25 января 2011
Глава ExxonMobil Central Europe Гернот Калькоффен дал Handelsblatt свое первое интервью после появления информации о том, что в земле Северный Рейн — Вестфалия (ФРГ), возможно, обнаружены крупные месторождения сланцевого газа и газа в угольных пластах. Exxon намерена вложить в разведку и разработку европейских газовых месторождений сотни миллионов евро. Впрочем, г-н Калькоффен уверен, что заменить поставки российского природного газа в Германию нетрадиционный газ не сможет.
— Г-н Калькоффен, сейчас Германию охватила, если проводить аналогию с американской «золотой лихорадкой», настоящая «газовая лихорадка». Верите ли вы, что немецкие месторождения окажутся экономически рентабельными?
— Мы находимся только в начале периода разведочных работ. В теории потенциал этих месторождений очень велик. Вопрос в том, имеет ли этот газ необходимую концентрацию и можно ли обеспечить рентабельность его добычи.
— Но ведь пробное бурение уже проводилось. Каковы его результаты?
— Давать оценку рентабельности еще слишком рано. Что касается нетрадиционного природного газа, то два его вида — газ из угольных пластов и сланцевый газ — в Германии раньше еще не добывались. Пока что ExxonMobil осуществила два бурения угольных пластов и четыре — на сланцевый газ. Это были керновые бурения, в ходе которых прежде всего брались образцы породы.
— Каковы ваши дальнейшие планы?
— В нынешнем году мы пробурим еще несколько скважин. В первую очередь речь идет об исследовании угольных пластов.
— Сколько времени у вас есть на проведение разведки?
— Обычно разрешения на это даются на пятилетний срок.
— После этого начнется добыча?
— Это еще и вопрос того, в какой мере нам будет сопутствовать удача. Если в ходе пробного бурения сразу попадем в «десятку», то постараемся начать производство как можно быстрее. Однако для этого будут нужны новые разрешения.
— Каков возможный объем инвестиций ExxonMobil в Германии?
— Все зависит от мощности месторождений.
— В 2009 году 80% ваших немецких инвестиций пошло на разведку газовых месторождений и составили 185 млн евро. Будет ли пробное бурение способствовать тому, что цифра эта вырастет?
— Цифра эта может вырасти значительно — все зависит от того, насколько это целесообразно. Фантазировать можно сколько угодно, так что при счастливом стечении обстоятельств инвестиции могут стать и миллиардными.
— Предполагает ли это заметный рост количества рабочих мест?
— Конечно, но все зависит от производительности месторождений. Так, в земле Нижняя Саксония, где добыча газа существует уже в течение нескольких десятилетий, в отрасли занято сейчас 7 тыс. человек. Еще 20 тыс. рабочих мест возникли в смежных отраслях. Объем добычи газа в Нижней Саксонии — около 13 млрд куб. м. Если в Северном Рейне — Вестфалии будет производиться, к примеру, только половина этого объема, то есть примерно 6,5 млрд куб. м в год, то непосредственно в отрасли появится свыше 3 тыс. рабочих мест, плюс порядка 10 тыс. рабочих мест у смежников.
— Однако население особой радости в связи с вашими разведочными работами не проявляет.
— Вы правы, и мы относимся к этим протестным настроениям очень серьезно. Дело в том, что добыча газа осуществляется на больших площадях, затрагивая целый ряд районов. Поэтому мы постоянно встречаемся с местными жителями для разъяснения перспектив нашей работы. Конструктивный диалог — часть нашего бизнеса, и другой альтернативы тут нет.
— Можно ли понимать так, что в ближайшие годы инвестиции в поиск газа достигнут почти 1 млрд евро?
— На период разведочных работ — несколько сотен миллионов евро, а с началом промышленной добычи — значительно больше этой суммы.
— Похоже, в своих прогнозах вы очень осторожны.
— Хотя месторождения нетрадиционного газа и могут быть крупнее обычных, однако добыча его более трудоемкая.
— Какова та верхняя планка цены на нетрадиционный газ, когда его добыча становится невыгодной?
— Хороший вопрос. Однако прогнозов цены мы не делаем, а смотрим с позиции энергетического комплекса в целом, полагая, что этот газ может стать его важной составной частью и пользоваться спросом в долговременном плане.
— Так что же является тут решающим моментом?
— Немецкий газ должен быть конкурентоспособным по отношению к сжиженному природному газу и российскому газу.
— Могут ли месторождения нетрадиционного природного газа сделать Германию независимой от зарубежного импорта этого энергоносителя?
— Такой вариант представляется мне крайне маловероятным. На сегодня самостоятельно Германия способна удовлетворить свои потребности примерно на 20%. Увеличение этого показателя зависит от реального потенциала новых месторождений. Думаю, что достичь можно будет цифры 25—30%. Кстати, очень крупные месторождения прогнозируются и в других регионах Европы.
— В каких еще европейских странах ExxonMobil ведет геологоразведку?
— Бурение пробных скважин ведется сейчас на юго-востоке Польши. Два года тому назад бурение велось и в Венгрии, однако с экономической точки зрения те месторождения оказались неинтересными.
— Какие преимущества есть у Германии по сравнению с другими государствами?
— Немецкий рынок интересен тем, что тут же находится и потребитель газа. Расстояния для транспортировки очень малы, да и ценится в Германии газ высоко.
— Станет ли газ для конечного потребителя дешевле?
— Цена газа формируется на международном рынке. Однако собственные источники, естественно, являются определенным тормозом для роста его стоимости на мировом рынке.
Суммарные запасы сланцевого газа и газа в угольных пластах в земле Северный Рейн — Вестфалия предварительно оцениваются в 2100 млрд куб. м. Таким образом, Германия претендует на второе место в Европе после Нидерландов, располагающих так называемым нетрадиционным месторождением природного газа объемом 2850 млрд куб. м
Перевод Александра Полоцкого
— Г-н Калькоффен, сейчас Германию охватила, если проводить аналогию с американской «золотой лихорадкой», настоящая «газовая лихорадка». Верите ли вы, что немецкие месторождения окажутся экономически рентабельными?
— Мы находимся только в начале периода разведочных работ. В теории потенциал этих месторождений очень велик. Вопрос в том, имеет ли этот газ необходимую концентрацию и можно ли обеспечить рентабельность его добычи.
— Но ведь пробное бурение уже проводилось. Каковы его результаты?
— Давать оценку рентабельности еще слишком рано. Что касается нетрадиционного природного газа, то два его вида — газ из угольных пластов и сланцевый газ — в Германии раньше еще не добывались. Пока что ExxonMobil осуществила два бурения угольных пластов и четыре — на сланцевый газ. Это были керновые бурения, в ходе которых прежде всего брались образцы породы.
— Каковы ваши дальнейшие планы?
— В нынешнем году мы пробурим еще несколько скважин. В первую очередь речь идет об исследовании угольных пластов.
— Сколько времени у вас есть на проведение разведки?
— Обычно разрешения на это даются на пятилетний срок.
— После этого начнется добыча?
— Это еще и вопрос того, в какой мере нам будет сопутствовать удача. Если в ходе пробного бурения сразу попадем в «десятку», то постараемся начать производство как можно быстрее. Однако для этого будут нужны новые разрешения.
— Каков возможный объем инвестиций ExxonMobil в Германии?
— Все зависит от мощности месторождений.
— В 2009 году 80% ваших немецких инвестиций пошло на разведку газовых месторождений и составили 185 млн евро. Будет ли пробное бурение способствовать тому, что цифра эта вырастет?
— Цифра эта может вырасти значительно — все зависит от того, насколько это целесообразно. Фантазировать можно сколько угодно, так что при счастливом стечении обстоятельств инвестиции могут стать и миллиардными.
— Предполагает ли это заметный рост количества рабочих мест?
— Конечно, но все зависит от производительности месторождений. Так, в земле Нижняя Саксония, где добыча газа существует уже в течение нескольких десятилетий, в отрасли занято сейчас 7 тыс. человек. Еще 20 тыс. рабочих мест возникли в смежных отраслях. Объем добычи газа в Нижней Саксонии — около 13 млрд куб. м. Если в Северном Рейне — Вестфалии будет производиться, к примеру, только половина этого объема, то есть примерно 6,5 млрд куб. м в год, то непосредственно в отрасли появится свыше 3 тыс. рабочих мест, плюс порядка 10 тыс. рабочих мест у смежников.
— Однако население особой радости в связи с вашими разведочными работами не проявляет.
— Вы правы, и мы относимся к этим протестным настроениям очень серьезно. Дело в том, что добыча газа осуществляется на больших площадях, затрагивая целый ряд районов. Поэтому мы постоянно встречаемся с местными жителями для разъяснения перспектив нашей работы. Конструктивный диалог — часть нашего бизнеса, и другой альтернативы тут нет.
— Можно ли понимать так, что в ближайшие годы инвестиции в поиск газа достигнут почти 1 млрд евро?
— На период разведочных работ — несколько сотен миллионов евро, а с началом промышленной добычи — значительно больше этой суммы.
— Похоже, в своих прогнозах вы очень осторожны.
— Хотя месторождения нетрадиционного газа и могут быть крупнее обычных, однако добыча его более трудоемкая.
— Какова та верхняя планка цены на нетрадиционный газ, когда его добыча становится невыгодной?
— Хороший вопрос. Однако прогнозов цены мы не делаем, а смотрим с позиции энергетического комплекса в целом, полагая, что этот газ может стать его важной составной частью и пользоваться спросом в долговременном плане.
— Так что же является тут решающим моментом?
— Немецкий газ должен быть конкурентоспособным по отношению к сжиженному природному газу и российскому газу.
— Могут ли месторождения нетрадиционного природного газа сделать Германию независимой от зарубежного импорта этого энергоносителя?
— Такой вариант представляется мне крайне маловероятным. На сегодня самостоятельно Германия способна удовлетворить свои потребности примерно на 20%. Увеличение этого показателя зависит от реального потенциала новых месторождений. Думаю, что достичь можно будет цифры 25—30%. Кстати, очень крупные месторождения прогнозируются и в других регионах Европы.
— В каких еще европейских странах ExxonMobil ведет геологоразведку?
— Бурение пробных скважин ведется сейчас на юго-востоке Польши. Два года тому назад бурение велось и в Венгрии, однако с экономической точки зрения те месторождения оказались неинтересными.
— Какие преимущества есть у Германии по сравнению с другими государствами?
— Немецкий рынок интересен тем, что тут же находится и потребитель газа. Расстояния для транспортировки очень малы, да и ценится в Германии газ высоко.
— Станет ли газ для конечного потребителя дешевле?
— Цена газа формируется на международном рынке. Однако собственные источники, естественно, являются определенным тормозом для роста его стоимости на мировом рынке.
Суммарные запасы сланцевого газа и газа в угольных пластах в земле Северный Рейн — Вестфалия предварительно оцениваются в 2100 млрд куб. м. Таким образом, Германия претендует на второе место в Европе после Нидерландов, располагающих так называемым нетрадиционным месторождением природного газа объемом 2850 млрд куб. м
Перевод Александра Полоцкого
Не является индивидуальной инвестиционной рекомендацией | При копировании ссылка обязательна | Нашли ошибку - выделить и нажать Ctrl+Enter | Жалоба