13 февраля 2014 Архив
Марк Карни поступил правильно, но по совершенно неверным основаниям, считают аналитики.
Несмотря на явное восстановление экономики, глава Банка Англии фактически заявил, что учетные ставки в долгосрочном периоде останутся низкими. Его истинные мотивы, как можно предположить, заключаются в понимании того, что даже намек на незначительное повышение ставок может привести к рискам по причине несбалансированной и непредсказуемой реакции финансовых рынков. Однако подогреваемые в течение всего прошлого года самим же управляющим ожидания того, что политический курс будет следовать заранее предписанным правилам, не позволяли ему просто заявить то, что он думает.
Правила Банка Англии устанавливают определенный уровень инфляции, который сейчас зафиксирован на отметке 2% по индексу потребительских цен для последнего десятилетия. Еще до кризиса удалось согласовать данный целевой показатель. За счет легкости достижения и простоты отслеживания такой подход позволил избежать различных искажений, которые раньше мешали устанавливать цели для денежной массы и обменного курса. Однако после 2008 года уровень жизни начал вновь определяться такими аспектами, как мировые цены на сырье, которые Треднидл-стрит практически не контролирует. В целом, стесненные экономические условия, в которых пришлось работать, означали, что политика дешевых денег является единственным разумным подходом даже несмотря на увеличение стоимости жизни. Опасаясь, что старые правила могут вынудить его преждевременно ужесточить политику, после своего прибытия в Лондон Карни представил свое великое изобретение, так называемый «перспективный прогноз», который и установил предварительные условия выполнения какого-либо повышения. В частности, это уровень безработицы ниже 7%. Этот порог планировалось достичь в течение года или даже двух.
Однако уже через шесть месяцев безработица почти достигла этого уровня, сделав его неприменимым. Тем временем, укрепление фунта остановило инфляцию, потому, по крайней мере, в настоящее время, изначальные правила представляют собой наименьшую проблему. Несмотря на заявление Карни о том, что «перспективные прогнозы сработали», они выглядят скорее ка к ненужный сбой. Попытки Банка Англии сместить внимание с безработицы на более широкий набор показателей рынка труда не впечатлили инвесторов, поскольку все такие показатели подтверждают устойчивость восстановления экономики. Новый показатель, за которым теперь следит центральный банк, а именно разрыв в выпуске промышленной продукции - наиболее известный среди малоизвестных индикаторов в экономике - представляет собой антитезу к прозрачному целеполаганию.
Впрочем, пристальное изучение таких сведений все же менее полезно, чем отступление и решение вопроса о том, как процесс установки размера учетных ставок оказался связанным со старыми негибкими правилами. На фоне большой инфляции в 1970-е годы было чувство, что правительствам нельзя верить, когда они пытались ограничивать цены, а ученые представляли запутанные доказательства того, почему политики с широкими полномочиями не смогут овладеть ситуацией. Такие теории все еще не утратили актуальность, но то было время мощных профсоюзов, которые могли ответить практически на любой скачок цены повышением требований к размеру заработных плат. Сегодня же рабочая сила практически не имеет возможности нанести ответный удар перед лицом инфляции, и в этом заключается причина того, почему ценность продовольственных талонов год за годом съедается инфляцией. Более четким историческим аналогом для сегодняшнего дня являются последствия Великой Депрессии, когда учетные ставки были снижены и в итоге оставались неприкосновенными в течение двух десятилетий.
Однако на сей раз все может выйти и по-другому. Сейчас ставки ниже, чем в 1930-х годах, а великий эксперимент количественного смягчения все еще может иметь последствия в виде инфляции. Кроме того, также имеются реальные опасения о новом пузыре на рынке жилья, хотя прорыв данного пузыря путем увеличения учетной ставки может разрушить мечты тысяч покупателей домов, и без того испытывающих трудности. Это было бы в высшей степени необдуманным шагом. Особенно тогда, когда, по словам Карни, имеются более целевые пути обуздания спекулятивного кредитования.
Как считает Карни, повышение ставки прямо сейчас было бы опасно преждевременным. В некоторый момент времени такое увеличение, конечно же, потребуется, но до этого момента еще много месяцев или даже лет, да и сами признаки его наступления еще не определены наверняка. Фактически из данных можно сделать только один точный вывод: о том, что ставки заработной платы останутся на низком уровне. Спираль заработной платы и цен, которая первоначально и привела к тому, что власти сами связали себе руки, более не сработает. Однако уже сейчас понятно, что Банку Англии требуется полная свобода действий, а стало быть, пришло время отказаться от старых правил.
Несмотря на явное восстановление экономики, глава Банка Англии фактически заявил, что учетные ставки в долгосрочном периоде останутся низкими. Его истинные мотивы, как можно предположить, заключаются в понимании того, что даже намек на незначительное повышение ставок может привести к рискам по причине несбалансированной и непредсказуемой реакции финансовых рынков. Однако подогреваемые в течение всего прошлого года самим же управляющим ожидания того, что политический курс будет следовать заранее предписанным правилам, не позволяли ему просто заявить то, что он думает.
Правила Банка Англии устанавливают определенный уровень инфляции, который сейчас зафиксирован на отметке 2% по индексу потребительских цен для последнего десятилетия. Еще до кризиса удалось согласовать данный целевой показатель. За счет легкости достижения и простоты отслеживания такой подход позволил избежать различных искажений, которые раньше мешали устанавливать цели для денежной массы и обменного курса. Однако после 2008 года уровень жизни начал вновь определяться такими аспектами, как мировые цены на сырье, которые Треднидл-стрит практически не контролирует. В целом, стесненные экономические условия, в которых пришлось работать, означали, что политика дешевых денег является единственным разумным подходом даже несмотря на увеличение стоимости жизни. Опасаясь, что старые правила могут вынудить его преждевременно ужесточить политику, после своего прибытия в Лондон Карни представил свое великое изобретение, так называемый «перспективный прогноз», который и установил предварительные условия выполнения какого-либо повышения. В частности, это уровень безработицы ниже 7%. Этот порог планировалось достичь в течение года или даже двух.
Однако уже через шесть месяцев безработица почти достигла этого уровня, сделав его неприменимым. Тем временем, укрепление фунта остановило инфляцию, потому, по крайней мере, в настоящее время, изначальные правила представляют собой наименьшую проблему. Несмотря на заявление Карни о том, что «перспективные прогнозы сработали», они выглядят скорее ка к ненужный сбой. Попытки Банка Англии сместить внимание с безработицы на более широкий набор показателей рынка труда не впечатлили инвесторов, поскольку все такие показатели подтверждают устойчивость восстановления экономики. Новый показатель, за которым теперь следит центральный банк, а именно разрыв в выпуске промышленной продукции - наиболее известный среди малоизвестных индикаторов в экономике - представляет собой антитезу к прозрачному целеполаганию.
Впрочем, пристальное изучение таких сведений все же менее полезно, чем отступление и решение вопроса о том, как процесс установки размера учетных ставок оказался связанным со старыми негибкими правилами. На фоне большой инфляции в 1970-е годы было чувство, что правительствам нельзя верить, когда они пытались ограничивать цены, а ученые представляли запутанные доказательства того, почему политики с широкими полномочиями не смогут овладеть ситуацией. Такие теории все еще не утратили актуальность, но то было время мощных профсоюзов, которые могли ответить практически на любой скачок цены повышением требований к размеру заработных плат. Сегодня же рабочая сила практически не имеет возможности нанести ответный удар перед лицом инфляции, и в этом заключается причина того, почему ценность продовольственных талонов год за годом съедается инфляцией. Более четким историческим аналогом для сегодняшнего дня являются последствия Великой Депрессии, когда учетные ставки были снижены и в итоге оставались неприкосновенными в течение двух десятилетий.
Однако на сей раз все может выйти и по-другому. Сейчас ставки ниже, чем в 1930-х годах, а великий эксперимент количественного смягчения все еще может иметь последствия в виде инфляции. Кроме того, также имеются реальные опасения о новом пузыре на рынке жилья, хотя прорыв данного пузыря путем увеличения учетной ставки может разрушить мечты тысяч покупателей домов, и без того испытывающих трудности. Это было бы в высшей степени необдуманным шагом. Особенно тогда, когда, по словам Карни, имеются более целевые пути обуздания спекулятивного кредитования.
Как считает Карни, повышение ставки прямо сейчас было бы опасно преждевременным. В некоторый момент времени такое увеличение, конечно же, потребуется, но до этого момента еще много месяцев или даже лет, да и сами признаки его наступления еще не определены наверняка. Фактически из данных можно сделать только один точный вывод: о том, что ставки заработной платы останутся на низком уровне. Спираль заработной платы и цен, которая первоначально и привела к тому, что власти сами связали себе руки, более не сработает. Однако уже сейчас понятно, что Банку Англии требуется полная свобода действий, а стало быть, пришло время отказаться от старых правил.
/templates/new/dleimages/no_icon.gif Источник
Не является индивидуальной инвестиционной рекомендацией | При копировании ссылка обязательна | Нашли ошибку - выделить и нажать Ctrl+Enter | Жалоба