20 мая 2014
Впервые с мая 2010 года Греция и Португалия – как раньше и Ирландия – стали размещать свои активы на финансовых рынках. Политики еврозоны сделали вывод, что кризис миновал, и одобрительно похлопали друг друга по спине в знак признания своего ловкого антикризисного управления. Но, к сожалению, провозглашать торжество было бы преждевременным. Наоборот, все еще хуже: ощущение, что кризис преодолен, может вызвать ощущение самоуспокоенности, что впоследствии только усугубит рецессию.
Кризисные страны снова получили доступ к финансовым рынкам, но они заплатили за это серьезную цену, потому что процентные ставки очень высоки. Греция платит по десятилетним облигациям 6% - почти на 30% меньше, чем два года назад, но при этом все равно больше тех 1,6%, которые платит Германия. Разница в процентных ставках отчетливо показывает, что греческие ценные бумаги до сих пор рассматриваются как небезопасные. То же самое верно и для других стран. Почему, однако, рынок тогда вообще продолжает предоставлять им кредит? Этому есть несколько адекватных объяснений.
Во-первых, инвесторы учитывают низкие процентные ставки для стран с развитой экономикой. Особенно ценят это страховые компании и пенсионные фонды, которые зависят от доходов по процентам и не могут приобретать рискованных активов. Таким образом, доходность по греческим облигациям в 6% выглядит вполне заманчивой, по крайней мере, до тех пор, пока правительство обслуживает долги. Инвесторы исходят из того, что один, два года не будет никакого отказа от оплаты, и игра стоит свеч. На финансовых рынках есть масса инвесторов, которые считают, что они смогут вовремя избавиться от рискованных активов, но при этом вновь и вновь на этом обжигаются. Как только они одновременно хотят продать, сразу вспыхивает паника. Потери увеличиваются, и порочный круг, развивающийся молниеносно, превращает изначально перспективную ситуацию в сущий кошмар. Вполне возможно, что у финансовых рынков короткая память.
Инвесторы по-прежнему покупают под государственные гарантии
Ситуация в еврозоне улучшилась в середине 2012 года, когда Европейский Центробанк заявил о программе OMT и этим de facto показал, что не даст процентным ставкам по облигациям стать неприемлемо высокими. Благодаря авторитету ЕЦБ эта программа до сих пор не была даже протестирована. Свои гарантии он, однако, оставил в силе, при том условии, что определенная страна будет подчиняться правилам программы стабилизации. Ирландия и Португалия прямо следуют своей программе. Гарантии ЕЦБ поэтому не вступили в реальную силу. С другой стороны, ЕЦБ дал понять, что он может вернуться к своей программе LTRO (Long Term Refinancing Operations), в соответствии с которой вправе предоставлять рынкам или учреждениям почти неограниченные кредиты. Вполне вероятно, что инвесторы видят в этом еще одну форму государственных гарантий.
В 2010 году рынкам предвещали самый мрачный сценарий, теперь же их видят в розовом цвете. В то время, правда, никто не верил, что катастрофа станет реальностью, но все же все боялись, и каждый опасался остаться последним, кто продаст активы. Кроме того, звучали предположения, что другие правительства последуют за Грецией – и они были оправданы. Сегодня инвесторам снова должно быть недалеко до паники: каждое, даже малейшее происшествие, может склонить чашу весов в сторону кризиса.
Рынки изменчивы. Правительства, тем не менее, действуют по принципу чрезмерного оптимизма: если нет строгой необходимости бороться с государственным долгом в еврозоне, они сразу обращаются к другим темам. Что это все означает? Это один из тех этапов, когда неопределенность может быть гораздо страшнее, чем кажется. Мы стоим, можно сказать, на перепутье: все может либо обернуться к лучшему, либо со дня на день закончиться настоящей бурей.
Кризисные страны снова получили доступ к финансовым рынкам, но они заплатили за это серьезную цену, потому что процентные ставки очень высоки. Греция платит по десятилетним облигациям 6% - почти на 30% меньше, чем два года назад, но при этом все равно больше тех 1,6%, которые платит Германия. Разница в процентных ставках отчетливо показывает, что греческие ценные бумаги до сих пор рассматриваются как небезопасные. То же самое верно и для других стран. Почему, однако, рынок тогда вообще продолжает предоставлять им кредит? Этому есть несколько адекватных объяснений.
Во-первых, инвесторы учитывают низкие процентные ставки для стран с развитой экономикой. Особенно ценят это страховые компании и пенсионные фонды, которые зависят от доходов по процентам и не могут приобретать рискованных активов. Таким образом, доходность по греческим облигациям в 6% выглядит вполне заманчивой, по крайней мере, до тех пор, пока правительство обслуживает долги. Инвесторы исходят из того, что один, два года не будет никакого отказа от оплаты, и игра стоит свеч. На финансовых рынках есть масса инвесторов, которые считают, что они смогут вовремя избавиться от рискованных активов, но при этом вновь и вновь на этом обжигаются. Как только они одновременно хотят продать, сразу вспыхивает паника. Потери увеличиваются, и порочный круг, развивающийся молниеносно, превращает изначально перспективную ситуацию в сущий кошмар. Вполне возможно, что у финансовых рынков короткая память.
Инвесторы по-прежнему покупают под государственные гарантии
Ситуация в еврозоне улучшилась в середине 2012 года, когда Европейский Центробанк заявил о программе OMT и этим de facto показал, что не даст процентным ставкам по облигациям стать неприемлемо высокими. Благодаря авторитету ЕЦБ эта программа до сих пор не была даже протестирована. Свои гарантии он, однако, оставил в силе, при том условии, что определенная страна будет подчиняться правилам программы стабилизации. Ирландия и Португалия прямо следуют своей программе. Гарантии ЕЦБ поэтому не вступили в реальную силу. С другой стороны, ЕЦБ дал понять, что он может вернуться к своей программе LTRO (Long Term Refinancing Operations), в соответствии с которой вправе предоставлять рынкам или учреждениям почти неограниченные кредиты. Вполне вероятно, что инвесторы видят в этом еще одну форму государственных гарантий.
В 2010 году рынкам предвещали самый мрачный сценарий, теперь же их видят в розовом цвете. В то время, правда, никто не верил, что катастрофа станет реальностью, но все же все боялись, и каждый опасался остаться последним, кто продаст активы. Кроме того, звучали предположения, что другие правительства последуют за Грецией – и они были оправданы. Сегодня инвесторам снова должно быть недалеко до паники: каждое, даже малейшее происшествие, может склонить чашу весов в сторону кризиса.
Рынки изменчивы. Правительства, тем не менее, действуют по принципу чрезмерного оптимизма: если нет строгой необходимости бороться с государственным долгом в еврозоне, они сразу обращаются к другим темам. Что это все означает? Это один из тех этапов, когда неопределенность может быть гораздо страшнее, чем кажется. Мы стоим, можно сказать, на перепутье: все может либо обернуться к лучшему, либо со дня на день закончиться настоящей бурей.
Не является индивидуальной инвестиционной рекомендацией | При копировании ссылка обязательна | Нашли ошибку - выделить и нажать Ctrl+Enter | Жалоба