banki.ru | Периодика

Одна страна — один банк

21 сентября 2017  Источник http://www.banki.ru/
Санация Бинбанка и «Открытия» превращает ЦБ в главного банкира страны
Новый механизм санации, который ЦБ применил к банку «ФК Открытие», а с 21 сентября и к Бинбанку, радикально меняет саму конфигурацию банковского сектора в России. Из мегарегулятора Банк России превращается в главного участника системы. А она сама все больше переходит в режим ручного управления.

«Не виноватая я — он сам пришел»

Вслед за «ФК Открытие» Банк России может приступить к операции спасения еще одного банка из «высшей лиги», пусть и не входящего в список системообразующих, — Бинбанка. Эта кредитная организация занимает 12-е место по активам на 1 сентября 2017 года. О спасении попросил сам собственник банка.

Утром 20 сентября циркулировавшие среди участников рынка не один день слухи о больших проблемах и возможной санации Бинбанка как банка из так называемого московского кольца начали обретать плоть и кровь. «Собственник Бинбанка обратился к Банку России с просьбой рассмотреть возможность санации через Фонд консолидации банковского сектора. Мы примем решение по этому вопросу в ближайшее время», — сказали Банки.ру в пресс-службе регулятора.

«Сейчас мы находимся в активной переговорной стадии с Банком России. Наша цель — при поддержке ЦБ через Фонд консолидации банковского сектора провести эффективное финансовое оздоровление Бинбанка и Рост Банка. Это оптимальный вариант, который полностью гарантирует соблюдение интересов всех клиентов Бинбанка, включая каждого вкладчика», — заявил в свою очередь Микаил Шишханов, который с 20 сентября «внезапно» принял решение возглавить совет директоров Бинбанка. Причем на этом посту он сменил главную фигуру в семейном бизнесе — Михаила Гуцериева. Сам Гуцериев по просьбе Шишханова возглавил совет директоров Бинбанка совсем недавно, в марте 2017 года.

«Уверен, совместные действия регулятора и команды Бинбанка позволят сделать все необходимое для защиты интересов всех клиентов», — сообщил Шишханов. Кроме того, он публично признал, что «не рассчитал бизнес-силы». По его словам, «проблемы Рост Банка, взятого на санацию, и МДМ Банка оказались намного серьезнее, чем предполагалось в условиях падающего рынка и сложившейся экономической конъюнктуры».

Сразу на просьбу Бинбанка о санации Банк России не ответил. В середине дня 20 сентября на сайте регулятора появилось скупое сообщение: «Банк России принял решение о предоставлении Бинбанку средств для поддержания ликвидности на основании обращения кредитной организации». Без указания суммы и условий, на которых она предоставлена. По некоторым сведениям, речь шла о 120 млрд рублей. Понятно, что после такого транша речи об отзыве лицензии идти уже не могло — это прямо бы угрожало репутации самого Банка России.

По виду это очень напоминало экстренное вливание ЦБ ликвидности в «Открытие» незадолго до принятия решения о санации банка. С той лишь разницей, что в случае с «Открытием» ни банк, ни регулятор не афишировали, что ведут переговоры о санации.

Санация, как и было сказано

Рано утром 21 сентября источник в Бинбанке рассказал Банки.ру, что сообщение регулятора о санации можно ожидать в районе 9 утра по московскому времени. Оно появилось около 9:20 под названием «О мерах по повышению финансовой устойчивости ПАО «Бинбанк» и АО «Рост Банк».

Как и в случае с «Открытием», Банк России становится основным инвестором Бинбанка и Рост Банка, используя средства Фонда консолидации банковского сектора. В банки введена временная администрация ЦБ.

«Реализация мер по повышению финансовой устойчивости банков осуществляется в сотрудничестве с действующими собственниками и руководителями банков, что позволит обеспечить непрерывность их деятельности на рынке банковских услуг и осуществить в последующем все необходимые мероприятия с целью дальнейшего развития деятельности банков», — говорится в сообщении регулятора.

По сообщению ЦБ, «ПАО «Бинбанк» и АО «Рост Банк», а также иные банки группы — АО «Бинбанк Диджитал» (г. Москва) и АО «Уралприватбанк» (г. Екатеринбург) — продолжат работу в обычном режиме, исполняя свои обязательства и совершая новые сделки. Банк России будет оказывать финансовую поддержку банкам группы, гарантируя непрерывность их деятельности».

Как и в случае с «Открытием», мораторий на удовлетворение требований кредиторов не вводится. Механизм конвертации средств кредиторов в акции (bail-in) не применяется.

Новый председатель правления Бинбанка Евгений Давыдович, утвержденный в этой должности в начале недели, призвал клиентов не беспокоиться и заверил, что банк продолжит работать в обычном режиме. Разумеется, уже при новом собственнике — Банке России.

ЦБ готовился к худшему

29 августа Банк России принял решение о санации банка «ФК Открытие» через Фонд консолидации банковского сектора и фактически объявил, что становится собственником кредитной организации. И уже с 1 сентября ввел дополнительный новый механизм экстренного предоставления ликвидности проблемным банкам.

Тогда ЦБ сообщил, что банки, испытывающие временные проблемы с ликвидностью, смогут обратиться за такой помощью в случае исчерпания других источников привлечения средств, в том числе в рамках стандартных инструментов Банка России. Новый механизм создан по аналогии с широко распространенным в международной практике механизмом экстренного предоставления ликвидности (МЭПЛ). Банк России будет принимать решение о предоставлении банку средств в рамках МЭПЛ с учетом его финансовой устойчивости, а также системной значимости.

Для рассмотрения Банком России вопроса о предоставлении ликвидности в рамках МЭПЛ банк обращается с ходатайством в подразделение ЦБ, осуществляющее надзор за деятельностью данного банка. К ходатайству банк, в частности, должен приложить информацию о причинах возникновения потребности в МЭПЛ, а также прогнозный график притоков и оттоков денежных средств в течение предполагаемого срока привлечения ликвидности, свидетельствующий о способности банка решить возникшие проблемы («стратегия выхода» из МЭПЛ). В случае с Бинбанком такой вариант кажется маловероятным.

А вот если другие банки, видя ситуацию с «Открытием» и Бинбанком, захотят обратиться к ЦБ как к последнему и единственному спасителю, МЭПЛ может для кого-то сыграть роль спасательного круга.

В любом случае, похоже, слово «консолидация» в названии нового фонда, который теперь спасает гибнущие крупные банки, следует воспринимать с предельной буквальностью. ЦБ именно консолидирует сектор: если раньше крупные банки поглощали более мелкие (в том числе с помощью явно провалившегося прежнего механизма санации), то теперь таким поглощением занимается сам регулятор. И если кроме Сбербанка и группы ВТБ в России скоро появится новая, третья гигантская государственная банковская группа из тех кредитных организаций, которые теперь санирует ЦБ, это станет вполне логичным развитием событий. Найти в обозримом будущем стороннего покупателя таких гигантских банков с такими проблемами будет крайне трудно. Неслучайно Михаил Задорнов, назначенный председателем правления «ФК Открытие», заявил, что на исправление ситуации в банке уйдет 3—4 года.

«А сейчас всё, приехали»

Банки.ру спросил у экспертов, как изменит российскую банковскую систему санация Бинбанка и «ФК Открытие».

«Из банков, попавших под санацию, будут строить большой государственный банк»

Олег Вьюгин, председатель совета директоров ПАО «Сафмар Финансовые инвестиции», член наблюдательного совета ПАО «Московская биржа», бывший председатель совета директоров МДМ-Банка:

— Через три-четыре года в российской банковской системе будет большой госсектор плюс банки, которые попадут под санацию и из них будут строить большой государственный банк. Потому что потом, скорее всего, эти активы на рынке не продать. Скорее всего, если создадут систему управления, их акции на рынок потихоньку выпустят, и они станут полугосударственными или негосударственными. Но это не очень короткий путь.

Останутся небольшие банки, которые нашли нишу в этой жизни — у которых мощный акционер с интересом. Например, у «Роснефти» есть интерес к ВБРР — они его поддерживают и будут развивать. А может быть, частный акционер, который будет развивать банк, как правило, на региональном уровне. Таких банков немного, но они могут быть. Ну и несколько крупных частных банков, заметных на рынке.

Кризис в банковской системе был раньше — в 2008—2009 годах и отчасти в 2014—2015 годах. А сейчас мы наблюдаем его последствия, государство вынуждено принимать меры. Если посмотреть на кризис с американскими банками — власти отреагировали быстро. Британцы взяли под государство все банки, кроме двух, купировали проблему. В нашем случае по каким-то обстоятельствам это было сильно отложено. Пытались решить проблему какими-то полумерами — например, триллион добавили в капиталы (программа докапитализации банков из топ-30 в рамках антикризисного плана ЦБ. — Прим. Банки.ру) после 2014—2015 годов, что было абсолютно недостаточно. А сейчас придется действовать решительнее и масштабнее.

Не отошел ли ЦБ от принципов повышения конкуренции? От принципов конкуренции отошли очень давно, когда вместо приватизации госбанков стали их развивать и поддерживать. Это было уже десять лет назад. И, к сожалению, мы тоже пожинаем плоды этой ситуации, отказа от мер, которые политически казались опасными и рискованными. А сейчас всё, приехали. Уже и приватизировать Сбербанк очень сложно в этой ситуации.

Почему санация, а не отзыв? Когда у банка большие обязательства и требования кредиторов, санация выглядит лучше, чем отзыв лицензии, поскольку надо выплачивать большие средства и могут быть большие потери. Особенно у тех, у кого средства не застрахованы: у корпораций и других организаций. Так что шаг вполне понятный. Один раз американцы сделали это с Lehman Brothers — получили по полной программе и поняли, что ни под каким страхом смерти этого делать нельзя. Сейчас по такой же логике у нас все развивается.

«Проблемы в банковской системе накапливались 20 лет»

Сергей Хотимский, первый заместитель председателя правления Совкомбанка:

— Такие крупные банки, как «Открытие» и «Бин», начали просить о помощи именно сейчас, потому что появился закон о фонде консолидации. И ЦБ взялся за проблемы, для которых раньше не было инструмента.

В ближайшие годы в России останется 50—100 банков, а банковских групп — еще меньше. Возможны различные сценарии. Но и в частном секторе, и в государственном, и в сегменте иностранных банков останутся только те, кто умеет зарабатывать много и одновременно прозрачно. В какой-то момент доля частных активов в банковской системе может упасть до 10—12%, но затем будет расти. Наиболее сильные частные банки будут расти, привлекая и зарабатывая капитал. Государство же после волны огосударствления активно приступит к избавлению от ненужных госбанков, но это перспектива пяти лет.

Лучшие банки выигрывают, слабые — выбывают. Для вкладчиков никаких последствий не будет. Сейчас нет банковского кризиса, так как страдают не клиенты, а собственники банков и владельцы суборда.

Проблемы в банковской системе накапливались 20 лет. Соответственно, теперь требуется не менее десяти лет для ее полного оздоровления, чтобы не вызывать шоки.

«В целом ситуация напряженная»

Председатель правления банка из топ-100, на условиях анонимности:

— Никто не ожидал, что Гуцериев попросит ЦБ о санации Бинбанка. Не удивлюсь, что в этой истории есть интрига, что, к примеру, им дадут беззалоговый кредит, а дальше уже, мол, работайте сами. На самом деле получается очень нехороший прецедент. Сейчас очень важна политическая оценка этих событий.

Для России с ее задачами, которые поставил президент (например, развитие малого и среднего бизнеса), огосударствление банковского сектора — серьезная системная проблема. Ведь источники фондирования малого и среднего бизнеса будут только частными, со всеми вытекающими ограничениями.

Для частных вкладчиков сокращение числа банков обернется сокращением комплексного предложения. Продукты не будут столь многообразными. До сих пор рынок развивался в условиях жесткой конкуренции. Частные банки вынуждены внедрять передовые технологии, тогда как госбанки могут работать гораздо медленнее. Посмотрите на Россельхозбанк — он никуда не спешит. Другое дело — Сбербанк, управляемый амбициями Германа Оскаровича (Грефа). Но Греф не вечен.

В то же время госбанки имеют в развитии много внутренних и внешних ограничений, особенно в виде санкций. Поэтому существенное наращивание доли государства в секторе не приведет ни к чему позитивному. Потому что никто не знает, как тот же Сбербанк будет фондироваться в рамках четвертого пакета санкций: расчет только на внутренние ресурсы в условиях свободно конвертируемого рубля. В целом ситуация напряженная.

Если государство хочет оставить этот сегмент экономики частным, то банковская система должна быть представлена надежными частными банками. Я не отрицаю, что слабые активы — системная проблема частных банков и сектор надо лечить. Но заниматься этим надо системно, пруденциально, работая индивидуально с каждым банком. У ЦБ есть все инструменты для этого.

«У ЦБ нет других альтернатив, кроме как перехватывать ручное управление»

Валентин Попов, директор финансово-экономического департамента РосЕвроБанка:

— На текущий момент говорить о полноценном кризисе в банковской сфере преждевременно. Спасение «ФК Открытие» и Бинбанка — это, скорее, отголоски банковского кризиса 2013 года. Безусловно, решение ЦБ начать спасать банки сделало его ключевым игроком в оперативном банковском бизнесе, а АСВ ушло на второй план. Ситуация в банковской системе сейчас довольно сложная, и в таких условиях у ЦБ нет других альтернатив, кроме как перехватывать ручное управление.

«ЦБ всегда был и останется ключевым игроком в банковском бизнесе»

Дмитрий Феденков, начальник аналитического управления Нордеа Банка:

— Есть определенные формальные критерии кризиса — в частности, объем потраченных государством средств на поддержку стабильности в банковской системе. На сегодняшний день этот показатель достаточно объективно отражает кризисные явления в секторе. С другой стороны, кризис — явление, которое затрагивает практически каждого участника. Последние события на банковском рынке были заметными, поскольку их участниками стали очень крупные банки. Однако нельзя говорить, что они отражают общую тенденцию в отрасли.

ЦБ всегда был и останется ключевым игроком в банковском бизнесе, причем и как «кредитор последней инстанции», готовый подставить при необходимости плечо, и как строгий регулятор, пресекающий недобросовестное поведение в банковской среде.

Конкуренция и саморегулирование рынка — важные факторы развития в любой отрасли. Однако, если речь идет о финансовой стабильности в системе в целом, вмешательство в рыночные процессы в большинстве случаев оправданно на 100%.

Помогут ли такие санации оздоровить банковскую систему? Безусловно. Оздоровление, как мы видели, может происходить и за счет ухода с рынка неблагонадежных или слабых игроков, и за счет санации. Банки, проходящие сейчас процедуру «интенсивной терапии», имеют все шансы по ее окончании вернуться в ряды сильных и надежных участников банковского сообщества.

«Наличие кризиса в системе очевидно»

Сабина Хасанова, руководитель информационно-аналитической службы Банки.ру:

— На мой взгляд, наличие кризиса в системе очевидно. Здесь и кризис доверия, и кризис управления, и кризис избыточного регулирования, и кризис частных небольших банков. И теперь уже кризис крупных частных банковских групп, по тем или иным причинам не способных самостоятельно справиться с управлением. И стремительно нарастающий рост доли государства в секторе. Происходит стягивание ресурсной базы, активов и капитала, достигшее феноменальных масштабов. Из действующих на текущий момент 532 банков 166 по итогам работы за август убыточны. То есть убыточен каждый третий банк в России.

Не становится ли ЦБ ключевым игроком в оперативном банковском бизнесе? Около 60% от всех активов, капитала и прибыли приходится на топ-5 российских банков, 80% сосредоточено в банках топ-20. Остальные 500 банков довольствуются тем, что осталось. Доля государства в банковской системе уже достигает 70% и с большой вероятностью продолжит расти — этому будет способствовать Фонд консолидации банковского сектора.

Не является ли такой подход доказательством отхода ЦБ от принципов развития конкуренции в системе? Регулятор понимает, что равные условия конкуренции являются залогом успешного развития системы и экономики. Является ли наращивание доли государства в банковском секторе намеренным шагом или вынужденной мерой — неизвестно, и любые рассуждения на эту тему без доступа к соответствующей информации — не более чем предположения.

«В текущей ситуации без ручного управления справиться почти невозможно»

Кирилл Яковенко, аналитик «Алор Брокер»:

— В данной ситуации говорить об отходе регулятора от принципов развития конкуренции или огосударствлении банковского сектора не совсем уместно. Допустим, ЦБ не стал бы создавать новый механизм прямой санации и Фонд консолидации банковского сектора, придерживаясь принципов рынка. В таких условиях санировать «Открытие» и «Бин», занимающие соответственно седьмое и 12-е места по активам, пришлось бы одному из участников рынка. Допустим, что санаторы бы нашлись и получили на руки активы двух крупных кредитных организаций, а также санируемых этими организациями банков. Не исключаю, что при таком раскладе в перспективе двух, максимум трех лет санатор потребовался уже самому санатору. Это порочный круг передачи проблемных активов, разомкнуть который с использованием привычных механизмов оздоровления просто невозможно.

С другой стороны, банкротство крупных и уж тем более системно значимых участников рынка в текущих условиях невозможно. Да, пример Татфондбанка и его сателлитов, а также «Югры» показывает, что далеко не всегда определяющим фактором является масштаб. Мог ли ЦБ опробовать новые механизмы санации на Татфондбанке или «Югре»? Теоретически мог, но не стал, очевидно, взвесив все возможные риски.

На мой взгляд, также нельзя называть совпадением и то, что проблемы в «Открытии» и Бинбанке всплыли на поверхность аккурат к завершению работы по подготовке новых механизмов санации. Таких совпадений просто не бывает.

Увеличивает ли это значимость ЦБ? Безусловно, но стоит признать, что в текущей ситуации, когда от проблем не застрахованы даже крупнейшие игроки рынка, без средств Банка России и ручного управления справиться почти невозможно. Учитывая тот факт, что «спасение утопающих» требует все больше средств, а бесконтрольное накачивание банковского сектора через санаторов ликвидностью в перспективе чревато возникновением проблем куда более высокого уровня, винить регулятор в стремлении самостоятельно управлять собственными же средствами не стоит.

«Регулятор в первую очередь спасает свою «шкуру»

Роман Блинов, эксперт компании «Международный финансовый центр»:

— Санировать и пытаться докапитализировать банковскую систему можно. Главное, чтобы у тех, кто эти процессы инициирует и проводит, хватило активов.

Пока мы видим, что каждый из закрытых ЦБ РФ банков имеет огромную «дыру» в балансе. И с каждым разом мы слышим о том, что чем крупнее банк, тем больше «дыра» в балансе. Принимая во внимание так называемую системную значимость той или иной кредитной организации, регулятор в первую очередь спасает свою «шкуру». Ведь это именно регулятор выдал им лицензию на операции на рынке инвестиционно-банковских услуг. Ведь это именно регулятор постоянно должен контролировать деятельность кредитных организаций, своевременно выявлять преступные и коррупционные схемы вывода денежных средств вкладчиков из банков и иные нарушения в финансовой сфере.

Так что если использовать модные фигуры речи, ЦБ РФ движется по пути присказки — «санировать не пересанировать».

Временная польза от процессов санаций будет. Но главное — что будет дальше. Пока мы наблюдаем тихий, но реально широкий и затянувшийся банковский кризис. Ведь на протяжении уже почти пяти лет ЦБ РФ занимается так называемой чисткой банковских рядов, а в результате «дыры» в балансах кредитных организаций становятся все больше, и простым отзывом лицензии уже отделаться не получается — надо санировать, не дожидаясь перитонита.

Все это является дополнительным поводом для рассуждений на тему, а есть ли у нас вообще банковская система. Пока мы видели систему сначала докапитализации тех, кто все деньги «освоил или утилизировал». Она плавно и параллельно перетекла в систему отзывов и дырок в балансах. Теперь будем наблюдать систему санаций самых прожорливых и дырявых. Но их закрыть путем отзыва лицензии нельзя. Поэтому будем санировать, взяв все убытки на себя. И будем эти убытки покрывать, пока активов хватит. А там, глядишь, или в мире будет лучше, или активы на санации кончатся. Ну или банков останется не больше дюжины. Грустно всё это…

«Общий итог будет негативным»

Марсель Салихов, научный сотрудник Центра комплексных европейских и международных исследований Высшей школы экономики (ВШЭ):

— Думаю, общий итог будет негативным для экономики и финансовой системы по следующим причинам. Во-первых, в результате санации частных банков снижается конкуренция между крупными банками и ухудшается качество для клиентов. Во-вторых, есть исследования, показывающие на международных сопоставлениях, что банковские системы, в которых доминируют исключительно госбанки, менее эффективны с точки зрения распределения кредита.

Еще один момент: текущая ситуация, когда неожиданно раз в месяц топ-банк приходит за санацией в ЦБ, создает огромную неопределенность для клиентов. Большинству людей непонятно, что происходит и что делать дальше. Это в определенном смысле провал ЦБ с точки зрения взаимодействия и разъяснения своей позиции и своих намерений публике.

Какой-то отток средств продолжится, но по идее он не должен быть очень большим — если ЦБ также предоставит bank guarantee по всем обязательствам Бинбанка, как у «Открытия». А они будут вынуждены ее предоставить.
«Нет смысла ждать момента, когда из банка заберут еще больше денег»

Петр Пушкарёв, шеф-аналитик ГК TeleTrade:

— В условиях развернувшейся летом, неважно, информационной ли атаки на банковский сектор, или политики утечек действительной предупреждающей информации ЦБ действует на опережение. И это абсолютно верно. Нет смысла ждать момента, когда из банка заберут еще больше денег, ситуация станет безнадежной, а «дыра» — огромной. Защищать надо, не теряя времени, не только вкладчиков, но и корпоративных клиентов, бизнесменов, связанных с банком, чьи активы приближаются к триллиону в рублях, — просто необходимо.

Только за август, по состоянию на 1 сентября, вклады в Бинбанке сократились на 22,1 миллиарда рублей. Если бы ничего не предпринималось, то этот процесс лишь набирал бы обороты: лучше быстрее предоставить публичные гарантии от ЦБ, от Фонда консолидации банковской системы — на государственном уровне, нежели расхлебывать потом последствия бездействия. А уже там разбираться по ходу, насколько плохо или нормально в банке обстоят дела. Действительно ли там рискованный менеджмент, обслуживание интересов собственников в ущерб безопасности клиентов, перебор с пенсионными фондами, или же все это больше слухи.
«Решение о санации Бинбанка позволит избежать эффекта домино»

Глеб Задоя, руководитель департамента аналитики компании «Аналитика Онлайн»:

— Пресс-служба Центробанка подтвердила слухи о возможной санации Бинбанка через Фонд консолидации банковского сектора. С 2014 года рост активов у Бинбанка происходил экспоненциально. Но в 2017 году наращивать активы банку, судя по всему, стало гораздо сложнее.

Укрупнение банков не помогает повысить качество активов. Ведь те банковские структуры, которые приобретала группа «Бин» (позднее — «Сафмар»), были с большой скидкой. Правильно предположить, что эти активы могли быть «токсичными».

Решение о санации Бинбанка позволит избежать эффекта домино. Любой банк, который совершает операции с высоким кредитным риском, может оказаться в такой же ситуации. На данном этапе вся банковская система нестабильна и зависит от внешних факторов. У Бинбанка два крупных риска — межбанковский кредит в 563 миллиарда рублей и 18,4% кредитного портфеля, вложенных в недвижимость, и строительство со «значительным риском». Стоит обратить внимание, что субординированные облигации в случае санации банка-эмитента, скорее всего, будут списаны полностью.
При полном или частичном использовании материалов - ссылка обязательна http://elitetrader.ru/index.php?newsid=359945. Присылайте свои материалы для публикации на сайте. Об использовании информации.