1 августа 2011 Архив
Отсутствие четкого руководства на Западе пугает, но, в то же время, кажется до боли знакомым.
Доверие к правительству строится на его обязательстве платить по своим счетам. На западе этот крайне важный актив быстро истощается, при этом события последних нескольких недель лишь ускорили процесс. Европа отчаянно пытается удержать Грецию в составе Еврозоны, а Америка бьется не на жизнь, а на смерть за уровень государственного долга, оставляя инвесторов перед малопривлекательным выбором: покупать валюту страны, которая может объявить дефолт, или валюту, которая вообще может прекратить свое существование. На заре экономического кризиса лидеры западных стран проделали неплохую работу, разгребая завалы. Увы, они остановились на полпути, бросив дело незаконченным. Теперь политики превратились в проблему. И в США, и в Европе они ведут себя так, словно специально провоцируя новый спад и стагнацию. Лидеры развитого Запада не спешат делать непростой выбор; это хорошо известно всем: и участникам рынка, и правительствам развивающихся стран, и банкам, и даже их собственным избирателям. Достаточно вспомнить то, с каким облегчением рынки восприняли известие об очередном полуфабрикатном решении относительно Греции, принятом странами Еврозоны на заседании 21 июля, чтобы понять, как низко пали ожидания. Как и предполагалось, американцы тянули до последнего с принятием решения о лимите государственного долга. Даже если текущий кризис пойдет на спад, или его удастся избежать, главная опасность все равно сохранится: политическая система Запада не способна к принятию трудных решений, необходимых для восстановления п.осле кризиса и процветания в последующие годы.
Мир уже видел такое и раньше. Два десятилетия назад лопнул экономический пузырь в Японии. С тех пор лидеры Страны Восходящего Солнца успешно тянули резину и откладывали принятие решений на неопределенное время. Долгие годы политического паралича нанесли Японии гораздо больший ущерб, чем экономические излишества 1980-х. Экономика страны практически не развивалась, а ее региональное влияние медленно, но верно сходило на нет. Валовой государственный долг, измеренный в процентном отношении к ВВП, побил все мировые рекорды, в два раза превысив аналогичный показатель в США. Если бы нечто подобное произошло в Европе или в США, последствия были бы куда более серьезными. Не удивительно, что китайские автократы купаются в деньгах и (только частично обоснованной) репутации за способность своевременно решать поставленные задачи, и чувствуют, что будущее за ними. Несмотря на то, что и Европа, и США запутались в долговых проблемах, между тем, у них разные корни. Еврокризис возник из-за того, что инвесторы начали паниковать по поводу платежеспособности некоторых европейских стран. В Америке же кризис - дело рук исключительно политиков, которые заставили сомневаться изначально доверчивых и почти ручных инвесторов. Что может быть проще, чем поднять лимит государственного долга? Но Республиканцы предпочли использовать этот вопрос, чтобы поставить Барака Обаму в неловкое положение, не задумываясь о последствиях.
В то же время, главная трагедия Европы и Америки заключается в неспособности и нежелании главных действующих лиц посмотреть правде в глаза, принять реальность такой, какая она есть. Европейские политики с Ангелой Мергель во главе дошли до абсурда, отказываясь признать две простые истины: 1) Греция - банкрот; 2) северные европейские страны (в том числе и богатые немцы, перед которыми отчитывается Меркель), в конечном счете, будут вынуждены платить по счетам, либо путем перевода денег на юг, либо путем спасения собственных банков. Они не смогли организовать сколько-нибудь значимую реструктуризацию: нынешняя программа спасения сокращает греческий долг, но не на столько, чтобы дать ей реальный шанс на восстановление. В результате, Греция и, возможно, другие периферийные страны Европы, в ближайшем будущем попросят о новой программе помощи. Как и в Японии, политики не смогли осуществить структурные реформы рынка труда и производства товаров и услуг, которые были жизненно необходимы для стимулирования роста. Если достигнутая в конце июля договоренность приведет к возникновению фискального союза в Европе, что весьма вероятно, то вовсе не потому, что Меркель ее товарищи сделали решительный и стратегически продуманный шаг, а потому, что они пытались лечить симптомы, а не болезнь.
А американский спор по поводу долга еще больше напоминает театр Кабуки (Прим. Profinance.ru: один из видов традиционного театра Японии, сочетающего в себе музыку, песни, танцы и драму, во многом основан на символизме). Фискальная проблема страны актуальна не в данный момент времени - сейчас Штатам нужно тратить больше, чтобы вернуться к росту - а в среднесрочной перспективе. До абсурда сложная система налогообложения приносит очень скудные доходы в казну, а старение поколения, рожденного в послевоенные годы, подталкивает программы социальных выплат к банкротству. Обама создал комиссию для изучения этого вопроса, но до последнего времени благополучно игнорировал все сделанные ею заключения. Также президент слишком долго верил в сказку о том, что проблему дефицита можно решить, повысив налог для состоятельных граждан: он даже потратил часть эфирного времени, обличая богатых, хотя Демократы уже отозвали свои предложения относительно повышения налогов. Тем не менее, Обама и его однопартийцы кажутся просто образцом единства на фоне своих республиканских коллег. Когда-то, в стародавние времена, американское право считалось новаторским и самым лучшим в мире, когда дело касалось функциональности правительства; сейчас оно выглядит умственно отсталым. Республиканцы даже не могли свести свои суммы бюджета, поэтому пришлось отложить голосование. Желание победить Левиафана, конечно, похвально, но сторонники "чайной партии" живут в придуманном мире, где дефицит можно сократить без повышения налогов: даже попытки Обамы залатать дыры в налоговом кодексе вызывают у фанатов приступ ярости.
И в Европе, и в Америке электорат постепенно меняет свои приоритеты в сторону национальных интересов. Аналогичный раскол между "внутренним" и "внешним" терзал и Японию. В Европе работающий средний класс цепляется за защиту и привилегии: миллионы других остаются незащищенными, на временных работах, или без таковой вообще. По обе стороны Атлантики сплоченные профсоюзы государственного сектора вставляют палки в колеса прогрессу. И, наконец, самый крупный и самый деструктивный раскол: между старшим поколением, цепко ухватившимся за пособия, которые они считают кровно заработанными, и молодыми, которым в конечном счете, приходится их оплачивать. Иногда кризисы провоцируют решительные действия со стороны лидеров. Увы, не в этот раз. Японией управляли в основном слабые, безынициативные любители искать компромиссы. Обама и Мергель, несмотря на все свои таланты, гораздо больше преуспели в потакании общественному мнению, нежели в способности его формировать. Да и проблема-то вовсе не в личностях, а в политических структурах. Японская дисфункция политической системы была обусловлена однопартийностью: мелочная раздробленность пережила и поражение Либерал-демократов в 2009 году, и цунами этой весной. В Америке умеренный центр - консервативные Демократы и либерально настроенные Республиканцы - с треском провалился, возможно, потому что фанатики, перераспределявшие избирательные округа, отдали власть экстремистам. В Европе политики отвечают перед своим национальным электоратом, и поэтому пытаются противостоять общеевропейским проблемам.
Однако автократам не стоит насмехаться над западными демократиями. Проблемы, с которыми они столкнулись, могут постичь любое правительство; и, как показал азиатский финансовый кризис десять лет назад, диктаторские режимы в этом плане еще хуже, еще менее гибкие и в меньшей степени способны залечивать экономические раны. Более того, западная политика не так разобщена, как полагают некоторые. С 2009 года Конгресс одобрил огромные программы стимулов и закон о здравоохранении, что доказывает способность законодательной власти к принятию решений, пусть даже противоречивых. Несмотря на свою мелочную глупость, Республиканцы поднимают такие вопросы, как налоговые реформы и социальные пособия. За пределами Еврозоны, например в Великобритании и странах Балтии, правительства приняли программы фискальной консолидации и начали реформы с завидной скоростью. Наше мнение о том, что нужно делать западным политикам до боли знакомо читателям. Европейцам нужно не просто провести серьезную реструктуризацию долга в периферийных странах, но и реформировать свои экономики, чтобы избавиться от анахронизмов, коррупции и недостатков, которые не дают им двигаться вперед. Американским Демократам нужно согласиться на сокращение пособий, а Республиканцам - на повышение налогов. Границы электоратов должны определяться независимыми комиссиями. И так далее. У японских политиков было несчетное количество возможностей сменить курс; но чем дольше они ходили вокруг да около, тем сложнее становилось вывернуть на нужную дорожку. Их коллегам на Западе следует задуматься о том, как не наступить на те же грабли.
Подготовлено Fоrexpf.ru по материалам The Economist
Доверие к правительству строится на его обязательстве платить по своим счетам. На западе этот крайне важный актив быстро истощается, при этом события последних нескольких недель лишь ускорили процесс. Европа отчаянно пытается удержать Грецию в составе Еврозоны, а Америка бьется не на жизнь, а на смерть за уровень государственного долга, оставляя инвесторов перед малопривлекательным выбором: покупать валюту страны, которая может объявить дефолт, или валюту, которая вообще может прекратить свое существование. На заре экономического кризиса лидеры западных стран проделали неплохую работу, разгребая завалы. Увы, они остановились на полпути, бросив дело незаконченным. Теперь политики превратились в проблему. И в США, и в Европе они ведут себя так, словно специально провоцируя новый спад и стагнацию. Лидеры развитого Запада не спешат делать непростой выбор; это хорошо известно всем: и участникам рынка, и правительствам развивающихся стран, и банкам, и даже их собственным избирателям. Достаточно вспомнить то, с каким облегчением рынки восприняли известие об очередном полуфабрикатном решении относительно Греции, принятом странами Еврозоны на заседании 21 июля, чтобы понять, как низко пали ожидания. Как и предполагалось, американцы тянули до последнего с принятием решения о лимите государственного долга. Даже если текущий кризис пойдет на спад, или его удастся избежать, главная опасность все равно сохранится: политическая система Запада не способна к принятию трудных решений, необходимых для восстановления п.осле кризиса и процветания в последующие годы.
Мир уже видел такое и раньше. Два десятилетия назад лопнул экономический пузырь в Японии. С тех пор лидеры Страны Восходящего Солнца успешно тянули резину и откладывали принятие решений на неопределенное время. Долгие годы политического паралича нанесли Японии гораздо больший ущерб, чем экономические излишества 1980-х. Экономика страны практически не развивалась, а ее региональное влияние медленно, но верно сходило на нет. Валовой государственный долг, измеренный в процентном отношении к ВВП, побил все мировые рекорды, в два раза превысив аналогичный показатель в США. Если бы нечто подобное произошло в Европе или в США, последствия были бы куда более серьезными. Не удивительно, что китайские автократы купаются в деньгах и (только частично обоснованной) репутации за способность своевременно решать поставленные задачи, и чувствуют, что будущее за ними. Несмотря на то, что и Европа, и США запутались в долговых проблемах, между тем, у них разные корни. Еврокризис возник из-за того, что инвесторы начали паниковать по поводу платежеспособности некоторых европейских стран. В Америке же кризис - дело рук исключительно политиков, которые заставили сомневаться изначально доверчивых и почти ручных инвесторов. Что может быть проще, чем поднять лимит государственного долга? Но Республиканцы предпочли использовать этот вопрос, чтобы поставить Барака Обаму в неловкое положение, не задумываясь о последствиях.
В то же время, главная трагедия Европы и Америки заключается в неспособности и нежелании главных действующих лиц посмотреть правде в глаза, принять реальность такой, какая она есть. Европейские политики с Ангелой Мергель во главе дошли до абсурда, отказываясь признать две простые истины: 1) Греция - банкрот; 2) северные европейские страны (в том числе и богатые немцы, перед которыми отчитывается Меркель), в конечном счете, будут вынуждены платить по счетам, либо путем перевода денег на юг, либо путем спасения собственных банков. Они не смогли организовать сколько-нибудь значимую реструктуризацию: нынешняя программа спасения сокращает греческий долг, но не на столько, чтобы дать ей реальный шанс на восстановление. В результате, Греция и, возможно, другие периферийные страны Европы, в ближайшем будущем попросят о новой программе помощи. Как и в Японии, политики не смогли осуществить структурные реформы рынка труда и производства товаров и услуг, которые были жизненно необходимы для стимулирования роста. Если достигнутая в конце июля договоренность приведет к возникновению фискального союза в Европе, что весьма вероятно, то вовсе не потому, что Меркель ее товарищи сделали решительный и стратегически продуманный шаг, а потому, что они пытались лечить симптомы, а не болезнь.
А американский спор по поводу долга еще больше напоминает театр Кабуки (Прим. Profinance.ru: один из видов традиционного театра Японии, сочетающего в себе музыку, песни, танцы и драму, во многом основан на символизме). Фискальная проблема страны актуальна не в данный момент времени - сейчас Штатам нужно тратить больше, чтобы вернуться к росту - а в среднесрочной перспективе. До абсурда сложная система налогообложения приносит очень скудные доходы в казну, а старение поколения, рожденного в послевоенные годы, подталкивает программы социальных выплат к банкротству. Обама создал комиссию для изучения этого вопроса, но до последнего времени благополучно игнорировал все сделанные ею заключения. Также президент слишком долго верил в сказку о том, что проблему дефицита можно решить, повысив налог для состоятельных граждан: он даже потратил часть эфирного времени, обличая богатых, хотя Демократы уже отозвали свои предложения относительно повышения налогов. Тем не менее, Обама и его однопартийцы кажутся просто образцом единства на фоне своих республиканских коллег. Когда-то, в стародавние времена, американское право считалось новаторским и самым лучшим в мире, когда дело касалось функциональности правительства; сейчас оно выглядит умственно отсталым. Республиканцы даже не могли свести свои суммы бюджета, поэтому пришлось отложить голосование. Желание победить Левиафана, конечно, похвально, но сторонники "чайной партии" живут в придуманном мире, где дефицит можно сократить без повышения налогов: даже попытки Обамы залатать дыры в налоговом кодексе вызывают у фанатов приступ ярости.
И в Европе, и в Америке электорат постепенно меняет свои приоритеты в сторону национальных интересов. Аналогичный раскол между "внутренним" и "внешним" терзал и Японию. В Европе работающий средний класс цепляется за защиту и привилегии: миллионы других остаются незащищенными, на временных работах, или без таковой вообще. По обе стороны Атлантики сплоченные профсоюзы государственного сектора вставляют палки в колеса прогрессу. И, наконец, самый крупный и самый деструктивный раскол: между старшим поколением, цепко ухватившимся за пособия, которые они считают кровно заработанными, и молодыми, которым в конечном счете, приходится их оплачивать. Иногда кризисы провоцируют решительные действия со стороны лидеров. Увы, не в этот раз. Японией управляли в основном слабые, безынициативные любители искать компромиссы. Обама и Мергель, несмотря на все свои таланты, гораздо больше преуспели в потакании общественному мнению, нежели в способности его формировать. Да и проблема-то вовсе не в личностях, а в политических структурах. Японская дисфункция политической системы была обусловлена однопартийностью: мелочная раздробленность пережила и поражение Либерал-демократов в 2009 году, и цунами этой весной. В Америке умеренный центр - консервативные Демократы и либерально настроенные Республиканцы - с треском провалился, возможно, потому что фанатики, перераспределявшие избирательные округа, отдали власть экстремистам. В Европе политики отвечают перед своим национальным электоратом, и поэтому пытаются противостоять общеевропейским проблемам.
Однако автократам не стоит насмехаться над западными демократиями. Проблемы, с которыми они столкнулись, могут постичь любое правительство; и, как показал азиатский финансовый кризис десять лет назад, диктаторские режимы в этом плане еще хуже, еще менее гибкие и в меньшей степени способны залечивать экономические раны. Более того, западная политика не так разобщена, как полагают некоторые. С 2009 года Конгресс одобрил огромные программы стимулов и закон о здравоохранении, что доказывает способность законодательной власти к принятию решений, пусть даже противоречивых. Несмотря на свою мелочную глупость, Республиканцы поднимают такие вопросы, как налоговые реформы и социальные пособия. За пределами Еврозоны, например в Великобритании и странах Балтии, правительства приняли программы фискальной консолидации и начали реформы с завидной скоростью. Наше мнение о том, что нужно делать западным политикам до боли знакомо читателям. Европейцам нужно не просто провести серьезную реструктуризацию долга в периферийных странах, но и реформировать свои экономики, чтобы избавиться от анахронизмов, коррупции и недостатков, которые не дают им двигаться вперед. Американским Демократам нужно согласиться на сокращение пособий, а Республиканцам - на повышение налогов. Границы электоратов должны определяться независимыми комиссиями. И так далее. У японских политиков было несчетное количество возможностей сменить курс; но чем дольше они ходили вокруг да около, тем сложнее становилось вывернуть на нужную дорожку. Их коллегам на Западе следует задуматься о том, как не наступить на те же грабли.
Подготовлено Fоrexpf.ru по материалам The Economist
/templates/new/dleimages/no_icon.gif Источник
Не является индивидуальной инвестиционной рекомендацией | При копировании ссылка обязательна | Нашли ошибку - выделить и нажать Ctrl+Enter | Жалоба