17 мая 2019 Pro Finance Service
Реакция рынков еще опаснее для экономики, чем сама торговая война
Рынки акций зачастую винят в том, что они живут в альтернативной реальности. Но, анализируя торговую войну США и Китая, приходится принять истину: у фондовых рынков на самом деле свой параллельный мир.
И в последние две недели эта альтернативная реальность кажется опасной и неприветливой. Три четверти акций в составе индекса S&P 500 и 95% бумаг в списке Goldman Sachs, наиболее подверженных риску со стороны Китая упали после того, как ранее в этом месяце Трамп обострил торговую войну с Пекином. Доходность облигаций тоже снизилась.
Во всем этом много смысла. Америка повысила тарифы на импорт китайских товаров, когда рынки ожидали их снижения, причем Трамп грозится обложить пошлинами оставшиеся товары, если в обозримом будущем не удастся заключить сделку. Это означает рост цен, снижение прибылей и замедление экономики.
Насколько все будет плохо? На первый взгляд кажется, что текущие тарифы не страшны для американской экономики, даже на новом уровне в 25%. Пошлины эквивалентны налогу в размере $70 млрд, включая тарифы на импорт стали. Это не идет на пользу США, но отнимает лишь 0.3% расходов у экономики размером в $21 трлн.
Болевой порог
Если Трамп пойдет еще дальше и введет пошлины на остальные товары из Поднебесной, дополнительная налоговая нагрузка составит $75 млрд, т.е. еще 0.3% от ВВП. Это будет уже болезненно, если эффект перекинется на американских бизнесменов и потребителей. Но этого не произойдет.
Во-первых, компании переключатся на альтернативные источники импорта, сократив дополнительные расходы. Чем дольше будут действовать тарифы, тем больше цепочек поставок переместится в другие страны. Во-вторых, если цены окажутся слишком высокими, потребители переключатся на другие виды товаров, что только сыграет на руку американским производителям. В-третьих, китайские компании могут снизить цены (хотя пока этого не происходит), а юаню помогут упасть, чтобы снизить цены в долларовом выражении.
Главный экономист Goldman Sachs Ян Хациус подсчитал, что уже введенные тарифы отнимут от ВВП 0.15%, а если под пошлины попадут остальные китайские товары, то ущерб для экономики составит 0.25%. Учитывая, что в первом квартале экономика США выросла на 3.2%, может показаться странным, что S&P 500 пережил худшие шесть дней со времен декабрьской паники, а рынок фьючерсов закладывает в цену снижение ставки ФРС.
Что страшнее?
Есть два способа оценить реакцию рынка. Первый — игнорировать ее на основании того, что даже на минимуме на этой неделе S&P 500 был всего на 5% ниже исторического максимума. Паники на рынках пока нет. Второй способ — признать, что рынок приставляет еще большую угрозу для экономики, чем сами тарифы. Если рынки обвалятся, это навредит доверию сильнее, чем налоги.
«Смоделировать эти эффекты непросто. Они могут быть самоусиливающимися и гораздо масштабнее, чем традиционная механическая оценка первичных последствий тарифов», — отмечает Кристиан Келлер из Barclays.
Goldman старается учитывать финансовые условия в целом, чтобы дать оценку влиянию на доверие. Хациус говорит, что эффект от рыночных движений в последние две недели немного больше, чем прямое влияние тарифов. Но все может быстро измениться.
У страха глаза велики
Опасность в том, что рынки создают реальность, которая гораздо хуже текущей ситуации, возможно, потому что риторика на тему геополитического соперничества с Китаем убеждает инвесторов в том, что грядет новая холодная война. Если торговая война — это не просто отдельный инцидент, то следует закладывать в цену более масштабные риски, что подразумевает снижение цен на акции, которое вредит потребительскому доверию и, соответственно, экономике.
Но это не значит, что инвесторы должны всецело погружаться в мрачные прогнозы. Британские рынки создали собственную реальность после референдума 2016 года. После небольшого снижения акции восстановились, деловые инвестиции удержались на плаву, а потребители продолжили совершать покупки. Только позднее, когда в стране возник политический хаос, который уже нельзя было игнорировать, расходы действительно сократились.
Экономисты ожидали мгновенного удара по доверию и британской экономике. Когда этого не произошло, репутация экономистов пострадала сильнее, чем британский ВВП.
Цикл обратной связи не ограничивается рынками и экономикой. У спекуляций тоже есть своя, правда, хрупкая реальность. Рынки могут влиять на ситуацию. После того, как рынки восстановились, Трамп ужесточил свою риторику в отношении Пекина.
Если американские акции создадут собственную мрачную реальность и упадут, это повысит шансы смягчения позиции США для сдерживания давления на акции. Причем падение, возможно, уже возымело свое влияние — Вашингтон отложил введение тарифов на импорт европейских автомобилей и стал давать более позитивные комментарии на тему Китая, что помогло немного скрасить реальность рынков.
Рынки акций зачастую винят в том, что они живут в альтернативной реальности. Но, анализируя торговую войну США и Китая, приходится принять истину: у фондовых рынков на самом деле свой параллельный мир.
И в последние две недели эта альтернативная реальность кажется опасной и неприветливой. Три четверти акций в составе индекса S&P 500 и 95% бумаг в списке Goldman Sachs, наиболее подверженных риску со стороны Китая упали после того, как ранее в этом месяце Трамп обострил торговую войну с Пекином. Доходность облигаций тоже снизилась.
Во всем этом много смысла. Америка повысила тарифы на импорт китайских товаров, когда рынки ожидали их снижения, причем Трамп грозится обложить пошлинами оставшиеся товары, если в обозримом будущем не удастся заключить сделку. Это означает рост цен, снижение прибылей и замедление экономики.
Насколько все будет плохо? На первый взгляд кажется, что текущие тарифы не страшны для американской экономики, даже на новом уровне в 25%. Пошлины эквивалентны налогу в размере $70 млрд, включая тарифы на импорт стали. Это не идет на пользу США, но отнимает лишь 0.3% расходов у экономики размером в $21 трлн.
Болевой порог
Если Трамп пойдет еще дальше и введет пошлины на остальные товары из Поднебесной, дополнительная налоговая нагрузка составит $75 млрд, т.е. еще 0.3% от ВВП. Это будет уже болезненно, если эффект перекинется на американских бизнесменов и потребителей. Но этого не произойдет.
Во-первых, компании переключатся на альтернативные источники импорта, сократив дополнительные расходы. Чем дольше будут действовать тарифы, тем больше цепочек поставок переместится в другие страны. Во-вторых, если цены окажутся слишком высокими, потребители переключатся на другие виды товаров, что только сыграет на руку американским производителям. В-третьих, китайские компании могут снизить цены (хотя пока этого не происходит), а юаню помогут упасть, чтобы снизить цены в долларовом выражении.
Главный экономист Goldman Sachs Ян Хациус подсчитал, что уже введенные тарифы отнимут от ВВП 0.15%, а если под пошлины попадут остальные китайские товары, то ущерб для экономики составит 0.25%. Учитывая, что в первом квартале экономика США выросла на 3.2%, может показаться странным, что S&P 500 пережил худшие шесть дней со времен декабрьской паники, а рынок фьючерсов закладывает в цену снижение ставки ФРС.
Что страшнее?
Есть два способа оценить реакцию рынка. Первый — игнорировать ее на основании того, что даже на минимуме на этой неделе S&P 500 был всего на 5% ниже исторического максимума. Паники на рынках пока нет. Второй способ — признать, что рынок приставляет еще большую угрозу для экономики, чем сами тарифы. Если рынки обвалятся, это навредит доверию сильнее, чем налоги.
«Смоделировать эти эффекты непросто. Они могут быть самоусиливающимися и гораздо масштабнее, чем традиционная механическая оценка первичных последствий тарифов», — отмечает Кристиан Келлер из Barclays.
Goldman старается учитывать финансовые условия в целом, чтобы дать оценку влиянию на доверие. Хациус говорит, что эффект от рыночных движений в последние две недели немного больше, чем прямое влияние тарифов. Но все может быстро измениться.
У страха глаза велики
Опасность в том, что рынки создают реальность, которая гораздо хуже текущей ситуации, возможно, потому что риторика на тему геополитического соперничества с Китаем убеждает инвесторов в том, что грядет новая холодная война. Если торговая война — это не просто отдельный инцидент, то следует закладывать в цену более масштабные риски, что подразумевает снижение цен на акции, которое вредит потребительскому доверию и, соответственно, экономике.
Но это не значит, что инвесторы должны всецело погружаться в мрачные прогнозы. Британские рынки создали собственную реальность после референдума 2016 года. После небольшого снижения акции восстановились, деловые инвестиции удержались на плаву, а потребители продолжили совершать покупки. Только позднее, когда в стране возник политический хаос, который уже нельзя было игнорировать, расходы действительно сократились.
Экономисты ожидали мгновенного удара по доверию и британской экономике. Когда этого не произошло, репутация экономистов пострадала сильнее, чем британский ВВП.
Цикл обратной связи не ограничивается рынками и экономикой. У спекуляций тоже есть своя, правда, хрупкая реальность. Рынки могут влиять на ситуацию. После того, как рынки восстановились, Трамп ужесточил свою риторику в отношении Пекина.
Если американские акции создадут собственную мрачную реальность и упадут, это повысит шансы смягчения позиции США для сдерживания давления на акции. Причем падение, возможно, уже возымело свое влияние — Вашингтон отложил введение тарифов на импорт европейских автомобилей и стал давать более позитивные комментарии на тему Китая, что помогло немного скрасить реальность рынков.
Не является индивидуальной инвестиционной рекомендацией | При копировании ссылка обязательна | Нашли ошибку - выделить и нажать Ctrl+Enter | Жалоба