Национализация крупнейших банков британцами и создание специального фонда в размере 700 млрд долл. американцами поможет приостановить развитие глобального финансового кризиса. Между тем власти ведущих стран выступают за принятие дальнейших шагов, которые позволят предотвратить подобные кризисные ситуации в будущем. Их цель — запретить продажу необеспеченных активов для предотвращения возникновения спекулятивных пузырей. О конкретных мерах, способных снизить риски получения аномальных прибылей, о ситуации с «налоговыми оазисами», а также о роли Евросоюза и МВФ рассказывает министр финансов ФРГ ПЕЕР ШТАЙНБРЮК.
— Г-н министр, правительство Великобритании предложило частичную национализацию восьми банкам. Последует ли этому примеру Германия?
— Я целиком и полностью одобряю меры английского кабинета министров. Данная акция вполне соответствует принятым недавно в Люксембурге решениям. На европейском уровне мы договорились, что государства Европы должны обеспечить стабильность своих системообразующих банков. Право каждой страны — выбрать конкретный путь решения этой проблемы. Великобритания выбрала национализацию.
— То есть именно тот путь, которым правительство ФРГ идти не хочет…
— Да, это так. В случае с мюнхенским ипотечным банком Hypo Real Estate нам удалось стабилизировать ситуацию, обеспечив его необходимой ликвидностью за счет предоставления государственных гарантий под кредиты частных банков и Бундесбанка. Американцы пошли путем создания специального фонда в размере 700 млрд долл., и это тоже возможный вариант. В настоящий момент я не вижу необходимости в проведении в ФРГ национализации банков ввиду того, что банковский сектор страны пострадал от кризиса достаточно сильно, однако пока не в катастрофических масштабах. Положение дел может еще измениться, так как опасения по поводу дальнейшего развития событий в настоящее время слишком велики. Главное сейчас — это совместные усилия по успокоению рынков политиков, финансовой отрасли и центробанков.
— Не удивительно ли, что именно на родине капитализма проводится национализация банков?
— Не вдаваясь в идеологические дискуссии, отмечу, что обращает на себя внимание тот прагматизм, с которым Великобритания и США решают вопросы по противодействию финансовому кризису. Было бы неплохо, если бы и ведущаяся на эту тему дискуссия в ФРГ приобрела, наконец, более деловой характер.
— В таких странах, как Франция, финансовый кризис привел к ускорению процесса консолидации в банковском секторе. Считаете ли вы возможным, что слияния банков продолжатся и в Германии?
— По моему мнению, это крайне маловероятно. Боюсь, что финансовый кризис значительно снизит готовность немецких банков к консолидации. Кстати, я убежден, что финансовый кризис причиной слияния Commerzbank и Dresdner Bank, а также Deutsche Bank и Postbank абсолютно не является.
— Мер по укреплению доверия к банковскому сектору, которые были до сих пор предприняты правительством Германии, например государственные гарантии сохранности сберегательных вкладов граждан, для успокоения рынков явно недостаточно. Немецкий биржевой индекс DAX ежедневно падает на сотни пунктов. Чего ждать дальше?
— Заявление правительства о гарантии сберегательных вкладов было в высшей степени полезным и предотвратило образование многотысячных очередей граждан у дверей банков. В принципе у нас существует законодательно утвержденная эффективная система защиты вкладов, однако политически весомое заявление правительства было направлено на то, чтобы дать людям дополнительную уверенность в их надежности. Одновременно на политический класс давит и необходимость разъяснять общественности, почему пострадавшие от кризиса банки надо спасать, используя деньги налогоплательщика. Вот этого некоторые банкиры не понимают до сих пор.
— Не потому ли, выступая недавно с правительственным заявлением, вы упомянули о необходимости сделать капитализм более цивилизованным? Каким образом это можно сделать?
— Например, через запрещение внебалансовых сделок по секьюритизации, деривативов и структурированных финансовых продуктов и введение обязательных их гарантий за счет собственного капитала вы уменьшите вероятность возникновения аномальных прибылей. Если запретить продажу необеспеченных активов, то это предотвратит возникновение спекулятивных пузырей.
— Может быть, сейчас необходимо нечто вроде чрезвычайного закона Еврокомиссии?
— Это было бы весьма полезным. Нам надо продвигаться вперед вместе с Еврокомиссией, причем разрабатываемые директивы должны быть максимально гибкими. Так, американцы действуют гораздо быстрее и более гибко, чем мы. Например, Комиссия по ценным бумагам и биржам США (SEC) принимает решение о том, что трактовка действующих для банков инструкций расширяется, и тут же весь американский финансовый сектор имеет возможность применить это при подготовке квартальной финансовой отчетности, а для Европы такое решение означало бы лишь начало длительного и трудного процесса дальнейших согласований. В США решение SEC имеет характер закона. Тут я могу только позавидовать.
— Вероятно ли начало новой череды банкротств банков?
— Этого я вам сказать не могу, потому что не знаю. Кто бы мог подумать, что разорится Lehman Brothers и спасти его не смогут, а AIG спасут? Если бы AIG не поддержали, то мы бы все здесь сейчас не сидели.
— Ну а какие последствия будет иметь финансовый кризис для конъюнктуры?
— Знаете, за последние дни я стал тут скромнее и осторожнее. Признаюсь, что раньше я считал прогноз МВФ по поводу предстоящих списаний чересчур мрачным, однако реальный объем в 1,4 трлн долл. намного больше предсказанных тогда его представителями 945 млрд долл.
— В Германии уже начали останавливаться первые автозаводы. Чего следует ожидать в реальной экономике в дальнейшем?
— В немецкой экономике есть сегодня и несколько приятных новостей, например по ситуации на рынке труда или по сбору налогов, — там цифры лучше прогнозов. Впрочем, я согласен с вами: воздействие финансового кризиса на реальную экономику будет значительно сильнее, чем мы предполагали до сих пор. Так что правительству ФРГ придется заметно понизить свой прогноз экономического роста на 2009 год. Нет смысла закрывать глаза на то, что 2009 год будет значительно хуже, чем нынешний, а тем более чем 2007 год.
— Как вы считаете, этот кризис будет затяжным или недолгим?
— Если бы я знал точный ответ на этот вопрос, то имел бы шансы на получение Нобелевской премии по экономике и не работал бы министром финансов. Разве я могу это знать наперед? Как я уже говорил в ходе своего выступления в бундестаге, если в конце тоннеля появляется свет, то это может быть и встречный поезд. К сожалению, именно так недавно и произошло. Я очень осторожен в прогнозах.
— Какой должна быть в будущем роль МВФ по противодействию финансовому кризису?
— Мы уже давно говорим на тему о том, какой могла бы быть новая роль МВФ, который за минувшие годы потерял свое значение в качестве кредитного донора для стран, попавших в кризисную ситуацию. Полагаю, что этот институт существует для того, чтобы нам потом не пришлось придумывать какой-то новый. Вопрос в том, не смог бы МВФ стать в большей степени организацией для контроля за финансовыми рынками.
— Является ли сейчас МВФ достаточно независимым от финансовой отрасли США, к мнению которой он в прошлом очень сильно прислушивался?
— Думаю, что после того, как его возглавил европеец, ситуация изменилась. Если МВФ действительно возьмет на себя такие контрольные функции, то ему будет нужна поддержка, для того чтобы привести в необходимое соответствие свою организацию, персонал сотрудников и устав.
— Почему в связи с нынешним финансовым кризисом совершенно не обсуждается тема «налоговых оазисов», ведь там и банки, и хедж-фонды приличных размеров действуют вне всякого контроля?
— Действительно, тема эта сейчас как-то подзабыта. Причина в том, что на первый план выдвинулись другие проблемы, которые подобны крупным валунам, перегородившим дорогу вперед. Кстати, для европейцев тема, о которой вы заговорили, очень непроста: как быть с мелкими островами у побережья Великобритании? Или с Лихтенштейном? Или с различиями внутри самого Евросоюза? Как быть с льготами по налогообложению холдингов в Нидерландах?
— Может быть, эти проблемы можно решить именно во время кризиса?
— Кризис всегда дает шанс сдвинуть с места то, что не удавалось сделать раньше по самым разным причинам. Сейчас мне бы не хотелось останавливаться на этом слишком подробно. Тема ухода от налогов станет предметом специального обсуждения на конференции в Париже, которая состоится 21 октября и на которую приглашения мы рассылали вместе с моим французским коллегой Эриком Вертом.
Свен Афхюппе, Доната Ридель
ПЕРЕВОД АЛЕКСАНДРА ПОЛОЦКОГО
— Г-н министр, правительство Великобритании предложило частичную национализацию восьми банкам. Последует ли этому примеру Германия?
— Я целиком и полностью одобряю меры английского кабинета министров. Данная акция вполне соответствует принятым недавно в Люксембурге решениям. На европейском уровне мы договорились, что государства Европы должны обеспечить стабильность своих системообразующих банков. Право каждой страны — выбрать конкретный путь решения этой проблемы. Великобритания выбрала национализацию.
— То есть именно тот путь, которым правительство ФРГ идти не хочет…
— Да, это так. В случае с мюнхенским ипотечным банком Hypo Real Estate нам удалось стабилизировать ситуацию, обеспечив его необходимой ликвидностью за счет предоставления государственных гарантий под кредиты частных банков и Бундесбанка. Американцы пошли путем создания специального фонда в размере 700 млрд долл., и это тоже возможный вариант. В настоящий момент я не вижу необходимости в проведении в ФРГ национализации банков ввиду того, что банковский сектор страны пострадал от кризиса достаточно сильно, однако пока не в катастрофических масштабах. Положение дел может еще измениться, так как опасения по поводу дальнейшего развития событий в настоящее время слишком велики. Главное сейчас — это совместные усилия по успокоению рынков политиков, финансовой отрасли и центробанков.
— Не удивительно ли, что именно на родине капитализма проводится национализация банков?
— Не вдаваясь в идеологические дискуссии, отмечу, что обращает на себя внимание тот прагматизм, с которым Великобритания и США решают вопросы по противодействию финансовому кризису. Было бы неплохо, если бы и ведущаяся на эту тему дискуссия в ФРГ приобрела, наконец, более деловой характер.
— В таких странах, как Франция, финансовый кризис привел к ускорению процесса консолидации в банковском секторе. Считаете ли вы возможным, что слияния банков продолжатся и в Германии?
— По моему мнению, это крайне маловероятно. Боюсь, что финансовый кризис значительно снизит готовность немецких банков к консолидации. Кстати, я убежден, что финансовый кризис причиной слияния Commerzbank и Dresdner Bank, а также Deutsche Bank и Postbank абсолютно не является.
— Мер по укреплению доверия к банковскому сектору, которые были до сих пор предприняты правительством Германии, например государственные гарантии сохранности сберегательных вкладов граждан, для успокоения рынков явно недостаточно. Немецкий биржевой индекс DAX ежедневно падает на сотни пунктов. Чего ждать дальше?
— Заявление правительства о гарантии сберегательных вкладов было в высшей степени полезным и предотвратило образование многотысячных очередей граждан у дверей банков. В принципе у нас существует законодательно утвержденная эффективная система защиты вкладов, однако политически весомое заявление правительства было направлено на то, чтобы дать людям дополнительную уверенность в их надежности. Одновременно на политический класс давит и необходимость разъяснять общественности, почему пострадавшие от кризиса банки надо спасать, используя деньги налогоплательщика. Вот этого некоторые банкиры не понимают до сих пор.
— Не потому ли, выступая недавно с правительственным заявлением, вы упомянули о необходимости сделать капитализм более цивилизованным? Каким образом это можно сделать?
— Например, через запрещение внебалансовых сделок по секьюритизации, деривативов и структурированных финансовых продуктов и введение обязательных их гарантий за счет собственного капитала вы уменьшите вероятность возникновения аномальных прибылей. Если запретить продажу необеспеченных активов, то это предотвратит возникновение спекулятивных пузырей.
— Может быть, сейчас необходимо нечто вроде чрезвычайного закона Еврокомиссии?
— Это было бы весьма полезным. Нам надо продвигаться вперед вместе с Еврокомиссией, причем разрабатываемые директивы должны быть максимально гибкими. Так, американцы действуют гораздо быстрее и более гибко, чем мы. Например, Комиссия по ценным бумагам и биржам США (SEC) принимает решение о том, что трактовка действующих для банков инструкций расширяется, и тут же весь американский финансовый сектор имеет возможность применить это при подготовке квартальной финансовой отчетности, а для Европы такое решение означало бы лишь начало длительного и трудного процесса дальнейших согласований. В США решение SEC имеет характер закона. Тут я могу только позавидовать.
— Вероятно ли начало новой череды банкротств банков?
— Этого я вам сказать не могу, потому что не знаю. Кто бы мог подумать, что разорится Lehman Brothers и спасти его не смогут, а AIG спасут? Если бы AIG не поддержали, то мы бы все здесь сейчас не сидели.
— Ну а какие последствия будет иметь финансовый кризис для конъюнктуры?
— Знаете, за последние дни я стал тут скромнее и осторожнее. Признаюсь, что раньше я считал прогноз МВФ по поводу предстоящих списаний чересчур мрачным, однако реальный объем в 1,4 трлн долл. намного больше предсказанных тогда его представителями 945 млрд долл.
— В Германии уже начали останавливаться первые автозаводы. Чего следует ожидать в реальной экономике в дальнейшем?
— В немецкой экономике есть сегодня и несколько приятных новостей, например по ситуации на рынке труда или по сбору налогов, — там цифры лучше прогнозов. Впрочем, я согласен с вами: воздействие финансового кризиса на реальную экономику будет значительно сильнее, чем мы предполагали до сих пор. Так что правительству ФРГ придется заметно понизить свой прогноз экономического роста на 2009 год. Нет смысла закрывать глаза на то, что 2009 год будет значительно хуже, чем нынешний, а тем более чем 2007 год.
— Как вы считаете, этот кризис будет затяжным или недолгим?
— Если бы я знал точный ответ на этот вопрос, то имел бы шансы на получение Нобелевской премии по экономике и не работал бы министром финансов. Разве я могу это знать наперед? Как я уже говорил в ходе своего выступления в бундестаге, если в конце тоннеля появляется свет, то это может быть и встречный поезд. К сожалению, именно так недавно и произошло. Я очень осторожен в прогнозах.
— Какой должна быть в будущем роль МВФ по противодействию финансовому кризису?
— Мы уже давно говорим на тему о том, какой могла бы быть новая роль МВФ, который за минувшие годы потерял свое значение в качестве кредитного донора для стран, попавших в кризисную ситуацию. Полагаю, что этот институт существует для того, чтобы нам потом не пришлось придумывать какой-то новый. Вопрос в том, не смог бы МВФ стать в большей степени организацией для контроля за финансовыми рынками.
— Является ли сейчас МВФ достаточно независимым от финансовой отрасли США, к мнению которой он в прошлом очень сильно прислушивался?
— Думаю, что после того, как его возглавил европеец, ситуация изменилась. Если МВФ действительно возьмет на себя такие контрольные функции, то ему будет нужна поддержка, для того чтобы привести в необходимое соответствие свою организацию, персонал сотрудников и устав.
— Почему в связи с нынешним финансовым кризисом совершенно не обсуждается тема «налоговых оазисов», ведь там и банки, и хедж-фонды приличных размеров действуют вне всякого контроля?
— Действительно, тема эта сейчас как-то подзабыта. Причина в том, что на первый план выдвинулись другие проблемы, которые подобны крупным валунам, перегородившим дорогу вперед. Кстати, для европейцев тема, о которой вы заговорили, очень непроста: как быть с мелкими островами у побережья Великобритании? Или с Лихтенштейном? Или с различиями внутри самого Евросоюза? Как быть с льготами по налогообложению холдингов в Нидерландах?
— Может быть, эти проблемы можно решить именно во время кризиса?
— Кризис всегда дает шанс сдвинуть с места то, что не удавалось сделать раньше по самым разным причинам. Сейчас мне бы не хотелось останавливаться на этом слишком подробно. Тема ухода от налогов станет предметом специального обсуждения на конференции в Париже, которая состоится 21 октября и на которую приглашения мы рассылали вместе с моим французским коллегой Эриком Вертом.
Свен Афхюппе, Доната Ридель
ПЕРЕВОД АЛЕКСАНДРА ПОЛОЦКОГО
Не является индивидуальной инвестиционной рекомендацией | При копировании ссылка обязательна | Нашли ошибку - выделить и нажать Ctrl+Enter | Жалоба