27 мая 2011 Архив
В Греции снова все плохо. Чтобы вернуть себе контроль над финансовой и экономической ситуацией, Афинам нужно реструктурировать свой долг и отказаться от евро. Страна получила финансовую помощь от европейских правительств и Международного монетарного фонда на сумму 110 млрд. евро в рамках программы чрезвычайного финансирования год назад, однако, за это время ей так и не удалось сократить свой дефицит до намеченных уровней, а также стимулировать экономический рост. Европейский центральный банк и МВФ настаивают на том, что поставленные перед Грецией цели вполне реальны и достижимы. Однако повышение налогов или сокращение расходов лишь затормозит развитие экономики, столкнув страну в рецессионную пропасть такой глубины, из которой ей уже не выбраться. Кризис ликвидности перерастает в откровенную неплатежеспособность. Инвесторы на рынке облигаций требуют доходность по греческим гос. облигациям никак не меньше чем на 20% выше, чем по немецким. Ролловер существующих облигаций с приближающимся сроком погашения - недопустимо дорогое удовольствие, которое до основания уничтожит финансовую систему греков. Если Греции не удастся договориться с ЕС и МВФ о новых займах на лояльных условиях, ей придется просить частных кредиторов принять облигации с более длинным сроком погашения и под процент ниже текущего. Рыночная стоимость таких ценных бумаг будет намного ниже номинального объема непогашенного долга в Греции, поэтому подобная реструктуризация станет разновидностью «мягкого дефолта».
ЕЦБ подлил масла в огонь, пригрозив лишить греческие частные банки поддержки, если Афины пойдут на реструктуризацию. Центробанк объясняет свое решение тем, что банки, владеющие греческими долговыми облигациями станут слишком рискованными, однако, эта логика почему-то не распространяется на немецкие и другие европейские банки с греческими долгами на балансах. Европейский центральный банк и МВФ настаивают на том, что в реструктуризации нет необходимости, для выплаты высоких процентов достаточно повысить налоги и сократить государственные расходы. Но рецессия, которая неминуемо последует за такими действиями, не повысит способность страны к обслуживанию долга, а лишь сократит ее, а также расшатает политическую ситуацию в стране на фоне сокращения социального обеспечения и стремительного роста безработицы. Альфа и омега греческого кризиса - а также кризиса стран, которые идут этим же путем (Португалия, Ирландия и другие) - это аномалии европейских институтов, которые осложняют финансирование пенсий и других социальных нужд в Греции и прочих ослабленных экономиках. Согласно Маастрихскому договору от 1992 года, гармонизированные продукты, стандарты безопасности и методы налогообложения в странах европейского континента должны были разрушить невидимые барьеры для дальнейшего роста. Увы, ничего подобного не произошло, потому что строгое европейское трудовое законодательство и корпоративное регулирование демотивировало частных инвесторов, а столь широко разрекламированный единый рынок подстегнул ожидания избирателей в бедных странах, что их уровень жизни и социальные гарантии приблизятся к немецким. Единая валюта, введенная в обращение в 1999 году, должна была стать еще одним чудесным эликсиром, но и она не смогла оживить рост, потому что была ориентирована на решение несуществующих проблем. В конечном счете, евро стал главным препятствием для эффективного управления макроэкономической политикой.
Перед введением евро, национальные валюты в странах, ныне вошедших в состав Еврозоны, были связаны фиксированным курсом к европейской валютной единице (ЭКЮ). ЭКЮ принималась к оплате в международных коммерческих сделках. Однако все страны могли печатать свою внутреннюю валюту и, время от времени, при необходимости, девальвировать ее против группы валют, если того требовали обстоятельства. Евро забрал у бедных стран, таких как Португалия, Испания, Греция и Ирландия такую возможность. Германия, также как и Нью-Йорк, процветает благодаря участию на едином европейском рынке, но Брюссель не может обложить немцев налогом, чтобы субсидировать благополучие Греции, как это делает Вашингтон, забирая часть прибыли у Нью-Йорка, чтобы передать ее Миссисипи. Таким образом, Германия может позволить себе щедрые пенсии и королевские пособия по безработице, короткую рабочую неделю и тому подобные социальные блага. А правительства в таких странах как Греция, изо всех сил пытаются угнаться за ней, накапливают долги и ничего не могут сделать, не рискуя навлечь на себя гнев избирателей: население не понимает, почему они не могут позволить себе то же, что и немцы.
Если бы у Греции сейчас была в обращении своя валюта, ей бы все равно пришлось сокращать расходы и повышать налоги, но не так сильно, как того требуют условия европейской помощи - потому что, помимо прочего, она могла бы прибегнуть к девальвации своей валюты против валют богатых соседей, сделать свой экспорт более конкурентным, ускорить темпы роста и повысить свою способность обслуживания долга. Но сейчас все зашло слишком далеко. Долг Греции огромен и деноминирован в евро, а вовсе не в драхме. Единственное возможное решение для страны - это реструктуризация. При этом убытки должны разделить как государственные, так и частные кредиторы. Затем можно отказаться от евро и снова перейти на драхму. Пересмотреть систему социального обеспечения. Грекам, как и американцам, придется работать дольше до выхода на пенсию, а также смириться с другими менее щедрыми социальными благами, но только так они сумеют вернуть себе контроль над экономикой. Есть ли альтернатива? Есть: бесконечные финансовые вливания (маловероятно, что этот вариант порадует избирателей в Германии и Франции), потеря суверенитета и экономический коллапс.
Подготовлено Forexpf.ru по материалам The Street
ЕЦБ подлил масла в огонь, пригрозив лишить греческие частные банки поддержки, если Афины пойдут на реструктуризацию. Центробанк объясняет свое решение тем, что банки, владеющие греческими долговыми облигациями станут слишком рискованными, однако, эта логика почему-то не распространяется на немецкие и другие европейские банки с греческими долгами на балансах. Европейский центральный банк и МВФ настаивают на том, что в реструктуризации нет необходимости, для выплаты высоких процентов достаточно повысить налоги и сократить государственные расходы. Но рецессия, которая неминуемо последует за такими действиями, не повысит способность страны к обслуживанию долга, а лишь сократит ее, а также расшатает политическую ситуацию в стране на фоне сокращения социального обеспечения и стремительного роста безработицы. Альфа и омега греческого кризиса - а также кризиса стран, которые идут этим же путем (Португалия, Ирландия и другие) - это аномалии европейских институтов, которые осложняют финансирование пенсий и других социальных нужд в Греции и прочих ослабленных экономиках. Согласно Маастрихскому договору от 1992 года, гармонизированные продукты, стандарты безопасности и методы налогообложения в странах европейского континента должны были разрушить невидимые барьеры для дальнейшего роста. Увы, ничего подобного не произошло, потому что строгое европейское трудовое законодательство и корпоративное регулирование демотивировало частных инвесторов, а столь широко разрекламированный единый рынок подстегнул ожидания избирателей в бедных странах, что их уровень жизни и социальные гарантии приблизятся к немецким. Единая валюта, введенная в обращение в 1999 году, должна была стать еще одним чудесным эликсиром, но и она не смогла оживить рост, потому что была ориентирована на решение несуществующих проблем. В конечном счете, евро стал главным препятствием для эффективного управления макроэкономической политикой.
Перед введением евро, национальные валюты в странах, ныне вошедших в состав Еврозоны, были связаны фиксированным курсом к европейской валютной единице (ЭКЮ). ЭКЮ принималась к оплате в международных коммерческих сделках. Однако все страны могли печатать свою внутреннюю валюту и, время от времени, при необходимости, девальвировать ее против группы валют, если того требовали обстоятельства. Евро забрал у бедных стран, таких как Португалия, Испания, Греция и Ирландия такую возможность. Германия, также как и Нью-Йорк, процветает благодаря участию на едином европейском рынке, но Брюссель не может обложить немцев налогом, чтобы субсидировать благополучие Греции, как это делает Вашингтон, забирая часть прибыли у Нью-Йорка, чтобы передать ее Миссисипи. Таким образом, Германия может позволить себе щедрые пенсии и королевские пособия по безработице, короткую рабочую неделю и тому подобные социальные блага. А правительства в таких странах как Греция, изо всех сил пытаются угнаться за ней, накапливают долги и ничего не могут сделать, не рискуя навлечь на себя гнев избирателей: население не понимает, почему они не могут позволить себе то же, что и немцы.
Если бы у Греции сейчас была в обращении своя валюта, ей бы все равно пришлось сокращать расходы и повышать налоги, но не так сильно, как того требуют условия европейской помощи - потому что, помимо прочего, она могла бы прибегнуть к девальвации своей валюты против валют богатых соседей, сделать свой экспорт более конкурентным, ускорить темпы роста и повысить свою способность обслуживания долга. Но сейчас все зашло слишком далеко. Долг Греции огромен и деноминирован в евро, а вовсе не в драхме. Единственное возможное решение для страны - это реструктуризация. При этом убытки должны разделить как государственные, так и частные кредиторы. Затем можно отказаться от евро и снова перейти на драхму. Пересмотреть систему социального обеспечения. Грекам, как и американцам, придется работать дольше до выхода на пенсию, а также смириться с другими менее щедрыми социальными благами, но только так они сумеют вернуть себе контроль над экономикой. Есть ли альтернатива? Есть: бесконечные финансовые вливания (маловероятно, что этот вариант порадует избирателей в Германии и Франции), потеря суверенитета и экономический коллапс.
Подготовлено Forexpf.ru по материалам The Street
/templates/new/dleimages/no_icon.gif Источник
Не является индивидуальной инвестиционной рекомендацией | При копировании ссылка обязательна | Нашли ошибку - выделить и нажать Ctrl+Enter | Жалоба