17 июля 2010
Пока мы считаем дни до 23 июля, многие задаются вопросом, приведет при публикация результатов стресс-тестов европейских банков к радикальному изменению ситуации, пишет в Financial Times генеральный директор и инвестиционный содиректор фонда Pimco Мохамед Эль Эриан (Mohamed El-Erian). Вернет ли регион к финансовой стабильности проверка регуляторами 91 банка? Некоторые полагают, что аналогичный подход, примененный в прошлом году в США, способствовал нормализации американских финансовых рынков.
"Ответ на этот вопрос состоит из двух частей - пишет Эль Эриан, - понимания контекста стресс-тестов и определения пяти факторов, которые позволят тестам внести заметный вклад в финансовую нормализацию".
Проведение стресс-тестов, продолжает он, основано на понимании того, как функционирует (вернее - не функционирует) рынок при наличии дефицита информации. Теория и практика показывают, что такой дефицит снижает рыночную активность и мешает хорошим финансовым учреждениям провести грань между самими собой и неудачниками.
Сегодня европейский межбанковский рынок в застое из-за неуверенности по поводу рисков, связанных с региональным кризисом суверенных долгов. Многие участники рынка ничего не предпринимают в ожидании более полной информации о банковских балансах. Одновременно многие банки и правительства считают, что рынки несправедливо наказывают их, так как они стали жертвами слишком широких обобщений.
"Европа не может вернуться к финансовой норме без адекватно функционирующего рынка, - пишет Эль Эриан. - Более того, чем дольше продлится неуверенность, тем больше риск беспорядочного уменьшения кредитования и бегства капитала".
Неудивительно, отмечает он, что Европейский Центробанк и правительства стремятся улучшить функционирование межбанковского рынка. Они надеются, что стресс-тест станет катализатором. Чтобы надежда оправдалась, необходимы пять вещей.
Во-первых, стресс-тест должен быть широким, охватывающим и сильные, и слабые финансовые институты. Да, некоторые его не пройдут, но это лучший результат, чем подрыв доверия к политическому подходу, позволяющему участие только банков, способных его выдержать. В этом смысле недавнее решение расширить охват тестом обнадеживает.
Во-вторых, тест должен быть жестким, в особенности это касается его сценариев. Необходима реалистичная оценка потенциальных убытков в стрессовой ситуации с точки зрения рисков для недвижимости и государственных облигаций. Пока у нас нет достаточного количества информации.
В-третьих, необходимо опубликовать достаточное количество данных, чтобы частный сектор смог восстановить ход тестов. Когда речь заходит о такой степени прозрачности, возникает ощущение, что европейские чиновники колеблются.
В четвертых, правительства должны внятно сказать, что произойдет после теста. Рекапитализация и, в случае необходимости, слияния и закрытия это то, за чем можно следить. Пока мы ничего такого не слышали.
В пятых, - и в этом европейский стресс-тест отличается от американского, - результаты должны вселять уверенность в том, что банки могут справиться с вызовами, грозящими Европе в целом. Пока это наименее ясный аспект, когда мы говорим о потенциальной эффективности европейского подхода.
"К сожалению, - пишет глава Pimco, - европейские чиновники не могут превратить стресс-тест в катализатор возвращения к финансовой норме. Задача слишком велика. Она потребует более масштабных решений, а их воплощение по своей природе является сложным и длительным".
"Ответ на этот вопрос состоит из двух частей - пишет Эль Эриан, - понимания контекста стресс-тестов и определения пяти факторов, которые позволят тестам внести заметный вклад в финансовую нормализацию".
Проведение стресс-тестов, продолжает он, основано на понимании того, как функционирует (вернее - не функционирует) рынок при наличии дефицита информации. Теория и практика показывают, что такой дефицит снижает рыночную активность и мешает хорошим финансовым учреждениям провести грань между самими собой и неудачниками.
Сегодня европейский межбанковский рынок в застое из-за неуверенности по поводу рисков, связанных с региональным кризисом суверенных долгов. Многие участники рынка ничего не предпринимают в ожидании более полной информации о банковских балансах. Одновременно многие банки и правительства считают, что рынки несправедливо наказывают их, так как они стали жертвами слишком широких обобщений.
"Европа не может вернуться к финансовой норме без адекватно функционирующего рынка, - пишет Эль Эриан. - Более того, чем дольше продлится неуверенность, тем больше риск беспорядочного уменьшения кредитования и бегства капитала".
Неудивительно, отмечает он, что Европейский Центробанк и правительства стремятся улучшить функционирование межбанковского рынка. Они надеются, что стресс-тест станет катализатором. Чтобы надежда оправдалась, необходимы пять вещей.
Во-первых, стресс-тест должен быть широким, охватывающим и сильные, и слабые финансовые институты. Да, некоторые его не пройдут, но это лучший результат, чем подрыв доверия к политическому подходу, позволяющему участие только банков, способных его выдержать. В этом смысле недавнее решение расширить охват тестом обнадеживает.
Во-вторых, тест должен быть жестким, в особенности это касается его сценариев. Необходима реалистичная оценка потенциальных убытков в стрессовой ситуации с точки зрения рисков для недвижимости и государственных облигаций. Пока у нас нет достаточного количества информации.
В-третьих, необходимо опубликовать достаточное количество данных, чтобы частный сектор смог восстановить ход тестов. Когда речь заходит о такой степени прозрачности, возникает ощущение, что европейские чиновники колеблются.
В четвертых, правительства должны внятно сказать, что произойдет после теста. Рекапитализация и, в случае необходимости, слияния и закрытия это то, за чем можно следить. Пока мы ничего такого не слышали.
В пятых, - и в этом европейский стресс-тест отличается от американского, - результаты должны вселять уверенность в том, что банки могут справиться с вызовами, грозящими Европе в целом. Пока это наименее ясный аспект, когда мы говорим о потенциальной эффективности европейского подхода.
"К сожалению, - пишет глава Pimco, - европейские чиновники не могут превратить стресс-тест в катализатор возвращения к финансовой норме. Задача слишком велика. Она потребует более масштабных решений, а их воплощение по своей природе является сложным и длительным".
Не является индивидуальной инвестиционной рекомендацией | При копировании ссылка обязательна | Нашли ошибку - выделить и нажать Ctrl+Enter | Жалоба