Элис Росс и Клэр Джонс Новости | Financial Times

Валютные рынки под высоким напряжением

26 марта 2013  Источник / http://www.forexpf.ru/
Центробанки стали главными и весьма противоречивыми участниками валютных рынков
В прошлом году трейдеры японской валюты внезапно полюбили ночной воздух Токио. Они покидали огромные инвестиционные дома, заполонявшие горизонт финансового центра Маруноути, намного позже своих коллег и проходили пару кварталов в северном направлении. Дойдя до здания Банка Японии, выполненного в стиле боз-ар, они считали припаркованные рядом такси. Если их было много – сотрудники работали допоздна. Так рождались спекуляции о том, что Банк Японии готовит интервенцию на валютном рынке. На протяжении последних нескольких лет Центробанк вплотную занимается покупкой иностранной валюты, чтобы снизить стоимость иены против доллара и помочь японским экспортерам. И хотя Банк Японии не предупреждает заранее об этих интервенциях, он сообщает о покупке иностранной валюты вскоре после ее совершения. Однако то, что затем происходит с валютой, окутано тайной. Мало что известно о том, что покупают управляющие резервами Банка Японии и их коллеги из Центробанков по всему миру. Долгое время трейдеры и инвесторы ломали головы над тем, как скрытные Центробанки поступают с огромными запасами иностранной валюты – к концу прошлого года Япония заняла второе место по объему резервных запасов валюты на сумму 1.28 трлн. долларов.

Однако влияние Центробанков достигло критических значений. Валютные войны и мировое монетарное ослабление заполнили хранилища Центробанков рекордным количеством резервной валюты. С 2006 года ее объем удвоился, что сделало Центробанки основными участниками валютных рынков. И все же их запасы сложно назвать контролируемыми и прозрачными. Страх перед начинающимися валютными войнами и бесконечным монетарным ослаблением может привести к дальнейшему увеличению резервных запасов. Валютный рынок, объем которого составляет 4 трлн. долларов в день, является крупнейшим в мире, но скрытые действия управляющих резервами Центробанков могут все изменить. «Они создают на рынке множество искажений», - отмечает один из инвесторов хеджевого фонда, пожелавший остаться неизвестным. «Как инвестор, я могу узнать, что делает Pimco на рынках облигаций. Но нас заставляют чувствовать, что мы не можем спрашивать Центробанки о том, чем они занимаются, и в этом есть что-то неприятное. Я боюсь, что с течением лет это может привести к еще более высокому уровню волатильности в мировой экономике". Многие осознают непосредственное влияние, которое валютные интервенции оказывают на финансовые рынки. В феврале группа стран Б20 отметила, что "чрезмерная волатильность" финансовых потоков и беспорядочные движения валютных курсов имели «негативные последствия для экономической и финансовой стабильности». И все же слишком мало внимания уделяется долгосрочным последствиям роста резервных запасов иностранной валюты.

Согласно подсчетам Международного валютного фонда, в конце сентября объем активов Центробанков составил 10.8 трлн. долларов, то есть в четыре раза превысил объем мировых хеджевых фондов. В одном только Китае хранится 3.32 трлн. долларов, что делает его резервные запасы крупнейшими из всех Центробанков. Следом за Японией идут Саудовская Аравия и Россия. На пятом месте находится Швейцарский национальный банк (SNB), который накопил запасы на сумму 468 млрд. долларов, в основном, за прошлый год, в течение которого он пытался удержать порог швейцарского франка против евро, поскольку национальная валюта превратилась в убежище для инвесторов, спасающихся от кризиса Еврозоны. Опасаясь перспектив усугубления валютных войн, другие Центробанки могут последовать примеру SNB.

Новообретенное богатство Центробанков толкает их на безрассудное вложение средств в более необычные валюты. Немногие знают, но для управления своими активами и проведения транзакций банки часто прибегают к помощи третьих сторон, таких как BlackRock и другие компании частного сектора. В прошлом году SNB перехитрил рынки, покупая евро с помощью сервиса первичного брокерства в Rabobank. «Безопасность, ликвидность, прибыль» - именно так долгое время звучал девиз управляющих резервами Центробанков», - отмечает Терренс Кили – руководитель группы международных операций государственных учреждений в BlackRock. «Но на сегодняшний день это оксюморон. Даже самые безопасные валюты уже не безопасны». Раньше управляющие резервами держали низкодоходные активы, которые с легкостью можно продать, если Центробанкам потребуется сдержать движение валюты, что ослабляет экспортную торговлю, препятствует потоку капитала и разжигает банковский кризис.

Облигации США и Еврозоны обеспечивают непосредственный доступ к долларам и евро, которые являются наиболее популярными резервными валютами. Но они теряют привлекательность. Несмотря на то, что Федрезерв по-прежнему держит облигации почти на рекордную сумму в 3.25 трлн. долларов от имени иностранных Центробанков, эта цифра демонстрирует изменение пропорций в портфелях таких банков. В 2000 году доллар составлял 71% запасов. А на сегодняшний день насчитывает всего 62%. Блеск евро, по понятным причинам, угас: его доля в резервных запасах упала с 28% в 2009 году до 24% на сегодняшний день. В условиях близких к нулю процентных ставок управляющие резервными запасами ощутили давление. Изначально Центробанки не зависели от ставок дохода. Но хранение огромных резервных запасов требует затрат, а доходность однолетних американских облигаций всего в 0.14% их не покрывает.

Проблемы развитых экономик вынудили управляющих резервами обратиться к более высокодоходным активам, часто выраженным в более редких валютах. А это значит, что новые резервные запасы, полученные с помощью интервенций или торговли, скорее всего, избавятся от долларов и евро. Согласно подсчетам Джона Норманда, ведущего валютного стратега в JPMorgan, на данный момент половина всех Центробанков имеет дело с валютой развивающихся стран, по сравнению с 25% всего два года назад. «Кризис Еврозоны сделал Центробанки более чувствительными к качеству того, что они покупают», отмечает он. «В этом году история с резервными запасами может стать еще интереснее, даже если кризис в Еврозоне утих, мы можем увидеть увеличение спроса на альтернативные валюты».

Швейцария – наглядный пример. Прошлым летом SNB был основным двигателем мирового валютного рынка. Известно, что каждый месяц он покупал десятки миллиардов евро в надежде на то, что слабый франк защитит швейцарских экспортеров на фоне притока капитала со стороны обеспокоенных зарубежных инвесторов на пике кризиса Еврозоны в мае. Но швейцарцы, которые боялись остаться у разбитого корыта, наполненного евро, решили обменять валюту. Среди валютных инвесторов появились слухи о том, что SNB скупал шведскую крону и австралийский доллар. Эти валюты вскоре начали пользоваться спросом у других инвесторов, которые хотели последовать примеру Центробанка или даже опередить его. Банковские работники говорили, что когда-то SNB был крупнейшим единственным покупателем австралийских облигаций. Цифры, опубликованные SNB позднее в том же году, подтвердили слухи. Доля «других» валют в их бухгалтерском балансе – австралийского доллара, шведской кроны, датской кроны, сингапурского доллара и корейского вона – увеличилась.

Уровень прозрачности – не самая сильная сторона Центробанков. Многие органы монетарного регулирования в Азии и на Ближнем Востоке отказываются докладывать о составе собственных резервных запасов даже МФВ, который составляет данные по сбережениям. И именно в этих регионах портфели увеличились сильнее всего в течение последних лет. Однако отчасти разгадать поведение Центробанков можно с помощью публикуемой отчетности SNB и других банков с более высоким уровнем прозрачности, например Банка Израиля. Как и многие другие инвесторы, служащие Центробанков часто становятся пленниками стадного инстинкта. Невероятное, но фактическое доказательство демонстрирует, что интерес Швейцарии к диверсификации валют встречается повсюду. Среди тех, кто докладывает о составе своих резервных запасов МВФ, доля активов, инвестированных в валюты, отличные от доллара, иены, евро и фунта, выросла от области менее 2% в 2006 году до почти 6% в прошлом году.

С учетом относительно высоких процентных ставок и заветного наивысшего кредитного рейтинга (AAA), в последние два года основной интерес вызывают канадский и австралийский доллары. Спрос на них вырос настолько, что МВФ рассматривает возможность их переноса из категории «других» в самостоятельные резервные валюты. Аналитики указывают на увеличение количества иностранных держателей облигаций этих наций как на доказательство того, что Центробанки покупают их в огромном количестве. Согласно данным Nomura, доля канадских облигаций, принадлежащих иностранным держателям, выросла с 12% в 2007 году до 28% на сегодняшний день. В то же время, по подсчетам банка, доля иностранных держателей австралийских государственных облигаций выросла с 58% до 72%. Многие Центробанки торгуют на валютных и других рынках самостоятельно. Однако, по словам, трейдеров, такие банки все чаще прибегают к помощи третьих стороны, чтобы замести следы, как показывает использование Швейцарией Rabobank. Другие банки предпочитают пользоваться автоматизированными системами (или алгоритмами), чтобы совершать последовательные покупки на рынке.

Учитывая размер портфелей Центробанков, многих инвесторов беспокоит то, что они называют скрытностью банков. «Центробанки одновременно занимают позиции игроков и судей», - отмечает один инвестор. «Им не приходится отчитываться перед регулирующими государственными органами, и когда наступает кризис, они могут его контролировать. Но они также создают искажения на рынке. У них слишком много «официальных» резервных запасов». Согласно отчету рейтингового агентства Standard & Poor’s, опубликованному в прошлом году, масштабные покупки евро SNB сыграли важную роль в сокращении спрэда доходности государственных облигаций периферийных и центральных стран Европы. Мировые инвесторы используют этот показатель в качестве барометра кризиса Еврозоны. В SNB заявили, что рейтинговое агентство переоценило его влияние на рынок. Некоторые Центробанки стремились продемонстрировать свою осведомленность в отношении рисков, связанных с действиями с новыми и небольшими облигациями и на валютных рынках. Недавно в SNB отметили, что ведут постоянные переговоры с другими банками по способам диверсификации резервных запасов без искажения цен. Однако другие не совершают подобных звонков вежливости. А некоторым уже надоело запугивать инвесторов.

Управляющие активами Центробанков преуменьшают волнения относительно того, что быстрое накопление резервных запасов банками может стать дестабилизирующей силой. Дэвид Смарт из Franklin Templeton отмечает, что инвесторам вряд ли удастся добиться большей прозрачности. Он считает, что способность рынков переносить изменения в поведении управляющих резервами предполагает, что беспокоиться не о чем. «Диверсификация длится уже несколько лет, а мы так и не столкнулись с серьезными проблемами», - сообщает он. «У Центробанков нет никаких преимуществ перед другими инвесторами. Они знают, как действовать на рынках, не искажая их». А в Токио трейдерам больше не нужно считать такси. Инвесторы снизили необходимость Банка Японии вмешиваться. В этом году самым популярным трендом среди хеджевых фондов стала продажа иены, вызванная ожиданиями того, что новый председатель Банка Японии примет нетрадиционные меры по борьбе с дефляцией. И все же, в отличие от Швейцарии, Япония исключила предположения о том, что может приступить к покупке иностранной валюты. Действия, которые в перспективе могут привести к увеличению резервных запасов, воспринимаются другими Центробанками как потенциально дестабилизирующие мировые рынки. Пока что Япония держится начеку.

/Элитный Трейдер, ELITETRADER.RU/
При полном или частичном использовании материалов - ссылка обязательна http://elitetrader.ru/index.php?newsid=174941. Об использовании информации.