10 декабря 2013
Однако более жесткая позиция могла бы стать шагом в никуда: Китай не собирается ограничивать данную зону даже под давлением США. При этом создание её неминуемо приведет к нагнетанию обстановки в регионе, поэтому лидеры стран должны искать пути снижения напряженности и началу рациональной дискуссии.
Важно помнить, что риторика Китая, по крайней мере, в настоящий момент, выглядит как символический жест. Даже с учетом того, что правила, регламентирующие подобного рода участки, являются нечеткими, они, тем не менее, не указывают на определенную территориальную принадлежность подконтрольного воздушного пространства. Даже сами китайцы в той или иной степени это признают. Неясно даже, имеет ли Китай в настоящее время военные возможности для контроля территории, простирающейся более чем на 200 миль от континента. Тот факт, что некоторые гражданские авиакомпании, включая и американские авиалинии, склоняются к тому, чтобы уступить требованиям Китая предоставлять планы полетов через данную зону, юридически ничего не значит.
Воздушные границы - лишь предлог
Собственно говоря, гражданские рейсы могут предоставить причастным странам конкретную отправную точку для начала диалога – само собой, при содействии таких сообществ, как Международная организация гражданской авиации. Ежедневно через спорную зону выполняются более 1000 рейсов, при этом около половины из них приходится на долю японских и южнокорейских авиалиний (которые отказывают сообщать о своих маршрутах в Пекин). Ни Китай, ни Япония, ни Южная Корея никак не заинтересованы в нарушении этой воздушной трассы: все они имеют экспортно-ориентированные экономики, зависимые от свободного потока товаров и людей.
В стремлении оказать давление на Китай Япония уже выразила в ИКАО свои опасения по поводу наложения зон идентификации в целях противовоздушной обороны. Все причастные к спору страны стремятся использовать ресурсы организации как укрытие, в котором можно начать переговоры по установлению новых процедур и правил для спорного воздушного пространства. Это, в свою очередь, возлагает на Китай обязательство доказать, что зона его безопасности будет препятствовать гражданским авиаперевозкам не в большей степени, нежели в аналогичных зонах по всему миру.
Такой компромисс позволит заложить основу для решения более сложных задач, касающихся правил поведения во время военных и разведывательных полетов. Во время своего выступления премьер-министр Японии Синдзо Абэ повторно призвал своего китайского коллегу президента Си Цзиньпина провести саммит по данному вопросу; Пекин повторно отклонил просьбу, заявив, что Японии прежде всего следует «изучить исторический опыт и двигаться в том же направлении, что и Китай».
Успех переговоров будет более вероятен, если поводом к их началу станет куда более глубокий вопрос – проблемы двусторонних взаимоотношений. Перед тем, как в сентябре 2012 года разгорелся территориальный спор в отношении островов, приобретенных правительством Японии у частного владельца, Токио и Пекин уже начали было приходить к некоторым компромиссам по вопросам, касающимся морского транспорта и коммуникаций. Не исключено, что это обсуждение удастся возобновить, особенно теперь, когда возрос риск возможных просчетов. Снижение градуса риторики в отношении новой зоны также может пойти сторонам на пользу, поскольку тогда они смогут сесть за стол переговоров, и сам по себе этот факт не будет выглядеть как капитуляция.
Те, кто требует жесткой линии по отношению к Китаю, полагают, что Си Цзиньпин задумал долгосрочную игру, направленную на постепенное расширение своих претензий и отодвигание интересов США от собственных берегов. В этом они могут быть правы. Однако линия для обозначения новой зоны противовоздушной обороны, пока что начертанная на песке, тут не поможет и не помешает. Территориальные амбиции Китая, а также военная мощь, которая за ними стоит, будут возрастать или уменьшаться в зависимости от роста китайской экономики, и никак иначе. Именно сейчас наступил момент не выставлять громких требований, а согласовать прозрачные правила поведения, которые обеспечат, по крайней мере, вероятность предотвращения вооруженного конфликта в ближайшие месяцы и годы.
Важно помнить, что риторика Китая, по крайней мере, в настоящий момент, выглядит как символический жест. Даже с учетом того, что правила, регламентирующие подобного рода участки, являются нечеткими, они, тем не менее, не указывают на определенную территориальную принадлежность подконтрольного воздушного пространства. Даже сами китайцы в той или иной степени это признают. Неясно даже, имеет ли Китай в настоящее время военные возможности для контроля территории, простирающейся более чем на 200 миль от континента. Тот факт, что некоторые гражданские авиакомпании, включая и американские авиалинии, склоняются к тому, чтобы уступить требованиям Китая предоставлять планы полетов через данную зону, юридически ничего не значит.
Воздушные границы - лишь предлог
Собственно говоря, гражданские рейсы могут предоставить причастным странам конкретную отправную точку для начала диалога – само собой, при содействии таких сообществ, как Международная организация гражданской авиации. Ежедневно через спорную зону выполняются более 1000 рейсов, при этом около половины из них приходится на долю японских и южнокорейских авиалиний (которые отказывают сообщать о своих маршрутах в Пекин). Ни Китай, ни Япония, ни Южная Корея никак не заинтересованы в нарушении этой воздушной трассы: все они имеют экспортно-ориентированные экономики, зависимые от свободного потока товаров и людей.
В стремлении оказать давление на Китай Япония уже выразила в ИКАО свои опасения по поводу наложения зон идентификации в целях противовоздушной обороны. Все причастные к спору страны стремятся использовать ресурсы организации как укрытие, в котором можно начать переговоры по установлению новых процедур и правил для спорного воздушного пространства. Это, в свою очередь, возлагает на Китай обязательство доказать, что зона его безопасности будет препятствовать гражданским авиаперевозкам не в большей степени, нежели в аналогичных зонах по всему миру.
Такой компромисс позволит заложить основу для решения более сложных задач, касающихся правил поведения во время военных и разведывательных полетов. Во время своего выступления премьер-министр Японии Синдзо Абэ повторно призвал своего китайского коллегу президента Си Цзиньпина провести саммит по данному вопросу; Пекин повторно отклонил просьбу, заявив, что Японии прежде всего следует «изучить исторический опыт и двигаться в том же направлении, что и Китай».
Успех переговоров будет более вероятен, если поводом к их началу станет куда более глубокий вопрос – проблемы двусторонних взаимоотношений. Перед тем, как в сентябре 2012 года разгорелся территориальный спор в отношении островов, приобретенных правительством Японии у частного владельца, Токио и Пекин уже начали было приходить к некоторым компромиссам по вопросам, касающимся морского транспорта и коммуникаций. Не исключено, что это обсуждение удастся возобновить, особенно теперь, когда возрос риск возможных просчетов. Снижение градуса риторики в отношении новой зоны также может пойти сторонам на пользу, поскольку тогда они смогут сесть за стол переговоров, и сам по себе этот факт не будет выглядеть как капитуляция.
Те, кто требует жесткой линии по отношению к Китаю, полагают, что Си Цзиньпин задумал долгосрочную игру, направленную на постепенное расширение своих претензий и отодвигание интересов США от собственных берегов. В этом они могут быть правы. Однако линия для обозначения новой зоны противовоздушной обороны, пока что начертанная на песке, тут не поможет и не помешает. Территориальные амбиции Китая, а также военная мощь, которая за ними стоит, будут возрастать или уменьшаться в зависимости от роста китайской экономики, и никак иначе. Именно сейчас наступил момент не выставлять громких требований, а согласовать прозрачные правила поведения, которые обеспечат, по крайней мере, вероятность предотвращения вооруженного конфликта в ближайшие месяцы и годы.
Не является индивидуальной инвестиционной рекомендацией | При копировании ссылка обязательна | Нашли ошибку - выделить и нажать Ctrl+Enter | Жалоба