На протяжении последнего времени основное вынимание экономистов приковано к усиливающемуся охлаждению мировой экономики, которое под прессом накопленных структурных проблем и дисбалансов грозит уже в ближайшее время обрушить глобальные финансовые рынки и спровоцировать наступление второй волны кризиса.
Собственно говоря, публикуемые на протяжении последних полутора лет макроэкономические данные со всей очевидностью подтверждают тезис о том, что весь так называемый пост-кризисный рост мировой экономики и восстановление финансовых рынков носили временный характер и были обусловлены исключительно колоссальным ростом эмиссии со стороны крупнейших центральных банков.
Только по официальной версии со стороны Федерального Резерва США в американскую финансовую систему было влито более $2 трлн. или более 13,3% ВВП. С учётом так называемой забалансовой (неучтённой) эмиссии, осуществлённой посредством предоставления гарантий, поручительств и залогов по обязательствам крупнейших международных банков, речь может идти о более чем $14-15 трлн., что вполне соответствует размеру экономики США. По крайней мере, эту цифру озвучивал мэр Нью-Йорка Майкл Блумберг и именно эта цифра фигурировала во время скандальных допросов главы ФРС Бернанке в Сенате.
Именно эта колоссальная по масштабам эмиссия со стороны денежного регулятора США, осуществляемая в интересах крупнейших транснациональных банков, по совместительству выступающих в роли основных акционеров ФРС, и помогла удержать от коллапса всю современную финансовую систему.
Прежде всего, о масштабах назревших в мировой экономике проблем и глубине назревающего кризиса свидетельствует беспрецедентное за последние 3 года охлаждение крупнейших экономик мира. При этом ускоренное торможение промышленного производства, сжатие инвестиционной и деловой активности, сокращение потребительских расходов и оптимизма домашних хозяйств наблюдается не только в группе экономически развитых стран, но и в среде наиболее динамично развивающихся экономик мира - Китае, Индии, Бразилии, России и ряде других.
Это ставит под большие сомнения широко разрекламированный тезис об устойчивости современной валютно-финансовой системы и жизнеспособности нынешней формы финансового капитализма, основанного на неограниченной эмиссии ключевых «бумажных» валют.
В глаза бросается последний опубликованный отчёт Евростата, продемонстрировавший беспрецедентное за последние 2,5 года ухудшение экономической ситуации в Еврозоне. Прежде всего, речь идёт о снижении оценочных темпов роста экономики Валютного Союза с 2,5% в 1-м кв. 2011г. до 1,4% по итогам 3-го кв. Это стало наихудшим показателем темпов роста экономики Валютного Союза за период с 1-го кв. 2010г, когда Старый Свет только-только стал выходить из кризиса 2008-2009гг. за счёт стремительного расширения эмиссионной накачки финансовой системы.
Не лучше обстоит ситуация в промышленности Еврозоны, которая продемонстрировала обвальное падение темпов роста выпуска товаров и услуг с 7,3% в феврале текущего года до едва заметных 2,2% по итогам сентября. При этом ещё в августе годовой прирост промышленного производства превышал 5,3%.
Столь масштабное ухудшение предпринимательской активности в реальном секторе экономики Европы не может не вызывать опасений относительно перспектив не только отдельно взятых стран-членов Валютного Союза, но и целостности самого Союза.
В целом же, в глаза бросается тот факт, что столь низких значений роста ВВП (1,4%), розничных продаж (-1,5%), промышленного производства (2,2%) и индекса потребительского доверия (-19,9) в Зоне Евро не наблюдалось более полутора лет. При этом индексы деловой активности в промышленности (47,1 пунктов) и сфере услуг (46,4 пунктов), а также индикаторы доверия инвесторов (-21,2 пунктов) и делового климата (-0,18 пунктов) обвалились до своих минимальных значений за период с середины кризисного 2009г.
Не намного лучше обстоит ситуация в отдельно взятых странах-членах Еврозоны. Если ещё полгода назад наибольшие опасения экспертов вызывало снижение темпов роста экономики периферийной Европы и разрастающийся долговой кризис в печально известной группе PIIGS, то сейчас подавляющая часть негативного потока информации приходит из группы системообразующих экономик Старого Света.
На грани дефолта оказались не только Греция, Португалия, Ирландия, а также ряд стран Восточной Европы и Прибалтики, которые в принципе не играют сколько-нибудь значимой независимой роли в процессе Европейской Интеграции и, по большому счёту, рассматриваются исключительно как рынки сбыта для крупнейших западноевропейских ТНК и поставщики дешёвой рабочей силы.
На грани долгового кризиса оказались ключевые звенья всей Европейской Интеграции, в интересах крупного финансового и промышленного капитала которых и затевалось построение единого валютно-экономического пространства в конце 1950-х гг.
За период с начала текущего года темпы роста экономики Германии снизились с 5,2% до 2,5%, прирост промышленного производства сократился с 9,8% до 5,2%, индекс деловой активности PMI сжался с 61,5 до 51,2 пунктов, предпринимательская активность в промышленном секторе обвалилась с 62,7 до рекордных с сентября 2009г. 49,1 пунктов, оценка текущих экономических условий института ZEW также резко снизилась с 85,2 до 34,2 пунктов.
Аналогичное по масштабам охлаждение экономической активности наблюдается во второй по величине экономике Европы – Франции. За период с начала года прирост ВВП сократился с 2,2% до 1,57%, рост промышленного производства сжался с 6,8% до 3,4%, сводный индекс деловой активности в экономике упал с 59,5 до 45,6 пунктов (что ниже психологически важной отметки в 50 пунктов), индекс делового климата обвалился с 110 до 97 пунктов.
В Великобритании с начала текущего года темпы роста экономики сжались с 1,8% до 0,5%, прирост промышленного производства в 4,4% сменился спадом в 0,7%, розничные продажи сжались с 5,3% до 0,9%, безработица подскочила с 7,7% до 8,3%, индекс потребительской уверенности GfK снизился с -21 до -32 пунктов.
Столь масштабное падение темпов роста крупнейших экономик Старого Света, столь резкое сжатие деловой и потребительской активности в Германии, Франции и Великобритании наглядно свидетельствует о постепенном скатывании экономики ЕС в новую фазу кризиса. То, что из чувства политкорректности в высших эшелонах власти ЕС именуется «временным охлаждением экономики», на самом деле во всё больше степени напоминает начало полноценной экономической рецессии, которая грозит ввергнуть не только Европу, но и всю мировую экономику в новую волну кризиса.
Принимая во внимание колоссальные масштабы накопленных структурных противоречий и хронических дисбалансов в мировой экономике, которые правящая политическая и финансовая элиты не только не разрешают, но всячески замалчивают, новый виток глобального кризиса рискует оказаться гораздо масштабней и разрушительней предыдущего.
В условиях, когда потенциал наращивания эмиссионной накачки экономики исчерпан практически во всех странах мира, когда вновь эмитированные деньги идут исключительно спекулятивное раздувание пузырей на финансовых рынках, приводящих к ещё большему падению уровня жизни населения и дестабилизации экономических отношений, когда стимулирование бюджетных расходов невозможно в силу запредельно высокой долговой нагрузки, становится очевидно, что за счёт включения пресловутого «печатного станка» выйти из кризиса не удастся.
Доходность 10-ти летних облигаций Франции подскочила с 2,5% в середине сентября текущего года до более чем 3,68% по итогам середины ноября. Одновременно с этим произошёл стремительный скачок разрыва в стоимости заимствований с 0,33% в середине лета текущего года до 1,9% по итогам 16-го ноября 2011г. Столь резкий рост разницы заимствований для двух крупнейших и, по идее, наиболее кредитоспособных экономик Старого Света более чем наглядно свидетельствует о стремительном росте недоверия кредиторов даже по отношению ко второй по величине экономике Еврозоны.
Одновременно с этим происходит неустанное увеличение стоимости страховки от суверенного дефолта Франции: если ещё в июне текущего года котировки CDS не превышали 66,6 пунктов, то уже 21 ноября они побили свой абсолютный исторический рекорд и закрепились выше 234,6 пунктов.
Аналогичная ситуация наблюдается в Италии, стоимость 10-ти летних заимствований для которой подскочила с 3,7% в октябре предыдущего года до 4,8% в июне и более чем 7,2% по итогам 10 ноября. При этом разрыв в стоимости заимствований для Италии и Германии, до сих пор считающейся наиболее надёжным суверенным заёмщиком, подскочил с 2,3% в середине лета до более чем 4,7% по итогам первой половины ноября.
Одновременно с ростом стоимости страховки от дефолта для Италии с 150 пунктов в мае текущего года до практически рекордных 550 пунктов по итогам середины ноября наблюдается сохранение крайне настораживающей тенденции: стоимость среднесрочных заимствований по 1 и 3-х летним облигациям вплотную приблизилась и даже сравнялась с доходностью 10-ти летних облигаций.
Аналогичная ситуация наблюдалась в Италии буквально неделю назад, в Греции, Португалии и Ирландии полгода назад, в Аргентине накануне кризиса 2001г., в России в 1997-1998гг., а также в Мексике незадолго до кризиса «текилы». В большинстве случаев это стало предвестником масштабного экономического и валютно-финансового кризиса, обесценения сбережений и резкого падения уровня жизни населения, а также распродажи государственной собственности по бросовым ценам.
Одновременно с этим к своим абсолютным историческим максимума устремилась доходность государственных бумаг подавляющей части тех стран-членов Еврозоны, которые, несмотря на высокую долговую нагрузку (75-95% ВВП), не рассматривались в качестве слабых звеньев Европы. За период с августа 2010г. по ноябрь 2011г. средняя ставка заимствований на 10 лет для Бельгии подскочила с 2,83% до 5,1%, для Австрии с 2,5% до 3,6%, для Чехии с 3,1 до 4,1%.
При этом на долговом рынке стран PIIGS полным ходом идёт процесс распродажи и, как результат, обесценения долгов евро-банкротов. За период с октября 2010г. по ноябрь 2011г. стоимость 10-ти летних заимствований для Греции подскочила с 8,9% до рекордных 28,8%, для Португалии выросла 3,9% до 12%, для Ирландии с 5,5% до 8,2%, для Испании с 4% до 6,5%.
В условиях стремительного затухания экономической активности в Еврозоне и усиливающегося долгового кризиса в периферийной Европе, который уже успел перекинуться на крупнейшие системообразующие страны-основательницы ЕС, все надежды можно было бы возложить на США и динамично развивавшиеся вплоть до недавнего времени «тигры» из Азиатско-Тихоокеанского Региона. Однако ни США, ни крупнейшие азиатские экономики в лице Китая, Японии, Индии, Южной Кореи, Сингапура и Гонконга не смогли устоять перед нарастающим охлаждением мировой экономики и сами медленно, но верно скатываются в состояние рецессии.
Так, темпы роста экономики США опустились с 2,8% в 4-м кв. 2010г. до 2% по итогам 3-го кв., прирост промышленного производства снизился с 6,5% до 3,9%, индекс потребительской уверенности обвалился с 74 пунктов до рекордных с середины 2009г. 39,8 пунктов, безработица подскочила с 8,9% до 9%, падение цен на недвижимость ускорилось с 2,4% до 3,8%.
Столь сильного снижения темпов роста крупнейшей экономики мира и столь масштабного падения деловой, инвестиционной и потребительской активности в США не наблюдалось с активной фазы кризиса 2008-2009гг. В условиях, когда совокупный государственный долг превышает отметку в 100% ВВП, бюджетный дефицит никак не может опуститься ниже 10% ВВП, рынок недвижимости пребывает в коматозном состоянии, в промышленности нарастает спад, а всё пресловутое «оживление экономики» обусловлено исключительно эффектом от беспрецедентной эмиссии, сложно говорить о каких-либо радужных перспективах США и мировой экономики.
Несколько лучше обстоит ситуация в Китае, с которым большинство экономистов связывают светлые перспективы мировой экономики и финансового капитализма. Однако основной проблемой Поднебесной является тот факт, что её экономика, несмотря на многочисленным заявления западных банков, по-прежнему не является самодостаточной в силу отсутствия адекватного по масштабам платёжеспособного спроса.
В настоящий момент более 60% прироста ВВП обеспечивается за счёт так называемого накопления капитала в виде вложений в основные фонда и оборотный капитал. Производимая же на этих вновь введенных мощностях продукция вывозится за рубеж, где имеется более высокий платёжеспособный спрос и где она продаётся по гораздо более высоким ценам.
При этом на долю внутреннего платёжеспособного спроса приходится чуть более 43% прироста ВВП, а с учётом очистки от спроса со стороны государства речь идёт уже не более чем о 32-33% ВВП. Для сравнения в США на долю домохозяйств приходится порядка 73% ВВП страны.
За период с начала 2011г. темпы роста экономики КНР сократились с 9,8% до 9,1%, прирост промышленного производства сжался с 14,8% до 13,2%, приток прямых иностранных инвестиций замедлился с 29,4% до 15,9%, а индекс деловой активности в промышленности и вовсе обвалился с 54,5 пунктов до минимального за последние 2,5 года значения в 48 пунктов.
При этом по настоящему удручающими оказались цифры по динамике выпуска готовой продукции и новым заказам у китайских товаропроизводителей: индекс выпуска товаров обвалился до 46,7 пунктов (минимальное значение апреля кризисного 2009г.), тогда как индекс новых заказов обвалился до 46 пунктов (минимум с весны 2009г.).
Не внушает особого оптимизма ситуация в Японии, в которой с начала 2011г. положительные темпы роста промышленного производства в 3,1% сменились рекордным с мартовского цунами спадом в 4%, едва заметный прирост розничного товарооборота в 0,1% сменился сжатием на 1,2%, заказы в промышленности после роста на 4,2% в январе обвалились на 8,2% в сентябре, индекс деловой активности в промышленности упал с 52,9 до 50,6 пунктов.
Аналогичная картина наблюдается в Индии, которая наряду с Китаем является не просто наиболее густонаселённой страной в мире, но и основной надеждой на роль «локомотива» мировой экономики. Однако, насколько можно судить по публикуемым в последнее время статистическим отчётам, даже Индия столкнулась с беспрецедентным за период с начала кризиса 2008-2009г. охлаждением экономической активности и спадом промышленного производства.
За январь-ноябрь 2011г. темпы роста индийской экономики снизились с 8,3% до 7,7%, прирост промышленного производства обвалился с 7,3% до 1,9%, выпуск продукции в обрабатывающих отраслях сжался с 7,9% до 2,1%, индекс деловой активности в промышленности рухнул с 57,9 до минимальных за последние 2,5 года 52 пунктов.
В настоящий момент мы имеем дело с сильнейшим за последние 2,5 года охлаждением мировой экономики, которое в силу накопленных структурных дисбалансов рискует привести к масштабной экономической рецессии и разрушению существующей международной валютно-финансовой системы.
В условиях, когда не только США, ЕС и Япония, но и практически все крупнейшие динамично развивающиеся экономики в лице Китая, Индии, России, Бразилии и Южной Кореи сталкиваются с самым серьёзным и продолжительным за последние 2,5 года падением производственной и инвестиционной активности, становится не совсем понятно, за счёт каких ресурсов мировая экономика сможет избежать масштабной рецессии
Собственно говоря, публикуемые на протяжении последних полутора лет макроэкономические данные со всей очевидностью подтверждают тезис о том, что весь так называемый пост-кризисный рост мировой экономики и восстановление финансовых рынков носили временный характер и были обусловлены исключительно колоссальным ростом эмиссии со стороны крупнейших центральных банков.
Только по официальной версии со стороны Федерального Резерва США в американскую финансовую систему было влито более $2 трлн. или более 13,3% ВВП. С учётом так называемой забалансовой (неучтённой) эмиссии, осуществлённой посредством предоставления гарантий, поручительств и залогов по обязательствам крупнейших международных банков, речь может идти о более чем $14-15 трлн., что вполне соответствует размеру экономики США. По крайней мере, эту цифру озвучивал мэр Нью-Йорка Майкл Блумберг и именно эта цифра фигурировала во время скандальных допросов главы ФРС Бернанке в Сенате.
Именно эта колоссальная по масштабам эмиссия со стороны денежного регулятора США, осуществляемая в интересах крупнейших транснациональных банков, по совместительству выступающих в роли основных акционеров ФРС, и помогла удержать от коллапса всю современную финансовую систему.
Прежде всего, о масштабах назревших в мировой экономике проблем и глубине назревающего кризиса свидетельствует беспрецедентное за последние 3 года охлаждение крупнейших экономик мира. При этом ускоренное торможение промышленного производства, сжатие инвестиционной и деловой активности, сокращение потребительских расходов и оптимизма домашних хозяйств наблюдается не только в группе экономически развитых стран, но и в среде наиболее динамично развивающихся экономик мира - Китае, Индии, Бразилии, России и ряде других.
Это ставит под большие сомнения широко разрекламированный тезис об устойчивости современной валютно-финансовой системы и жизнеспособности нынешней формы финансового капитализма, основанного на неограниченной эмиссии ключевых «бумажных» валют.
В глаза бросается последний опубликованный отчёт Евростата, продемонстрировавший беспрецедентное за последние 2,5 года ухудшение экономической ситуации в Еврозоне. Прежде всего, речь идёт о снижении оценочных темпов роста экономики Валютного Союза с 2,5% в 1-м кв. 2011г. до 1,4% по итогам 3-го кв. Это стало наихудшим показателем темпов роста экономики Валютного Союза за период с 1-го кв. 2010г, когда Старый Свет только-только стал выходить из кризиса 2008-2009гг. за счёт стремительного расширения эмиссионной накачки финансовой системы.
Не лучше обстоит ситуация в промышленности Еврозоны, которая продемонстрировала обвальное падение темпов роста выпуска товаров и услуг с 7,3% в феврале текущего года до едва заметных 2,2% по итогам сентября. При этом ещё в августе годовой прирост промышленного производства превышал 5,3%.
Столь масштабное ухудшение предпринимательской активности в реальном секторе экономики Европы не может не вызывать опасений относительно перспектив не только отдельно взятых стран-членов Валютного Союза, но и целостности самого Союза.
В целом же, в глаза бросается тот факт, что столь низких значений роста ВВП (1,4%), розничных продаж (-1,5%), промышленного производства (2,2%) и индекса потребительского доверия (-19,9) в Зоне Евро не наблюдалось более полутора лет. При этом индексы деловой активности в промышленности (47,1 пунктов) и сфере услуг (46,4 пунктов), а также индикаторы доверия инвесторов (-21,2 пунктов) и делового климата (-0,18 пунктов) обвалились до своих минимальных значений за период с середины кризисного 2009г.
Не намного лучше обстоит ситуация в отдельно взятых странах-членах Еврозоны. Если ещё полгода назад наибольшие опасения экспертов вызывало снижение темпов роста экономики периферийной Европы и разрастающийся долговой кризис в печально известной группе PIIGS, то сейчас подавляющая часть негативного потока информации приходит из группы системообразующих экономик Старого Света.
На грани дефолта оказались не только Греция, Португалия, Ирландия, а также ряд стран Восточной Европы и Прибалтики, которые в принципе не играют сколько-нибудь значимой независимой роли в процессе Европейской Интеграции и, по большому счёту, рассматриваются исключительно как рынки сбыта для крупнейших западноевропейских ТНК и поставщики дешёвой рабочей силы.
На грани долгового кризиса оказались ключевые звенья всей Европейской Интеграции, в интересах крупного финансового и промышленного капитала которых и затевалось построение единого валютно-экономического пространства в конце 1950-х гг.
За период с начала текущего года темпы роста экономики Германии снизились с 5,2% до 2,5%, прирост промышленного производства сократился с 9,8% до 5,2%, индекс деловой активности PMI сжался с 61,5 до 51,2 пунктов, предпринимательская активность в промышленном секторе обвалилась с 62,7 до рекордных с сентября 2009г. 49,1 пунктов, оценка текущих экономических условий института ZEW также резко снизилась с 85,2 до 34,2 пунктов.
Аналогичное по масштабам охлаждение экономической активности наблюдается во второй по величине экономике Европы – Франции. За период с начала года прирост ВВП сократился с 2,2% до 1,57%, рост промышленного производства сжался с 6,8% до 3,4%, сводный индекс деловой активности в экономике упал с 59,5 до 45,6 пунктов (что ниже психологически важной отметки в 50 пунктов), индекс делового климата обвалился с 110 до 97 пунктов.
В Великобритании с начала текущего года темпы роста экономики сжались с 1,8% до 0,5%, прирост промышленного производства в 4,4% сменился спадом в 0,7%, розничные продажи сжались с 5,3% до 0,9%, безработица подскочила с 7,7% до 8,3%, индекс потребительской уверенности GfK снизился с -21 до -32 пунктов.
Столь масштабное падение темпов роста крупнейших экономик Старого Света, столь резкое сжатие деловой и потребительской активности в Германии, Франции и Великобритании наглядно свидетельствует о постепенном скатывании экономики ЕС в новую фазу кризиса. То, что из чувства политкорректности в высших эшелонах власти ЕС именуется «временным охлаждением экономики», на самом деле во всё больше степени напоминает начало полноценной экономической рецессии, которая грозит ввергнуть не только Европу, но и всю мировую экономику в новую волну кризиса.
Принимая во внимание колоссальные масштабы накопленных структурных противоречий и хронических дисбалансов в мировой экономике, которые правящая политическая и финансовая элиты не только не разрешают, но всячески замалчивают, новый виток глобального кризиса рискует оказаться гораздо масштабней и разрушительней предыдущего.
В условиях, когда потенциал наращивания эмиссионной накачки экономики исчерпан практически во всех странах мира, когда вновь эмитированные деньги идут исключительно спекулятивное раздувание пузырей на финансовых рынках, приводящих к ещё большему падению уровня жизни населения и дестабилизации экономических отношений, когда стимулирование бюджетных расходов невозможно в силу запредельно высокой долговой нагрузки, становится очевидно, что за счёт включения пресловутого «печатного станка» выйти из кризиса не удастся.
Доходность 10-ти летних облигаций Франции подскочила с 2,5% в середине сентября текущего года до более чем 3,68% по итогам середины ноября. Одновременно с этим произошёл стремительный скачок разрыва в стоимости заимствований с 0,33% в середине лета текущего года до 1,9% по итогам 16-го ноября 2011г. Столь резкий рост разницы заимствований для двух крупнейших и, по идее, наиболее кредитоспособных экономик Старого Света более чем наглядно свидетельствует о стремительном росте недоверия кредиторов даже по отношению ко второй по величине экономике Еврозоны.
Одновременно с этим происходит неустанное увеличение стоимости страховки от суверенного дефолта Франции: если ещё в июне текущего года котировки CDS не превышали 66,6 пунктов, то уже 21 ноября они побили свой абсолютный исторический рекорд и закрепились выше 234,6 пунктов.
Аналогичная ситуация наблюдается в Италии, стоимость 10-ти летних заимствований для которой подскочила с 3,7% в октябре предыдущего года до 4,8% в июне и более чем 7,2% по итогам 10 ноября. При этом разрыв в стоимости заимствований для Италии и Германии, до сих пор считающейся наиболее надёжным суверенным заёмщиком, подскочил с 2,3% в середине лета до более чем 4,7% по итогам первой половины ноября.
Одновременно с ростом стоимости страховки от дефолта для Италии с 150 пунктов в мае текущего года до практически рекордных 550 пунктов по итогам середины ноября наблюдается сохранение крайне настораживающей тенденции: стоимость среднесрочных заимствований по 1 и 3-х летним облигациям вплотную приблизилась и даже сравнялась с доходностью 10-ти летних облигаций.
Аналогичная ситуация наблюдалась в Италии буквально неделю назад, в Греции, Португалии и Ирландии полгода назад, в Аргентине накануне кризиса 2001г., в России в 1997-1998гг., а также в Мексике незадолго до кризиса «текилы». В большинстве случаев это стало предвестником масштабного экономического и валютно-финансового кризиса, обесценения сбережений и резкого падения уровня жизни населения, а также распродажи государственной собственности по бросовым ценам.
Одновременно с этим к своим абсолютным историческим максимума устремилась доходность государственных бумаг подавляющей части тех стран-членов Еврозоны, которые, несмотря на высокую долговую нагрузку (75-95% ВВП), не рассматривались в качестве слабых звеньев Европы. За период с августа 2010г. по ноябрь 2011г. средняя ставка заимствований на 10 лет для Бельгии подскочила с 2,83% до 5,1%, для Австрии с 2,5% до 3,6%, для Чехии с 3,1 до 4,1%.
При этом на долговом рынке стран PIIGS полным ходом идёт процесс распродажи и, как результат, обесценения долгов евро-банкротов. За период с октября 2010г. по ноябрь 2011г. стоимость 10-ти летних заимствований для Греции подскочила с 8,9% до рекордных 28,8%, для Португалии выросла 3,9% до 12%, для Ирландии с 5,5% до 8,2%, для Испании с 4% до 6,5%.
В условиях стремительного затухания экономической активности в Еврозоне и усиливающегося долгового кризиса в периферийной Европе, который уже успел перекинуться на крупнейшие системообразующие страны-основательницы ЕС, все надежды можно было бы возложить на США и динамично развивавшиеся вплоть до недавнего времени «тигры» из Азиатско-Тихоокеанского Региона. Однако ни США, ни крупнейшие азиатские экономики в лице Китая, Японии, Индии, Южной Кореи, Сингапура и Гонконга не смогли устоять перед нарастающим охлаждением мировой экономики и сами медленно, но верно скатываются в состояние рецессии.
Так, темпы роста экономики США опустились с 2,8% в 4-м кв. 2010г. до 2% по итогам 3-го кв., прирост промышленного производства снизился с 6,5% до 3,9%, индекс потребительской уверенности обвалился с 74 пунктов до рекордных с середины 2009г. 39,8 пунктов, безработица подскочила с 8,9% до 9%, падение цен на недвижимость ускорилось с 2,4% до 3,8%.
Столь сильного снижения темпов роста крупнейшей экономики мира и столь масштабного падения деловой, инвестиционной и потребительской активности в США не наблюдалось с активной фазы кризиса 2008-2009гг. В условиях, когда совокупный государственный долг превышает отметку в 100% ВВП, бюджетный дефицит никак не может опуститься ниже 10% ВВП, рынок недвижимости пребывает в коматозном состоянии, в промышленности нарастает спад, а всё пресловутое «оживление экономики» обусловлено исключительно эффектом от беспрецедентной эмиссии, сложно говорить о каких-либо радужных перспективах США и мировой экономики.
Несколько лучше обстоит ситуация в Китае, с которым большинство экономистов связывают светлые перспективы мировой экономики и финансового капитализма. Однако основной проблемой Поднебесной является тот факт, что её экономика, несмотря на многочисленным заявления западных банков, по-прежнему не является самодостаточной в силу отсутствия адекватного по масштабам платёжеспособного спроса.
В настоящий момент более 60% прироста ВВП обеспечивается за счёт так называемого накопления капитала в виде вложений в основные фонда и оборотный капитал. Производимая же на этих вновь введенных мощностях продукция вывозится за рубеж, где имеется более высокий платёжеспособный спрос и где она продаётся по гораздо более высоким ценам.
При этом на долю внутреннего платёжеспособного спроса приходится чуть более 43% прироста ВВП, а с учётом очистки от спроса со стороны государства речь идёт уже не более чем о 32-33% ВВП. Для сравнения в США на долю домохозяйств приходится порядка 73% ВВП страны.
За период с начала 2011г. темпы роста экономики КНР сократились с 9,8% до 9,1%, прирост промышленного производства сжался с 14,8% до 13,2%, приток прямых иностранных инвестиций замедлился с 29,4% до 15,9%, а индекс деловой активности в промышленности и вовсе обвалился с 54,5 пунктов до минимального за последние 2,5 года значения в 48 пунктов.
При этом по настоящему удручающими оказались цифры по динамике выпуска готовой продукции и новым заказам у китайских товаропроизводителей: индекс выпуска товаров обвалился до 46,7 пунктов (минимальное значение апреля кризисного 2009г.), тогда как индекс новых заказов обвалился до 46 пунктов (минимум с весны 2009г.).
Не внушает особого оптимизма ситуация в Японии, в которой с начала 2011г. положительные темпы роста промышленного производства в 3,1% сменились рекордным с мартовского цунами спадом в 4%, едва заметный прирост розничного товарооборота в 0,1% сменился сжатием на 1,2%, заказы в промышленности после роста на 4,2% в январе обвалились на 8,2% в сентябре, индекс деловой активности в промышленности упал с 52,9 до 50,6 пунктов.
Аналогичная картина наблюдается в Индии, которая наряду с Китаем является не просто наиболее густонаселённой страной в мире, но и основной надеждой на роль «локомотива» мировой экономики. Однако, насколько можно судить по публикуемым в последнее время статистическим отчётам, даже Индия столкнулась с беспрецедентным за период с начала кризиса 2008-2009г. охлаждением экономической активности и спадом промышленного производства.
За январь-ноябрь 2011г. темпы роста индийской экономики снизились с 8,3% до 7,7%, прирост промышленного производства обвалился с 7,3% до 1,9%, выпуск продукции в обрабатывающих отраслях сжался с 7,9% до 2,1%, индекс деловой активности в промышленности рухнул с 57,9 до минимальных за последние 2,5 года 52 пунктов.
В настоящий момент мы имеем дело с сильнейшим за последние 2,5 года охлаждением мировой экономики, которое в силу накопленных структурных дисбалансов рискует привести к масштабной экономической рецессии и разрушению существующей международной валютно-финансовой системы.
В условиях, когда не только США, ЕС и Япония, но и практически все крупнейшие динамично развивающиеся экономики в лице Китая, Индии, России, Бразилии и Южной Кореи сталкиваются с самым серьёзным и продолжительным за последние 2,5 года падением производственной и инвестиционной активности, становится не совсем понятно, за счёт каких ресурсов мировая экономика сможет избежать масштабной рецессии
/Элитный Трейдер, ELITETRADER.RU/
http://analytic.ricom.ru/ Источник
Не является индивидуальной инвестиционной рекомендацией | При копировании ссылка обязательна | Нашли ошибку - выделить и нажать Ctrl+Enter | Жалоба