9 марта 2012 Архив
В соответствии с новым подходом, ФРС будет печатать новые деньги, для выкупа долгосрочных ипотечных и казначейских облигаций, и сразу же привлекать потраченные деньги на краткосрочные депозиты под низкий процент. Цель такого подхода в том, чтобы снять опасения критиков о том, что печатный станок в очередной раз простимулирует не экономику, а инфляцию.
Очередное заседание ФРС намеченное на следующей недели, вряд ли обозначит какие либо сроки запуска новой программы, скорее всего дело ограничится смягчением риторики в отношении QE. Как неоднократно отмечал Бернанке на прошлых заседаниях, они держат руку на пульсе и внимательно следят за макроэкономическими показателями и инфляцией. Опираясь на поведение ФРС в прошлых раундах QE, можно предполагать, что новая программа не появится на свет раньше чем закончится старая, операция “Твист». Мало того, после окончания программы, должно пройти еще некоторое количество времени, перед объявлением новой программы, или случиться форс-мажорное обстоятельство, которым вполне может быть дефолт Греции.
ФРС прекрасно понимает какое большое значение имеют программы выкупа для инвесторов. Новая ликвидность подталкивает цены на товары и акции выше, а стоимость доллара США ниже. За последние три года огромное количество скептиков с резкой критикой выступали против такого подхода к стимулированию экономики. Надо признать, что их доводы и беспокойства небыли пустыми. По всей видимости ФРС, не желая испытывать судьбу вновь, все таки решил стерилизовать новую ликвидность. При таком подходе к выкупу облигаций можно быть уверенным, что ни каких побочных эффектов это не даст. Фактически новый метод не оставляет в системе новых денег, а лишь высвобождает старые, одновременно с этим привлекая их сразу обратно.
Фактически все раунды выкупа облигаций, применяемые ФРС начиная с 2008 года, были направленны на снижение долгосрочных процентных ставок. Это должно было стимулировать инвестиции, расходы бизнеса и домохозяйств.
Сегодня у ФРС есть три метода покупки:
Первый они активно использовали с 2008 по 2011 годы, когда ФРС печатал деньги и выкупал на них казначейские ценные бумаги и ипотечные долги. За этот период ФРС приобрел ценных бумаг на сумму 2.3 трлн долларов. Используя для скупки два раунды «количественного смягчения» или QE. Основной целью было сбить стоимость заимствований.
Второй метод скупки ФРС применил в середине 2011 года, когда объявил об «Операции Твист», целью который являлась скупка долгосрочных облигаций, с одновременной продажей коротких и объявлением об удержании рекордно низких процентных ставок вплоть до 2014 года. Данный метод не предполагает создание новых денег.
Третий метод, о котором мы говорили ранее, это метод при котором ФРС будет печатать новые деньги для выкупа долгосрочных облигаций. Однако будет введено ограничение по использованию новой ликвидности со стороны инвесторов и банков. Специально под эту программу ФРС разработает новые инструменты стерилизации, по смысле напоминающие сделки обратного репо.
Как и предыдущие два, последняя операция ФРС, будет направленна на сокращение долгосрочных ценных бумаг в руках инвесторов и банков. ФРС считает, что сокращение количества долгосрочных облигаций, ведет к снижению долгосрочных процентных ставок, что в свою очередь поощряет расходы и инвестиции со стороны населения и бизнеса.
ФРС не в буквальном смысле печатает деньги, а перечисляет их банкам или инвесторам в электронном виде, обменивая на свои казначейские облигации. По такой схеме обмену уже подлежали облигации в общем объеме более 1.6 трлн долларов. В рамках новой программы, ФРС так же будет создавать новые электронные деньги для выкупа облигаций. После чего, сразу же привлекать их обратно на короткий период времени-скажем на 28 дней, в обмен на какие-нибудь низкие процентные ставки. Привлеченные деньги будут лежать на счетах продолжительный период времени, постоянно пролонгируя эти 28 дней. Такая схема позволит инвесторам уже не заботиться о постоянно падающей процентной ставке по долгосрочным облигациям, а так же у инвесторов появится возможность постоянно рефинансировать полученный доход от краткосрочных депозитов в других направлениях.
Вполне возможно, что новую операцию окрестят «срочным вкладом». Эффект от этой операции будет очень схожим с «Операцией Твист», однако сама «Операция Твист» имеет практическое ограничение, и, скорее всего, повторить или расширить ее уже не получится.
По расчетам аналитиков, у ФРС на вторую половину года краткосрочных облигаций будет всего на 200 млрд долларов, что является очень незначительным. Нынешняя программа заканчивается 30 июня. Мало того, новая программа по мимо банков может напрямую работать с фондами денежного рынка, а они сейчас не участвуют непосредственно в выкупе от ФРС.
Но у этой программы, как и у предшествующих есть свои недоставки. Операция обратного РЕПО может подтолкнуть краткосрочные процентные ставки выше, чем ФРС хочет. Кроме того, ФРС называл обратное репо, как инструмент затягивания кредитов. Сегодня ФРС хочет применить ее в сочетании с выкупом долгосрочных облигаций, который предназначен для облегчения кредитования. Такого рода противоречия могут давать неоднозначные сигналы для рынка.
Нет ничего более постоянного, чем то, что временное...
Через три года мир будет прочно «сидеть на игле» доступных кредитов с низкими, около нуля, ставками. Участники рынков начали привыкать к дешевым деньгам: обнародованное вчера решение Банка Англии сохранить ставки на прежних уровнях ни для кого не стало сенсацией. Это постановление совпало по времени с трехлетием эры нулевых ставок. Но так ли это эффективно?
Сегодня уже стало модным по поводу и без повода прогнозировать сохранение учетных ставок тройкой ведущих мировых фин. регуляторов — ФРС-ЕЦБ-Банк Англии — равно как и очередные треволнения по поводу греческих облигаций. Кроме того, это предсказания всегда сбываются. В последние несколько дней лишь одной теме удалось подвинуть ставки на Олимпе популярности — конечно же, выборам Президента РФ.
С одной стороны, удержание ставок на одном и том же уровне, особенно столь привлекательном для заёмщиков, кажется вполне положительным и не несущим никаких угроз. Стабильность так вожделенна игроками рынка, ибо дает возможность на что-то вполне обоснованно рассчитывать. Но если это касается так называемых «дешевых денег» или, другими словами, «включения печатного станка»? - Через это уже прошли и США, и Япония... Сейчас очередь дошла до ЕС и Великобритании. Слишком многое указывает на то, что подобные эксперименты ничем хорошим не закончатся...
Напомним, три года тому, 5 марта 2009-го фин. регулятор туманного Альбиона опустил учетную ставку до уровня 0,5% и тогда же объявил о запуске программы количественного смягчения. Тогда этот шаг казался чем-то крайне экстраординарным, спровоцированным кризисом и, естественно, временным. Действительно, это был мощный, рассчитанный на один раз стимул для той ситуации, когда произошло резкое сжатие кредитования, а это могло потянуть в пропасть всю экономику. Но прошло три года, а ставки все там же... Более того, нет признаков хоть сколь-нибудь существенного повышения ставок в ближайшем обозримом будущем. Вместо этого Центробанк Британских островов вливает дополнительные 50 миллиардов фунтов в программу монетарного стимулирования. Судя по всему, если что-то и будет сделано в первом месяце весны в этом плане, то Банк Англии ограничится печатанием новой порции фунтов, вместо того, чтобы повысить ставку.
Вот уж действительно: нет ничего более постоянного, чем то, что временное... Британская экономика помнит аналогичные «краткосрочные» меры: введенный в далеком 1842-м подоходный налог тоже трактовался как временное явление, но до сих пор его никто так и не отменил. Сейчас ставки на уровнях, близких к нулю, имеют все шансы стать тем «временным» шагом в постоянство. Тем более, что аналогичный пример уже имеется на противоположном берегу Атлантики: ставки ФРС США опустили почти к нулю еще в декабре 2008-го, и эта «временная» мера тоже претендует на постоянство. При этом есть и прямо противоположные случаи, действительно свидетельствующие о стабильности — на том же Туманном Альбионе до этого ставки почти три столетия удерживались на стабильно высоком уровне: более красноречивого свидетельства в пользу экономической стабильности не сыскать.
Если человек сталкивается с чем-то временным или кажущимся таковым, то он не берет на себя труд что-то поменять в собственной деятельности. Действительно, а зачем? Если мера временная, рано или поздно она будет отменена, причем, скорее всего, рано. К примеру, нынешняя международная изоляция Ирана так или иначе спровоцирует прыжок цен на нефть. Как отреагирует на это пренеприятнейшее событие большинство обывателей — начнется ли массовая скупка малолитражек? Вряд ли. Большинство воспримет эту «нефтяную ракету» как нечто временное, после чего «все вернется на круги своя». Понадобится довольно длительный период времени, прежде чем подавляющее большинство простых граждан поймет, что цена на нефть поднялась на длительное время, более того, что она имеет постоянную тенденцию к росту. Лишь тогда обыватель в массе своей задумается над ситуацией и что-то предпримет: ну, хотя бы пересядет за руль малолитражки.
Одним из краеугольных принципов экономических отношений является прямая взаимозависимость между изменениями в цене на какой-либо из активов и переменами в восприятии этого актива. Что касается нынешних якобы «дешевых» денег, то тут наблюдаются два явления.
Во-первых, повышается уровень задолженности. Действительно, домохозяйства в некоторой степени поправляют свой баланс. Но правительствам приходится занимать еще больше, чтобы как-то справиться с дефицитом ликвидности. До нынешнего кризиса Соединенное Королевство могло похвастаться экономикой с одним из самых низких уровней задолженности. Однако с началом кризиса размер внеш. долга начал ощутимо расти — при этом внутренний заемщик пользуется «дешевыми» займами. Парадокс, не правда ли?
На сегодня совокупная задолженность британской экономики, имеется ввиду долги домохозяйств, корпоративного и правительственного секторов, выросла до 507% от ВВП, тогда как в 2008 году это было 487% от валового внутреннего продукта. Получается, что рост как внешнего так и внутреннего долга начался как раз после снижения учетной ставки к почти нулевому уровню.
Единственное, чем можно хоть как-то оправдать рост задолженности в Великобритании, это мировая тенденция роста заимствований. Только две страны — Южная Корея и Австралия — добились снижения уровня долгов. Но оба эти случая нельзя причислять к типичным: одна из них является чуть ли не монополистом в плане снабжения Китая полезными ископаемыми, вторая — один из лидеров мирового экспорта.
С другой стороны, как можно ожидать благоразумия в плане экономности и бережливости от людей, которым занимают на условиях, более привлекательных, чем раньше — в самые хорошие времена?
Во-вторых, сами кредиторы, протягивая «спасительную ликвидность» тут же ограничивают сферы её инвестирования в те или иные активы. Стоимость правительственных облигаций растет, при этом сами правительства, ничто же сумняшеся, занимают и тратят крайне много и бездумно. В свою очередь, корпоративные обязательства также обретают большую популярность, поскольку дают возможность получения хоть какой-то прибыли. Однако при этом очевиден риск перегрева рынка долговых обязательств.
Рынок акций в свою очередь поддерживается инвесторами, стремящимися к получению дивидендов в условия почти полного отсутствия доходов по депозитам, даже при ясном понимании натянутости оценки.
Наконец, цены на золото медленно, но уверенно ползут вверх. Объяснить это весьма просто: держание капитала в золоте, в отличие от наличности, дает гарантию хотя бы сохранить сбережения на случай включения печатного станка.
Но вся проблема в том, что ни один из вышеперечисленных механизмов спасения капиталов не дает возможности эффективно разместить последние, напротив,-- провоцирует раздувание пузырей. Снижение ставок в условиях резкой и глубокой рецессии 2008-2009 годов объяснялось необходимостью контроля над чрезвычайной ситуацией. Но постоянное удерживание ставок на уровнях, близких к нулю, приведет к абсолютно другим последствиям. Примером может служит Япония, стабильно удерживающая ставку своего фин. регулятора на уровне ниже 1% с 1995 года. Однако это не стало причиной сколь-нибудь существенного роста экономики за этот период. Посему, есть все основания сомневаться в эффективности долгосрочного применения таких механизмов стимулирования в условиях отсутствия резкого сжатия экономики. А вот того, какими могут быть последствия подобных экспериментов, наверняка не знает никто...
Очередное заседание ФРС намеченное на следующей недели, вряд ли обозначит какие либо сроки запуска новой программы, скорее всего дело ограничится смягчением риторики в отношении QE. Как неоднократно отмечал Бернанке на прошлых заседаниях, они держат руку на пульсе и внимательно следят за макроэкономическими показателями и инфляцией. Опираясь на поведение ФРС в прошлых раундах QE, можно предполагать, что новая программа не появится на свет раньше чем закончится старая, операция “Твист». Мало того, после окончания программы, должно пройти еще некоторое количество времени, перед объявлением новой программы, или случиться форс-мажорное обстоятельство, которым вполне может быть дефолт Греции.
ФРС прекрасно понимает какое большое значение имеют программы выкупа для инвесторов. Новая ликвидность подталкивает цены на товары и акции выше, а стоимость доллара США ниже. За последние три года огромное количество скептиков с резкой критикой выступали против такого подхода к стимулированию экономики. Надо признать, что их доводы и беспокойства небыли пустыми. По всей видимости ФРС, не желая испытывать судьбу вновь, все таки решил стерилизовать новую ликвидность. При таком подходе к выкупу облигаций можно быть уверенным, что ни каких побочных эффектов это не даст. Фактически новый метод не оставляет в системе новых денег, а лишь высвобождает старые, одновременно с этим привлекая их сразу обратно.
Фактически все раунды выкупа облигаций, применяемые ФРС начиная с 2008 года, были направленны на снижение долгосрочных процентных ставок. Это должно было стимулировать инвестиции, расходы бизнеса и домохозяйств.
Сегодня у ФРС есть три метода покупки:
Первый они активно использовали с 2008 по 2011 годы, когда ФРС печатал деньги и выкупал на них казначейские ценные бумаги и ипотечные долги. За этот период ФРС приобрел ценных бумаг на сумму 2.3 трлн долларов. Используя для скупки два раунды «количественного смягчения» или QE. Основной целью было сбить стоимость заимствований.
Второй метод скупки ФРС применил в середине 2011 года, когда объявил об «Операции Твист», целью который являлась скупка долгосрочных облигаций, с одновременной продажей коротких и объявлением об удержании рекордно низких процентных ставок вплоть до 2014 года. Данный метод не предполагает создание новых денег.
Третий метод, о котором мы говорили ранее, это метод при котором ФРС будет печатать новые деньги для выкупа долгосрочных облигаций. Однако будет введено ограничение по использованию новой ликвидности со стороны инвесторов и банков. Специально под эту программу ФРС разработает новые инструменты стерилизации, по смысле напоминающие сделки обратного репо.
Как и предыдущие два, последняя операция ФРС, будет направленна на сокращение долгосрочных ценных бумаг в руках инвесторов и банков. ФРС считает, что сокращение количества долгосрочных облигаций, ведет к снижению долгосрочных процентных ставок, что в свою очередь поощряет расходы и инвестиции со стороны населения и бизнеса.
ФРС не в буквальном смысле печатает деньги, а перечисляет их банкам или инвесторам в электронном виде, обменивая на свои казначейские облигации. По такой схеме обмену уже подлежали облигации в общем объеме более 1.6 трлн долларов. В рамках новой программы, ФРС так же будет создавать новые электронные деньги для выкупа облигаций. После чего, сразу же привлекать их обратно на короткий период времени-скажем на 28 дней, в обмен на какие-нибудь низкие процентные ставки. Привлеченные деньги будут лежать на счетах продолжительный период времени, постоянно пролонгируя эти 28 дней. Такая схема позволит инвесторам уже не заботиться о постоянно падающей процентной ставке по долгосрочным облигациям, а так же у инвесторов появится возможность постоянно рефинансировать полученный доход от краткосрочных депозитов в других направлениях.
Вполне возможно, что новую операцию окрестят «срочным вкладом». Эффект от этой операции будет очень схожим с «Операцией Твист», однако сама «Операция Твист» имеет практическое ограничение, и, скорее всего, повторить или расширить ее уже не получится.
По расчетам аналитиков, у ФРС на вторую половину года краткосрочных облигаций будет всего на 200 млрд долларов, что является очень незначительным. Нынешняя программа заканчивается 30 июня. Мало того, новая программа по мимо банков может напрямую работать с фондами денежного рынка, а они сейчас не участвуют непосредственно в выкупе от ФРС.
Но у этой программы, как и у предшествующих есть свои недоставки. Операция обратного РЕПО может подтолкнуть краткосрочные процентные ставки выше, чем ФРС хочет. Кроме того, ФРС называл обратное репо, как инструмент затягивания кредитов. Сегодня ФРС хочет применить ее в сочетании с выкупом долгосрочных облигаций, который предназначен для облегчения кредитования. Такого рода противоречия могут давать неоднозначные сигналы для рынка.
Нет ничего более постоянного, чем то, что временное...
Через три года мир будет прочно «сидеть на игле» доступных кредитов с низкими, около нуля, ставками. Участники рынков начали привыкать к дешевым деньгам: обнародованное вчера решение Банка Англии сохранить ставки на прежних уровнях ни для кого не стало сенсацией. Это постановление совпало по времени с трехлетием эры нулевых ставок. Но так ли это эффективно?
Сегодня уже стало модным по поводу и без повода прогнозировать сохранение учетных ставок тройкой ведущих мировых фин. регуляторов — ФРС-ЕЦБ-Банк Англии — равно как и очередные треволнения по поводу греческих облигаций. Кроме того, это предсказания всегда сбываются. В последние несколько дней лишь одной теме удалось подвинуть ставки на Олимпе популярности — конечно же, выборам Президента РФ.
С одной стороны, удержание ставок на одном и том же уровне, особенно столь привлекательном для заёмщиков, кажется вполне положительным и не несущим никаких угроз. Стабильность так вожделенна игроками рынка, ибо дает возможность на что-то вполне обоснованно рассчитывать. Но если это касается так называемых «дешевых денег» или, другими словами, «включения печатного станка»? - Через это уже прошли и США, и Япония... Сейчас очередь дошла до ЕС и Великобритании. Слишком многое указывает на то, что подобные эксперименты ничем хорошим не закончатся...
Напомним, три года тому, 5 марта 2009-го фин. регулятор туманного Альбиона опустил учетную ставку до уровня 0,5% и тогда же объявил о запуске программы количественного смягчения. Тогда этот шаг казался чем-то крайне экстраординарным, спровоцированным кризисом и, естественно, временным. Действительно, это был мощный, рассчитанный на один раз стимул для той ситуации, когда произошло резкое сжатие кредитования, а это могло потянуть в пропасть всю экономику. Но прошло три года, а ставки все там же... Более того, нет признаков хоть сколь-нибудь существенного повышения ставок в ближайшем обозримом будущем. Вместо этого Центробанк Британских островов вливает дополнительные 50 миллиардов фунтов в программу монетарного стимулирования. Судя по всему, если что-то и будет сделано в первом месяце весны в этом плане, то Банк Англии ограничится печатанием новой порции фунтов, вместо того, чтобы повысить ставку.
Вот уж действительно: нет ничего более постоянного, чем то, что временное... Британская экономика помнит аналогичные «краткосрочные» меры: введенный в далеком 1842-м подоходный налог тоже трактовался как временное явление, но до сих пор его никто так и не отменил. Сейчас ставки на уровнях, близких к нулю, имеют все шансы стать тем «временным» шагом в постоянство. Тем более, что аналогичный пример уже имеется на противоположном берегу Атлантики: ставки ФРС США опустили почти к нулю еще в декабре 2008-го, и эта «временная» мера тоже претендует на постоянство. При этом есть и прямо противоположные случаи, действительно свидетельствующие о стабильности — на том же Туманном Альбионе до этого ставки почти три столетия удерживались на стабильно высоком уровне: более красноречивого свидетельства в пользу экономической стабильности не сыскать.
Если человек сталкивается с чем-то временным или кажущимся таковым, то он не берет на себя труд что-то поменять в собственной деятельности. Действительно, а зачем? Если мера временная, рано или поздно она будет отменена, причем, скорее всего, рано. К примеру, нынешняя международная изоляция Ирана так или иначе спровоцирует прыжок цен на нефть. Как отреагирует на это пренеприятнейшее событие большинство обывателей — начнется ли массовая скупка малолитражек? Вряд ли. Большинство воспримет эту «нефтяную ракету» как нечто временное, после чего «все вернется на круги своя». Понадобится довольно длительный период времени, прежде чем подавляющее большинство простых граждан поймет, что цена на нефть поднялась на длительное время, более того, что она имеет постоянную тенденцию к росту. Лишь тогда обыватель в массе своей задумается над ситуацией и что-то предпримет: ну, хотя бы пересядет за руль малолитражки.
Одним из краеугольных принципов экономических отношений является прямая взаимозависимость между изменениями в цене на какой-либо из активов и переменами в восприятии этого актива. Что касается нынешних якобы «дешевых» денег, то тут наблюдаются два явления.
Во-первых, повышается уровень задолженности. Действительно, домохозяйства в некоторой степени поправляют свой баланс. Но правительствам приходится занимать еще больше, чтобы как-то справиться с дефицитом ликвидности. До нынешнего кризиса Соединенное Королевство могло похвастаться экономикой с одним из самых низких уровней задолженности. Однако с началом кризиса размер внеш. долга начал ощутимо расти — при этом внутренний заемщик пользуется «дешевыми» займами. Парадокс, не правда ли?
На сегодня совокупная задолженность британской экономики, имеется ввиду долги домохозяйств, корпоративного и правительственного секторов, выросла до 507% от ВВП, тогда как в 2008 году это было 487% от валового внутреннего продукта. Получается, что рост как внешнего так и внутреннего долга начался как раз после снижения учетной ставки к почти нулевому уровню.
Единственное, чем можно хоть как-то оправдать рост задолженности в Великобритании, это мировая тенденция роста заимствований. Только две страны — Южная Корея и Австралия — добились снижения уровня долгов. Но оба эти случая нельзя причислять к типичным: одна из них является чуть ли не монополистом в плане снабжения Китая полезными ископаемыми, вторая — один из лидеров мирового экспорта.
С другой стороны, как можно ожидать благоразумия в плане экономности и бережливости от людей, которым занимают на условиях, более привлекательных, чем раньше — в самые хорошие времена?
Во-вторых, сами кредиторы, протягивая «спасительную ликвидность» тут же ограничивают сферы её инвестирования в те или иные активы. Стоимость правительственных облигаций растет, при этом сами правительства, ничто же сумняшеся, занимают и тратят крайне много и бездумно. В свою очередь, корпоративные обязательства также обретают большую популярность, поскольку дают возможность получения хоть какой-то прибыли. Однако при этом очевиден риск перегрева рынка долговых обязательств.
Рынок акций в свою очередь поддерживается инвесторами, стремящимися к получению дивидендов в условия почти полного отсутствия доходов по депозитам, даже при ясном понимании натянутости оценки.
Наконец, цены на золото медленно, но уверенно ползут вверх. Объяснить это весьма просто: держание капитала в золоте, в отличие от наличности, дает гарантию хотя бы сохранить сбережения на случай включения печатного станка.
Но вся проблема в том, что ни один из вышеперечисленных механизмов спасения капиталов не дает возможности эффективно разместить последние, напротив,-- провоцирует раздувание пузырей. Снижение ставок в условиях резкой и глубокой рецессии 2008-2009 годов объяснялось необходимостью контроля над чрезвычайной ситуацией. Но постоянное удерживание ставок на уровнях, близких к нулю, приведет к абсолютно другим последствиям. Примером может служит Япония, стабильно удерживающая ставку своего фин. регулятора на уровне ниже 1% с 1995 года. Однако это не стало причиной сколь-нибудь существенного роста экономики за этот период. Посему, есть все основания сомневаться в эффективности долгосрочного применения таких механизмов стимулирования в условиях отсутствия резкого сжатия экономики. А вот того, какими могут быть последствия подобных экспериментов, наверняка не знает никто...
/Компиляция. 9 марта. Элитный Трейдер, ELITETRADER.RU/
/templates/new/dleimages/no_icon.gif Источник
Не является индивидуальной инвестиционной рекомендацией | При копировании ссылка обязательна | Нашли ошибку - выделить и нажать Ctrl+Enter | Жалоба






