Торги в «зазеркалье»: что показали споры из-за нефти по минус $40


Отрицательные фьючерсы на нефть обернулись коллективным иском инвесторов к Московской бирже. Можно ли было предвидеть это событие, объясняет РБК Quote экс-глава Федеральной службы по финансовым рынкам Владимир Миловидов

И в США, и в Европе, и в России о случившемся 20 апреля падении цен на майский нефтяной фьючерс написано много — в СМИ, социальных сетях и телеграм-каналах. Я бы не хотел повторяться. Попробую высказать лишь несколько соображений, тем более что тема сохраняет актуальность спустя почти два месяца.

Помнить про «экосистему»

Источником бед российских инвесторов, увлеченных игрою на рынке деривативов, стал американский рынок. Как справедливо заметил один из российских исследователей произошедшего, фьючерсные контракты на нефть Light Sweet Crude Oil, которые обращаются на Московской бирже, зеркальны контрактам Чикагской товарной биржи (CME). Из этого следует вывод: по сути своей, это самостоятельные инструменты со своей спецификацией, регламентом торгов и регулированием. Да, они привязаны к условно базовым контрактам в США, но находятся в иной правовой системе координат, а главное, в иной «экосистеме», оторванной от транспортной инфраструктуры и мощностей по хранению нефти, поставку которой предполагают эти контракты.

Одна из крупнейших американских юридических фирм Clifford Chance опубликовала свои предупреждения участникам торгов фьючерсами: контроль за этим сегментом рынка со стороны Комиссии по торговле товарными фьючерсами США (CFTC) будет усиливаться. Биржа CME ужесточит требования к крупным брокерам в части их торговых стратегий и наличия «мощностей по хранению базового товара». Последнее особенно важно: торговля поставочными фьючерсами на товары, хранение и транспортировка которых находится за океаном, всегда будет под риском внезапного сбоя.

Бежать быстрее

Рынок зеркальных инструментов — это своего рода «зазеркалье», а там, как известно, чтобы стоять на месте, нужно бежать, а чтобы дойти до цели, нужно бежать намного быстрее. С этим и возникли проблемы, причем и у нас, а главное — в самих США. Запоздалая реакция бирж, брокеров, регуляторов и инвесторов за океаном только масштабировала нашу российскую медлительность.

Меньше чем за месяц до случившегося Чикагская товарная биржа начала менять систему расчетов и регламенты торгов, предусматривая вероятность отрицательных цен на фьючерсные контракты. Соответствующие изменения в регламенты торгов были внесены 3 апреля, тогда же появился список инструментов с потенциально отрицательными ценами. 8 апреля заработали новые правила расчетов. А за пять дней до обвала цен на нефтяные фьючерсы площадка опубликовала информацию для своих членов о возможном тестировании торговых операций при отрицательных ценах на активы. В списке оказались и те контракты, зеркальные образы которых обращались на Московской бирже.

Одна из крупнейших брокерских компаний США Interactive brokers, клиенты которой по всему миру понесли значительные убытки, признала, что не смогла адаптировать свои системы за столь малое время. Владелец компании Томас Петерффи выразил готовность компенсировать инвесторам потери. То, что произошло с клиентами этой компании, очень похоже на то, что произошло и с участниками торгов в России.

Можно было подготовиться раньше? Теоретически да, но на практике сделать это было крайне сложно. Так быстро торговые системы не перестраиваются, да и событие это неординарное. Тем не менее проблема не возникла спонтанно, признаки коллапса присутствовали в информационном поле, а значит, и «бежать», то есть реагировать на происходящее, всем участникам торгов надо было намного быстрее.

Все останутся при своих убытках

Периоды резких изменений конъюнктуры рынка, системных сбоев в торговле финансовыми инструментами становятся испытанием не только для его непосредственных участников, но и для регуляторов. Особенно это характерно для рынков, которые привлекают значительное количество мелких розничных инвесторов. Этих инвесторов нужно учить, формировать из них образованную клиентуру. Да, станет труднее зарабатывать на их неопытности, зато легче будут проходить новые кризисы. И проще будет регуляторам, всякий раз оказывающимся перед дилеммой, кому и как помогать в критической ситуации.

Что касается проблемы отрицательных цен на фьючерсы, то, похоже, регуляторы ни в США, ни в России не стремятся как-то активно вмешиваться в решение проблем инвесторов. Комиссия по торговле товарными фьючерсами США (CFTC), как и Банк России, заявляла о необходимости расследования, но решений пока не последовало. Российский регулятор на фоне информации об исках инвесторов к Московской бирже не нашел в ее действиях нарушений закона.

7 мая член CFTC Дэн Беркович прямо заявил: «Фьючерсные контракты, оторванные от рынка физических активов, не могут служить в качестве эффективного средства прогнозирования цен и управления рисками торговли товарами». Они, по его словам, не соответствуют требованиям закона Commodity Exchange Act и регуляторным актам CFTC.

Другой участник заседания Тайсон Слокам, представляющий общественную организации Public Citizen, вообще перевел ответственность за случившееся на «спекулянтов», накупивших виртуальной нефти, но не способных принять ее поставку. Видимо, инвесторам дают понять, что им придется разбираться с брокерами самостоятельно.

Пока же участникам торгов остается следить за предупреждениями о том, что ситуация может повториться. Думаю, на ближайшее время ими все и ограничится.
http://quote.rbc.ru/ (C)

При копировании ссылка обязательна | Не является индивидуальной инвестиционной рекомендацией
Поддержите нас - ссылаясь на материалы и приводя новых читателей
Нашли ошибку: выделите и Ctrl+Enter