Ксения Коротеева Forbes | Новости | Сбербанк (SBER)

Шантаж и мошенничество: Лондонский суд встал на сторону Хорватии в ее споре со Сбербанком

18 ноября 2017  Источник http://www.forbes.ru/
Теперь банку будет сложнее добиться взыскания €1,3 млрд с крупнейшей хорватской компании Agrokor

Российские кредиторы крупнейшего хорватского ритейлера Agrokor, переживающего не лучшие времена, давно мечтают вернуть более €1,5 млрд долга. Недавно этим попыткам был поставлено серьезное препятствие. Девятого ноября 2017 года судья Высокого суда Англии признал обоснованность хорватского закона (так называемый «Lex Agrokor»), введенного в 2015 году исключительно в интересах стоявшего на грани банкротства Agrokor и усложняющего жизнь тех кредиторов, которые захотят добиться взыскания долга за счет иностранных активов компании. Это единичный случай или усиление протекционистских тенденций как новый тренд глобальной экономики? И какие шансы у иностранных кредиторов добиться возврата многомиллиардного долга?

В чем суть конфликта и закона Lex Agrokor

Agrokor — крупнейшая хорватская продуктовая ритейлинговая компания с ежегоднной выручкой около €6,5 млрд. На нее приходится примерно 15% ВВП Хорватии. В компании работают около 40 000 рабочих в Хорватии и около 20 000 — в Словении, Боснии и Сербии.

В конце 2016 года у компании начались финансовые проблемы, ее поставщики и небанковские кредиторы начали подавать в суд за неплатежи. В 2017 году стало ясно, что компанию надо спасать. Как оказалось позже, владельцы и менеджеры Agrokor долгое время фальсифицировали отчетность, скрывая финансовые проблемы. Глава Сбербанка Герман Греф окрестил эту практику беспрецедентным мошенничеством. Долговые обязательства Agrokor оцениваются примерно в €7,7 млрд, из которых на долю Сбербанка приходится €1,3 млрд. Среди кредиторов Agrokor есть и другие крупные банки: ВТБ (размер долга – около €340 млн), Banca Intesa, BNP Paribas, Goldman Sachs, Credit Suisse.

Получивший неофициальное название «Lex Agrokor» закон о чрезвычайной процедуре управления системно значимыми компаниями был принят Хорватией в апреле 2017 года. Ведь национальный закон о банкротстве попросту не подходил для адекватного разрешения затруднительного положения Agrokor.

Ключевое положение закона - в случае финансовой несостоятельности системно значимой компании ее управление переходит «чрезвычайному управляющему», назначаемому государственным судом Загреба по предложению правительства Хорватской Республики. Закон также предусматривает образование специального комитета кредиторов. В течение 12 месяцев чрезвычайный управляющий разрабатывает мировое соглашение, которое должно учитывать интересы кредиторов, входящих в комитет.

В середине октября в Хорватии были арестованы шесть бывших топ-менеджеров, а в конце ноября в Лондоне был задержан и основной владелец компании Ивица Тодорич. Чрезвычайным управляющим был назначен Анте Рамляк. Разработать мировое соглашение ему необходимо к июлю 2018 года.

Однако самое важное в Lex Agrokor – мораторий на предъявление любых исковых требований в отношении компании, а также всех контролируемых ею и аффилированных с ней компаний (где у нее не менее 25% акций). Для кредиторов Agrokor (в частности, для Сбербанка и ВТБ) это означает, что на время процедуры чрезвычайного управления они не в праве обращаться ни в государственные, ни в третейские суды — ни против Agrokor, ни против компаний, входящих в ее группу. Эта мера объясняется необходимостью сохранения целостности Agrokor и обеспечения более эффективного процесса ее реструктуризации.

Важно отменить, что закон действует только на территории Хорватии, а Agrokor и контролируемые ей компании имеют свои активы и в других странах. В связи с этим некоторые кредиторы, в частности Сбербанк, попытались заморозить активы Agrokor в таких странах как Сербия, Босния и Словения. В Сербии Сбербанку повезло: банк обратился в государственные суды с заявлением о запрете на продажу акций, принадлежащих Agrokor и ее поручителям по кредитным договорам. Сербские суды встали на сторону Сбербанка и заморозили активы компаний Agrokor и Ledo (поручителя по кредитным соглашениям Agrokor).

В Англии же дела пока складываются не в пользу Сбербанка.

В июле 2017 года Сбербанк обратился в Лондонский международный третейский суд (LCIA) с иском против Agrokor и одиннадцати поручителей по кредитным соглашениям между Сбербанком и Agrokor. Сумма требований достигает €450 млн.

Однако рассмотрение спора в арбитраже было приостановлено по совместному согласию сторон, так как 27 июля 2017 года Анте Рамляк подал заявление в Высокий суд Англии о признании последствий введения чрезвычайной процедуры управления Agrokor. В итоге судья Пол Мэтьюз признал на территории Англии последствия процедуры чрезвычайного управления в отношении компании Agrokor и контролируемых ей компаний, другими словами - исключительную компетенцию хорватских судов в отношении всех вопросов, связанных с управлением Agrakor.

Одновременно Agrokor отказалась признавать требования Сбербанка, исключив его из совета кредиторов.

В Сбербанке не ответили на запрос Forbes с просьбой прокомментировать решение Высокого суда Англии. Герман Греф, выступая 14 ноября перед журналистами, расценил поведение управляющего компании как шантаж.

Какие перспективы у Сбербанка

Сбербанк вправе обжаловать решение английского суда и добиться признания своего права на рассмотрение спора в арбитраже, которое, несомненно, имело важную роль при выдаче займа Agrokor. Возможно, суд апелляционной инстанции придаст этому праву большее значение, чем судья Пол Мэтьюз.

Помимо апелляции, перспективы Сбербанка также зависят от того, согласятся ли арбитры LCIA, не связанные выводами судьи Высшего суда Англии, с признанием последствий закона Agrokor непосредственно в рамках арбитража. Арбитры сами определяют свою компетенцию на рассмотрение спора и вправе не согласиться с позицией государственных судов. В случае удовлетворения требований Сбербанка в арбитраже, у компании появится возможность исполнить арбитражное решение в соответствии с Нью-Йоркской конвенцией 1958 года в странах, отказавшихся от признания хорватского закона (например, в Сербии, Словении и Боснии). Таким образом, несмотря на то, что 9 ноября 2017 года судья Высокого суда Англии встал на сторону Хорватии, у Сбербанка еще есть возможность переломить ход событий.

Когда государство принимает отдельные законы для защиты отечественных компаний в ущерб иностранным контрагентам, к ответственности может быть привлечено само государство. Примечательно, что Хорватия сталкивается с инвестиционным арбитражем не впервые. В 2016 году венское подразделение банка UniCredit инициировало инвестиционный арбитраж против Хорватии в связи с введением закона о принудительной конвертации в евро договоров займа, заключенных в швейцарских франках. Закон, направленный на защиту хорватских потребителей, предусматривал, что все расходы, связанные с такой конвертацией, лежат на кредиторах. В результате такой меры пострадали UniCredit, Raffeisen, Erste Group, Сбербанк и другие. Данное разбирательство еще не завершено.

В контексте вышеописанного разбирательства вспоминаются действия Аргентины, направленные на урегулирование финансового кризиса в 2001 году, которые послужили основанием для более чем 40 инвестиционных споров. В 2002 году Аргентина ввела чрезвычайный закон, в соответствии с которым в сфере электроснабжения более не допускался расчет тарифов по ставке один аргентинский песо — один доллар США. Данный закон нанес значительный ущерб инвесторам из США, которые в 1998 году решили инвестировать в Аргентину только из-за благоприятного обменного курса, закрепленного на тот момент в законодательстве Аргентины. В большинстве случаев арбитры вынесли решение в пользу иностранных инвесторов, признав действия Аргентины не соответствующими международным стандартам.

Ситуация с Agrokor отличается тем, что в данном случае речь идет о предоставлении займов, а не о, инвестициях в чистом виде. В то же время, учитывая крайне важное значение данной компании для экономической стабильности Хорватии, а также объем предоставленных Agrokor займов, очевидно, что Lex Agrakor был принят в публичных, то есть государственных интересах, что может служить основанием для обращения в инвестиционный арбитраж. Однако, российским кредиторам нужно понимать, что двусторонний договор о защите инвестиций между Хорватией и Россией, хоть и подписан, еще не вступил в силу, в связи с чем механизм такого обращения им недоступен. В то же время это не препятствует другим иностранным кредиторам или иностранным подразделениям российских кредиторов попытаться обратиться в инвестарбитраж и взыскать с Хорватии понесенные убытки в случае признания их иностранными инвесторами, пострадавшими в результате протекционистских мер государства.

Таким образом, возможности и перспективы Сбербанка и других кредиторов по взысканию долга с хорватской компании Agrakor пока смешанные. Во-первых, важно, что решит суд апелляционной инстанции в Англии. Оставит ли он в силе решение судьи Высокого суда или посчитает, что право на арбитраж в глобальной экономической перспективе имеет большее значение, чем протекционистские меры государства. Во-вторых, государственные суды имеют не последнее слово в данном споре — арбитры LCIA, не связанные ранее принятыми решениями, вправе удовлетворить исковые требования Сбербанка (принимая, кстати, во внимание финансовый кризис в Хорватии). В любом случае, если результаты коммерческого арбитража сложатся не в пользу кредиторов компании Agrakor, они могут попробовать воспользоваться защитой международных соглашений и инициировать инвестиционный арбитраж против Хорватии. Несмотря на кризисное положение в государстве, лишение кредиторов права на независимый и беспристрастный арбитраж и передача споров по взысканию многомиллиардного долга в государственные суды — слишком экстремальная мера, правомерность которой находится под сомнением.

При полном или частичном использовании материалов - ссылка обязательна http://elitetrader.ru/index.php?newsid=369180. Присылайте свои материалы для публикации на сайте. Об использовании информации. Реклама на сайте