14 октября 2010
На днях мир, наконец, узнал своих самых одаренных экономистов – лауреатов Нобелевской премии 2010 года. Ими стали американцы Питер Даймонд и Дэйл Мортенсен, а так же примкнувший к ним англичанин Кристофер Писсаридес. Даймонд придумал так называемую теорию поиска, а Мортенсен и Писсаридес применили ее к рынку труда, объяснив законы существования безработицы.
Вообще-то Даймонд придумал свою теорию давно и в номинантах числился, чуть ли не на постоянной основе, но, по всей видимости, находились более достойные кандидаты. Например, в прошлом году премию получили два экономиста из США за исследования в области экономической эффективности операций компаний в зависимости от их организационной формы. Проще говоря, они научно доказали, что разные организационные формы компаний приносят разную прибыль, а прибыльные компании намного лучше убыточных. Просто фантастический полет мысли!
И вот, в текущем году пришла очередь Даймонда и Ко – бескомпромиссных борцов с безработицей. Каждое время рождает своих героев.
Вообще, Питер Даймонд – человек в экономических кругах уважаемый. Минимум, три нобелевских лауреата – его соавторы, а половина учебника по макроэкономике базируется на его моделях. То есть, другими словами, добрая половина всех проблем тонущей на глазах мировой экономики – заслуга новоиспеченного лауреата.
В чем же заключается смысл работы Даймонда, Мортенсена и Писсаридеса, удостоенной, наконец, Нобелевской премии? Известно, что сегодняшняя ситуация в экономике вызвана кредитным стимулированием избыточного спроса в течение последних трех десятилетий, что привело к чрезмерному увеличению сектора товаров и услуг. Стимулирование закончилось, спрос упал, а раздутое производство товаров и услуг осталось вместе с занятым в этом секторе персоналом. Само собой, персонал придется увольнять массово. И вот наша троица задумалась: как это так, количество безработных увеличивается, когда вакансии-то есть? И пришли они к замечательному выводу, что уровень безработицы напрямую зависит от того, какое пособие платит государство безработному – чем меньше пособие и время его выплаты, тем меньше безработных.
И совершенно неважно, что квалифицированный специалист, сидя на пособии, желает найти работу по своему профилю, а не рыть канавы за втрое меньшую заработную плату. Надо просто сделать пособие чисто символическим, и программисты и авиаинженеры резво побегут устраиваться в асфальтоукладчики за сущие гроши, а в перспективе и вовсе за кусок хлеба. Нечего тут убыточный бюджет своим безработным существованием обременять! И кто скажет, что эта работа не достойна Нобелевки?
Разумеется, творчество Даймонда не мог не оценить по достоинству другой нобелевский лауреат – Барак Обама, который свою премию получил вообще авансом, - в счет будущих заслуг. Американский президент буквально на следующий день выдвинул своего коллегу по премии Даймонда в совет управляющих ФРС США, заявив при этом, что «огромный опыт Питера Даймонда должен послужить восстановлению экономики страны».
Стоить заметить, что Даймонд трудится экономистом в Массачусетском технологическом институте и одним из его студентов, в свое время, был как раз нешний председатель ФРС Бен Бернанке, которому в конце семидесятых годах прошлого века триумфатор помогал готовить диссертацию.
Вообще-то Обама уже вносил весной в Конгресс кандидатуру Даймонда, именно, как эксперта по безработице, но тогда сенаторы решили, что у него недостаточно опыта. Надо полагать, у сенаторов на эту проблему свой взгляд. Надо полагать, тогда время еще не пришло.
В том, что Нобелевскую премию получили экономисты, которые занимаются проблемами безработицы, ничего удивительного нет. Кризис продолжается уже два года и надежд, что он закончится в обозримом будущем не осталось, кажется, уже ни у кого. Рост фондовых индексов вызван исключительно денежной эмиссией. Хорошая отчетность компаний – результат прошлогоднего глубокого падения, сокращения издержек (увольнениями персонала, в том числе) и манипуляциями с цифрами. Например, официально считается, что кредитная нагрузка крупных компаний составляет не более 50% от размера рыночной капитализации, но при этом учитываются активы и обязательства только внутри США, а убыточные активы за пределами страны попросту выпадают из отчетности, здорово ее приукрашивая. И таких приемов много.
Кроме того, компании прибыль не инвестируют, а просто копят ликвидность, потому что никакого восстановления экономики не видят и готовятся к худшему.
В общем, стало окончательно ясно, что ничего хорошего в ближайшее время ждать не приходится, а согласно социологическим опросам больше всего беспокоят граждан США как раз увеличение дефицита бюджета и рост безработицы. И конечно, вовсе не случайно, что тема сокращения пособий по безработице вдруг стала настолько актуальной. Государство просто не может себе позволить долго содержать армию безработных, которая дальше будет только увеличиваться. Вакансий для специалистов просто не будет и, по совершенно объективным причинам им придется смириться с тем, что хорошо оплачиваемой, требующей высокой квалификации работы будет становиться все меньше. А программа ремонта и обновления инфраструктуры страны уже готова, как и теория поиска новоявленных нобелевских лауреатов.
А в Европе проблемы усугубляются. Глава МВФ Доминик Стросс-Кан очень хвалил Грецию за ее политику экономии. Выглядело это довольно странно, учитывая, что долг Греции, который значительно превышает 300 млрд. евро, продолжает быстро расти, не смотря на экономию, а Афины по привычке заявляют, что у них все хорошо, но всем своим видом дают понять, что неплохо было бы увеличить срок выплаты долгов, не то всем станет плохо. МВФ, вроде бы, и не против, но, с оговоркой: если ЕС поддержит.
А вот с этим не все просто. Привычно заартачилась Германия. В 2014-15 годах Греции необходимо вернуть 145 млрд. евро и где греки их возьмут никто не знает. Это на 35 млрд. евро больше, чем Греции выделили на спасение. Немцы отлично понимают, что попытки спасти греков просто бессмысленны и уж тем более, им не хочется тратить на это свои кровные и готовятся к возобновлению препирательств внутри Союза. В принципе, судьба Греции никого не волнует, но ее дефолт основательно подкосит всех держателей греческого долга, которых немало, включая МВФ, и запросто может вызвать «эффект домино». Вот и хочется Европе оттянуть этот неприятный момент как можно дальше и посмотреть, а вдруг все само образуется? Такая детская вера в чудо.
А во Франции, по данным профсоюзов, на демонстрацию протеста против пенсионной реформы вышли 3,5 млн. человек. В 1995 году такие методы борьбы заставили отказаться от подобной реформы правительство Жака Ширака, но тогда были деньги и не было глобального кризиса, а сейчас все обстоит с точностью до наоборот. Саркози, который прекрасно понимает, что его не переизберут, согласен лишь пойти на встречу женщинам, имеющим трех и более детей. Но на это тоже нужны деньги и потому французы готовы обсуждать проблему валютных войн везде, где только можно.
Сильное евро, похоже, европейским экспортерам уже не в радость – доходы падают, а количество демонстрантов на улицах растет. ЕЦБ решил, что пора бы уже менять направление движения и дал банкам немного денег, на которые те набросились с такой жадностью, что стало понятно – некоторое время назад регулятор слишком далеко зашел, изымая евро для его укрепления и оставив банки практически без ликвидности.
Состоявшийся в прошедшие выходные саммит МВФ, на котором обсуждалось возвращение к опыту «валютной дипломатии», закончился безрезультатно. Хотя в коммюнике и говорится, что страны работают в кооперации, но на самом деле никакие договоренности невозможны в принципе. Китай обвинил США в дестабилизации развивающихся экономик при помощи наводнения их рынков дешевой ликвидностью, а США порекомендовали Китаю почаще смотреться в зеркало. Министр финансов Гайтнер заявил, что «МВФ должен усилить надзор за валютной политикой и накоплением резервов», но как это сделать не пояснил. Не объявлять же МВФ войну Китаю?
Никаких важных соглашений подписано не было, а президент Франции, которая будет возглавлять G20 в 2011 году, пообещал сделать пересмотр международного валютного режима центральной темой надолго. На том и расстались.
Вообще-то, если разобраться, к валютному противостоянию привела, в основном, американская политика количественного смягчения, то есть девальвации. И единственный, кто может если не остановить валютную войну, то хотя бы сделать ее ограниченной и минимизировать последствия, это США, но они ставить свою экономику под удар не будут. Просто США наконец-то осознали, что возврата к прошлому быть не может, а потому теперь – каждый за себя. Привычная экономика кончилась, когда сломался ее двигатель – кредит и доверие, а из проблем проще выбираться самостоятельно, нежели тащить за собой весь мир.
Евросоюз медленнее реагирует в силу своей политической и экономической конструкции и громоздкости бюрократии, но и там уже понимают, что правила игры изменились, и время сильных валют ушло на неопределенно долгое время. Если Европа не хочет превратиться из Союза в территорию мелких государственных образований (а помимо самого ЕС развалятся еще и страны, вроде Бельгии, Испании и Италии), то меры принимать надо срочно и крепкая валюта в создавшейся ситуации – это самый короткий путь в небытие. Именно это и доказал безрезультатный и бессмысленный саммит МВФ, а очередная встреча в формате G20, которая состоится через месяц, еще раз это подтвердит.
В России, тем временем, появился свой собственный триумфатор. Им стал министр финансов Алексей Кудрин. Известный экономический журнал «Euromoney» торжественно назвал его министром финансов 2010 года! Не Нобелевская премия, конечно, но тоже лауреат, да и какие наши годы? Удивительное дело, но такой чести он удостоился как раз за то, за что США не устают критиковать Китай – за накопление валютных резервов. Тут ведь дело не в том, есть они, или нет, а в том, как тратятся. Что делает Китай? Вливает деньги в свою экономику и держит курс юаня низким, обеспечивая своим товарам преимущество. А наша политика заключается в слепом следовании рекомендациям МВФ и Россия – единственная страна в мире, не считая тех, у кого просто нет денег на интервенции, которая упорно укрепляет свою валюту! За это премьер на днях наградил своего министра медалью Столыпина, а агентство Moody’s повысило рейтинг российской банковской системы с «негативного» до «стабильного». А всего-то нужно сократить доходы населения - эта идея сейчас всячески продвигается, - а освободившиеся средства бросить на укрепление рубля. Надолго средств все равно не хватит, но у правительства идея-фикс – кризис закончился, скоро в «кубышку» водопадом хлынут нефтедоллары и Россия опять тихая гавань.
Есть и новый прожект: надо увеличить добычу газа до 1трлн. кубометров в год и продавать его в Китай! Правда Китаю газа и без того хватает – доля газа в энергобалансе Поднебесной всего 4% – и покупать он его согласен по цене не выше 160 долларов за тысячу кубометров, при себестоимости порядка 180 долларов и рентабельности 210, а цены для европейских потребителей в первом квартале текущего года упали с 407 до 287 долларов, ну и что? Зато будет, чем заняться! Тем более, что доходы от подобных операций уже учтены Минфином в оптимистических прогнозах на будущее.
А что вы хотите от министра, который обещает скорую победу над инфляцией при постоянном ежегодном росте цен на услуги ЖКХ и буквально пробивает бюджет, который с трудом можно исполнить при цене на нефть 75 долларов в то время, когда сам он твердо убежден, что уже весной она опустится до жалких 60?
А уж заслужил ли он свой титул лучшего министра финансов, пусть каждый решает сам. Другого у нас долго еще не будет, а лауреаты нынче в цене
Олег Аверкиев
Вообще-то Даймонд придумал свою теорию давно и в номинантах числился, чуть ли не на постоянной основе, но, по всей видимости, находились более достойные кандидаты. Например, в прошлом году премию получили два экономиста из США за исследования в области экономической эффективности операций компаний в зависимости от их организационной формы. Проще говоря, они научно доказали, что разные организационные формы компаний приносят разную прибыль, а прибыльные компании намного лучше убыточных. Просто фантастический полет мысли!
И вот, в текущем году пришла очередь Даймонда и Ко – бескомпромиссных борцов с безработицей. Каждое время рождает своих героев.
Вообще, Питер Даймонд – человек в экономических кругах уважаемый. Минимум, три нобелевских лауреата – его соавторы, а половина учебника по макроэкономике базируется на его моделях. То есть, другими словами, добрая половина всех проблем тонущей на глазах мировой экономики – заслуга новоиспеченного лауреата.
В чем же заключается смысл работы Даймонда, Мортенсена и Писсаридеса, удостоенной, наконец, Нобелевской премии? Известно, что сегодняшняя ситуация в экономике вызвана кредитным стимулированием избыточного спроса в течение последних трех десятилетий, что привело к чрезмерному увеличению сектора товаров и услуг. Стимулирование закончилось, спрос упал, а раздутое производство товаров и услуг осталось вместе с занятым в этом секторе персоналом. Само собой, персонал придется увольнять массово. И вот наша троица задумалась: как это так, количество безработных увеличивается, когда вакансии-то есть? И пришли они к замечательному выводу, что уровень безработицы напрямую зависит от того, какое пособие платит государство безработному – чем меньше пособие и время его выплаты, тем меньше безработных.
И совершенно неважно, что квалифицированный специалист, сидя на пособии, желает найти работу по своему профилю, а не рыть канавы за втрое меньшую заработную плату. Надо просто сделать пособие чисто символическим, и программисты и авиаинженеры резво побегут устраиваться в асфальтоукладчики за сущие гроши, а в перспективе и вовсе за кусок хлеба. Нечего тут убыточный бюджет своим безработным существованием обременять! И кто скажет, что эта работа не достойна Нобелевки?
Разумеется, творчество Даймонда не мог не оценить по достоинству другой нобелевский лауреат – Барак Обама, который свою премию получил вообще авансом, - в счет будущих заслуг. Американский президент буквально на следующий день выдвинул своего коллегу по премии Даймонда в совет управляющих ФРС США, заявив при этом, что «огромный опыт Питера Даймонда должен послужить восстановлению экономики страны».
Стоить заметить, что Даймонд трудится экономистом в Массачусетском технологическом институте и одним из его студентов, в свое время, был как раз нешний председатель ФРС Бен Бернанке, которому в конце семидесятых годах прошлого века триумфатор помогал готовить диссертацию.
Вообще-то Обама уже вносил весной в Конгресс кандидатуру Даймонда, именно, как эксперта по безработице, но тогда сенаторы решили, что у него недостаточно опыта. Надо полагать, у сенаторов на эту проблему свой взгляд. Надо полагать, тогда время еще не пришло.
В том, что Нобелевскую премию получили экономисты, которые занимаются проблемами безработицы, ничего удивительного нет. Кризис продолжается уже два года и надежд, что он закончится в обозримом будущем не осталось, кажется, уже ни у кого. Рост фондовых индексов вызван исключительно денежной эмиссией. Хорошая отчетность компаний – результат прошлогоднего глубокого падения, сокращения издержек (увольнениями персонала, в том числе) и манипуляциями с цифрами. Например, официально считается, что кредитная нагрузка крупных компаний составляет не более 50% от размера рыночной капитализации, но при этом учитываются активы и обязательства только внутри США, а убыточные активы за пределами страны попросту выпадают из отчетности, здорово ее приукрашивая. И таких приемов много.
Кроме того, компании прибыль не инвестируют, а просто копят ликвидность, потому что никакого восстановления экономики не видят и готовятся к худшему.
В общем, стало окончательно ясно, что ничего хорошего в ближайшее время ждать не приходится, а согласно социологическим опросам больше всего беспокоят граждан США как раз увеличение дефицита бюджета и рост безработицы. И конечно, вовсе не случайно, что тема сокращения пособий по безработице вдруг стала настолько актуальной. Государство просто не может себе позволить долго содержать армию безработных, которая дальше будет только увеличиваться. Вакансий для специалистов просто не будет и, по совершенно объективным причинам им придется смириться с тем, что хорошо оплачиваемой, требующей высокой квалификации работы будет становиться все меньше. А программа ремонта и обновления инфраструктуры страны уже готова, как и теория поиска новоявленных нобелевских лауреатов.
А в Европе проблемы усугубляются. Глава МВФ Доминик Стросс-Кан очень хвалил Грецию за ее политику экономии. Выглядело это довольно странно, учитывая, что долг Греции, который значительно превышает 300 млрд. евро, продолжает быстро расти, не смотря на экономию, а Афины по привычке заявляют, что у них все хорошо, но всем своим видом дают понять, что неплохо было бы увеличить срок выплаты долгов, не то всем станет плохо. МВФ, вроде бы, и не против, но, с оговоркой: если ЕС поддержит.
А вот с этим не все просто. Привычно заартачилась Германия. В 2014-15 годах Греции необходимо вернуть 145 млрд. евро и где греки их возьмут никто не знает. Это на 35 млрд. евро больше, чем Греции выделили на спасение. Немцы отлично понимают, что попытки спасти греков просто бессмысленны и уж тем более, им не хочется тратить на это свои кровные и готовятся к возобновлению препирательств внутри Союза. В принципе, судьба Греции никого не волнует, но ее дефолт основательно подкосит всех держателей греческого долга, которых немало, включая МВФ, и запросто может вызвать «эффект домино». Вот и хочется Европе оттянуть этот неприятный момент как можно дальше и посмотреть, а вдруг все само образуется? Такая детская вера в чудо.
А во Франции, по данным профсоюзов, на демонстрацию протеста против пенсионной реформы вышли 3,5 млн. человек. В 1995 году такие методы борьбы заставили отказаться от подобной реформы правительство Жака Ширака, но тогда были деньги и не было глобального кризиса, а сейчас все обстоит с точностью до наоборот. Саркози, который прекрасно понимает, что его не переизберут, согласен лишь пойти на встречу женщинам, имеющим трех и более детей. Но на это тоже нужны деньги и потому французы готовы обсуждать проблему валютных войн везде, где только можно.
Сильное евро, похоже, европейским экспортерам уже не в радость – доходы падают, а количество демонстрантов на улицах растет. ЕЦБ решил, что пора бы уже менять направление движения и дал банкам немного денег, на которые те набросились с такой жадностью, что стало понятно – некоторое время назад регулятор слишком далеко зашел, изымая евро для его укрепления и оставив банки практически без ликвидности.
Состоявшийся в прошедшие выходные саммит МВФ, на котором обсуждалось возвращение к опыту «валютной дипломатии», закончился безрезультатно. Хотя в коммюнике и говорится, что страны работают в кооперации, но на самом деле никакие договоренности невозможны в принципе. Китай обвинил США в дестабилизации развивающихся экономик при помощи наводнения их рынков дешевой ликвидностью, а США порекомендовали Китаю почаще смотреться в зеркало. Министр финансов Гайтнер заявил, что «МВФ должен усилить надзор за валютной политикой и накоплением резервов», но как это сделать не пояснил. Не объявлять же МВФ войну Китаю?
Никаких важных соглашений подписано не было, а президент Франции, которая будет возглавлять G20 в 2011 году, пообещал сделать пересмотр международного валютного режима центральной темой надолго. На том и расстались.
Вообще-то, если разобраться, к валютному противостоянию привела, в основном, американская политика количественного смягчения, то есть девальвации. И единственный, кто может если не остановить валютную войну, то хотя бы сделать ее ограниченной и минимизировать последствия, это США, но они ставить свою экономику под удар не будут. Просто США наконец-то осознали, что возврата к прошлому быть не может, а потому теперь – каждый за себя. Привычная экономика кончилась, когда сломался ее двигатель – кредит и доверие, а из проблем проще выбираться самостоятельно, нежели тащить за собой весь мир.
Евросоюз медленнее реагирует в силу своей политической и экономической конструкции и громоздкости бюрократии, но и там уже понимают, что правила игры изменились, и время сильных валют ушло на неопределенно долгое время. Если Европа не хочет превратиться из Союза в территорию мелких государственных образований (а помимо самого ЕС развалятся еще и страны, вроде Бельгии, Испании и Италии), то меры принимать надо срочно и крепкая валюта в создавшейся ситуации – это самый короткий путь в небытие. Именно это и доказал безрезультатный и бессмысленный саммит МВФ, а очередная встреча в формате G20, которая состоится через месяц, еще раз это подтвердит.
В России, тем временем, появился свой собственный триумфатор. Им стал министр финансов Алексей Кудрин. Известный экономический журнал «Euromoney» торжественно назвал его министром финансов 2010 года! Не Нобелевская премия, конечно, но тоже лауреат, да и какие наши годы? Удивительное дело, но такой чести он удостоился как раз за то, за что США не устают критиковать Китай – за накопление валютных резервов. Тут ведь дело не в том, есть они, или нет, а в том, как тратятся. Что делает Китай? Вливает деньги в свою экономику и держит курс юаня низким, обеспечивая своим товарам преимущество. А наша политика заключается в слепом следовании рекомендациям МВФ и Россия – единственная страна в мире, не считая тех, у кого просто нет денег на интервенции, которая упорно укрепляет свою валюту! За это премьер на днях наградил своего министра медалью Столыпина, а агентство Moody’s повысило рейтинг российской банковской системы с «негативного» до «стабильного». А всего-то нужно сократить доходы населения - эта идея сейчас всячески продвигается, - а освободившиеся средства бросить на укрепление рубля. Надолго средств все равно не хватит, но у правительства идея-фикс – кризис закончился, скоро в «кубышку» водопадом хлынут нефтедоллары и Россия опять тихая гавань.
Есть и новый прожект: надо увеличить добычу газа до 1трлн. кубометров в год и продавать его в Китай! Правда Китаю газа и без того хватает – доля газа в энергобалансе Поднебесной всего 4% – и покупать он его согласен по цене не выше 160 долларов за тысячу кубометров, при себестоимости порядка 180 долларов и рентабельности 210, а цены для европейских потребителей в первом квартале текущего года упали с 407 до 287 долларов, ну и что? Зато будет, чем заняться! Тем более, что доходы от подобных операций уже учтены Минфином в оптимистических прогнозах на будущее.
А что вы хотите от министра, который обещает скорую победу над инфляцией при постоянном ежегодном росте цен на услуги ЖКХ и буквально пробивает бюджет, который с трудом можно исполнить при цене на нефть 75 долларов в то время, когда сам он твердо убежден, что уже весной она опустится до жалких 60?
А уж заслужил ли он свой титул лучшего министра финансов, пусть каждый решает сам. Другого у нас долго еще не будет, а лауреаты нынче в цене
Олег Аверкиев
Не является индивидуальной инвестиционной рекомендацией | При копировании ссылка обязательна | Нашли ошибку - выделить и нажать Ctrl+Enter | Жалоба