25 сентября 2012
Глава Министерства экономического развития (МЭР) Андрей Белоусов предлагает уменьшить нормативную величину Резервного фонда с 7 до 5% от ВВП, а высвободившиеся средства направить на финансирование структурных проектов. Свою позицию министр объяснил тем, что 7% ВВП Резервный фонд достигнет только в 2017 году, а 5% - уже в 2014-м, то есть начать использовать сверхдоходы можно будет раньше. Логично. Но последнее снижение планки произошло этим летом. И поспешность в желании получить к финансам доступ выглядит уже чрезмерной. Кроме того, как сразу же пояснил министр финансов Антон Силуанов, очередное усечение не пойдет на пользу сбалансированности бюджета.
Что зависит от Резервного фонда:
- предотвращает развитие «голландской болезни» в экономике;
- сокращается инфляция;
- на его величину ориентируются рейтинговые агенства при присвоении рейтингов и прогнозов по ним;
- инвесторы обращают внимание при покупке государственных обязательств РФ;
- стабильность бюджета, которая прямо влияет на стабильность рубля (при снижении доходов у чиновников возникает соблазн не резать расходы, а снизить курс национальной валюты);
- в конечном итоге привлекательность российского фондового рынка для иностранных инвесторов.
Шутка провидения или злой рок, но каждому министру финансов выпадают свои 2%. Их смысл меняется, подоплека трансформируется, но магическая цифра преследует глав монетарного ведомства, начиная от Михаила Касьянова, который вошел в историю нелицеприятной кличкой «Миша-два процента» якобы за участие в коррупционных делах. Алексею Кудрину тоже пришлось сражаться за 2% при снижении страховых взносов. Пришла пора и Антона Силуанова.
В истории с Резервным фондом на лицо классический конфликт интересов ведомств - для МЭРа важен экономический рост (а его прогноз на 2012 год уже снижен на 1,5 п.п.), для Минфина - возможность поддерживать госфинансы в недырявом состоянии, причем в долгосрочной перспективе.
В свое время, когда Алексей Кудрин протолкнул идею Стабфонда (его частью, по сути, и является Резервный фонд), критики обзывали его Плюшкиным, который маринует деньги, необходимые для развития экономики. Но тогдашний министр финансов был непреклонен - бюджет должен иметь «подушку безопасности». Накопил. В нынешний кризис Кудрину уже пели дифирамбы - мол, уберег и всех спас. Но стоило напряженности лишь немного схлынуть, как к неприкосновенному запасу вновь потянулись руки. Сможет ли Антон Силуанов, как и его предшественник, отбиться от желающих использовать «подушку безопасности»? И спасет ли это экономику?
Силуанов - министр относительно новый, кудринского политического веса не имеет. Но, в отличие от предшественника, Антон Силуанов меньше разбрасывается. Как человек-бюджет, он должен воспринимать предложение Белоусова как личное оскорбление. Перед Силуановым стоит задача - растянуть нынешние нефтяные успехи на многие годы вперед, чтобы обеспечить выполнение обязательств (причем повышенных) правительства. Можно возразить, конечно, что в эпоху печатных станков и разгоняющейся инфляции копить деньги сложно. Не проще ли пустить их на поддержание экономики, чтобы в дальнейшем получать прибыль с упомянутых Белоусовым инфраструктурных проектов.
Возможно, в стране с другим уровнем коррупции и разгильдяйства это и имело бы смысл. Но в свое время Счетная палата отметила, что нецелевым образом и неэффективно у нас используются сотни миллиардов бюджетных средств. Вряд ли стоит бросать в этот котел с трудом накопленные сбережения. Особенно учитывая особенность структурных проектов – благодатную почву для различного рода злоупотреблений.
Желание залезть в «заначку» не совсем логично еще с той точки зрения, что любое дополнительное вливание денег в экономику способствует разгону инфляции. Совсем недавно Центробанк наоборот пошел на весьма сомнительный шаг - увеличение ставки рефинансирования на фоне продолжающегося кризиса. Как раз для того, чтобы сдержать рост цен. Выходит, наши ведомства опять в лучших традициях лебедя, рака и щуки тянут одеяло на себя. Минтруд предложил отменить накопительный компонент пенсии, чтобы решить проблемы дефицита Пенсионного фонда. На ближайшую перспективу, может, несколько и снимут напряжение, но дальше что? Жизнь ведь сроком действия министерских портфелей не рассчитывается. Взятые правительством обязательства (а те же пенсии у нас повышали даже в кризис) придется выполнять.
Позиция Силуанова в этом смысле более симпатична. Государственное хозяйство, как и домашнее, только размерами побольше. А любая хорошая домохозяйка знает, что на «черный день» нужно иметь «заначку». Вот и приходится отбиваться от деятельных мужчин, которым лишь все «пропить, да прогулять». Ведь это министру финансов, когда дефицит затрещит по швам, придется занимать на внешних рынках под огромный кризисный процент. И нам с вами от этого легче не будет: увеличение долга приводит к нестабильности. Весь нынешний кризис можно считать кризисом долгов.
Что зависит от Резервного фонда:
- предотвращает развитие «голландской болезни» в экономике;
- сокращается инфляция;
- на его величину ориентируются рейтинговые агенства при присвоении рейтингов и прогнозов по ним;
- инвесторы обращают внимание при покупке государственных обязательств РФ;
- стабильность бюджета, которая прямо влияет на стабильность рубля (при снижении доходов у чиновников возникает соблазн не резать расходы, а снизить курс национальной валюты);
- в конечном итоге привлекательность российского фондового рынка для иностранных инвесторов.
Шутка провидения или злой рок, но каждому министру финансов выпадают свои 2%. Их смысл меняется, подоплека трансформируется, но магическая цифра преследует глав монетарного ведомства, начиная от Михаила Касьянова, который вошел в историю нелицеприятной кличкой «Миша-два процента» якобы за участие в коррупционных делах. Алексею Кудрину тоже пришлось сражаться за 2% при снижении страховых взносов. Пришла пора и Антона Силуанова.
В истории с Резервным фондом на лицо классический конфликт интересов ведомств - для МЭРа важен экономический рост (а его прогноз на 2012 год уже снижен на 1,5 п.п.), для Минфина - возможность поддерживать госфинансы в недырявом состоянии, причем в долгосрочной перспективе.
В свое время, когда Алексей Кудрин протолкнул идею Стабфонда (его частью, по сути, и является Резервный фонд), критики обзывали его Плюшкиным, который маринует деньги, необходимые для развития экономики. Но тогдашний министр финансов был непреклонен - бюджет должен иметь «подушку безопасности». Накопил. В нынешний кризис Кудрину уже пели дифирамбы - мол, уберег и всех спас. Но стоило напряженности лишь немного схлынуть, как к неприкосновенному запасу вновь потянулись руки. Сможет ли Антон Силуанов, как и его предшественник, отбиться от желающих использовать «подушку безопасности»? И спасет ли это экономику?
Силуанов - министр относительно новый, кудринского политического веса не имеет. Но, в отличие от предшественника, Антон Силуанов меньше разбрасывается. Как человек-бюджет, он должен воспринимать предложение Белоусова как личное оскорбление. Перед Силуановым стоит задача - растянуть нынешние нефтяные успехи на многие годы вперед, чтобы обеспечить выполнение обязательств (причем повышенных) правительства. Можно возразить, конечно, что в эпоху печатных станков и разгоняющейся инфляции копить деньги сложно. Не проще ли пустить их на поддержание экономики, чтобы в дальнейшем получать прибыль с упомянутых Белоусовым инфраструктурных проектов.
Возможно, в стране с другим уровнем коррупции и разгильдяйства это и имело бы смысл. Но в свое время Счетная палата отметила, что нецелевым образом и неэффективно у нас используются сотни миллиардов бюджетных средств. Вряд ли стоит бросать в этот котел с трудом накопленные сбережения. Особенно учитывая особенность структурных проектов – благодатную почву для различного рода злоупотреблений.
Желание залезть в «заначку» не совсем логично еще с той точки зрения, что любое дополнительное вливание денег в экономику способствует разгону инфляции. Совсем недавно Центробанк наоборот пошел на весьма сомнительный шаг - увеличение ставки рефинансирования на фоне продолжающегося кризиса. Как раз для того, чтобы сдержать рост цен. Выходит, наши ведомства опять в лучших традициях лебедя, рака и щуки тянут одеяло на себя. Минтруд предложил отменить накопительный компонент пенсии, чтобы решить проблемы дефицита Пенсионного фонда. На ближайшую перспективу, может, несколько и снимут напряжение, но дальше что? Жизнь ведь сроком действия министерских портфелей не рассчитывается. Взятые правительством обязательства (а те же пенсии у нас повышали даже в кризис) придется выполнять.
Позиция Силуанова в этом смысле более симпатична. Государственное хозяйство, как и домашнее, только размерами побольше. А любая хорошая домохозяйка знает, что на «черный день» нужно иметь «заначку». Вот и приходится отбиваться от деятельных мужчин, которым лишь все «пропить, да прогулять». Ведь это министру финансов, когда дефицит затрещит по швам, придется занимать на внешних рынках под огромный кризисный процент. И нам с вами от этого легче не будет: увеличение долга приводит к нестабильности. Весь нынешний кризис можно считать кризисом долгов.
/Элитный Трейдер, ELITETRADER.RU/
Не является индивидуальной инвестиционной рекомендацией | При копировании ссылка обязательна | Нашли ошибку - выделить и нажать Ctrl+Enter | Жалоба