20 декабря 2008 ITI Capital | Архив
Добрый день. Политический антураж минувшей недели был спокойным – близость праздников явно чувствуется. Впрочем, нынче экономику от политики отделить трудновато – невидимая рука рынка резко ослабела, так что её немощь приходится компенсировать властям по сути всех ведущих стран мира. Кроме того, активизировались некоторые международные организации – с них и начнём.
Дикое евро
Прежде всего, проснулся ОПЕК. Пару недель назад он не захотел принять необходимое решение – отложив его на потом в надежде, что за это время всё само рассосётся. Однако не рассосалось – и пришлось нефтяному картелю идти-таки на ещё одно срезание квот на добычу: его размер на сей раз составил 2.2 млн. баррелей в сутки – в целом с осени снижение составило 4.2 млн.; Россия и Азербайджан пообещали присоединиться к этой кампании, добавив ещё 300-500 тыс. баррелей в сутки. Особого оптимизма наблюдатели не выказывают – по их мнению, при цене на нефть 40 долларов за баррель (и тем более ниже) в дефиците окажутся бюджеты практически всех стран картеля, а заодно и России: это означает, что каждое новое решение об уменьшении добычи будет приниматься всё тяжелее и тяжелее – между тем, есть подозрение, что спрос упал уже сильнее согласованных чисел сокращения производства, и далеко не факт, что впредь спрос начнёт расти. Всё это учли участники рынка, нисколько не вдохновившиеся итогами саммита ОПЕК – цены на нефть даже ещё немного упали, так что ближайший фьючерс на штатовскую её разновидность свалился ниже 40 долларов за баррель.
Денежные и валютные рынки тоже лихорадило. Низкая ликвидность заставляла ставки летать вверх-вниз, но явная решимость центробанков продолжать резать ставки всё же толкала их всё больше на юг – вот и норвежские финансовые власти, дольше всех демонстративно выказывавшие свою независимость, в конце концов присоединились к мэйнстриму и снизили базовую ставку сразу на 1.75%, доведя её величину до 3% годовых. Судьба валют складывалась по-разному: например, скорость падения рубля возросла – как и следовало ожидать, под конец года давление на российскую валюту усилилось, так что, по слухам, только во вторник Банк России вынужден был продать около 5 млрд. долларов из своей кубышки, чтобы удержать рубль от обвала. Что же касается форекса, там в условиях крайне низкой ликвидности рухнул доллар – особенно преуспело евро, которое ещё агрессивнее подорожало против фунта: в последнем случае установлен исторический рекорд, причём пара приблизилась к паритету. Темп этих движений был слишком могуч, чтобы не вызвать коррекцию – она и случилась в четверг и пятницу; думается, однако, что это ещё не конец колебаний вверх-вниз – конец декабря и особенно начало января обещают стать весьма жаркими и весёлыми.
.png "Сергей Егишянц, Дед Мороз Берни Мэдофф")
Источник: SmartTrade
Региональных экономических новостей было немало. Объём нового строительства в Австралии в третьем квартале сократился на 10.7% к предыдущей четверти года. По итогам декабря число открытых вакансий на квалифицированную работу упало на 15.9% против сентября и на 48.2% (т.е. по сути вдвое) против декабря 2007 года. В Китае отмечается быстрое замедление экономического роста – и как один из его наиболее ярких признаков можно отметить темп годового увеличения промышленного производства: в первой половине года он составлял 10-20%, к октябрю снизился до 8.2%, а в ноябре составил уже 5.4%. Не менее впечатляющей оказалась скорость падения деловой активности в Японии в рамках исследования центробанка под названием Танкан: разность процентов опрошенных, заявивших об экспансии, и тех, кто отметил спад, составила для крупных производственных компаний –24% против –3% в сентябре (самое резкое квартальное уменьшение с февраля 1975 года), для крупных фирм сферы услуг – -12% против +1%; для мелких компаний – соответственно –29% против –17% и –29% против –24%; по итогам финансового года (он заканчивается 31 марта) ожидается снижение инвестиций и падение прибылей сразу на 20-21%. Всё это переполнило чашу терпения Банка Японии – и в пятницу он понизил свою базовую ставку с 0.3% до 0.1% годовых: решение не было единогласным (один член правления центробанка высказался против), но оно всё же было принято – остаётся лишь гадать, что будет дальше, ведь нулевая отметка уже по сути достигнута.
В Европе особый интерес вызвал план правительства Германии по борьбе с кризисом. В его рамках прежде всего предполагается заключить соглашения с крупными компаниями: последние откажутся от массовых увольнений – в обмен на субсидии из казны на каждого из не уволенных работников. Кроме того, власти намерены начать развёртывание программы масштабных общественных работ – с упором на инфраструктуру (дороги, коммуникации, общественные здания и т.п.) Сам же кризис продолжает набирать обороты повсеместно – например, в России промышленное производство в ноябре показало снижение на 8.7% против того же месяца прошлого года; по оценкам некоторых экспертов, очищенная от сезонных и календарных колебаний помесячная динамика в июле-ноябре уже превзошла худшие антирекорды 1990-х годов – и оказалась в области, доселе достигавшейся лишь в первой части Великой отечественной войны, т.е. в 1941/42 годах. Общая численность российских безработных в ноябре взлетела хорошенько вверх, достигнув (по официальным данным) 6.6% рабочей силы: в октябре было 6.1%, в сентябре – 6.0%, а осенью прошлого года – 5.6%; иначе говоря, за последний год безработных в России стало на 17.8% больше. В этих условиях кое-кому, возможно, стоило бы переключить своё внимание со всяческих нанотехнологий и идиотских заклинаний в попытке «заговорить» кризис – на вышеописанный германский план: правда, создаётся ощущение, что вменяемых людей в российских верхах почти нет – а господствующие там настроения более всего напоминают не то детский сад, не то психбольницу.
В Еврозоне в третьем квартале впервые за 13 лет снизилась занятость, чему виной стали в основном Испания, Италия и Франция; последняя в октябре продолжила валиться с ускорением, показав худшую динамику безработицы с 1993 года. В ноябре в ЕС количество вновь зарегистрированных автомобилей сократилось на 26.1% против того же месяца прошлого года (в том числе в Великобритании – на 36.8%, в Италии – на 29.5%, в Германии – на 17.7% и во Франции – на 14.1%). Внешнеторговый дефицит Еврозоны в октябре, как и ожидалось, основательно сократился (ибо нефть сильно подешевела) – однако экспорт тоже снижается, что наводит на не слишком весёлые размышления о будущем. Предварительные показатели деловой активности в декабре достигли новых минимумов за всю историю Еврозоны – впрочем, рынок ожидал ещё худших значений; германский индекс делового климата от института IFO показал худшую величину за всю историю наблюдений с 1991 года. Любопытно, однако, что глава ЕЦБ Трише снова решил прозвучать диссонансом и дал понять, что ему надоело лихорадочно срезать ставки, поэтому он всерьёз обдумывает возможность взять паузу – это заявление стало одним из ключевых факторов безудержного роста евро; резко подорожавшая валюта, однако, уже вызвала раздражение немецких и французских производителей, а также их лоббистов во власти – но Трише не привыкать ввергать в бешенство субъекты реальной экономики Европы. Впрочем, о неадекватности всё же речи нет – просто центробанку вполне резонно не нравится быстрая ликвидация такого важного инструмента денежной политики, как ставки; а чтобы при этом не происходили столь резкие движения, ведомство Трише удвоило спрэд между своими депозитной и кредитной краткосрочными ставками (т.е. по сути понизило на целый 1% доходность от размещения средств на депозитах в ЕЦБ) – как следствие, евро в четверг и пятницу обвалилось как против доллара, так и по отношению к фунту.
Фед в истерике
В Великобритании всё так же, как и везде – за исключением лишь медленнее снижающейся инфляции: причина последнего обстоятельства кроется в бурно валящемся фунте – что в условиях довольно-таки сильно зависимой от импорта экономики сказывается удорожанием части ввезённой (в основном из Еврозоны) продукции. Ещё одним исключением стал нежданный рост розничных продаж в ноябре – и хотя в основном тут виноваты разнообразные скидки, всё же сам по себе факт оказался позитивом. С другой стороны, уже декабрьский отчёт Конфедерации британских промышленников показал рекордный (за всю историю исследования с 1983 года) максимум доли опрошенных менеджеров, сообщивших о снижении продаж. К тому же безработица в последнем месяце осени взлетела ввысь темпом, невиданным с марта 1991 года, к тому же показатель октября тоже был пересмотрен сразу в 1.5 раза в сторону ухудшения. Дефицит бюджета в ноябре оказался рекордно высоким – но это явно не предел. По данным Rightmove, цены предложения жилья в декабре упали на 2.3% к ноябрю. Квартальный бюллетень Банка Англии показал, что в 2008 году располагаемый доход снизился у двух третей британских домохозяйств, а доля тех из них, которые с трудом финансируют (или уже вовсе не финансируют) свои ипотечные долги, достигла 13-летнего максимума. Протокол последнего заседания Банка Англии показал, что решение срезать ставку до минимума с 1951 года было принято единогласно – и что все понимали необходимость ещё большего снижения, но решили растянуть этот процесс, дабы не вызвать одномоментным шоковым актом неуправляемый обвал курса фунта. Зампред правления центробанка Чарли Бин заявил в интервью Financial Times, что ставки можно и нужно будет снизить до нуля – ровно как и предлагал долгое время остававшийся в одиночестве «суперголубь» Комитета по денежной политике Дэвид Блэнчфлауэр; теперь последний уходит из Банка Англии, но дело его живёт – впрочем, сам он в интервью Guardian выразился крайне пессимистически о перспективах экономики, сказав «Есть ли свет в конце тоннеля? Я его не вижу».
ФРС США тоже заседала на прошлой неделе – и она шокировала рынки, срезав ставки по сути до нуля: формально Фед перешёл к диапазону ставок (вместо фиксированного уровня), для начала установленному между нулём и 0.25% - но все поняли, что по сути это именно нулевая ставка (подавляющее большинство брокеров, например, перестало начислять какие-либо проценты на долларовые клиентские депозиты). В тексте меморандума ФРС состояние и перспективы экономики оцениваются крайне пессимистично; помимо снижения ставок, центробанк также обещает продолжить прямую денежную накачку финансовой системы, а также ввести в действие новые программы по облегчению участи домохозяйств и малого бизнеса. Всё это вполне понятно – однако зачем же саму ставку-то было до нуля срезать? Да, ставка по 3-месячным межбанковским долларовым кредитам (LIBOR) снизилась до 1.5% - но разрыв от официальной ставки при этом вырос до 1.5% вместо недавних 0.8-1.2%. Да, доходность по 10-летним казначейским бондам упала до 2% – но средний процент по облигациям (такого же срока) банков и финансовых учреждений с высшим кредитным рейтингом (AAA) составляет почти 6%, т.е. держится выше, чем он был полгода (5.8%) и год (5.5%) назад; ставка по 30-летней ипотеке (сейчас 5.2-5.3%) так и не хочет опускаться ниже 5% годовых – и это без учёта так называемых «пойнтов» (разных надбавок), делающих кредит ещё более дорогим. Дисконтная ставка опущена до 0.5% - но зачем, ведь стоимость прямой закачки денег в банки для пополнения ликвидности не может быть главным основанием для определения всей денежной политики страны! Сам же уровень этой ставки повторил минимум 1940-х годов – впрочем, тут надо учесть, что смысл дисконтной ставки Фед был изменён в начале 2000-х (отныне это ставка «дисконтного окна» центробанка), из-за чего она стала на 1.5% выше прежнего значения: если сделать эту поправку на исторические данные, то можно увидеть – сейчас процент находится на минимуме за все 95 лет существования ФРС, которая, как видим, свой «почти вековой юбилей» отметила форменной истерикой. Впрочем, это ещё смотря как считать возраст Фед: формально ей 95 лет, но по сути решение о её создании было принято на знаменитом «шабаше ведьм» в охотничьем домике Джей Пи Моргана на острове Джекил в ноябре 1910 года – так что реальный юбилей, похоже, придётся на самые низы кризиса. Ну и поделом!
.png "Сергей Егишянц, Дед Мороз Берни Мэдофф")
Источник: ФРС США
Экономические данные в целом были невесёлыми – хотя отмечались и кое-какие просветы в тучах. Например, дефицит текущего счёта платёжного баланса в третьем квартале слегка сократился – правда, эксперты отмечают, что в конце года завалились и экспорт, и импорт, так что тут всё изменилось. Статистика притоков иностранных денег в ценные бумаги США показала в октябре резкий спад (по сути до нуля) по долгосрочным инструментам и резкий взлёт по краткосрочным (в основном, это долларовые свопы); при этом отмечается увеличение покупок казначейских облигаций и активные продажи корпоративных бумаг и обязательств ипотечных агентств. Потребительские цены в ноябре упали за месяц на 1.7% - чего не было ни разу после января 1932 года; топливо подешевело на 17% - тем не менее, электричество подорожало; цены на товары недлительного пользования за последний год упали на 1.8% - а ведь ещё в июле они показывали 12-месячную прибавку 11.0%! Производство в промышленности в ноябре сократилось на 0.6%, в том числе в обрабатывающем секторе – на 1.4%; загрузка производственных мощностей упала до 75.4%. Региональные измерители деловой активности от ФРБ Нью-Йорка и Филадельфии остались в декабре в глубоких минусах, хотя последний немного и подрос от ноябрьского исторического минимума. Индекс опережающих индикаторов в ноябре достиг худшего значения с 1991 года. Число новостроек в ноябре рухнуло ещё на 18.9% против октября, а разрешения на строительство – на 15.6%; даже абсолютные показатели отметили исторические минимумы (т.е. сейчас жилья строится много меньше, чем полвека назад, когда население США было вдвое меньше), а в пересчёте на количество жителей страны они находятся на уровне примерно в 3-4 раза меньше, чем в среднем в 1960/70-е годы. Исследование Национальной ассоциации домостроителей показало, что активность в отрасли и в декабре осталась на рекордном минимуме. Первичные обращения за пособиями по безработице держатся вблизи 26-летних низов, не обещая никакого облегчения ситуации на рынке труда.
Корпоративных новостей было не так много. Впрочем, отчитались бывшие инвестбанки Goldman Sachs и Morgan Stanley – оба показали изрядные убытки (2.12 и 2.30 млрд. долларов соответственно); начальство оных учреждений жаловалось на «беспрецедентно тяжёлые условия» - однако особого сочувствия оно почему-то не дождалось. Citigroup спешно распродаёт свои активы: германский филиал продан французскому CM-CIC, а японский – местному MUFG; продолжение следует. Агентство Standard & Poor’s предупредило о высокой вероятности срезания рейтинга General Electric – рынок воспринял эту новость, разумеется, без энтузиазма; но шустрое агентство на этом не остановилось и в пятницу срезало рейтинги 12 самым крупным банкам мира – сразу всем скопом. Очередные сокращения персонала идут со скоростью пулемётных очередей; кроме того, Chrysler заявил о закрытии на месяц всех своих 30 заводов – слишком много у него уже скопилось непроданных машин; однако автомобилисты вздохнули с облегчением в пятницу, когда президент Буш объявил о выделении им столь чаемых денег – хотя и обставленном разными условиями. Но в центре внимания публики был, несомненно, скандал вокруг Бернарда Мэдоффа – этого американского Мавроди и Властилины в одном лице: его фонд построил классическую пирамиду, которая недавно рухнула, принеся общий убыток около 50 млрд. долларов. На прошлой неделе стало известно, кто же пал жертвой этой пирамиды – как оказалось, очень многие.
Среди наиболее видных персонажей можно назвать такие банки, как испанский Santander (потери около 3.1 млрд.), британо-гонконгский HSBC (1 млрд.), итальянский UniCredit (0.8 млрд.), французский BNP Paribas (0.5 млрд.) и швейцарский Reichmuth (0.4 млрд.); фонды и брокерские фирмы Fairfield Greenwich Group (7.3 млрд.), Kingate Management (2.8 млрд.), Tremont Capital (1 млрд.), Fix Asset Management (400 млн.), Man Group (350 млн.), Maxam Capital Management (280 млн.) и EIM Group (200 млн.) На 42 млн. похудел пенсионный фонд графства Фэйрфилд в штате Коннектикут; сотни миллионов потеряли загородные клубы Далласа, Чикаго, Бостона, Миннеаполиса, Сент-Пола и (особенно) Палм-Бич во Флориде; в фонд Мэдоффа было вложено до 70% доходов основанного Стивеном Спилбергом фонда Wunderkinder (общий размер потерь пока неизвестен); около 10 млн. утрачено фондом Эли Визеля и около 8 млн. – Еврейским фондом Роберта Лэппина. Кроме того, изрядных сумм лишились богатые семьи – Лёэб (между прочим, участники вышеупомянутого «шабаша ведьм» на острове Джекил в 1910 году!), Тиссен, Ира Рот, Энгельбардт, Хельфман и ряд семей из Бостона; пострадали также частные лица – профессиональный аналитик Ричард Спринг (который сейчас говорит «я так верил в Мэдоффа, что отдал ему 11 млн. своих денег»), адвокат из Сан-Франциско Стивен Эбботт («ну по крайней мере я ещё здоров – могу утешаться хоть этим»), декан Массачусетской юридической школы Лоренс Велвел («где, чёрт возьми, были эти проклятые государственные регуляторы!?»), глава GMAC, финансового подразделения General Motors, Эзра Меркин («для меня это катастрофа»), владелец U.S. News & World Report и New York Daily News Морт Цукерман (едва ли не все свои деньги вложил в фонд Мэдоффа), редактор Vanity Fair и сотрудник CNBC Ира Реннерт (псевдоним Vicky Ward), хозяин бейсбольного клуба New York Mets Сауль Кац и бывший владелец клуба американского футбола Philadelphia Eagles Норман Брэмен, основатели розничных сетей Bed Bath & Beyond Леонард Фейнштейн и Stop & Shop Авраам и Кэрол Гольдберги, попечители университета Брэндис и медицинского центра Бет Ишраэль Карл и Рут Шапиро и даже сенатор Фрэнк Лотенберг. Как видно из этого (весьма предварительного) списка, страсть к маммоне не имеет границ – ни государственных, ни сословных; а слово halyava звучит для американского уха не менее сладко, чем для россиянского. Ну и последствия похожие: Берни Мэдофф – Дед Мороз, он подарки всем принёс.
.jpg "Сергей Егишянц, Дед Мороз Берни Мэдофф")
Источник: Вашингтон Пост
Хорошей вам недели.
Динамика цен за прошедшую неделю
.png "Сергей Егишянц, Дед Мороз Берни Мэдофф")
Дикое евро
Прежде всего, проснулся ОПЕК. Пару недель назад он не захотел принять необходимое решение – отложив его на потом в надежде, что за это время всё само рассосётся. Однако не рассосалось – и пришлось нефтяному картелю идти-таки на ещё одно срезание квот на добычу: его размер на сей раз составил 2.2 млн. баррелей в сутки – в целом с осени снижение составило 4.2 млн.; Россия и Азербайджан пообещали присоединиться к этой кампании, добавив ещё 300-500 тыс. баррелей в сутки. Особого оптимизма наблюдатели не выказывают – по их мнению, при цене на нефть 40 долларов за баррель (и тем более ниже) в дефиците окажутся бюджеты практически всех стран картеля, а заодно и России: это означает, что каждое новое решение об уменьшении добычи будет приниматься всё тяжелее и тяжелее – между тем, есть подозрение, что спрос упал уже сильнее согласованных чисел сокращения производства, и далеко не факт, что впредь спрос начнёт расти. Всё это учли участники рынка, нисколько не вдохновившиеся итогами саммита ОПЕК – цены на нефть даже ещё немного упали, так что ближайший фьючерс на штатовскую её разновидность свалился ниже 40 долларов за баррель.
Денежные и валютные рынки тоже лихорадило. Низкая ликвидность заставляла ставки летать вверх-вниз, но явная решимость центробанков продолжать резать ставки всё же толкала их всё больше на юг – вот и норвежские финансовые власти, дольше всех демонстративно выказывавшие свою независимость, в конце концов присоединились к мэйнстриму и снизили базовую ставку сразу на 1.75%, доведя её величину до 3% годовых. Судьба валют складывалась по-разному: например, скорость падения рубля возросла – как и следовало ожидать, под конец года давление на российскую валюту усилилось, так что, по слухам, только во вторник Банк России вынужден был продать около 5 млрд. долларов из своей кубышки, чтобы удержать рубль от обвала. Что же касается форекса, там в условиях крайне низкой ликвидности рухнул доллар – особенно преуспело евро, которое ещё агрессивнее подорожало против фунта: в последнем случае установлен исторический рекорд, причём пара приблизилась к паритету. Темп этих движений был слишком могуч, чтобы не вызвать коррекцию – она и случилась в четверг и пятницу; думается, однако, что это ещё не конец колебаний вверх-вниз – конец декабря и особенно начало января обещают стать весьма жаркими и весёлыми.
Источник: SmartTrade
Региональных экономических новостей было немало. Объём нового строительства в Австралии в третьем квартале сократился на 10.7% к предыдущей четверти года. По итогам декабря число открытых вакансий на квалифицированную работу упало на 15.9% против сентября и на 48.2% (т.е. по сути вдвое) против декабря 2007 года. В Китае отмечается быстрое замедление экономического роста – и как один из его наиболее ярких признаков можно отметить темп годового увеличения промышленного производства: в первой половине года он составлял 10-20%, к октябрю снизился до 8.2%, а в ноябре составил уже 5.4%. Не менее впечатляющей оказалась скорость падения деловой активности в Японии в рамках исследования центробанка под названием Танкан: разность процентов опрошенных, заявивших об экспансии, и тех, кто отметил спад, составила для крупных производственных компаний –24% против –3% в сентябре (самое резкое квартальное уменьшение с февраля 1975 года), для крупных фирм сферы услуг – -12% против +1%; для мелких компаний – соответственно –29% против –17% и –29% против –24%; по итогам финансового года (он заканчивается 31 марта) ожидается снижение инвестиций и падение прибылей сразу на 20-21%. Всё это переполнило чашу терпения Банка Японии – и в пятницу он понизил свою базовую ставку с 0.3% до 0.1% годовых: решение не было единогласным (один член правления центробанка высказался против), но оно всё же было принято – остаётся лишь гадать, что будет дальше, ведь нулевая отметка уже по сути достигнута.
В Европе особый интерес вызвал план правительства Германии по борьбе с кризисом. В его рамках прежде всего предполагается заключить соглашения с крупными компаниями: последние откажутся от массовых увольнений – в обмен на субсидии из казны на каждого из не уволенных работников. Кроме того, власти намерены начать развёртывание программы масштабных общественных работ – с упором на инфраструктуру (дороги, коммуникации, общественные здания и т.п.) Сам же кризис продолжает набирать обороты повсеместно – например, в России промышленное производство в ноябре показало снижение на 8.7% против того же месяца прошлого года; по оценкам некоторых экспертов, очищенная от сезонных и календарных колебаний помесячная динамика в июле-ноябре уже превзошла худшие антирекорды 1990-х годов – и оказалась в области, доселе достигавшейся лишь в первой части Великой отечественной войны, т.е. в 1941/42 годах. Общая численность российских безработных в ноябре взлетела хорошенько вверх, достигнув (по официальным данным) 6.6% рабочей силы: в октябре было 6.1%, в сентябре – 6.0%, а осенью прошлого года – 5.6%; иначе говоря, за последний год безработных в России стало на 17.8% больше. В этих условиях кое-кому, возможно, стоило бы переключить своё внимание со всяческих нанотехнологий и идиотских заклинаний в попытке «заговорить» кризис – на вышеописанный германский план: правда, создаётся ощущение, что вменяемых людей в российских верхах почти нет – а господствующие там настроения более всего напоминают не то детский сад, не то психбольницу.
В Еврозоне в третьем квартале впервые за 13 лет снизилась занятость, чему виной стали в основном Испания, Италия и Франция; последняя в октябре продолжила валиться с ускорением, показав худшую динамику безработицы с 1993 года. В ноябре в ЕС количество вновь зарегистрированных автомобилей сократилось на 26.1% против того же месяца прошлого года (в том числе в Великобритании – на 36.8%, в Италии – на 29.5%, в Германии – на 17.7% и во Франции – на 14.1%). Внешнеторговый дефицит Еврозоны в октябре, как и ожидалось, основательно сократился (ибо нефть сильно подешевела) – однако экспорт тоже снижается, что наводит на не слишком весёлые размышления о будущем. Предварительные показатели деловой активности в декабре достигли новых минимумов за всю историю Еврозоны – впрочем, рынок ожидал ещё худших значений; германский индекс делового климата от института IFO показал худшую величину за всю историю наблюдений с 1991 года. Любопытно, однако, что глава ЕЦБ Трише снова решил прозвучать диссонансом и дал понять, что ему надоело лихорадочно срезать ставки, поэтому он всерьёз обдумывает возможность взять паузу – это заявление стало одним из ключевых факторов безудержного роста евро; резко подорожавшая валюта, однако, уже вызвала раздражение немецких и французских производителей, а также их лоббистов во власти – но Трише не привыкать ввергать в бешенство субъекты реальной экономики Европы. Впрочем, о неадекватности всё же речи нет – просто центробанку вполне резонно не нравится быстрая ликвидация такого важного инструмента денежной политики, как ставки; а чтобы при этом не происходили столь резкие движения, ведомство Трише удвоило спрэд между своими депозитной и кредитной краткосрочными ставками (т.е. по сути понизило на целый 1% доходность от размещения средств на депозитах в ЕЦБ) – как следствие, евро в четверг и пятницу обвалилось как против доллара, так и по отношению к фунту.
Фед в истерике
В Великобритании всё так же, как и везде – за исключением лишь медленнее снижающейся инфляции: причина последнего обстоятельства кроется в бурно валящемся фунте – что в условиях довольно-таки сильно зависимой от импорта экономики сказывается удорожанием части ввезённой (в основном из Еврозоны) продукции. Ещё одним исключением стал нежданный рост розничных продаж в ноябре – и хотя в основном тут виноваты разнообразные скидки, всё же сам по себе факт оказался позитивом. С другой стороны, уже декабрьский отчёт Конфедерации британских промышленников показал рекордный (за всю историю исследования с 1983 года) максимум доли опрошенных менеджеров, сообщивших о снижении продаж. К тому же безработица в последнем месяце осени взлетела ввысь темпом, невиданным с марта 1991 года, к тому же показатель октября тоже был пересмотрен сразу в 1.5 раза в сторону ухудшения. Дефицит бюджета в ноябре оказался рекордно высоким – но это явно не предел. По данным Rightmove, цены предложения жилья в декабре упали на 2.3% к ноябрю. Квартальный бюллетень Банка Англии показал, что в 2008 году располагаемый доход снизился у двух третей британских домохозяйств, а доля тех из них, которые с трудом финансируют (или уже вовсе не финансируют) свои ипотечные долги, достигла 13-летнего максимума. Протокол последнего заседания Банка Англии показал, что решение срезать ставку до минимума с 1951 года было принято единогласно – и что все понимали необходимость ещё большего снижения, но решили растянуть этот процесс, дабы не вызвать одномоментным шоковым актом неуправляемый обвал курса фунта. Зампред правления центробанка Чарли Бин заявил в интервью Financial Times, что ставки можно и нужно будет снизить до нуля – ровно как и предлагал долгое время остававшийся в одиночестве «суперголубь» Комитета по денежной политике Дэвид Блэнчфлауэр; теперь последний уходит из Банка Англии, но дело его живёт – впрочем, сам он в интервью Guardian выразился крайне пессимистически о перспективах экономики, сказав «Есть ли свет в конце тоннеля? Я его не вижу».
ФРС США тоже заседала на прошлой неделе – и она шокировала рынки, срезав ставки по сути до нуля: формально Фед перешёл к диапазону ставок (вместо фиксированного уровня), для начала установленному между нулём и 0.25% - но все поняли, что по сути это именно нулевая ставка (подавляющее большинство брокеров, например, перестало начислять какие-либо проценты на долларовые клиентские депозиты). В тексте меморандума ФРС состояние и перспективы экономики оцениваются крайне пессимистично; помимо снижения ставок, центробанк также обещает продолжить прямую денежную накачку финансовой системы, а также ввести в действие новые программы по облегчению участи домохозяйств и малого бизнеса. Всё это вполне понятно – однако зачем же саму ставку-то было до нуля срезать? Да, ставка по 3-месячным межбанковским долларовым кредитам (LIBOR) снизилась до 1.5% - но разрыв от официальной ставки при этом вырос до 1.5% вместо недавних 0.8-1.2%. Да, доходность по 10-летним казначейским бондам упала до 2% – но средний процент по облигациям (такого же срока) банков и финансовых учреждений с высшим кредитным рейтингом (AAA) составляет почти 6%, т.е. держится выше, чем он был полгода (5.8%) и год (5.5%) назад; ставка по 30-летней ипотеке (сейчас 5.2-5.3%) так и не хочет опускаться ниже 5% годовых – и это без учёта так называемых «пойнтов» (разных надбавок), делающих кредит ещё более дорогим. Дисконтная ставка опущена до 0.5% - но зачем, ведь стоимость прямой закачки денег в банки для пополнения ликвидности не может быть главным основанием для определения всей денежной политики страны! Сам же уровень этой ставки повторил минимум 1940-х годов – впрочем, тут надо учесть, что смысл дисконтной ставки Фед был изменён в начале 2000-х (отныне это ставка «дисконтного окна» центробанка), из-за чего она стала на 1.5% выше прежнего значения: если сделать эту поправку на исторические данные, то можно увидеть – сейчас процент находится на минимуме за все 95 лет существования ФРС, которая, как видим, свой «почти вековой юбилей» отметила форменной истерикой. Впрочем, это ещё смотря как считать возраст Фед: формально ей 95 лет, но по сути решение о её создании было принято на знаменитом «шабаше ведьм» в охотничьем домике Джей Пи Моргана на острове Джекил в ноябре 1910 года – так что реальный юбилей, похоже, придётся на самые низы кризиса. Ну и поделом!
Источник: ФРС США
Экономические данные в целом были невесёлыми – хотя отмечались и кое-какие просветы в тучах. Например, дефицит текущего счёта платёжного баланса в третьем квартале слегка сократился – правда, эксперты отмечают, что в конце года завалились и экспорт, и импорт, так что тут всё изменилось. Статистика притоков иностранных денег в ценные бумаги США показала в октябре резкий спад (по сути до нуля) по долгосрочным инструментам и резкий взлёт по краткосрочным (в основном, это долларовые свопы); при этом отмечается увеличение покупок казначейских облигаций и активные продажи корпоративных бумаг и обязательств ипотечных агентств. Потребительские цены в ноябре упали за месяц на 1.7% - чего не было ни разу после января 1932 года; топливо подешевело на 17% - тем не менее, электричество подорожало; цены на товары недлительного пользования за последний год упали на 1.8% - а ведь ещё в июле они показывали 12-месячную прибавку 11.0%! Производство в промышленности в ноябре сократилось на 0.6%, в том числе в обрабатывающем секторе – на 1.4%; загрузка производственных мощностей упала до 75.4%. Региональные измерители деловой активности от ФРБ Нью-Йорка и Филадельфии остались в декабре в глубоких минусах, хотя последний немного и подрос от ноябрьского исторического минимума. Индекс опережающих индикаторов в ноябре достиг худшего значения с 1991 года. Число новостроек в ноябре рухнуло ещё на 18.9% против октября, а разрешения на строительство – на 15.6%; даже абсолютные показатели отметили исторические минимумы (т.е. сейчас жилья строится много меньше, чем полвека назад, когда население США было вдвое меньше), а в пересчёте на количество жителей страны они находятся на уровне примерно в 3-4 раза меньше, чем в среднем в 1960/70-е годы. Исследование Национальной ассоциации домостроителей показало, что активность в отрасли и в декабре осталась на рекордном минимуме. Первичные обращения за пособиями по безработице держатся вблизи 26-летних низов, не обещая никакого облегчения ситуации на рынке труда.
Корпоративных новостей было не так много. Впрочем, отчитались бывшие инвестбанки Goldman Sachs и Morgan Stanley – оба показали изрядные убытки (2.12 и 2.30 млрд. долларов соответственно); начальство оных учреждений жаловалось на «беспрецедентно тяжёлые условия» - однако особого сочувствия оно почему-то не дождалось. Citigroup спешно распродаёт свои активы: германский филиал продан французскому CM-CIC, а японский – местному MUFG; продолжение следует. Агентство Standard & Poor’s предупредило о высокой вероятности срезания рейтинга General Electric – рынок воспринял эту новость, разумеется, без энтузиазма; но шустрое агентство на этом не остановилось и в пятницу срезало рейтинги 12 самым крупным банкам мира – сразу всем скопом. Очередные сокращения персонала идут со скоростью пулемётных очередей; кроме того, Chrysler заявил о закрытии на месяц всех своих 30 заводов – слишком много у него уже скопилось непроданных машин; однако автомобилисты вздохнули с облегчением в пятницу, когда президент Буш объявил о выделении им столь чаемых денег – хотя и обставленном разными условиями. Но в центре внимания публики был, несомненно, скандал вокруг Бернарда Мэдоффа – этого американского Мавроди и Властилины в одном лице: его фонд построил классическую пирамиду, которая недавно рухнула, принеся общий убыток около 50 млрд. долларов. На прошлой неделе стало известно, кто же пал жертвой этой пирамиды – как оказалось, очень многие.
Среди наиболее видных персонажей можно назвать такие банки, как испанский Santander (потери около 3.1 млрд.), британо-гонконгский HSBC (1 млрд.), итальянский UniCredit (0.8 млрд.), французский BNP Paribas (0.5 млрд.) и швейцарский Reichmuth (0.4 млрд.); фонды и брокерские фирмы Fairfield Greenwich Group (7.3 млрд.), Kingate Management (2.8 млрд.), Tremont Capital (1 млрд.), Fix Asset Management (400 млн.), Man Group (350 млн.), Maxam Capital Management (280 млн.) и EIM Group (200 млн.) На 42 млн. похудел пенсионный фонд графства Фэйрфилд в штате Коннектикут; сотни миллионов потеряли загородные клубы Далласа, Чикаго, Бостона, Миннеаполиса, Сент-Пола и (особенно) Палм-Бич во Флориде; в фонд Мэдоффа было вложено до 70% доходов основанного Стивеном Спилбергом фонда Wunderkinder (общий размер потерь пока неизвестен); около 10 млн. утрачено фондом Эли Визеля и около 8 млн. – Еврейским фондом Роберта Лэппина. Кроме того, изрядных сумм лишились богатые семьи – Лёэб (между прочим, участники вышеупомянутого «шабаша ведьм» на острове Джекил в 1910 году!), Тиссен, Ира Рот, Энгельбардт, Хельфман и ряд семей из Бостона; пострадали также частные лица – профессиональный аналитик Ричард Спринг (который сейчас говорит «я так верил в Мэдоффа, что отдал ему 11 млн. своих денег»), адвокат из Сан-Франциско Стивен Эбботт («ну по крайней мере я ещё здоров – могу утешаться хоть этим»), декан Массачусетской юридической школы Лоренс Велвел («где, чёрт возьми, были эти проклятые государственные регуляторы!?»), глава GMAC, финансового подразделения General Motors, Эзра Меркин («для меня это катастрофа»), владелец U.S. News & World Report и New York Daily News Морт Цукерман (едва ли не все свои деньги вложил в фонд Мэдоффа), редактор Vanity Fair и сотрудник CNBC Ира Реннерт (псевдоним Vicky Ward), хозяин бейсбольного клуба New York Mets Сауль Кац и бывший владелец клуба американского футбола Philadelphia Eagles Норман Брэмен, основатели розничных сетей Bed Bath & Beyond Леонард Фейнштейн и Stop & Shop Авраам и Кэрол Гольдберги, попечители университета Брэндис и медицинского центра Бет Ишраэль Карл и Рут Шапиро и даже сенатор Фрэнк Лотенберг. Как видно из этого (весьма предварительного) списка, страсть к маммоне не имеет границ – ни государственных, ни сословных; а слово halyava звучит для американского уха не менее сладко, чем для россиянского. Ну и последствия похожие: Берни Мэдофф – Дед Мороз, он подарки всем принёс.
Источник: Вашингтон Пост
Хорошей вам недели.
Динамика цен за прошедшую неделю
https://iticapital.ru/ Источник
Не является индивидуальной инвестиционной рекомендацией | При копировании ссылка обязательна | Нашли ошибку - выделить и нажать Ctrl+Enter | Жалоба