона с Марринером Экклзом, возглавлявшим ФРС с 1934 по 1948 год. Он, как и Кон (и в отличие от Миллера) был успешным финансистом, и, как и Кон, он был близок к назначившему его президенту, Франклину Рузвельту. При этом отсутствие экономической подготовки не помешало ему поддержать кейнсианское стимулирование после Великой депрессии — еще до того, как сам Джон Мейнард Кейнс опубликовал свою «Общую теорию».

В честь Экклза даже названа штаб-квартира ФРС. Возможно, Кону это здание покажется сонным — здесь гораздо спокойнее, чем в Белом доме или Казначействе, и уж точно его не сравнить с гудящим помещением биржи. Сотрудники этого ведомства тихо обрабатывают огромный объем экономических исследований, подготавливают данные для принятия редких — не чаще раза в несколько месяцев — решений о денежно-кредитной политике.

Многие сомневаются, что у Кона есть склонность к микроанализу — а в отличие от многих организаций, в ФРС работой с данными занимается даже руководитель.

Конечно, председатель может опираться на компетентных помощников, но Конти-Браун замечает, что одна из проблем Миллера заключалась в том, что он, будучи недостаточно квалифицирован, потерял уважение своих коллег.

Председатель ФРС должен быть утвержден Сенатом, и многие сомневаются, что кандидатура Кона пройдет — несмотря на то, что верхнюю палату американского парламента контролируют республиканцы, Йеллен, учитывая ее результаты, может быть им ближе.

Однако, возможно, это не окажется решающим фактором — в конце концов, на ее долю выпало не так много экономических потрясений. Нельзя забывать и о том, что цель по инфляции (2%) не достигнута — сейчас она составляет 1,5%, — и многие выступали в этой связи за иную политику.

Например, Ларри Саммерс, бывший секретарь казначейства, которую Йеллен обошла при назначении главой ФРС, неустанно выступала за ослабление денежно-кредитной политики с целью ускорения инфляции. По иронии судьбы, похоже, главное, что ценит в Йеллен президент Трамп — это ее склонность к политике низких процентных ставок.

Правда, в основном в своих действиях она руководствуется текущим уровнем безработицы: когда она была высокой, Йеллен была «голубем», теперь, когда она составляет лишь 4,3%, она переходит на более «ястребиные» позиции.

Неизвестные Коны

Если пристрастия Йеллен понятны, то политика фаворита гонки относительно процентных ставок менее очевидна. Кон считает, что денежно-кредитная политика — дело глобальное, и что центральные банки в ряде случаев пытаются решить свои проблемы за счет соседей.

Так, в марте 2016 года он сказал на конференции, что, если все центробанки внезапно повысят процентные ставки на три процентных пункта, «мир станет лучше». Но он также не был уверен, что Йеллен, повышая ставки три месяца назад, права, и критиковал прогноз руководства ФРС, который, по его словам, «запутал участников рынка, предлагая обращать больше внимания на дела, чем на слова».

ФРС не только несет ответственность за денежно-кредитную политику — организация также является важнейшим регулятором банковского бизнеса. В этой области Кон солидарен с повесткой дерегулирования, продвигаемой Трампом. Впрочем, это не очень важно, поскольку недавно президент назначил Рэндала Куорлза, также критика избыточного регулирования, заместителем председателя правления ФРС по надзору за банковским сектором (эта должность была создана в 2010 году, но оставалась вакантной; на практике работу выполнял Даниэль Тарулло, покинувший ФРС в апреле). Так что за регулирование, вероятно, будет в основном отвечать он — независимо от того, кто возглавит правление.

Кроме перечисленных, есть и другие кандидаты. Кевин Уорш, бывший банкир, бывший глава ФРС с 2006 по 2011 год, похоже, не отказался бы от этой должности.

Республиканцы в Конгрессе могут одобрить Джона Тейлора, ученого из Стэнфорда, который разработал математический аппарат, описывающий действия центральных банков, и, как и многие республиканцы, хочет, чтобы ФРС работала по определенному алгоритму.

При этом навыки этих двух аутсайдеров противоположны. Уорш — политик, он хорошо говорит, но он не такой интеллектуал, как предыдущие председатели ФРС. В интеллектуальных же способностях Тейлора никто не сомневается, однако во время последнего срока в правительстве (он работал в Казначействе во время первого президентского срока Джорджа Буша-младшего) он ничем особенным не запомнился, а значит, ему может не хватить политической хватки, необходимой для этой работы.

При этом взгляды как Уорша, так и Тейлора могут оказаться для Трампа слишком «ястребиными»: после финансового кризиса оба выступали против количественного смягчения, предупреждая о всплеске инфляции. На практике с тех пор инфляция в основном была слишком низкой.

В принципе, у Трампа еще есть время найти профессионального экономиста-республиканца, поддерживающего взгляды Йеллен по процентным ставкам — такой консервативный «голубь» мог бы здорово встряхнуть ФРС.

Республиканцы давно жалуются на то, что ФРС по результатам количественного смягчения держит портфель ипотечных бумаг стоимостью 1,8 трлн долларов, и, несмотря на планируемое свертывание программы эмиссии, согласно нынешним планам, часть этих ценных бумаг останется на балансе организации более чем на десятилетие.

Республиканский глава правления мог бы отличиться ускоренным решением этой проблемы, но, учитывая стабильность экономики при Йеллен, неудивительно, что инвесторы предпочитают по возможности «не трогать то, что работает».
При полном или частичном использовании материалов - ссылка обязательна http://elitetrader.ru/index.php?newsid=353863. Присылайте свои материалы для публикации на сайте. Об использовании информации.