26 января 2009
В кризисной обстановке на сырьевом рынке Тегеран может использовать блокаду транспортировки энергоносителей в своих целях. Подобные действия приведут к изменению политической и военной обстановки в регионе и взвинтит цены на нефть.
Ближний Восток на протяжении последних десятилетий остается тлеющим очагом конфликта, который на какое-то время затухает, а затем вновь разгорается ярким пламенем войны. И надо сказать, что беспокоит мировую общественность не только непримиримость враждующих сторон, таких как Израиль и Палестина, но и более глубинные процессы, которые оказывают воздействие на происходящее и отчасти даже угрожают мировой энергетической безопасности.
В частности, нельзя сбрасывать со счетов тот факт, что по мнению многих экспертов, за радикальной палестинской группировкой ХАМАС, которая пришла к власти в секторе Газа, стоят представители Ирана. Тегеран враждебно относится к Израилю и обладает не только определенной боевой мощью, но и экономическими рычагами влияния в виде крупных запасов нефти, а также контроля Ормузского пролива. Баржи с тяжелой нефтью, которые стоят у берегов этого ближневосточного государства, вполне могут перекрыть выход из района Персидского залива, через который на мировые рынки поступает около 30% нефти. В данном случае, их можно даже не затапливать, а просто заминировать. Стрелять же по грузовым судам ракетами все равно никто не будет.
Кроме того, нельзя забывать, что сейчас, в условиях падающих цен на нефть подобными действиями Тегеран может заработать как политические, так и экономические дивиденды. Стоимость одного барреля может взлететь до заоблачных высот в считанные дни, несмотря на снижение потребления энергоносителей по всему миру на фоне развития экономического кризиса.
Нельзя также забывать и о том, что сейчас у США, которые в иной ситуации немедленно отреагировали бы на возможные ходы Тегерана, просто связаны руки. Во-первых, неопределенность экономики страны и рекордный уровень дефицита бюджета. Во-вторых — привязка к военным конфликтам в Афганистане и Ираке, которые тянутся на протяжении многих лет. Кроме того, новый президент Барак Обама вряд ли в ближайшее время будет способен на принятие каких-либо жестких политических решений, поскольку первый, и наиболее проблематичный вопрос для него — восстановление экономической системы страны. В своей предвыборной кампании он пообещал провести быстрый вывод войск из Ирака, однако эта задача далеко не из самых легких. Большинство экспертов по Ближнему Востоку на протяжении последних лет высказывали предположения, что сразу после выхода американских войск из страны начнется внутренний межэтнический конфликт. В нем будут участвовать сразу три стороны: сунниты, шииты и курды. Мясорубку, которая возникнет при данном сценарии развития событий, не сможет быстро остановить никакой международный контингент войск. В связи с этим возможная сухопутная поддержка со стороны США в случае подключения Ирана к ближневосточному конфликту ничтожно мала. Разумеется, нельзя исключать атак с воздуха. Прежде всего, будут атакованы ядерные объекты страны для подрыва военного потенциала.
В частности, прекращение поставок будет означать масштабный нефтяной кризис, цены преодолеют отметку 100 долларов за баррель, и опустятся только после хотя бы частичного возобновления поставок. Для российских нефтяников, курса рубля и макроэкономики это, конечно, позитив, однако, для мировой экономики это будет достаточно серьезной проблемой, которая может усугубить спад. Естественно, на это отрицательно отреагируют мировые фондовые индексы.
В тоже время, далеко не факт, что Тегеран воспользуется появившимся временным преимуществом и нанесет удар по Израилю первым. Силы слишком неравны. Сейчас Ахмадинежад выглядит «героем мусульманского мира» в борьбе против США и Израиля. Однако, военное поражение приведет президента Ирана к потере авторитета на Ближнем Востоке. Кроме того, его имидж серьезно пострадает в глазах экстремистов.
Задача США и Израиля в данном случае «вырвать жало», максимально избежав потерь. Вероятно, удар не будет нанесен неожиданно. Перед ним будет мощное информационное сопровождение в мировых СМИ. Соответственно можно ожидать резкую, хотя и локальную, реакцию мировых товарных и фондовых рынков. Ожидания военного удара и агрессивная риторика с обеих сторон также вызовет резкий подъем цен на нефть, цены на черное золото могут достигнуть 60-70 долларов за баррель. При этом рост цен на нее будет позитивом для российской макроэкономики и национальной валюты. Однако, это не поможет отечественным фондовым площадкам. Военные риски приведут к падению мировых фондовых индексов, а этот фактор перевесит позитив растущих цен на нефть. Возможно, наши индексы будут чуть лучше других emerging markets за счет высокого веса в них бумаг компаний нефтегазового сектора.
Если же авиаудар США и Израиля по Ирану будет быстрым и успешным — мировые фондовые индексы покажут существенный рост, а цена на нефть вернется примерно на довоенные уровни. Однако, и в случае подобного развития событий российский рынок акций окажется под ударом. Падение цен на нефть при подобном сценарии окажется превалирующим над ростом мировых индексов и бумаги российских компаний пойдут вниз. Соответственно, при прочих равных условиях, это момент будет очень привлекателен для их покупки.
В случае, если Ахмадинежад заблокирует пролив судами, груженными нефтью, ракетные обстрелы могут стать лишь оружием устрашения, поскольку вопроса они не решат. При этом атака самих танкеров только усугубит обстановку в плане снабжения мирового рынка энергоносителями. Среди негатива для фондового рынка также стоит рассматривать возможные теракты в Европе и США на фоне крупной военной операции
Александр Разуваев (Собинбанк), Максим Егоров
Ближний Восток на протяжении последних десятилетий остается тлеющим очагом конфликта, который на какое-то время затухает, а затем вновь разгорается ярким пламенем войны. И надо сказать, что беспокоит мировую общественность не только непримиримость враждующих сторон, таких как Израиль и Палестина, но и более глубинные процессы, которые оказывают воздействие на происходящее и отчасти даже угрожают мировой энергетической безопасности.
В частности, нельзя сбрасывать со счетов тот факт, что по мнению многих экспертов, за радикальной палестинской группировкой ХАМАС, которая пришла к власти в секторе Газа, стоят представители Ирана. Тегеран враждебно относится к Израилю и обладает не только определенной боевой мощью, но и экономическими рычагами влияния в виде крупных запасов нефти, а также контроля Ормузского пролива. Баржи с тяжелой нефтью, которые стоят у берегов этого ближневосточного государства, вполне могут перекрыть выход из района Персидского залива, через который на мировые рынки поступает около 30% нефти. В данном случае, их можно даже не затапливать, а просто заминировать. Стрелять же по грузовым судам ракетами все равно никто не будет.
Кроме того, нельзя забывать, что сейчас, в условиях падающих цен на нефть подобными действиями Тегеран может заработать как политические, так и экономические дивиденды. Стоимость одного барреля может взлететь до заоблачных высот в считанные дни, несмотря на снижение потребления энергоносителей по всему миру на фоне развития экономического кризиса.
Нельзя также забывать и о том, что сейчас у США, которые в иной ситуации немедленно отреагировали бы на возможные ходы Тегерана, просто связаны руки. Во-первых, неопределенность экономики страны и рекордный уровень дефицита бюджета. Во-вторых — привязка к военным конфликтам в Афганистане и Ираке, которые тянутся на протяжении многих лет. Кроме того, новый президент Барак Обама вряд ли в ближайшее время будет способен на принятие каких-либо жестких политических решений, поскольку первый, и наиболее проблематичный вопрос для него — восстановление экономической системы страны. В своей предвыборной кампании он пообещал провести быстрый вывод войск из Ирака, однако эта задача далеко не из самых легких. Большинство экспертов по Ближнему Востоку на протяжении последних лет высказывали предположения, что сразу после выхода американских войск из страны начнется внутренний межэтнический конфликт. В нем будут участвовать сразу три стороны: сунниты, шииты и курды. Мясорубку, которая возникнет при данном сценарии развития событий, не сможет быстро остановить никакой международный контингент войск. В связи с этим возможная сухопутная поддержка со стороны США в случае подключения Ирана к ближневосточному конфликту ничтожно мала. Разумеется, нельзя исключать атак с воздуха. Прежде всего, будут атакованы ядерные объекты страны для подрыва военного потенциала.
В частности, прекращение поставок будет означать масштабный нефтяной кризис, цены преодолеют отметку 100 долларов за баррель, и опустятся только после хотя бы частичного возобновления поставок. Для российских нефтяников, курса рубля и макроэкономики это, конечно, позитив, однако, для мировой экономики это будет достаточно серьезной проблемой, которая может усугубить спад. Естественно, на это отрицательно отреагируют мировые фондовые индексы.
В тоже время, далеко не факт, что Тегеран воспользуется появившимся временным преимуществом и нанесет удар по Израилю первым. Силы слишком неравны. Сейчас Ахмадинежад выглядит «героем мусульманского мира» в борьбе против США и Израиля. Однако, военное поражение приведет президента Ирана к потере авторитета на Ближнем Востоке. Кроме того, его имидж серьезно пострадает в глазах экстремистов.
Задача США и Израиля в данном случае «вырвать жало», максимально избежав потерь. Вероятно, удар не будет нанесен неожиданно. Перед ним будет мощное информационное сопровождение в мировых СМИ. Соответственно можно ожидать резкую, хотя и локальную, реакцию мировых товарных и фондовых рынков. Ожидания военного удара и агрессивная риторика с обеих сторон также вызовет резкий подъем цен на нефть, цены на черное золото могут достигнуть 60-70 долларов за баррель. При этом рост цен на нее будет позитивом для российской макроэкономики и национальной валюты. Однако, это не поможет отечественным фондовым площадкам. Военные риски приведут к падению мировых фондовых индексов, а этот фактор перевесит позитив растущих цен на нефть. Возможно, наши индексы будут чуть лучше других emerging markets за счет высокого веса в них бумаг компаний нефтегазового сектора.
Если же авиаудар США и Израиля по Ирану будет быстрым и успешным — мировые фондовые индексы покажут существенный рост, а цена на нефть вернется примерно на довоенные уровни. Однако, и в случае подобного развития событий российский рынок акций окажется под ударом. Падение цен на нефть при подобном сценарии окажется превалирующим над ростом мировых индексов и бумаги российских компаний пойдут вниз. Соответственно, при прочих равных условиях, это момент будет очень привлекателен для их покупки.
В случае, если Ахмадинежад заблокирует пролив судами, груженными нефтью, ракетные обстрелы могут стать лишь оружием устрашения, поскольку вопроса они не решат. При этом атака самих танкеров только усугубит обстановку в плане снабжения мирового рынка энергоносителями. Среди негатива для фондового рынка также стоит рассматривать возможные теракты в Европе и США на фоне крупной военной операции
Александр Разуваев (Собинбанк), Максим Егоров
Не является индивидуальной инвестиционной рекомендацией | При копировании ссылка обязательна | Нашли ошибку - выделить и нажать Ctrl+Enter | Жалоба