Как торговец чаем Ahmad стал бизнес-ангелом для российских стартапов

Заработав деньги на торговле чаем Ahmad и начав венчурный бизнес с рыбной фермы в Израиле, выпускник МФТИ Сергей Дашков сегодня стал одним из самых активных инвесторов в российские стартапы. Во что он вкладывает деньги?

Посреди пустыни Негев в Израиле стоит ферма производительностью в две тысячи тонн рыбы с солнечными батареями на крыше. Ферма черпает термальную воду из-под земли, наполняет ею огромные бассейны, где выращивается барамунди — австралийский окунь, который может вырасти до метра в длину. Остатки воды механизм направляет в растущую неподалеку оливковую рощу.

Контрольный пакет этой похожей на оазис фермы «Акватек» принадлежит предпринимателям Сергею Дашкову и Глебу Смирнову. В «Акватек» они вложились в 2011 году, а Дашков после поездки на эту ферму начал активно вкладываться в стартапы. Последние два года он входит в пятерку самых активных бизнес-ангелов по версии РВК и профильного издания про венчурный бизнес Firrma.

Активность авторы рейтинга измеряют в количестве сделок со стартапами. В 2017 году Дашков профинансировал 10 проектов, заняв в рейтинге третье место. В 2018 году он оказался на четвертой строчке c девятью новыми стартапами. Всего он вложил в проекты $8 млн, медианный чек — $150 000.

Чайный капитал
Свой капитал Дашков заработал на торговле чаем Ahmad. Он занялся этим абсолютно случайно, еще будучи студентом Московского физико-технического института. В 1993 году один человек предложил ему и Смирнову купить три тонны чая. Цена была очень низкой — $2–3 за килограмм. Чай удалось перепродать с доходностью 25–30%, и тогда партнеры вышли на компанию-производителя Ahmad Tea. К немалому удивлению друзей, англичане согласились на сотрудничество в России.

Дашков и Смирнов занялись дистрибуцией чая, а в 2002 году открыли первый завод в России. По данным «Интерфакс-СПАРК», выручка компании «СДС-Фудс» в 2018 году составила 4,05 млрд рублей (в 2014-м было 6,26 млрд рублей). Дашкову принадлежит 47,22% компании, Смирнову — 52,78%.

Дашков еще в 2007 году начал отходить от чайного бизнеса и подыскивал себе новое занятие. Он пробовал играть на фондовом рынке и покупать доли в готовом бизнесе. «Прямые инвестиции в нормально работающий бизнес — неплохая стратегия сохранения собственных денег», — вспоминает он. Именно эта стратегия и привела Дашкова в израильскую пустыню. Но эксперименты с прямыми инвестициями шли тяжело — сказывалось отсутствие опыта.

«Мы тогда все делали, конечно, неправильно», — вспоминает Дашков. Свободных денег было больше, чем предложений: брали все подряд. «Тот, у кого много денег и мало проектов, — это такой, образно говоря, фермер, который должен быть обманут», — объясняет он.

Так и вышло с «Акватеком». Еще на старте израильские партнеры совершили кучу ошибок. Например, не смогли обеспечить нужное качество воды, и из-за этого рыбы (тогда это была дорада) начали болеть и атаковать друг друга. Российские инвесторы расстались с израильскими партнерами, привезли свои технологии, экспертизу и перезапустили ферму с новой, менее «капризной» рыбой — барамунди.

На подобных «Акватеку» проектах бизнесмен потерял более $1 млн. Но кое-что приобрел. Когда он ездил на ферму, к нему выстраивалась очередь за деньгами из местных предпринимателей. И Дашков решил попробовать себя в венчурных инвестициях. Для начала он решил разобраться. Знакомые из фондов — Александр Туркот из Maxfield Capital, Глеб Давидюк из iTech Capital, Дмитрий Чихачев из Runa Capital — учили его оценивать компании.

«Благодаря этому периоду ученичества я понял, что подход к исследованию проекта у меня был совершенно дилетантский», — вспоминает Дашков. Вот несколько уроков, которые он вынес. Первый: у инвестора должен быть большой пул проектов, которые конкурируют за его деньги. Второй: на старте нужно четко для себя определить, в каких случаях вкладываться. Третий: нужно нанять команду профессионалов, которые будут искать недочеты в понравившихся проектах.

Правила инвестирования
Каждый год Дашков лично просматривает примерно 250–300 проектов, выбирает 5–10. Из 34 проектов, в которые он вложился, несколько уже списаны, долю в двух он смог выгодно продать. Называть проекты и прибыль Дашков отказывается, ссылаясь на договор о неразглашении. Еще 11 проектов в «хорошем состоянии» — они развиваются и привлекают новые раунды инвестиций. Остальные 16 проектов «живы, но их дальнейшая судьба пока неясна».

В его портфеле есть, например, проект Electroneek (инвестиции Дашкова составили $150 000), который разрабатывает программное обеспечение, позволяющее автоматизировать рутинные, повторяющиеся задачи работников компаний, платформа таргетированного интерактивного телевидения GetShop.TV (инвестировал $300 000) и команда Innovasonic ($100 000), разрабатывающая прибор для автоматической очистки поверхностей (в том числе прозрачных) с помощью встроенной сетки невидимых микроультразвуковых преобразователей.

Один из громких проектов, в которые вложился Дашков, — приложение Sarafan, которое позволяет распознавать одежду по фото и подбирать аналоги в других магазинах. В случае с Sarafan инвестор сам гонялся за проектом, а не наоборот. По словам основателя компании Андрея Корхова, в 2017 году Дашков дважды предлагал ему деньги, и только со второго он согласился — подкупили мудрость и успешный предпринимательский опыт инвестора. Дашков вложил в проект $400 000 в два этапа, в первый самостоятельно, во второй вместе с другими инвесторами в крупном раунде на $1,3 млн.

За три года работы компания Sarafan Technology вышла в Европу и обзавелась офисом в Нью-Йорке, приложение расширилось до полноценной marketingtech-платформы, которую используют более 120 онлайн-изданий и 150 e-commerce-партнеров. Сейчас Дашков состоит в совете директоров компании, помогает ей связями и советами, говорит Корхов.

Еще один высокотехнологичный проект в портфеле Дашкова — Engage VR. Команда продает франшизу по созданию парков развлечений, управляет самостоятельно двумя парками и разрабатывает VR-контент и технологии. Дашков инвестировал в проект около $250 000 в 2018 году в раунде на $1 млн совместно с акселератором FunCubator, фондом RB Capital и частным инвестором Валерием Кривенко.

Основатель стартапа, 29-летний Михаил Торкунов, по образованию математик-экономист, считает Дашкова и его партнеров командой физтеховских инвесторов с особым научным взглядом на мир. «Абстрактные идеи для Сергея — это что-то непонятное. Он смотрит на мир как ученый, конечно, это совсем другой склад ума», — поясняет Торкунов, он жалеет, что редко видится с инвестором.

Дашков предпочитает вкладываться в стартапы с русскоязычными фаундерами на ранних стадиях инвестирования. У него нет ограничения по направлениям, единственное исключение — фудтех. С ним Дашков старается не связываться: он хорошо разбирается в этом рынке и четко видит все подводные камни. «В фудтех часто идут непрофессионалы, которые решают срочно начать делать бургер по рецепту жены или какой-то великолепный кофе, — объясняет он. — Скорее всего, это не сработает, а если и сработает, то идею украдут. Туда не стоит вкладываться».

Дашков инвестирует только в проекты, нацеленные на глобальный рынок. Он требует, чтобы фаундеры разбирались в своем рынке и четко формулировали свои конкурентные преимущества. Ему важно, чтобы люди имели глубокое представление о своей индустрии. «Если человек не может рассказать мне, как устроен конкурентный ландшафт, то этот человек не понимает, с чем ему предстоит столкнуться», — объясняет Дашков.

Он точно не будет работать с командой, которая специально искажает информацию, чтобы получить финансирование. По его словам, если человек не видит явных дефектов в своих данных из-за розовых очков — это приемлемо, а вот осознанная манипуляция информацией — нет. «Я видел докторов наук, которые подделывали лабораторные журналы», — приводит пример Дашков.

За свои инвестиции он обычно получает 5–10% компании, нормальный основатель не отдаст больше на ранней фазе, объясняет Дашков.

Глеб Смирнов не разделяет увлечения своего партнера венчурными инвестициями. «Мне не нравится большое число непрофессионалов, обманщиков и горе-менеджеров на этом рынке», — говорит он. Впрочем, сейчас Дашкову пришлось на время отвлечься от стартапов.

Горький кофе
Летом 2019 года в сети кофеен «Даблби», в которую инвестировали Дашков и Смирнов, разразился скандал. Сооснователь и гендиректор «Даблби» Анна Цфасман покинула свой пост, и его занял Дашков. «Я всегда очень хорошо относилась к Сергею, но в моем случае бизнес-ангел в его лице оказался совсем не ангелом», — говорит Цфасман.

До «Даблби» Цфасман, Ольга Бабкова и Ольга Мелик-Каракозова работали в сети кофеен «Кофеин», но ушли оттуда из-за различия во взглядах на качество кофейного продукта с руководством. В 2012-м они предложили Смирнову и Дашкову создать сеть чайно-кофейных магазинов, первоначальные инвестиции в проект составили $1 млн (75% вложили Смирнов и Дашков, остальное — девушки). Идея с магазинами не взлетела, но зато выстрелил формат кофеен, который начался с одной точки «Даблби» в Милютинском переулке рядом с НИУ ВШЭ. За пару лет компания превратилась в крупную сеть франчайзи по всей России, сейчас в ней 72 точки по франшизе и шесть собственных кофеен.

Но с ростом компании стало расти и напряжение между партнерами, что привело к смене руководства и допэмиссии на 37,5 млн рублей, в результате доля Цфасман и Бабковой сократилась до 0,01% (третья соосновательница покинула проект раньше). В конфликте стороны винят друг друга.

По словам Дашкова, причина конфликта — убытки и скандалы с франчайзи. В конце 2018 года зарубежные франчайзи «Даблби» обвинили Цфасман в том, что она, продав им франшизу, не оказывала существенного содействия в бизнесе, хотя на словах такую поддержку обещала. А в апреле 2019-го с заявлением в полицию обратился совладелец кофейни в «IQ-Квартале» в «Москва-Сити» Никита Рябинин. Он обвинил Цфасман в хищении средств, которые он передал ей на покупку 50% компании Ausangg Ltd, владевшей мастер-франшизой «Даблби» в Грузии. Цфасман была посредником в сделке. Рябинин, по его словам, за долю в 50% передал Цфасман под расписку 2 млн рублей, а затем внес еще более 1 млн рублей для закрытия операционных убытков кофейни в Тбилиси. Но обещанную долю в компании он так и не получил.

Смирнов настроен более решительно, он обвиняет Цфасман в том, что она довела компанию до банкротного состояния, а также нарушала нормы этики и даже закон. По данным СПАРК, чистый убыток «Даблби» в 2018 году составил около 25 млн рублей.

Цфасман полагает, что старшие партнеры изначально хотели избавиться от основательниц и забрать компанию себе, поскольку за несколько лет до конфликта партнеры попросили передать товарный знак «Даблби» на их операционную компанию и обещали впоследствии перевести его на совместную компанию, но так этого и не сделали. Весной «Даблби» готовили к продаже, но девушки отказались подписывать документы по сделке, так как в них был ряд требований и обязательств, с которыми они не были согласны. Сделка сорвалась. По словам Цфасман, финансовые проблемы у фирмы были и ранее, но уйти с поста гендиректора ее попросили именно после этого.

Сейчас Бабкова и Цфасман занимаются собственным кофейным проектом, детали которого до запуска не раскрывают. Несмотря на все скандалы, Дашков уверен, что «Даблби» — отличный проект. О суммарных инвестициях в $3 млн он не жалеет. Сейчас «Даблби» занимает почти все его время, но Дашков надеется, что в течение года он нормализует работу компании и сможет вернуться к тому, что так полюбил, — стартапам.

«Кофейный МММ»: как основательница «Даблби» потеряла бизнес и конкурирует с бывшими инвесторами

Как торговец чаем Ahmad стал бизнес-ангелом для российских стартапов


За восемь лет Анна Цфасман превратила «Даблби» в одну из самых заметных сетей кофеен в России, но летом 2019-го со скандалом ушла из собственной компании. Инвесторы обвиняли ее в неэффективном управлении, а франчайзи — в обмане и мошенничестве. Почему имя предпринимательницы по-прежнему вызывает доверие на рынке и удастся ли ей построить новую кофейную империю?
43-летняя Анна Цфасман уверенно покачивает ногой в сапоге на шпильке, сидя в своей новой кофейне Flip в Милютинском переулке. Полгода назад она лишилась статуса гендиректора в компании, которую с нуля строила последние восемь лет, — сети кофеен «Даблби». Цфасман смогла довести число точек до 85, вывести бренд на зарубежные рынки и достичь годового оборота в 1 млрд рублей. Победному шествию бизнеса помешал корпоративный конфликт с совладельцами и напряженные отношения с франчайзи. Инвесторы, которые вложили в «Даблби» $3 млн, по словам основательницы, выдавили ее из компании, а сама она продолжает разбираться с судебными исками от бывших партнеров по обвинению в мошенничестве.

Несмотря на это, Цфасман не планирует уходить с рынка — недавно она вместе с бывшей совладелицей «Даблби» Ольгой Бабковой запустила новый проект. Первая кофейня Flip открылась на еще не остывшем месте одной из самых успешных точек «Даблби». Это продуманный ход: Цфасман собирается использовать все наработанные годами ресурсы и настроена на серьезную борьбу.

Forbes поговорил со всеми участниками конфликта и попытался разобраться, кем является основательница одного из самых заметных проектов на кофейном рынке — жертвой или злым гением.

Уйти на хайпе
Анна Цфасман родилась в Москве, в семье инженеров. Работать начала в 13 лет — собирала на заводе электрические бритвы, чтобы на вырученные деньги купить собаку, о которой давно мечтала. Опыт понравился, и каждые каникулы она стала работать: переводчиком с английского, организатором мероприятий, маркетологом.

Окончив экономфак в Московском международном университете, в 1999-м Анна устроилась менеджером по работе с клиентами в «Студию Артемия Лебедева», где задержалась на восемь лет. Поворотным моментом в ее карьере стал переход в сеть кофеен «Кофеин», где Цфасман заняла должность управляющего директора. Задача была амбициозной — догнать основных конкурентов в лице «Кофе Хауз» и «Шоколадницы». Анна сделала ставку на продукт и ввела в меню так называемый specialty coffee — отборные зерна, которые в закупке стоили в полтора раза дороже аналогов.

Для контроля качества менеджер с командой лично летала к фермерам в Африку и Латинскую Америку: проверяла, в каких условиях растут зерна, как их собирают и хранят, и договаривалась о поставках напрямую. Маржинальность основного продукта «Кофеина» сократилась, но оборот при Цфасман рос на 8-12% в год. К 2011-му, по данным СПАРК, выручка сети достигла 24,6 млн рублей, прибыль — 548 000.

Эти цифры не убедили руководство сети во главе с владельцем Евгением Коганом в правильности политики Цфасман, и они требовали сократить расходы на закупку зерен (на запрос Forbes Коган не ответил). Анна стояла на своем, что привело к расколу в команде: вместе с титулованной бариста Ольгой Мелик-Каракозовой и директором по франчайзингу «Кофеина» Ольгой Бабковой она ушла запускать собственный проект.

«Уход Анны из «Кофеина» был достаточно хайповым — она уходила с идеей, что сеть перестает делать качественный продукт и мы будем топить за качество кофе. Этим она сразу же привлекла к себе внимание на рынке и получила кредит доверия», — считает ресторатор, основатель группы компаний Hurma Group Дмитрий Левицкий. В числе тех, кто обратил внимание на амбициозную команду из «Кофеина», был знакомый Мелик-Каракозовой Глеб Смирнов, совладелец фабрики Ahmad Tea. Он рассказал об идее заведения с отборным кофе «чайному» партнеру Сергею Дашкову (в ООО «СДС Эком», основном юрлице Ahmad Tea, Смирнов владеет 52,78%, Дашков — 47,22%). Тому задумка понравилась: она оказалась продолжением затухшей ветки их со Смирновым бизнеса по продаже кофе в магазинах.

Бабушка Бэтмен
Вместе со Смирновым Дашков инвестировал $1 млн в обмен на 75% специально созданного для кофейного бизнеса юрлица ООО «СДС-Торг». Оставшуюся четверть компании поделили Цфасман (9%), Мелик-Каракозова и Бабкова (по 8%), внеся соразмерные доли в уставной капитал. Дашков и Смирнов оставались инвесторами, не вовлеченными в операционную деятельность проекта, а развитием сети занимались основательницы. «Дальше девушки пошли что-то делать, контролировали мы их очень плохо. Они были маленькими, нас не хватало на них», — вспоминает Дашков. По словам Бабковой, взаимодействие с инвесторами ограничивалось обсуждением отчетов и стратегии развития: «У Сергея не было опыта работы в общепите, но он очень профессионально анализировал цифры и давал полезные советы».

В 2012 году в Москве открылась первая кофейня «Даблби» (от англ. double b — две «б»). В названии зашифрованы начальные буквы фразы «бабушка Бэтмен» — так на тот момент девятилетняя дочь Цфасман называла бабушку, маму Анны. Образ зашифрован и в логотипе «Даблби»: над названием кофейни изображен бабушкин платочек.

«Свое мне забрать не дали — ни долю продать, ни выкупить. Это был мощнейший урок»

Концепция была нестандартной: «Даблби» представляли собой магазины, где продавались кофе и чай в упаковках и стояло несколько столиков, где можно было выпить чашку горячего напитка. Свободная площадь нашлась в телецентре «Останкино». По словам Анны, попасть в телевизионную мекку оказалось несложно — помогли дружеские связи. Но ставка на журналистов-кофеманов не сработала: те были не готовы покупать отборный кофе по цене выше, чем в стандартных ларьках «кофе с собой», и спустя полгода место закрылось.

На оставшиеся от инвестиций 5-6 млн рублей Цфасман, Мелик-Каракозова и Бабкова решили перезапустить бизнес в новом формате монокофейни — заведения без еды, где можно было выпить на месте или взять с собой чашку кофе и чая. Мелик-Каракозовой идея не нравилась: она хотела развивать профессиональные магазины с большим ассортиментом кофе и чая, а не «просто продавать серые стены». Предпринимательница осталась в проекте на период запуска, но спустя год ушла из компании. «Это [монокофейня] был мыльный пузырь, который никогда не принес бы прибыли. Я побуянила, попробовала всех наставить на путь истинный, но проиграла бой и ушла», — вспоминает она.

Почти сразу же Мелик-Каракозова открыла собственный магазин и кофейню «Смарт Кофе», совмещенные со школой бариста, а позже занялась еще и молочным бизнесом и импортом кофе. По данным СПАРК, совокупная выручка трех юрлиц Мелик-Каракозовой за 2018 год составила более 70 млн рублей, прибыль — почти 16 млн. При этом у Ольги до сих пор сохранилась доля в «СДС-Торг» — те же 8%, что она получила на старте. «Свое мне забрать не дали — ни долю продать, ни выкупить, активы вывели и сделали новую компанию без меня, — сокрушается предпринимательница. — Это, конечно, был мощнейший урок. Теперь у меня во всех проектах минимум 50%». Дашков на вопрос Forbes о том, действительно ли Мелик-Каракозовой при ее выходе из проекта препятствовали в продаже доли, ответить не смог: «Управляла компанией в тот момент Цфасман, не могу комментировать, что там происходило во взаимодействии Цфасман — Каракозова».

Роль личности в истории
«Даблби» действительно работал в минус: по данным СПАРК, убыток в 2012 году составил 3,26 млн рублей, в 2013-м — 12,7 млн. Несмотря на это, уже в первый год работы сети появились желающие купить у Цфасман франшизу. Дмитрий Левицкий из Hurma связывает востребованность «Даблби» с личностью основательницы: «[Цфасман] одна из первых стала воспитывать бариста на мировом уровне, много рассказывала про зерно, давала интервью, выступала». Удачным, по его мнению, было и решение открывать кофейни без еды: это упростило вход на рынок и позволило быстро масштабироваться.

Анна не отрицает: она сознательно сделала упор на пиар, маркетинг и раскрутку бариста. Франшизы стали открываться одна за другой: в Москве, Санкт-Петербурге, регионах, а в 2015-м запустилась первая зарубежная точка — в Праге. Паушальный взнос (право использовать бренд и технологии сети) составлял 200 000 рублей, роялти (процент с выручки или прибыли) головная компания не брала.

«Иногда есть люди, которым нельзя помочь. В этом нет ничего ужасного. Но делать за них бизнес неправильно в любом случае»

За семь лет сеть разрослась до 85 точек в России, Чехии, Испании, Грузии, Дубае и странах СНГ. Право присоединиться к их числу сегодня стоит 1,5 млн рублей, еще по 4% от выручки ежемесячно франчайзи перечисляют в виде роялти. По словам Дашкова, после закрытия нескольких убыточных кофеен у «Даблби» осталось 79 точек, девять из которых принадлежат головной компании.

«Цфасман — одна из главных адептов качественного кофе. Она во многом способствовала изменению мнения людей о том, что такое кофейный напиток, и понимания людей в индустрии, как надо относиться к кофе, — рассуждает Левицкий. — Историческое значение ее личности в развитии кофейного рынка невозможно недооценить». «Даблби» на самом деле изменила отношение к кофе в России, соглашается Дашков.

«Бизнес-модель по обдиранию франчайзи»
Совокупная выручка сети из 85 точек в 2018 году, по словам Цфасман и Дашкова, достигла 1 млрд рублей. Для сравнения, выручка крупнейшей сети кофе-баров Coffee Like, у которой сегодня больше 400 точек, за тот же период достигла 1,35 млрд рублей. Бариста «Даблби» регулярно занимали призовые места на международных чемпионатах, компания готовилась к выходу на рынок США. Но за красивой картинкой успешного бизнеса скрывались многочисленные корпоративные конфликты, которые летом 2019-го привели к уходу Цфасман из компании. Причин тому несколько.

Первая и самая заметная — волна претензий франчайзи, которые обвиняли Анну в халатности, отсутствии обещанной поддержки и даже мошенничестве. Недовольство партнеров выливалось на страницы СМИ — в конце 2018-го франчайзи из Барселоны, Праги, Дубая и нескольких российских городов заявили о том, что Цфасман брала часть выплат наличными (что запрещено договором), а многие договоренности вообще оставляла на словах и не выполняла, пользуясь авторитетом в глазах партнеров. «Аня бывает очень убедительной, умеет она говорить красиво, категорично, ей хочется верить. В этом основная беда, которая потом выливается в потерю финансов», — характеризует предпринимательницу одна из первых франчайзи (все цитаты партнеров даны анонимно по их просьбе).

Основной вывод, который делают восемь опрошенных Forbes франчайзи, — кофе «Даблби» продает действительно качественный, но бизнес-процессы внутри компании выстроены плохо, поддержка франчайзи не стоит денег, которые те отдают в виде роялти. «Это своего рода кофейный МММ: держался-держался и вдруг лопнул. Бизнес-модели нет — это просто модель по обдиранию франчайзи», — категоричен партнер из региона.

Самая частая претензия в адрес Анны — обвинения в том, что она принимала часть выплат наличными. Об этом СМИ рассказывали франчайзи из Барселоны и подтвердили Forbes трое их «коллег» из России. По их словам, наличными или переводами на карту они оплачивали курсы бариста (80 000 рублей вместо официальных 105 000), часть аренды и до половины паушального взноса (скриншоты с подтверждениями есть в распоряжении Forbes). Цфасман заверяет, что денег на руки никогда не брала: «У меня не было доступа к бухгалтерии и провернуть эти схемы с наличными я просто не могла».

Постоянно возникали проблемы и с ежедневной поддержкой, которую при заключении договора обещал головной офис. Открытие точки могло затянуться в два раза, с обещанных полутора месяцев до трех. Менеджеры по работе с партнерами в сети были, но оказывались настолько перегружены, что отказывались выезжать на места и пытались решить все проблемы в переписке или по телефону. «Очень сложно было понять в таком режиме, куда установить стойку или шкафы. Если они и приезжали, то через несколько дней после заявки. Кофейня простаивала, мы платили аренду и теряли деньги», — жалуется один из партнеров сети. Бытовые вопросы вроде поиска грузчиков и закупки стаканчиков тоже приходилось решать своими силами. Цфасман признает, что с поддержкой не все было идеально, но ответственность за проблемы франчайзи брать на себя не готова: «Иногда есть люди, которым нельзя помочь. В этом нет ничего ужасного. Но делать за них бизнес неправильно в любом случае».

Не было и должной маркетинговой поддержки: не проводились общесетевые рекламные кампании, стоимость которых была заложена в роялти, жалуются франчайзи. По их словам, владельцы ограничивались простыми советами: подружиться со всеми в округе, проводить мероприятия и дегустации, рассказывая о высоком качестве кофе. Эти действия отнимали время и средства, а долгосрочного выхлопа не давали. «Сказать, что вообще никакой поддержки не было, я не могу. Не было системности: кто в лес, кто по дрова», — делится столичный франчайзи. Претензии к менеджерам были, и часто были справедливыми, не отрицает Анна: «Менеджеры наши все были из опытных шеф-бариста, знали работу кофейни изнутри, но не всегда могли решить все проблемы, с которыми сталкивались партнеры. А у нас в России все принято решать с главным, такая национальная особенность».

Тбилисский детектив
Первым, кто дошел с претензиями к Цфасман до суда, стал московский франчайзи Никита Рябинин. Он обвиняет основательницу в мошенничестве на 3 млн рублей, которые она и Бабкова якобы взяли у него (частично наличными, частично в виде переводов на карту) для покупки 50% доли в тбилисской кофейне. Скриншоты переписки Рябинина с его менеджером в головном офисе и Ольгой Бабковой, а также расписки Цфасман о том, что наличные деньги были приняты, есть в распоряжении Forbes.

Со слов Рябинина, дело было так: Анна рассказала ему, что владелец «Даблби» в Тбилиси готов продать половину бизнеса за 2 млн рублей, и предложила стать соинвестором. Никита согласился, но захотел переговорить с владельцем лично и оформить перевод официально по договору. Однако Анна настаивала на своем посредничестве ради более выгодных условий: якобы владелец кофейни доверял только ей. Передать деньги наличными, по словам Никиты, тоже предложила Цфасман — «чтобы не усложнять». Рябинин на протяжении почти года — с октября 2017-го по ноябрь 2018-го — считал себя совладельцем грузинской точки и успел передать менеджеру, отвечающему за кофейню в Тбилиси, по указке Бабковой (ее имя фигурирует в переписках Рябнина, касающихся этих переводов) 1 млн рублей на развитие заведения. Но прибыли не получил: «Мне не нравилось, как идут дела, и я решил выйти из бизнеса и попросил Анну вернуть мне вложенные деньги. Но она говорила что-то про аудит, находила отговорки и тянула время». Рябинин обратился к Дашкову и Смирнову и выяснил, что те о сделке в принципе ничего не знали. Тогда-то франчайзи и решил отправиться в суд.

У Анны другая версия. По ее словам, Рябинин сам попросил передать «пакет с деньгами, потому что владельцы по пути на встречу застряли в пробке, а он опаздывал в аэропорт», на что она согласилась. Затем Цфасман предлагала Рябинину все-таки оформить официальный договор с грузинским партнером, но он отказался, а затем вообще решил выйти из проекта. Совладелец тбилисской «Даблби» Михаил Муджири, по версии Анны, отказался возвращать деньги и она отдала 2 млн рублей из своего кармана, чтобы не провоцировать эскалацию конфликта. «Никита не виноват, что мальчики оказались мошенниками», — поясняет она.

Муджири заявил Forbes, что не знал о готовящейся сделке и вообще о существовании Рябинина: «Узнал из СМИ, только когда он подал заявление в полицию». Цфасман уверяет, что Муджири врет: он со своим партнером все-таки взял у нее оговоренные 2 млн рублей, о чем свидетельствует расписка (есть в распоряжении Forbes), а долю в компании так и не передал.

«По уму надо было в 2017-м поменять девушек на команду профессионалов, тогда бы все было иначе»

Рябинин подтверждает, что деньги от Цфасман обратно получил, но уточняет, что ему вернули только 2 млн рублей, а еще 1 млн, перечисленный порционно (документы, подтверждающие операции на указанную сумму, есть в распоряжении Forbes), остались у головной компании. Эти средства Рябинин по-прежнему рассчитывает получить через суд: иск, по словам предпринимателя, приняли в УВД, но дело пока не возбуждено. Четверо из опрошенных Forbes франчайзи планируют присоединиться к Рябинину и готовят материалы, чтобы подать заявления о хищении денежных средств по статье 159 УК РФ «Мошенничество»: по их словам, Анна брала у них паушальные взносы наличными за новые точки, которые так и не открылись. Цфасман все обвинения отрицает: «Заявить можно что угодно. Доказать — другое дело».

«Мы думали, что нам хватки недостает. Но потом я поговорил с другими франчайзи и не нашел ни одной прибыльной точки в регионах. За два года я наигрался во франшизы, прививку в 5 млн [рублей] убытков получил», — рассказывает один из региональных франчайзи, который в итоге закрыл кофейню. По его мнению, дела могли идти лучше, если бы компания на ставила ограничения, например, на использование определенного вида кофе и продажу еды. В Москве ситуация не лучше: один франчайзи перепродал франшизу и оборудование, потому что за восемь месяцев не вышел в плюс, второй — проработал три года, но в итоге открыл на месте кофейни веган-бистро, которое быстро вышло в плюс.

Вывести сеть в плюс Цфасман действительно не удалось: совокупный убыток группы юрлиц, под которыми работают собственные девять точек «Даблби», школа бариста, импорт кофе и головной офис, в 2018-м составил порядка 30 млн рублей при выручке чуть больше 300 млн. Показатели всей сети, включая франчайзинговые точки, Сергей Дашков не раскрывает, уточняя, что в 2018 году сеть «точно не работала в прибыль». «По уму надо было в 2017-м поменять девушек на команду профессионалов, тогда бы все было иначе», — сетует он. Анна не считает финансовые показатели провалом: компания работала по инвестиционной модели, и операционная прибыль не была в приоритете.

Впрочем, не все франчайзи настроены к Цфасман враждебно. «Я абсолютно уверен, что у многих были претензии к Цфасман, к «Даблби», это просто естественно. У всех не может переть. У кого не поперло, тому, естественно, первого, кого хочется обвинить, — это гендир», — защищает предпринимательницу один из бывших партнеров. Самый главный плюс «Даблби» — это «продукт, действительно вкусный кофе и подход к контролю качества», добавляет владелец действующей кофейни в Москве.

Лишить головы
Второй блок проблем «Даблби» касался противоречий между основательницами и инвесторами. С осени 2018 года компанию готовили к продаже — это подтверждают и Цфасман, и Дашков. Но партнеры не договорились об условиях. «Все изменилось в тот момент, когда встал вопрос о продаже компании и условиях для существующей команды. Старшие акционеры продавали свою долю по высокой оценке, а миноритарии не получали необходимых гарантий или денежных средств. Отказ подписывать соглашение вызвал в буквальном смысле ярость и агрессию», — рассказывает Ольга Бабкова.

Летом 2019-го конфликт достиг пика, и мажоритарные акционеры уволили Цфасман с поста гендиректора. При этом совокупная доля Цфасман и Бабковой в основных юрлицах «Даблби» сократилась до 1%. Произошло это потому, что Дашков и Смирнов внесли в уставной капитал дополнительные 37,5 млн рублей. По версии Дашкова, ход был необходим, чтобы разобраться с убытками: «Компания под «мудрым» руководством Цфасман и Бабковой была доведена до крайне тяжелого финансового состояния». По версии Цфасман, деньги внесли в капитал, чтобы размыть ее долю, лишить возможности влиять на деятельность компании и заставить отказаться от мысли о продаже своей части проекта. «Ценности в 1% я не вижу. Со стороны кажется, что «Даблби» с каждым днем стоит все меньше», — поясняет она нежелание окончательно выходить из круга совладельцев.

«К нам в «Даблби» люди заказывают еду из «Кухни на районе» — это ни в какие ворота не лезет»

По словам управляющего партнера юридической фирмы RussianLegal Андрея Козлова, размытие доли — широко распространенное явление российских корпоративных войн, направленное на «выдавливание партнера из совместного бизнеса». «Бывшие партнеры Цфасман обладали квалифицированным большинством голосов, дающим право на принятие подобного корпоративного решения. В свою очередь, Цфасман могла не допустить размытия пакета, обеспечив внесение дополнительного вклада в капитал компании. Этого не произошло», — отмечает юрист. Дашков заверяет, что Цфасман и Бабковой предложили участвовать в докапитализации, но они не воспользовались этой возможностью.

Информация о корпоративном конфликте долгое время не просачивалась наружу, но на фоне «войны» за «Даблби» в СМИ начали регулярно появляться новости о недовольных Цфасман франчайзи, что пошатнуло до того безупречную репутацию предпринимательницы. Дмитрий Сидорин, основатель агентства по управлению репутацией «Сидорин Лаб», допускает, что Анна могла стать жертвой кампании по очернению ее имени: «В YouTube появились негативные подсказки «Анна Цфасман мошенница». Никаких серьезных видео по этому запросу хостинг не предлагает, похоже на умышленную накрутку негативной подсказки, на информационную атаку». Цфасман в эту гипотезу верит: «Заказные статьи были инструментом, чтобы отобрать у меня бизнес».

Вторая жизнь «Даблби»
После увольнения Цфасман пост гендиректора занял Дашков. «Очень много людей здесь, очень много ответственности, и я не могу позволить, чтобы все эти люди разочаровались, — говорит инвестор. — Я ленивый человек, но у меня гипертрофированное чувство ответственности, которое заставляет утром вставать и что-то делать». По его словам, в сети есть прибыльные точки (семь из девяти, принадлежащих головной компании; статистику по кофейням франчайзи Дашков не раскрывает), но в целом компания продолжает нести убытки — по несколько миллионов рублей в месяц.

Первым управленческим решением Дашкова стало появление в меню еды: теперь в кофейнях продаются выпечка, хлеб, сэндвичи, круассаны с индейкой и сыром, пудинги, шоколадные батончики. «К нам в «Даблби» люди заказывают еду из «Кухни на районе» — это ни в какие ворота не лезет. Забегает человек в кафе, есть хочет ужасно, просит «а есть что перекусить?», а у нас одни батончики», — возмущается предприниматель. Дашков рассчитывает, что еда поможет увеличить выручку на 15-20%, но другие игроки рынка в эффективности этого хода сомневаются. «Это вряд ли окажет большое влияние», — комментирует Максим Трубников, руководитель департамента франчайзинга группы «Шоколадница». Критикуют такой подход и оппонентки Дашкова по корпоративной войне. «Посмотрите, что успели сделать коллеги из «Даблби», имея практически неограниченный финансовый ресурс: открыли ужасные стойки на вокзалах, провели странный ребрендинг, пообещали четыре месяца назад ввести еду — витрины до сих пор пустые», — перечисляет Бабкова. Цфасман еще одним просчетом команды Бабкова считает появление на стаканчиках фразы «Вместе теплее» — точной копии русскоязычного слогана McDonald’s (в компании на запрос Forbes на момент публикации ответили).

Кроме нового меню и логотипа, Дашков сменил команду (новая, по словам Цфасман, «стоит в три раза дороже» ее сотрудников) и перезапустил интернет-магазин кофе и чая на сайте «Даблби». В 2020 году он планирует начать доставлять кофе в офисы. «Изнутри уже очень заметны положительные изменения, наконец-то начали выстраиваться бизнес-процессы. Думаю, у новой команды большой потенциал», — говорит бариста «Даблби» Никита Тютчев. «Цфасман — про идею, про свои принципы, а они [инвесторы] — про деньги. Сделают все, чтобы «Даблби» разрастался», — добавляет экс-франчайзи, который успел застать перемены. По словам действующего франчайзи, который запустил точку два месяца назад, после ухода Цфасман расширился ассортимент еды, головной офис стал жестче следить за качеством обслуживания, но значимого роста выручки пока не произошло.

«Говорить о влиянии ухода пока рано, так как в масштабах бизнеса она покинула его совсем недавно. Оценки можно будет давать позже», — осторожен Трубников из «Шоколадницы». «Анна по-прежнему ассоциируется с «Даблби» по версии [поисковых запросов] «Яндекса». Нужно будет время, пока в головах людей все поменяется», — добавляет владелец «Сидорин Лаб».

Дашков у руля «Даблби» задерживаться не планирует: «После того как компания выйдет из кризиса, я уйду. Мне нужно пересобрать компанию, решить проблемы и уйти заниматься своими стартапами» (в его инвестиционном портфеле почти десяток технологических проектов).

Сальто Цфасман
В январе 2020 года вместе с Ольгой Бабковой и еще пятью бывшими сотрудниками «Даблби» Цфасман запустила новую сеть кофеен Flip. Название переводится с английского как «сальто», «кувырок», «переворот». Кроме того, так на профессиональном сленге называется неаполитанский способ заваривания кофе, отмечает Анна.

Для запуска компании предпринимательница нашла нового инвестора, его имя пока держится в тайне. По данным СПАРК, акционером юрлица, которое указано на чеках кофейни — АО «Флип», — с долей более 20% является Мануйлов Андрей Николаевич. У его полного тезки, по данным базы проверки контрагентов, был строительный бизнес за Уралом с выручкой за 2018 год под 260 млн рублей. Цфасман не подтвердила Forbes, что инвестор — именно этот предприниматель.

В кофейне Flip есть и кофе, и полноценная еда. «Я намеренно не хотела делать копию «Даблби», чтобы не увеличивать конфликт, да и идей у меня сильно больше, — объясняет Анна. — При разработке новой концепции мы основывались на тенденциях, которые будут на рынке общепита в ближайшие 5-7 лет: экологичность, технологичность, здоровый образ жизни». Для подачи еды используется многоразовая стеклянная посуда, бариста предлагают налить кофе в тару клиента или купить на месте многоразовую кружку от японской компании Kinto, а за пластиковый стаканчик придется заплатить дополнительные 10 рублей. Зерновой кофе и чай продаются в алюминиевых упаковках. Выпечку и тосты во Flip поставляет «ЛавкаЛавка», кофе — основной поставщик «Даблби» Nordic Approach, воду — компания «Скважина».

«Я намеренно не хотела делать копию «Даблби», чтобы не увеличивать конфликт, да и идей у меня сильно больше»

«Flip — интересный проект. Занимательно, что идеи, которые они реализовали в новом проекте, — это еще те задумки, которая предлагала команда «Даблби», но почему-то они отвергались и не были реализованы», — замечает Тютчев. Цфасман подтверждает, что наметки концепции были еще в «зожном» ответвлении ее первого проекта «Даблби Грин» (в этом формате работает одна кофейня в Москве).

В Москве открылись уже две точки Flip — в Милютинском переулке и Новодевичьем проезде. «Безусловно, у Анны огромный опыт, знания, команда, и она может составить конкуренцию всему рынку. Только нужно понимать, что одна-две точки никак не повлияют на рынок: чтобы проект выстрелил и обратил на себя внимание, он должен стать сетью», — отмечает Трубников. В ближайший месяц, по расчетам Цфасман, появятся еще четыре кофейни, а до конца года она рассчитывает построить сеть из 30-40 заведений.

Открытие одной точки обходится в 6 млн рублей, большая часть из которых уходит на швейцарское оборудование для приготовления напитков, ремонт и обустройство интерьера. Предпринимательница рассчитывает, что каждая кофейня за полтора месяца станет безубыточной, а за год вложения окупятся.

Война бывших
Flip без стеснения идет по стопам предшественника: первая точка открылась на месте закрывшейся осенью 2019-го кофейни «Даблби» в Милютинском переулке, вторая, на Новодевичьем проезде, соседствует с действующей «Даблби», третий, еще не открывшийся Flip на Фрунзенской, как и первый, по словам источников на рынке, также будет использовать помещение бывшей кофейни Цфасман.

С кофейней в Милютинском отдельная история. Три экс-франчайзи сети утверждают, что Цфасман сократила срок аренды этой точки «Даблби» задним числом — прямо перед своим увольнением. Анна якобы связалась с собственником площади и под предлогом того, что «Даблби» с ноября собирается работать под другим юрлицом, изменила договор аренды. Для Дашкова новость о том, что срок аренды закончился, стала сюрпризом: «Внезапно две наших точки сказали нам, что отказывают нам в аренде, потому что будут иметь собственный бизнес. Я считаю, Цфасман злоупотребила служебным положением, руководствуясь собственным корыстным интересом, и нанесла ущерб «Даблби».

У Анны и здесь своя версия событий. По ее словам, срок договора аренды в Милютинском для «Даблби» истек еще в августе. «Я даже попросила продлить договор на пару месяцев с тем, чтобы коллеги могли сами договориться о дальнейшем сотрудничестве», — уверяет она. К решению развивать Flip и занимать в том числе бывшие площади «Даблби» ее подтолкнуло понимание того, что «оппоненты» не планируют исполнять ни одно из обещаний, которые дали при подписании бумаг». О каких именно обещаниях идет речь, Цфасман не уточняет. Контакты собственника помещения в Милютинском стороны предоставить отказались, сославшись на то, что речь о «непубличном лице».

Несмотря на то что Анна развивает конкурирующую сеть, де-юре она остается совладелицей «Даблби». Права на использование бренда «Даблби» принадлежат ООО «СДС Эком» — юрлицу Дашкова и Смирнова. Таким образом, информация о том, что Цфасман продала долю и права на бренд и выручила до $1,5 млн, которая появлялась в СМИ после объявления об уходе основательницы с поста гендиректора, неверна.

Война Анны и инвесторов «Даблби», похоже, будет длиться еще долго: недавно Цфасман вместе с Бабковой подали иск к одному из юрлиц сети на 2 млн рублей — в такую сумму они оценили невыплаченные зарплаты и отпускные. Заседание суда назначено на 18 февраля. В ответ Дашков и Смирнов составили встречный иск — они обвиняют Анну в сокрытии выручки и создании искусственной задолженности компании и пытаются через суд взыскать 13,6 млн рублей.

Цфасман, впрочем, думает о «Даблби» не только в контексте судебных тяжб — предпринимательница не скрывает, что судьба компании ей по-прежнему не безразлична, а потому не устает выпускать все новые критические стрелы в своих оппонентов: «Время все расставит по местам. Поливать кого-то грязью — удел тех, кто заказывает статьи и работает с низкопробными изданиями. Горько признавать, но своими действиями «оппоненты» нанесли серьезный удар по бренду, который строился с такой любовью».
Источник: http://www.forbes.ru/

В США участились случаи банкротства сланцевых компаний, несмотря на принятые властями во время
OilPrice.com | Компании | Oil
Пандемия форсировала изменения в бизнесе Chipotle Mexican Grill
Фридом Финанс | Компании
Прогноз цен на золото в 2021 году: может ли металл превысить $2000?
Золотой Запас | Металлы | Gold (XAU/USD)
Cypherpunk Holdings продала ETH и XMR для инвестиций в биткоин
bits.media | Криптовалюта | Bitcoin (BTC|USD)
День сурка, похоже, завершился
investing.com | Обзор рынка
Специалист онлайн-ставок DraftKings подорожал на новостях из Канады
Фридом Финанс | Компании
Падание доллара привело к росту акций за пределами США
etfunds.ru | Акции
Образовательная платформа 2U на пути к серьезной трансформации
Фридом Финанс | Компании
Ожидаю стабильности рубля. А также про акции, облигации, нефть и золото
Иволга Капитал | Обзор рынка
В фокусе отчетность Газпрома
Фридом Финанс | Акции

Еще материалы
Данный материал не имеет статуса персональной инвестиционной рекомендации При копировании ссылка http://elitetrader.ru/index.php?newsid=488213 обязательна Условия использования материалов