Согласно исследованию Economist Intelligence Unit, опубликованному 16 июня, новые риски, возникающие в банковской и страховой отраслях, могут сдержать их рост. В докладе, подготовленном совместно с SAS (международная компания, один из основных разработчиков аналитического программного обеспечения и решений класса "бизнес аналитика"), анализируется состояние управления рисками в секторе финансовых услуг после начала выхода из финансового кризиса. В глобальном опросе участвовало более 300 старших риск-менеджеров, почти 40% респондентов отметили увеличение аппетита к риску в своих компаниях за последние 12 месяцев. В то же время, в обзоре хорошо прослеживается то, что прогресс в модернизации и укреплении управления рисками замедлился.
"После 2008г. многое было сделано, чтобы исправить недостатки в области управления рисками, которые открылись в результате финансового кризиса и последующего спада", - считает автор доклада Абек Сен. Рынок финансовых услуг практически вернулся назад к докризисному росту, но необходимо проявлять бдительность в отношении новых или вновь возникающих рисков, подчеркивается в исследовании. Финансовые учреждения снова находится на подъеме, что, конечно же, усиливает аппетит их руководства к риску. После трех лет сокращения расходов, конкуренция за доходы и рентабельность усиливается. Учреждения в Азиатско-Тихоокеанском регионе чаще других, берут на себя повышенный риск.
Управление скрытыми рисками является сейчас одной из наиболее часто обсуждаемых проблем в сфере финансовых услуг. Турбулентность была доминирующей темой в мировой экономике в 2011г., и она по-прежнему усиливается из-за геополитических потрясений. Когда дело доходит до оценки уровня угрозы, две трети респондентов считают, что внешние риски представляют большую проблему, чем внутренние. Только 52% риск-менеджеров сообщили, что бизнес-процессы, разработанные для управления рисками, имеют достаточные возможности для решения комплексных задач, таких как волатильность.
Респонденты также отмечают, что в компаниях, в которых они работают, оценка риска с трудом восстанавливает свой авторитет после кризиса. Хотя половина опрошенных считает, что их влияние и соответственно возможность принять срочные меры по ограничению риска в течение последних 12 месяцев сохранилось. Как считают многие риск-менеджеры, в случае выявления ими серьезных рисков, финансовая организация, в которой они работают, не сможет отреагировать достаточно быстро. Разнообразные виды риска все чаще, игнорируются в этих организациях.
Основным выводом доклада является необходимость использования любых возможностей для улучшения отношений между риск-менеджментом и другими отделами бизнеса. Роль функционирования оценки риска в течение нескольких последних лет была повышена, но риск-менеджерам во многих организациях по-прежнему трудно построить сильные и открытые отношения с коллегами из других частей бизнеса. Практически все участники данного исследования отметили слабость связи между отделами, что является серьезным препятствием на пути эффективного управления риском.
С оценкой рисков далеко не все так просто, это было ясно и до доклада авторитетного издания The Economist. Под сомнение можно поставить саму возможность предсказать и оценить вероятные риски. В качестве исторического примера можно привести печально известный американский хедж-фонд Long-Term Capital Management (LTCM), чье банкротство в 1998г. едва не привело к коллапсу на мировых финансовых рынках. Фонд пришлось банкротить через суд, якобы за использование недобросовестной налоговой схемы, но участники событий знают, что истинная причина была совсем другой.
Чтобы проводить задуманные операции, фонд занимал огромные средства, на которые покупал государственные облигации развивающихся стран и продавал американские облигации, играя на уменьшение спрэда между ними. Среди партнеров и главных стратегов фонда фигурировали два лауреата Нобелевской премии по экономике Роберт Мертон и Майрон Шоулз, вместе с Фишером Блэком они разработали модель опционного ценообразования Блэка-Шоулза, за которую в 1997г. получили премию. Именно Мертон и Шоулз разработали сложную стратегию хеджирования рисков при инвестировании активов LTCM.
В середине 1998г. под управлением LTCM находилось 100 млрд долл. (собственный капитал составлял только 5 млрд долл.). LTCM покупал ГКО-ОФЗ и форвардные контракты "рубль-доллар". Дефолт 1998г. принес фонду потери 4 млрд долл. В октябре 1998г., когда LTCM оказался на грани краха, замерла вся мировая финансовая система. Надо сказать, на тот момент у фонда были открыты позиции по всему миру на 1,25 трлн долл. Для спасения фонда консорциуму из 14 американских банков пришлось выдать кредит на 3,6 млрд долл. Главы банков и инвестиционных фондов из США и Европы съехались вместе, чтобы выработать план спасения. Никто не хотел, чтобы LTCM вызвал еще один глобальный кризис. Благодаря этому удалось за три года провести ликвидацию LTCM, указав приемлемую для большинства официальную причину.
Светлана Дейнека
"После 2008г. многое было сделано, чтобы исправить недостатки в области управления рисками, которые открылись в результате финансового кризиса и последующего спада", - считает автор доклада Абек Сен. Рынок финансовых услуг практически вернулся назад к докризисному росту, но необходимо проявлять бдительность в отношении новых или вновь возникающих рисков, подчеркивается в исследовании. Финансовые учреждения снова находится на подъеме, что, конечно же, усиливает аппетит их руководства к риску. После трех лет сокращения расходов, конкуренция за доходы и рентабельность усиливается. Учреждения в Азиатско-Тихоокеанском регионе чаще других, берут на себя повышенный риск.
Управление скрытыми рисками является сейчас одной из наиболее часто обсуждаемых проблем в сфере финансовых услуг. Турбулентность была доминирующей темой в мировой экономике в 2011г., и она по-прежнему усиливается из-за геополитических потрясений. Когда дело доходит до оценки уровня угрозы, две трети респондентов считают, что внешние риски представляют большую проблему, чем внутренние. Только 52% риск-менеджеров сообщили, что бизнес-процессы, разработанные для управления рисками, имеют достаточные возможности для решения комплексных задач, таких как волатильность.
Респонденты также отмечают, что в компаниях, в которых они работают, оценка риска с трудом восстанавливает свой авторитет после кризиса. Хотя половина опрошенных считает, что их влияние и соответственно возможность принять срочные меры по ограничению риска в течение последних 12 месяцев сохранилось. Как считают многие риск-менеджеры, в случае выявления ими серьезных рисков, финансовая организация, в которой они работают, не сможет отреагировать достаточно быстро. Разнообразные виды риска все чаще, игнорируются в этих организациях.
Основным выводом доклада является необходимость использования любых возможностей для улучшения отношений между риск-менеджментом и другими отделами бизнеса. Роль функционирования оценки риска в течение нескольких последних лет была повышена, но риск-менеджерам во многих организациях по-прежнему трудно построить сильные и открытые отношения с коллегами из других частей бизнеса. Практически все участники данного исследования отметили слабость связи между отделами, что является серьезным препятствием на пути эффективного управления риском.
С оценкой рисков далеко не все так просто, это было ясно и до доклада авторитетного издания The Economist. Под сомнение можно поставить саму возможность предсказать и оценить вероятные риски. В качестве исторического примера можно привести печально известный американский хедж-фонд Long-Term Capital Management (LTCM), чье банкротство в 1998г. едва не привело к коллапсу на мировых финансовых рынках. Фонд пришлось банкротить через суд, якобы за использование недобросовестной налоговой схемы, но участники событий знают, что истинная причина была совсем другой.
Чтобы проводить задуманные операции, фонд занимал огромные средства, на которые покупал государственные облигации развивающихся стран и продавал американские облигации, играя на уменьшение спрэда между ними. Среди партнеров и главных стратегов фонда фигурировали два лауреата Нобелевской премии по экономике Роберт Мертон и Майрон Шоулз, вместе с Фишером Блэком они разработали модель опционного ценообразования Блэка-Шоулза, за которую в 1997г. получили премию. Именно Мертон и Шоулз разработали сложную стратегию хеджирования рисков при инвестировании активов LTCM.
В середине 1998г. под управлением LTCM находилось 100 млрд долл. (собственный капитал составлял только 5 млрд долл.). LTCM покупал ГКО-ОФЗ и форвардные контракты "рубль-доллар". Дефолт 1998г. принес фонду потери 4 млрд долл. В октябре 1998г., когда LTCM оказался на грани краха, замерла вся мировая финансовая система. Надо сказать, на тот момент у фонда были открыты позиции по всему миру на 1,25 трлн долл. Для спасения фонда консорциуму из 14 американских банков пришлось выдать кредит на 3,6 млрд долл. Главы банков и инвестиционных фондов из США и Европы съехались вместе, чтобы выработать план спасения. Никто не хотел, чтобы LTCM вызвал еще один глобальный кризис. Благодаря этому удалось за три года провести ликвидацию LTCM, указав приемлемую для большинства официальную причину.
Светлана Дейнека
Не является индивидуальной инвестиционной рекомендацией | При копировании ссылка обязательна | Нашли ошибку - выделить и нажать Ctrl+Enter | Жалоба