14 июля 2023 Покровский Никита
Власти КНР после открытия экономики в конце прошлого года объявили внутреннее потребление одним из приоритетов и главным драйвером будущего роста ВВП. Но по итогам I полугодия можно констатировать, что ожидания не совсем оправдались.
Сразу стоит оговориться, что инвесторам стоит разделить неоправданно завышенные ожидания, которые разгоняли в основном западные СМИ после выхода КНР из пандемии и более реальные прогнозы, в основе которых лежала хотя бы стабилизация ситуации на более длительный срок, чем несколько первых месяцев в начале 2023 г.
Опора властей на потребление как главный драйвер объяснима. В условиях, когда инвестиции и экспорт не могут вносить значимого роста, как это было в прошлые десятилетия, пока ничего другого не остается.
Рост ВВП в I полугодии в целом шел в рамках ожиданий, но потребительская активность оказалась явно далека от нормализации. Это заметно даже в туристической индустрии — количество путешествующих хоть и было выше 2019 г., но траты до уровней прошлых лет не дотягивали. И это после столь длительных и жестких локдаунов.
Общие розничные продажи потребительских товаров хоть и демонстрировали высокие показатели, но значения были достигнуты благодаря эффекту низкой базы, а также значимой динамике трех направлений: NEV (авто на новых источниках энергии, в том числе электромобили), ювелирные украшения и кейтеринг. В остальных индустриях в целом наблюдалась слабая динамика или замедление.
Китайский потребитель отказывался активно расходовать накопления, образовавшиеся в пандемию, и главную причину этого можно увидеть на одном графике.
Во время пандемии уверенность потребителей значительно снизились во всех странах, но такого отвесного падения настроений как в Китае найти трудно. При этом в случае с КНР значения индекса уверенности потребителей не могут подняться до сих пор даже до минимумов (!) прошлых лет.
Перед началом пандемии китайский потребитель находился, несмотря на уже нарастающие проблемы в секторе недвижимости, в целом в благоприятных условиях и пандемия стала для него сильным шоком. То, как власти боролись с пандемией и к каким методам прибегали, еще больше ухудшило и без того негативные настроения, а после снятия ограничений экономическая политика в постпандемийный период не принесла уверенности. В отличие от западных стран китайцы не получили стимулов от государства.
Несмотря на снижение ставок размеры депозитов домохозяйств в I квартале 2023 г. выросли на 9,9 трлн юаней, что выше, чем в любой из кварталов за предыдущие три года. Китайские домохозяйства продолжили активно наращивать сбережения, а не расходовать.
Не проявлял китайский потребитель особого интереса и к кредитным инструментам. Лишь по итогам июля цифры поднялись до уровней последних трех лет. При этом стоит учитывать, что ввиду запрета рефинансирования ипотеки серьезный процент потребительских займов мог использоваться для досрочного погашения.
В целом динамика кредитного роста продолжила замедление, а % долга домохозяйств от общего долга страны стагнирует последние три года. В стране действует крупный сектор теневого банкинга, но по понятным причинам отследить динамику там невозможно.
Одним из ключей к пониманию неготовности активно тратить после открытия экономики является резкое замедление темпов роста доходов. По итогам I квартала они находились на уровне 5,1% г/г, что почти вдвое ниже допандемийных уровней. При этом ожидания о росте собственных доходов хоть и увеличились за последние месяцы, но остаются значительно ниже прошлых лет.
Рынок труда сейчас в очень неустойчивом положении. В КНР больше принято сокращать часы работы и темпы роста заработной платы, чем увольнять сотрудников, поэтому официальные цифры о безработице, которые в целом стабильны, ничего не скажут. Доля вакантных офисных площадей в крупнейших городах сейчас находится на 13-летних максимумах. Многие компании отложили планы расширения. Негативные настроения бизнеса также являются одной из ключевых причин, которые останавливают население от трат.
Косвенно истинную негативную динамику на рынке труда может подсказать безработица среди молодежи — рост с 9,6% в марте 2018 г. до 20,8% в марте 2023 г. Данная статистика уже стала всемирно известной. Исследователи частично связывают это со структурными изменениями экономики КНР, но невозможно не заметить, что весь рост безработицы пришелся на ковидные годы.
И конечно же сильнейший удар по темпам роста благосостояния нанес кризис в секторе недвижимости. Это безусловно отдельная большая тема для исследования, но достаточно рассмотреть вклад сектора недвижимости в рост ВВП по итогам I квартала 2023 г., чтобы понять ситуацию — 0,1 б.п. Значения указаны без смежных отраслей, но с учетом того что данное направление было одним из главных драйверов экономики, можно констатировать катастрофу.
Подводя итог, безусловно можно сказать одно — без улучшения потребительского сентимента сложно ждать стабильного восстановления экономики. Более того, вопрос является важным и точки зрения стабильности текущей внутренней системы КНР.
Улучшение настроения потребителей в КНР для властей будет сложной комплексной задачей на фоне текущей экономической, демографической, а также внутри- и внешнеполитической ситуации. Результаты II полугодия будут важным индикатором. Низкая база поможет росту показателей, но очевидно, что сравнивать рынок будет не с показателями 2022 г.
Сразу стоит оговориться, что инвесторам стоит разделить неоправданно завышенные ожидания, которые разгоняли в основном западные СМИ после выхода КНР из пандемии и более реальные прогнозы, в основе которых лежала хотя бы стабилизация ситуации на более длительный срок, чем несколько первых месяцев в начале 2023 г.
Опора властей на потребление как главный драйвер объяснима. В условиях, когда инвестиции и экспорт не могут вносить значимого роста, как это было в прошлые десятилетия, пока ничего другого не остается.
Рост ВВП в I полугодии в целом шел в рамках ожиданий, но потребительская активность оказалась явно далека от нормализации. Это заметно даже в туристической индустрии — количество путешествующих хоть и было выше 2019 г., но траты до уровней прошлых лет не дотягивали. И это после столь длительных и жестких локдаунов.
Общие розничные продажи потребительских товаров хоть и демонстрировали высокие показатели, но значения были достигнуты благодаря эффекту низкой базы, а также значимой динамике трех направлений: NEV (авто на новых источниках энергии, в том числе электромобили), ювелирные украшения и кейтеринг. В остальных индустриях в целом наблюдалась слабая динамика или замедление.
Китайский потребитель отказывался активно расходовать накопления, образовавшиеся в пандемию, и главную причину этого можно увидеть на одном графике.
Во время пандемии уверенность потребителей значительно снизились во всех странах, но такого отвесного падения настроений как в Китае найти трудно. При этом в случае с КНР значения индекса уверенности потребителей не могут подняться до сих пор даже до минимумов (!) прошлых лет.
Перед началом пандемии китайский потребитель находился, несмотря на уже нарастающие проблемы в секторе недвижимости, в целом в благоприятных условиях и пандемия стала для него сильным шоком. То, как власти боролись с пандемией и к каким методам прибегали, еще больше ухудшило и без того негативные настроения, а после снятия ограничений экономическая политика в постпандемийный период не принесла уверенности. В отличие от западных стран китайцы не получили стимулов от государства.
Несмотря на снижение ставок размеры депозитов домохозяйств в I квартале 2023 г. выросли на 9,9 трлн юаней, что выше, чем в любой из кварталов за предыдущие три года. Китайские домохозяйства продолжили активно наращивать сбережения, а не расходовать.
Не проявлял китайский потребитель особого интереса и к кредитным инструментам. Лишь по итогам июля цифры поднялись до уровней последних трех лет. При этом стоит учитывать, что ввиду запрета рефинансирования ипотеки серьезный процент потребительских займов мог использоваться для досрочного погашения.
В целом динамика кредитного роста продолжила замедление, а % долга домохозяйств от общего долга страны стагнирует последние три года. В стране действует крупный сектор теневого банкинга, но по понятным причинам отследить динамику там невозможно.
Одним из ключей к пониманию неготовности активно тратить после открытия экономики является резкое замедление темпов роста доходов. По итогам I квартала они находились на уровне 5,1% г/г, что почти вдвое ниже допандемийных уровней. При этом ожидания о росте собственных доходов хоть и увеличились за последние месяцы, но остаются значительно ниже прошлых лет.
Рынок труда сейчас в очень неустойчивом положении. В КНР больше принято сокращать часы работы и темпы роста заработной платы, чем увольнять сотрудников, поэтому официальные цифры о безработице, которые в целом стабильны, ничего не скажут. Доля вакантных офисных площадей в крупнейших городах сейчас находится на 13-летних максимумах. Многие компании отложили планы расширения. Негативные настроения бизнеса также являются одной из ключевых причин, которые останавливают население от трат.
Косвенно истинную негативную динамику на рынке труда может подсказать безработица среди молодежи — рост с 9,6% в марте 2018 г. до 20,8% в марте 2023 г. Данная статистика уже стала всемирно известной. Исследователи частично связывают это со структурными изменениями экономики КНР, но невозможно не заметить, что весь рост безработицы пришелся на ковидные годы.
И конечно же сильнейший удар по темпам роста благосостояния нанес кризис в секторе недвижимости. Это безусловно отдельная большая тема для исследования, но достаточно рассмотреть вклад сектора недвижимости в рост ВВП по итогам I квартала 2023 г., чтобы понять ситуацию — 0,1 б.п. Значения указаны без смежных отраслей, но с учетом того что данное направление было одним из главных драйверов экономики, можно констатировать катастрофу.
Подводя итог, безусловно можно сказать одно — без улучшения потребительского сентимента сложно ждать стабильного восстановления экономики. Более того, вопрос является важным и точки зрения стабильности текущей внутренней системы КНР.
Улучшение настроения потребителей в КНР для властей будет сложной комплексной задачей на фоне текущей экономической, демографической, а также внутри- и внешнеполитической ситуации. Результаты II полугодия будут важным индикатором. Низкая база поможет росту показателей, но очевидно, что сравнивать рынок будет не с показателями 2022 г.
Не является индивидуальной инвестиционной рекомендацией | При копировании ссылка обязательна | Нашли ошибку - выделить и нажать Ctrl+Enter | Жалоба