Интервью с главой Центробанка Италии Марио Драги
В интервью Handelsblatt глава Центробанка Италии и член совета Европейского центрального банка (ЕЦБ) МАРИО ДРАГИ высказал свое мнение о долговом кризисе в Греции, целесообразности создания Европейского валютного фонда и организации собственного рейтингового агентства в рамках ЕЦБ.
— Г-н Драги, долговые проблемы Греции взбудоражили всю Европу. Что должны предпринять Афины, чтобы преодолеть кризис?
— Грекам необходимо разработать реальный бюджет, который должен быть быстро претворен в жизнь. Работу эту они уже начали. Еврокомиссия, ЕЦБ и, в известной степени, МВФ в нее вовлечены. Судя по всему, представленный Грецией план всех убедил. Надеюсь, мы увидим, как быстро и полно он будет осуществляться.
— Нуждается ли финансовая система в ужесточении действующих правил?
— Конечно. Правда, пока еще слишком рано говорить о том, как они должны выглядеть. Кризис в Греции свидетельствует о том, что повысить устойчивость нашей системы необходимо.
— Что вы имеете в виду?
— Нам следует помнить, что благодаря общеевропейской валюте мы создали своего рода зону стабильности, и надо приложить все усилия для ее сохранения. И что бы там ни говорили критики, мы имеем низкий уровень инфляции и минимальную стоимость финансирования, да и от основных проблем глобального кризиса евро нас прекрасно защитил. Поэтому мы должны сохранить стабильность и доверие к этой концепции. В то же время греческий кризис показывает, что прочность уже существующей конструкции должна быть повышена. Сейчас в ней проявились трещины, не реальные, но потенциальные.
— Каким образом устойчивость валюты евро может быть повышена?
— Мы должны спросить себя: почему рынки так нервничают? Причина тому не только Греция, но и положение дел в других странах. Беспокойство рынков объясняется тем, что очень сильно ухудшились условия для капитала — внутри и вне еврозоны. И в этой ситуации у рынков нет ясности по вопросу, каким образом правительства собираются выходить из создавшегося положения. Для начала нам необходима четко сформулированная и привязанная к конкретным срокам стратегия решения проблемы больших бюджетных дефицитов. В списке неотложных мер это — позиция номер один.
— А что вы предлагаете под номером два?
— Нам нужно расширить концепцию Пакта стабильности и роста ЕС. До сих пор мы имеем некий механизм для наблюдения и, частично, еще и для корректировки государственных балансов и бюджетов. Теперь же нам необходимо сделать ее эффективнее, дополнив структурными реформами.
— Что же конкретно нужно сделать?
— Государства еврозоны должны согласиться на некоторые изменения, которые бы способствовали улучшению кооперации между правительствами и укреплению финансовой дисциплины. Ведь именно стабильность цен, балансовая дисциплина и экономический рост являются тремя основными факторами финансовой стабильности. Впрочем, цель эта — среднесрочная, в течение одного месяца ее не достигнешь.
— Ну а что можно сделать прямо сейчас?
— В кризисных ситуациях типа греческой нам необходима четко проработанная технология вмешательства в нее. Тогда и рынки станут предоставлять капитал, в котором так нуждаются попавшие в сложное положение страны. Чего рынки сейчас не хотят, так это неясности. Тогда денег не даст никто.
— Поддерживаете ли вы идею создания Европейского валютного фонда (ЕВФ)?
— Если механизм идентификации кризисной ситуации и вмешательства в нее отлажен и хорошо работает, то в нормальных условиях рынка ЕВФ нам не понадобится. Я бы начинал не с финансирования кризисов, а уделил основное внимание решению проблемы кризиса.
— Понадобится ли для функционирования предлагаемого вами механизма создание некой новой организационной структуры и как вы ее себе представляете?
— Речь идет необязательно о какой-то структуре, скорее, о похожей на стабилизационный пакт концепции, которая получила бы поддержку правительств.
— Значит, еще один пакт?
— Да. В еврозоне нам необходимо сильное экономическое правительство, которое возглавит движение в направлении скоординированных структурных реформ и большей дисциплины.
— Нужны ли более суровые штрафные санкции в отношении стран, которые не выполняют условия подписанных соглашений?
— Да, я полагаю, что нам нужны более строгие правила, согласно которым каждый случай их нарушения или каждый случай использования заимствованных не на рынке финансовых средств имел бы свою финансовую или политическую цену. Причем цена эта была бы значительно выше, чем сегодня.
— В ходе финансового кризиса под огонь критики попали международные рейтинговые агентства. Может быть, ЕЦБ должен начать составлять свои собственные рейтинги, как того требуют некоторые эксперты?
— Не думаю, что это было бы правильным. Если речь идет о том, чтобы создать европейское рейтинговое агентство — поскольку мы не доверяем американским или каким-то другим, то это возможный вариант. Но ЕЦБ брать на себя такую задачу не следует.
— Как объяснить проколы в работе авторитетных рейтинговых агентств?
— Пробелы в регулировании привели к конфликту интересов. Надо просто задать себе вопрос, как могло случиться, что рейтинговые агентства не обратили внимания на множество сомнительных финансовых продуктов и не дали им соответствующей оценки? Один из ответов: эмитентами этих ценных бумаг были лишь несколько крупных инвестбанков. Некоторые же из упомянутых рейтинговых агентств 90% своего бизнеса делали именно с этими финансовыми институтами.
Марио Драги родился в Риме в 1947 году, образование получил в США. До того как г-н Драги возглавил Центральный банк Италии, он работал в сфере инвестиционного банкинга, в том числе в 2002—2005 годах руководил Goldman Sachs International. Как глава итальянского ЦБ Марио Драги является членом совета директоров Банка международных расчетов. Кроме того, он представляет Италию в совете управляющих Международного банка реконструкции и развития, а также в Азиатском банке развития. Марио Драги считается одним из наиболее вероятных преемников на пост председателя ЕЦБ после Жан-Клода Трише, который в 2011 году должен его оставить.
(ПЕРЕВОД АЛЕКСАНДРА ПОЛОЦКОГО)
В интервью Handelsblatt глава Центробанка Италии и член совета Европейского центрального банка (ЕЦБ) МАРИО ДРАГИ высказал свое мнение о долговом кризисе в Греции, целесообразности создания Европейского валютного фонда и организации собственного рейтингового агентства в рамках ЕЦБ.
— Г-н Драги, долговые проблемы Греции взбудоражили всю Европу. Что должны предпринять Афины, чтобы преодолеть кризис?
— Грекам необходимо разработать реальный бюджет, который должен быть быстро претворен в жизнь. Работу эту они уже начали. Еврокомиссия, ЕЦБ и, в известной степени, МВФ в нее вовлечены. Судя по всему, представленный Грецией план всех убедил. Надеюсь, мы увидим, как быстро и полно он будет осуществляться.
— Нуждается ли финансовая система в ужесточении действующих правил?
— Конечно. Правда, пока еще слишком рано говорить о том, как они должны выглядеть. Кризис в Греции свидетельствует о том, что повысить устойчивость нашей системы необходимо.
— Что вы имеете в виду?
— Нам следует помнить, что благодаря общеевропейской валюте мы создали своего рода зону стабильности, и надо приложить все усилия для ее сохранения. И что бы там ни говорили критики, мы имеем низкий уровень инфляции и минимальную стоимость финансирования, да и от основных проблем глобального кризиса евро нас прекрасно защитил. Поэтому мы должны сохранить стабильность и доверие к этой концепции. В то же время греческий кризис показывает, что прочность уже существующей конструкции должна быть повышена. Сейчас в ней проявились трещины, не реальные, но потенциальные.
— Каким образом устойчивость валюты евро может быть повышена?
— Мы должны спросить себя: почему рынки так нервничают? Причина тому не только Греция, но и положение дел в других странах. Беспокойство рынков объясняется тем, что очень сильно ухудшились условия для капитала — внутри и вне еврозоны. И в этой ситуации у рынков нет ясности по вопросу, каким образом правительства собираются выходить из создавшегося положения. Для начала нам необходима четко сформулированная и привязанная к конкретным срокам стратегия решения проблемы больших бюджетных дефицитов. В списке неотложных мер это — позиция номер один.
— А что вы предлагаете под номером два?
— Нам нужно расширить концепцию Пакта стабильности и роста ЕС. До сих пор мы имеем некий механизм для наблюдения и, частично, еще и для корректировки государственных балансов и бюджетов. Теперь же нам необходимо сделать ее эффективнее, дополнив структурными реформами.
— Что же конкретно нужно сделать?
— Государства еврозоны должны согласиться на некоторые изменения, которые бы способствовали улучшению кооперации между правительствами и укреплению финансовой дисциплины. Ведь именно стабильность цен, балансовая дисциплина и экономический рост являются тремя основными факторами финансовой стабильности. Впрочем, цель эта — среднесрочная, в течение одного месяца ее не достигнешь.
— Ну а что можно сделать прямо сейчас?
— В кризисных ситуациях типа греческой нам необходима четко проработанная технология вмешательства в нее. Тогда и рынки станут предоставлять капитал, в котором так нуждаются попавшие в сложное положение страны. Чего рынки сейчас не хотят, так это неясности. Тогда денег не даст никто.
— Поддерживаете ли вы идею создания Европейского валютного фонда (ЕВФ)?
— Если механизм идентификации кризисной ситуации и вмешательства в нее отлажен и хорошо работает, то в нормальных условиях рынка ЕВФ нам не понадобится. Я бы начинал не с финансирования кризисов, а уделил основное внимание решению проблемы кризиса.
— Понадобится ли для функционирования предлагаемого вами механизма создание некой новой организационной структуры и как вы ее себе представляете?
— Речь идет необязательно о какой-то структуре, скорее, о похожей на стабилизационный пакт концепции, которая получила бы поддержку правительств.
— Значит, еще один пакт?
— Да. В еврозоне нам необходимо сильное экономическое правительство, которое возглавит движение в направлении скоординированных структурных реформ и большей дисциплины.
— Нужны ли более суровые штрафные санкции в отношении стран, которые не выполняют условия подписанных соглашений?
— Да, я полагаю, что нам нужны более строгие правила, согласно которым каждый случай их нарушения или каждый случай использования заимствованных не на рынке финансовых средств имел бы свою финансовую или политическую цену. Причем цена эта была бы значительно выше, чем сегодня.
— В ходе финансового кризиса под огонь критики попали международные рейтинговые агентства. Может быть, ЕЦБ должен начать составлять свои собственные рейтинги, как того требуют некоторые эксперты?
— Не думаю, что это было бы правильным. Если речь идет о том, чтобы создать европейское рейтинговое агентство — поскольку мы не доверяем американским или каким-то другим, то это возможный вариант. Но ЕЦБ брать на себя такую задачу не следует.
— Как объяснить проколы в работе авторитетных рейтинговых агентств?
— Пробелы в регулировании привели к конфликту интересов. Надо просто задать себе вопрос, как могло случиться, что рейтинговые агентства не обратили внимания на множество сомнительных финансовых продуктов и не дали им соответствующей оценки? Один из ответов: эмитентами этих ценных бумаг были лишь несколько крупных инвестбанков. Некоторые же из упомянутых рейтинговых агентств 90% своего бизнеса делали именно с этими финансовыми институтами.
Марио Драги родился в Риме в 1947 году, образование получил в США. До того как г-н Драги возглавил Центральный банк Италии, он работал в сфере инвестиционного банкинга, в том числе в 2002—2005 годах руководил Goldman Sachs International. Как глава итальянского ЦБ Марио Драги является членом совета директоров Банка международных расчетов. Кроме того, он представляет Италию в совете управляющих Международного банка реконструкции и развития, а также в Азиатском банке развития. Марио Драги считается одним из наиболее вероятных преемников на пост председателя ЕЦБ после Жан-Клода Трише, который в 2011 году должен его оставить.
(ПЕРЕВОД АЛЕКСАНДРА ПОЛОЦКОГО)
Не является индивидуальной инвестиционной рекомендацией | При копировании ссылка обязательна | Нашли ошибку - выделить и нажать Ctrl+Enter | Жалоба