19 января 2012 Архив
Экономисты продвигали эти принципы с непоколебимой уверенностью до недавнего времени - и тогда эта уверенность выглядела оправданной. Десятилетия теории и практики научили нас тому, что инфляция - это яд для экономики. Она "размывает" ценовые сигналы и ограничивает экономический рост. Идея о том, что можно создавать новые рабочие места, претерпевая инфляцию, лишилась доверия. Центробанкам следует сохранять стабильность цен, что на практике подразумевает сохранение годового уровня инфляции на отметке 2%.
При выполнении этого мандата возникло второе правило. Задача была очень простой, поэтому политики не требовалось. Правительства могли ставить перед собой задачи, к примеру - ценовая стабильность - и поручать Центробанкам достижение этих целей. Вовлечение государственных деятелей в монетарную политику было плохой идеей. Во время экономического цикла, в котором экономическая активность и занятость достигают пика накануне выборов, политики "соблазняются" на рост инфляции либо посредством увеличения госрасходов, либо за счет краткосрочного стимулирования роста занятости. Поэтому лучше сохранять независимость Центробанков.
Стратегия вмешательства политиков в деятельность ЦБ не была широко распространена в Европе, где компетенция исполнительной власти четко определена. Даже в США, где полномочия исполнительной власти граничат с религией, Федрезерв отвоевал свободу действий.
Время от времени глава Федрезерва намекает Конгрессу, что в случае возникновения желания, правительство может вмешаться в политику Банка. Но власти не делают этого. Даже в Америке закрепилось утверждение о том, что монетарная политика должна оставаться выше государственной власти.
Однако, как показал опыт трех последних лет, Центробанки не могут быть выше политики. Есть ли смысл в нацеливании на достижение ценовой стабильности - очень сложный вопрос. А водораздел между техническими вопросами монетарной политики и политическими проблемами в сфере налогообложения и госрасходов выглядит размытым.
Почему аргументы в пользу низкой инфляции ставятся под сомнение? Потому что наиболее эффективным противоядием от рецессии является снижение процентных ставок. Чем глубже рецессия, тем агрессивнее должно быть смягчение монетарной политики "Мандат "ценовой стабильности" для Центробанка подразумевает изначально низкие ставки, которые не могут быть опущены ниже нуля, как бы Банку этого не хотелось.
В обычной рецессии проблема "ставок за пределами нулевого уровня" не встает, поскольку требуется всего лишь умеренное снижение стоимости кредитования. Однако рецессия, начавшаяся в 2008 году, оказалась жестокой. Федрезерву пришлось максимально урезать ставки, но и этого было недостаточно. По некоторым оценкам, ЦБ нужно снизить ставки еще на 5-6%, но номинальной ставки в размере 5% не существует.
Было несколько других вариантов, которыми ФРС воспользовалась. Но эти альтернативы характеризовались своими недостатками. Программа количественного смягчения, в рамках которой Федрезерв печатает деньги с целью покупки долга, расслабляет монетарную политику, но она менее эффективна, чем дальнейшее понижение процентных ставок. Более того, когда QE работает, возрастают инфляционные ожидания и снижаются реальные процентные ставки, а это противоречит мандату сохранения ценовой стабильности.
Еще одним недостатком QE и других нестандартных интервенций на финансовые рынки является то, что эти операции являются как финансовыми, так и монетарными, что предполагает перемещение реальных ресурсов. Это подвергает налогоплательщиков риску, а также подразумевает масштабные скрытые субсидии. Как распределить недостатки и преимущества от этих операций в экономике - это политический вопрос, также как и разработка программы TARP. При таком раскладе традиционные аргументы в пользу независимости Центробанка теряют всю силу.
Одним простым способом увеличения потенциала монетарной политики является повышение целевого уровня инфляции в условиях нормальной экономической ситуации. К примеру, от 2% до 4%. Номинальные процентные ставки будут выше, поэтому в случае необходимости будет больше возможностей для их снижения, а у Центробанка будет больше "огневой мощи" на случай глубокой рецессии. Однако недостатки данной стратегии очевидны: в дальнейшем инфляция будет удерживаться на уровне 4%.
Однажды все изменится. Если вы когда-нибудь расплачивались за чашку кофе кредитной картой, вы легко сможете себе представить мир без наличных денежных средств. Как отметил экономист Виллем Бойтер, исчезновение наличности в развитых экономиках станет неприятностью, в основном, для преступников, нуждающихся в ней в целях анонимности. Если деньги полностью примут форму электронных балансов, надобность в нулевых процентных ставка отпадет, утверждает эксперт.
Вряд ли стоит ожидать упразднения доллара в ближайшее время, да и вряд ли политики станут пропагандировать идею повышения целевого уровня инфляции. На текущий момент единственным вариантом является то, что сделал Федрезерв: импровизация и маскировка. Применение QE (явное или скрытое) и других масштабных квази-финансовых интервенций, а также действие с таким видом, как будто подобные меры являются неотъемлемой частью независимости Центробанка
При выполнении этого мандата возникло второе правило. Задача была очень простой, поэтому политики не требовалось. Правительства могли ставить перед собой задачи, к примеру - ценовая стабильность - и поручать Центробанкам достижение этих целей. Вовлечение государственных деятелей в монетарную политику было плохой идеей. Во время экономического цикла, в котором экономическая активность и занятость достигают пика накануне выборов, политики "соблазняются" на рост инфляции либо посредством увеличения госрасходов, либо за счет краткосрочного стимулирования роста занятости. Поэтому лучше сохранять независимость Центробанков.
Стратегия вмешательства политиков в деятельность ЦБ не была широко распространена в Европе, где компетенция исполнительной власти четко определена. Даже в США, где полномочия исполнительной власти граничат с религией, Федрезерв отвоевал свободу действий.
Время от времени глава Федрезерва намекает Конгрессу, что в случае возникновения желания, правительство может вмешаться в политику Банка. Но власти не делают этого. Даже в Америке закрепилось утверждение о том, что монетарная политика должна оставаться выше государственной власти.
Однако, как показал опыт трех последних лет, Центробанки не могут быть выше политики. Есть ли смысл в нацеливании на достижение ценовой стабильности - очень сложный вопрос. А водораздел между техническими вопросами монетарной политики и политическими проблемами в сфере налогообложения и госрасходов выглядит размытым.
Почему аргументы в пользу низкой инфляции ставятся под сомнение? Потому что наиболее эффективным противоядием от рецессии является снижение процентных ставок. Чем глубже рецессия, тем агрессивнее должно быть смягчение монетарной политики "Мандат "ценовой стабильности" для Центробанка подразумевает изначально низкие ставки, которые не могут быть опущены ниже нуля, как бы Банку этого не хотелось.
В обычной рецессии проблема "ставок за пределами нулевого уровня" не встает, поскольку требуется всего лишь умеренное снижение стоимости кредитования. Однако рецессия, начавшаяся в 2008 году, оказалась жестокой. Федрезерву пришлось максимально урезать ставки, но и этого было недостаточно. По некоторым оценкам, ЦБ нужно снизить ставки еще на 5-6%, но номинальной ставки в размере 5% не существует.
Было несколько других вариантов, которыми ФРС воспользовалась. Но эти альтернативы характеризовались своими недостатками. Программа количественного смягчения, в рамках которой Федрезерв печатает деньги с целью покупки долга, расслабляет монетарную политику, но она менее эффективна, чем дальнейшее понижение процентных ставок. Более того, когда QE работает, возрастают инфляционные ожидания и снижаются реальные процентные ставки, а это противоречит мандату сохранения ценовой стабильности.
Еще одним недостатком QE и других нестандартных интервенций на финансовые рынки является то, что эти операции являются как финансовыми, так и монетарными, что предполагает перемещение реальных ресурсов. Это подвергает налогоплательщиков риску, а также подразумевает масштабные скрытые субсидии. Как распределить недостатки и преимущества от этих операций в экономике - это политический вопрос, также как и разработка программы TARP. При таком раскладе традиционные аргументы в пользу независимости Центробанка теряют всю силу.
Одним простым способом увеличения потенциала монетарной политики является повышение целевого уровня инфляции в условиях нормальной экономической ситуации. К примеру, от 2% до 4%. Номинальные процентные ставки будут выше, поэтому в случае необходимости будет больше возможностей для их снижения, а у Центробанка будет больше "огневой мощи" на случай глубокой рецессии. Однако недостатки данной стратегии очевидны: в дальнейшем инфляция будет удерживаться на уровне 4%.
Однажды все изменится. Если вы когда-нибудь расплачивались за чашку кофе кредитной картой, вы легко сможете себе представить мир без наличных денежных средств. Как отметил экономист Виллем Бойтер, исчезновение наличности в развитых экономиках станет неприятностью, в основном, для преступников, нуждающихся в ней в целях анонимности. Если деньги полностью примут форму электронных балансов, надобность в нулевых процентных ставка отпадет, утверждает эксперт.
Вряд ли стоит ожидать упразднения доллара в ближайшее время, да и вряд ли политики станут пропагандировать идею повышения целевого уровня инфляции. На текущий момент единственным вариантом является то, что сделал Федрезерв: импровизация и маскировка. Применение QE (явное или скрытое) и других масштабных квази-финансовых интервенций, а также действие с таким видом, как будто подобные меры являются неотъемлемой частью независимости Центробанка
bloomberg.com /Элитный Трейдер, ELITETRADER.RU/
/templates/new/dleimages/no_icon.gif Источник
Не является индивидуальной инвестиционной рекомендацией | При копировании ссылка обязательна | Нашли ошибку - выделить и нажать Ctrl+Enter | Жалоба