А судьи кто?

Предложенный АСВ механизм законодательной защиты банковских вкладчиков вскрыл проблемы судебной системы в России. В очередной раз.

В двух словах напомню, о чём, собственно, идёт речь. В начале февраля «КоммерсантЪ» сообщил, что Агентство по страхованию вкладов (АСВ) «массово» подаёт иски к «вкладчикам, забравшим деньги из банков незадолго до отзыва лицензий». В статье были упомянуты два банка – Военно-промышленный банк (ВПБ) и Татфондбанк (ТФБ).

АСВ настаивало на признании этих сделок (в законе они называются «сделки с предпочтением») недействительными. По данным АСВ, всего сделки с предпочтением были выявлены в 160 из 195 кредитных организаций, признанных банкротами в 2015–2017 годах, в 128 банках такие сделки были совершены в интересах физлиц.

В случае удовлетворении иска судом, гражданин должен вернуть банку деньги, которые поступят в общую конкурсную массу. Затем (возможно) получить их обратно. На сумму до 1,4 млн рублей он получит страховое возмещение от АСВ, при превышении этой суммы – встанет в очередь кредиторов. Если же человеком деньги уже потрачены, то бывшего клиента банка ожидают все «прелести» исполнительного производства, вплоть до визита судебных приставов, ареста и распродажи имущества и даже личного банкротства.

Интересно, что практически год назад – в январе 2017 года – об аналогичной ситуации с вкладчиками Капиталбанка рассказывал портал Banki.ru. Но тогда эта тема не получила развития, несмотря на жалобы в Совет при президенте РФ по правам человека. Вот и гадай, то ли «КоммерсантЪ» более уважаемое издание, то ли вкладчики Татфондбанка оказались более убедительными.

Так или иначе, но АСВ осознало свои ошибки (или кто-то помог агентству их осознать – в предвыборный период подобная шумиха ни к чему), и готово пойти на то, чтобы запретить самому себе подобные иски. АСВ предложило внести в законодательство изменения, ограничивающие возможность оспаривания сделок физлиц с банками, совершенных незадолго до банкротства кредитных организаций.

В качестве решения проблемы АСВ предложило на обсуждение два варианта изменения законодательства: либо запретить оспаривать такие ситуации совсем, либо ограничить сумму оспаривания операций физлиц (например, по снятию вкладов до 1,4 млн рублей иски не подаются).

Попробую объяснить, почему не стоит радоваться раньше времени. Нет, я далек от принципа «лес рубят – щепки летят» и то, что добросовестные вкладчики после принятия соответствующих поправок будут выведены из-под удара – отлично. Вот только как быть с теми, кто, действительно, получил деньги в обход общей очереди? Случаи, когда, например, юрлица переоформляют свои средства на счетах в проблемном банке на депозиты физлиц и потом снимают деньги, далеко не единичны.

Или еще хуже – вы приходите в банк за своими кровными, но вам отказывают – в кассе нет денег. Через пять минут приходит другой вкладчик и получает все причитающиеся ему деньги. Почему? Ну, вот, та самая «сделка с предпочтением»: может быть он сумел каким-то образом договориться с сотрудником банка, чем-то заинтересовать его. Например, процентом от выданных ему наличных. Именно такие сделки и попадают сегодня в категорию оспариваемых: когда их совершение происходило в условиях явной фактической неплатежеспособности банка, при которой банк не исполнял требования других кредиторов (наличие картотеки).

Должно ли АСВ иметь право оспаривать подобные сделки и возвращать средства в конкурсную массу? На мой взгляд, ответ очевиден. Ведь, в конечном итоге, деятельность АСВ, как временной администрации, и должна быть направлена на создание и увеличение конкурсной массы для удовлетворения требования кредиторов. Сознательный (законодательный) отказ от таких исков открывает широкий простор для схемных операций в преддверии введения в проблемные банки временной администрации.

Проблема, ведь, не в исках АСВ, как таковых, а в «конвейерных» решениях судов по ним. На что, собственно, и жаловались честные вкладчики. «Некоторые иски суд рассматривал за 10–15 минут, унизительно быстро решая судьбу людей. Все решения вынесены в пользу АСВ как под копирку», - говорил один из них «Коммерсанту».

В который уже раз подтверждается отсутствие состязательности в судопроизводстве (особенно, когда интересантом выступает государственная структура). Если бы бывший вкладчик имел возможность опровергнуть наличие у него злого умысла, то и АСВ не пришлось бы изобретать велосипед, на ровном месте меняя законодательство.
Источник http://www.finversia.ru/
При копировании ссылка http://elitetrader.ru/index.php?newsid=386074 обязательна
Условия использования материалов