Пономарева Анна, Боровицкий Борис banki.ru | Валюта | USD|RUB

Что было бы с рублем без санкций

19 сентября 2017  Источник http://www.banki.ru/
Банки.ру с помощью экспертов решил провести мысленный утопический эксперимент: что было бы с нашей экономикой, если бы она не оказалась объектом санкционной войны. В первой серии — курс рубля.

Доллар — 39, евро — 48…

Осенью 2014 года российская экономика оказалась посреди минного поля: санкции, падение мировых цен на нефть, риски продолжения военных действий на Украине. Конечно, в первую очередь на все происходящее отреагировала национальная валюта.

В сентябре 2014 года за доллар давали 36—37 рублей, а за евро — 48—49 рублей. Именно тогда появился знаменитый печальный стишок «Пролетело лето, наступила осень: доллар — 39, евро — 48». Впрочем, вскоре этот печальный стишок казался безрассудно оптимистическим. Уже в декабре официальный курс американской и европейской валют добирался до 67,8 рубля и 84,59 рубля соответственно.

Мы не стали вспоминать, как это было, и злорадствовать над теми, чьи чрезмерно оптимистичные и, наоборот, сверхалармистские прогнозы по курсу рубля так и не сбылись. Мы решили посмотреть, что бы происходило с нашей экономикой, если бы она не оказалась объектом санкционной войны. И начали с курса рубля.

Спойлер: Даже если бы не было санкций, российская экономика медленно, но верно сползала бы в рецессию. Мы бы не стали свидетелями таких волнующих событий, как очереди в обменниках, где продавали доллар по 80 рублей, ночное заседание совета директоров Центробанка 16 декабря 2014 года, на котором ключевая ставка взлетела с 10,5% до 17%. Но власти все равно вынуждены были девальвировать рубль, чтобы сбалансировать бюджет, который в любом случае пострадал от низких цен на нефть. При этом банковская система, если бы ее не лишили доступа к зарубежному финансированию, чувствовала бы себя значительно лучше. Банки бы не рушились с такой частотой, и России не потребовалось бы экстренно создавать собственную платежную систему.

«Было бы почти то же самое, но медленнее»

Антон Табах, главный экономист «Эксперт РА»:

— Предположения, что все бы оставалось так же, как в «золотом» 2013 году, мягко говоря, надуманны. Во-первых, российская экономика начала входить в рецессию задолго до событий 2014 года. Во-вторых, существенная часть багажа банковской системы, который утянул на дно немало банков, копилась с 2008 года, а то и раньше. В-третьих, руководство ЦБ заявило о переходе к инфляционному таргетированию и плавающему курсу рубля также заранее, а цены на нефть (основной фактор падения) упали не на политических новостях.

Поэтому, скорее всего, было бы почти то же самое, но медленнее и менее масштабно — собственно 2008—2009 годы показывают, что могло бы быть с курсом при обвале цен на нефть и без санкций. Ставки бы если выросли — для предотвращения оттока капитала, — то менее сильно. Девальвация также была бы менее масштабной. Не снизился бы объем внешнего долга (включая корпоративный), что подстраховало бы крупнейшие банки и заемщиков.

Скорее всего, зачистка банковского сектора шла бы более медленным темпом — «дыры» средних банков было бы легче закрыть за счет внешних займов. Зато у «корпоратов» было бы больше ресурса на странные покупки за рубежом. Доллар по 80 рублей и ключевую ставку в 17% мы бы вряд ли увидели, но существенные скачки, рецессия и крах банков были бы, пусть и в меньшем ассортименте.
Скорее всего, зачистка банковского сектора шла бы более медленным темпом — «дыры» средних банков было бы легче закрыть за счет внешних займов. Зато у «корпоратов» было бы больше ресурса на странные покупки за рубежом.

«В теории рубль был бы крепче, чем сейчас»

Сергей Хотимский, первый заместитель председателя правления Совкомбанка:

— Если бы не было санкций, в теории рубль был бы крепче, чем сейчас. Но нельзя забывать, что на курс рубля действовали бы разнонаправленные силы. Так, евробондов и синдикатов было бы больше, соответственно, отток капитала — меньше. Поэтому курс доллара, скорее всего, установился бы на уровне 50 рублей. Впрочем, вероятно, такой курс не устраивал бы правительство, и ЦБ влиял бы на него через более низкие процентные ставки.

При этом реальный эффективный курс доллара — без санкций, но при нынешних ценах на нефть, — который мог бы привести бюджет в балансирующее состояние, равнялся бы примерно 60.

Так что в силу всех указанных факторов курс рубля, вероятно, был бы плюс-минус таким же, как сейчас.

«Экономика, возможно, не ушла бы в такое крутое пике»

Кирилл Яковенко, аналитик «Алор Брокер»:

— Если бы не было санкций против российских банков, сохранился бы приток дешевых кредитных денег, которые они брали в западных банках. И экономика, возможно, не ушла бы в такое крутое пике в 2014—2015 годах. «Возможно» — потому что санкции были всего лишь одним из множества факторов, которые привели к девальвации рубля и падению уровня жизни населения. Была бы стагнация в экономике, поскольку она просматривалась уже в 2013 году. Но ВВП колебался бы возле нулевой отметки, а дешевые кредитные ресурсы позволили ли бы какое-то время компенсировать драматическое падение цены нефти, которое началось в конце 2014 года.

Если бы не было санкций против банков, не получила бы поддержки и развития концепция «внешнего врага» и борьбы с ним, которая вылилась в масштабные затраты на создание национальной платежной системы, инфраструктуры для СОРМ и в лоббирование законодательства по типу «пакета Яровой». Открытость экономики была бы выше, иностранные компании, возможно, не начали бы массово покидать рынок.

Впрочем, дешевая нефть — это самый сильный удар для российской экономики, ориентированной на экспорт сырья. Поэтому девальвации рубля в таких условиях вряд ли можно было избежать. Дешевая нефть означает снижение притока валютной выручки, поэтому курс доллара неизбежно пополз бы вверх, но не до отметки 80 рублей, а ниже — скажем, максимумом могла бы стать отметка 65. В таких условиях росли бы ставки по валютным депозитам, а ЦБ, повышая ключевую ставку, чтобы остановить рост инфляции, стимулировал бы банки к росту ставок по рублевым депозитам.

Думаю, что два ключевых параметра устойчивости российской банковской системы — это возможность кредитоваться на Западе и численность мелких коммерческих банков. Один из этих параметров отрезан полностью, а второй подвержен сокращению. Доля рынка у госбанков растет, и это делает систему более предсказуемой и контролируемой, но неустойчивой.

Два ключевых параметра устойчивости российской банковской системы — это возможность кредитоваться на Западе и численность мелких коммерческих банков. Один из этих параметров отрезан полностью, а второй подвержен сокращению.
«Влияние санкций на курс рубля сейчас невелико»

Наталья Порохова, директор, руководитель группы исследований и прогнозирования АКРА:

— Влияние финансовых санкций на курс рубля сейчас достаточно невелико (3,5%). Главный механизм влияния — осложнения в рефинансировании внешнего долга у определенного круга российских компаний. Когда им надо гасить внешний долг, они предъявляют спрос на доллары. И если этот дополнительный спрос не удовлетворяется дополнительной выручкой от экспорта товаров и услуг или входящими валютными инвестициями, то доллар укрепляется к рублю. В самый острый момент (введения санкций) потребность в дополнительной ликвидности удовлетворялась с помощью международных резервов банка России: коммерческие банки рефинансировались в иностранной валюте.

На начало 2017 года доля внешнего мира в долговых отношениях финансовых компаний составляла 13,5% по активам и 9% по пассивам. С момента введения первых санкций (в марте 2014 года) финансовые компании были вынуждены погашать внешний долг. В результате его вклад в пассивы снизился примерно на четверть. Для нефинансовых компаний долговые отношения с внешним миром важнее как в относительном (46% по активам и 35% по пассивам), так и в абсолютном выражении. Но при этом нефинансовые компании и более защищены от ограничения возможностей рефинансирования: в среднем около 40% плановых погашений долга приходится на внутригрупповой долг, который легче рефинансировать, что примерно совпадает с долей внешнего долга перед прямыми инвесторами в общей сумме долга. Кроме того, более 60% внешнего долга относится к компаниям, валютная ликвидность которых поддерживается выручкой от экспорта нефти и газа.

До конца этого года банки по графику погашения внешнего долга должны будут погасить и выплатить процентов примерно на сумму 11 миллиардов долларов. Если считать, что ничего из этой суммы не будет рефинансировано, то это около 7% стоимости товарного экспорта за тот же период. Грубо говоря, это и есть величина дополнительного спроса на иностранную валюту, связанного с санкциями. Добавлять к этой цифре потенциально возможные, но не пришедшие из-за осложнения отношений внешние инвестиции, возможно, слишком самонадеянно.

«России не удалось бы избежать осложнения экономической ситуации»

Алексей Михеев, доктор экономических наук, председатель НП «Центр развития инновационного бизнеса»:

— Даже в случае, если бы санкции не были введены, России не удалось бы избежать осложнения экономической ситуации. Во-первых, одновременно резко снизились цены на нефть и параллельно в это же время были введены санкции. Наложились два фактора, каждый из которых был для российской экономики крайне чувствительным, крайне влиятельным. Притом что российская экономика более половины дохода получает от экспорта нефти, снижение цены на нефть более чем в два раза, конечно же, представляло серьезнейшую угрозу. Но стоит сказать, что правительство страны нашло достойный ответ на эти вызовы. Была бы девальвация рубля? Опять же снижение цен на нефть спровоцировало падение курса рубля, но оно не было бы столь драматичным. Росли бы ставки по депозитам и кредитам? Если бы не было ограничений на приток капитала в российскую экономику, в любом случае ставки зависели бы от позиции ЦБ, а она достаточна жесткая. Возможно, ставки в любом случае выросли бы, но не так значительно. Была бы банковская система более устойчивой? Тут надо отдать должное действиям ЦБ, который проводит очень жесткую позицию по выявлению банков, которые не доначисляют необходимые резервы по кредитам, занимаются отмывочной деятельностью. В этом смысле банковская система за последнее время стала, может быть, даже более устойчивой, чем она была на момент начала кризиса.

В следующих сериях:

- что было бы с финансовой системой, если бы ЦБ возглавил Сергей Глазьев, а не Эльвира Набиуллина;

- что было бы, если бы в России появились исламский и православный банкинг;

- что было бы, если бы российские власти разрешили всем майнить криптовалюты.
При полном или частичном использовании материалов - ссылка обязательна http://elitetrader.ru/index.php?newsid=359457. Присылайте свои материалы для публикации на сайте. Об использовании информации.