23 января 2014
Впрочем, они же отрицают эти опасения, заявляя, что, судя по эмпирическим данным, при постепенном увеличении размера заработной платы потери рабочих мест в Америке не наблюдается. Это все равно, что утверждать, что, хотя огонь может довести воду до кипения, слабый огонь не будет ее нагревать. В поддержку этого заявления приводится часто цитируемое исследование Карда и Крюгера, которое было проведено еще в 1994 году и указывает на положительную корреляцию между повышением размера минимальной заработной платы и уровнем занятости в Нью-Джерси. Многие другие исследователи тщательно опровергали выводы этого исследования, и, что более важно, что даже его авторы в результате отказались от своих доводов.
Проблема с такими исследованиями, которые стремятся показать лишь положительные эффекты в результате подъема размера заработных плат без учета отрицательного воздействия, заключается в том, что посчитать количество тех людей, зарплаты которых увеличились, очень легко. Намного сложнее, если не невозможно вовсе, понять, сколько людей могли бы получить работу, но в результате не получили ее. Аналогично, смещение сокращения в плоскость немонетарных компенсаций не отразится в анализе монетарных факторов.
Однако эмпирические экономические данные все же полностью бесполезны. Такие данные более подходят для качественного, а не количественного прогнозирования (касающегося того, кто испытал воздействие, а не того, под какое воздействие попали эти лица). Например, базовая экономика утверждает, что минимальная заработная плата будет обязательно повышать уровень безработицы среди лиц, имеющих наименьший опыт. Фактически, если посмотреть на эмпирические данные, мы увидим именно такой эффект. Смотря на данные Бюро трудовой статистики, мы видим, что уровень безработицы (на июнь 2013 года) среди лиц в возрасте 16-19 лет составляет 24 %, а среди 20-24-летних людей - 14 %. Эти значения существенно превышают уровень безработицы (6 %) среди работников с достаточным опытом и навыками, которые делают их менее чувствительными к размерам минимальных заработных плат. В данном случае речь идет о людях в возрасте 25-54 лет. Лица, чья производительная ценность меньше минимальной заработной платы, фактически не имеют шансов на трудоустройство. У них нет возможности получить опыт и навыки, а их исключение с рынка занятости представляет собой чистый убыток для общества.
Минимальная заработная плата является лишь очередным оружием в арсенале заблудившегося прогрессивного человека, который пытается помочь бедным. Ошибка такого человека при использовании этого оружия заключается в том, что он считает всех работников находящимися в одинаковой ситуации; т.е. презюмирует, что большая часть работников получает минимальную заработную плату, а также что они равномерно распределены по домохозяйствам. На самом же деле все ровно наоборот: лишь 2,1 % почасовиков получают минимальную заработную плату, и лишь половина из них (55 %) имеют возраст 16-24 лет. Таким образом, существенное количество работников, получающих минимальную заработную плату, не нуждаются в этой заработной плате для поддержки своего домохозяйства.
В реальности работники в США получают две заработные платы: одну от своего работодателя, а вторую - от штата. Например, доход человека, который получает минимальную заработную плату при работе в полный рабочий день, составляет 15000 долларов в год, но он также имеет право на дополнительные государственные дотации, которые доводят его совокупное вознаграждение до приблизительно 35000 долларов в год при отсутствии детей или до 52000 долларов в год при их наличии. Фактически повышение заработной платы не обязательно помогает избавиться от такой государственной поддержки. По мере роста размера заработной платы такая помощь обычно стремительно сокращается, означая, что увеличение заработной платы всего на 1 доллар может означать потерю тысяч долларов в виде помощи. Это снижает мотивацию у работников для повышения квалификации и размера заработной платы. Такое субсидирование заработной платы извращает нормальные стимулы, которые образуются при обмене между работодателем и сотрудником: и работодатель, и работник знают о субсидиях, потому каждый из них стремится предложить меньше и принять меньше, а не потребовать больше и отдать больше.
Бесплатный сыр бывает только в мышеловке — субсидии должны откуда-то поступать, и они субсидии финансируются за счет налогов. В конечном итоге работодателям приходит платить больше. Все работодатели платят налоги, но лишь немногие из них получают выгоду за счет субсидирования заработной платы, что создает перераспределение от одного класса компаний в пользу другого. Фактически мы вынуждаем компании с высокими заработными платами платить компаниям с низкими зарплатами за то, что они поддерживают уровень заработных плат у себя на низком уровне.
Таким образом, с учетом того, что законы о минимальном размере заработной платы и прочие формы их субсидирования наносят вред установленной цели улучшения условий жизни тех лиц, которые считаются бедными, нам следует ответить на вопрос, который постоянно задается людьми, верящими в то, что помощь к ним может прийти только со стороны государства: «Как же повысить размеры зарплаты, если не с помощью минимального ее размера?» Для того, чтобы ответить на этот вопрос, нам следует понять, что существует лишь два возможных варианта повышения уровня жизни. Первый - это применение силы (государственного вмешательства). Второй же метод заключается в том, что каждого рационального человека следует поставить в ситуацию отсутствия влияния со стороны государства, которое нарушает стимулы, влияющие на процесс принятия решений. За счет этого удастся улучшить или изменить свои навыки таким образом, чтобы они соответствовали наиболее востребованным на рынке в настоящее время.
Самосовершенствование посредством обучения и/или опыта работы является лучшим ответом на вопрос «Как мне заработать больше?» Государственное вмешательство, которые приводит к тому, что меньшее количество людей получает опыт, может повлечь за собой лишь разочарование в собственных возможностях к самосовершенствованию. Отмена минимального размера заработных плат является необходимым, хотя и недостаточным, первым шагом к улучшению экономической ценности неквалифицированной и неопытной рабочей силы.
Проблема с такими исследованиями, которые стремятся показать лишь положительные эффекты в результате подъема размера заработных плат без учета отрицательного воздействия, заключается в том, что посчитать количество тех людей, зарплаты которых увеличились, очень легко. Намного сложнее, если не невозможно вовсе, понять, сколько людей могли бы получить работу, но в результате не получили ее. Аналогично, смещение сокращения в плоскость немонетарных компенсаций не отразится в анализе монетарных факторов.
Однако эмпирические экономические данные все же полностью бесполезны. Такие данные более подходят для качественного, а не количественного прогнозирования (касающегося того, кто испытал воздействие, а не того, под какое воздействие попали эти лица). Например, базовая экономика утверждает, что минимальная заработная плата будет обязательно повышать уровень безработицы среди лиц, имеющих наименьший опыт. Фактически, если посмотреть на эмпирические данные, мы увидим именно такой эффект. Смотря на данные Бюро трудовой статистики, мы видим, что уровень безработицы (на июнь 2013 года) среди лиц в возрасте 16-19 лет составляет 24 %, а среди 20-24-летних людей - 14 %. Эти значения существенно превышают уровень безработицы (6 %) среди работников с достаточным опытом и навыками, которые делают их менее чувствительными к размерам минимальных заработных плат. В данном случае речь идет о людях в возрасте 25-54 лет. Лица, чья производительная ценность меньше минимальной заработной платы, фактически не имеют шансов на трудоустройство. У них нет возможности получить опыт и навыки, а их исключение с рынка занятости представляет собой чистый убыток для общества.
Минимальная заработная плата является лишь очередным оружием в арсенале заблудившегося прогрессивного человека, который пытается помочь бедным. Ошибка такого человека при использовании этого оружия заключается в том, что он считает всех работников находящимися в одинаковой ситуации; т.е. презюмирует, что большая часть работников получает минимальную заработную плату, а также что они равномерно распределены по домохозяйствам. На самом же деле все ровно наоборот: лишь 2,1 % почасовиков получают минимальную заработную плату, и лишь половина из них (55 %) имеют возраст 16-24 лет. Таким образом, существенное количество работников, получающих минимальную заработную плату, не нуждаются в этой заработной плате для поддержки своего домохозяйства.
В реальности работники в США получают две заработные платы: одну от своего работодателя, а вторую - от штата. Например, доход человека, который получает минимальную заработную плату при работе в полный рабочий день, составляет 15000 долларов в год, но он также имеет право на дополнительные государственные дотации, которые доводят его совокупное вознаграждение до приблизительно 35000 долларов в год при отсутствии детей или до 52000 долларов в год при их наличии. Фактически повышение заработной платы не обязательно помогает избавиться от такой государственной поддержки. По мере роста размера заработной платы такая помощь обычно стремительно сокращается, означая, что увеличение заработной платы всего на 1 доллар может означать потерю тысяч долларов в виде помощи. Это снижает мотивацию у работников для повышения квалификации и размера заработной платы. Такое субсидирование заработной платы извращает нормальные стимулы, которые образуются при обмене между работодателем и сотрудником: и работодатель, и работник знают о субсидиях, потому каждый из них стремится предложить меньше и принять меньше, а не потребовать больше и отдать больше.
Бесплатный сыр бывает только в мышеловке — субсидии должны откуда-то поступать, и они субсидии финансируются за счет налогов. В конечном итоге работодателям приходит платить больше. Все работодатели платят налоги, но лишь немногие из них получают выгоду за счет субсидирования заработной платы, что создает перераспределение от одного класса компаний в пользу другого. Фактически мы вынуждаем компании с высокими заработными платами платить компаниям с низкими зарплатами за то, что они поддерживают уровень заработных плат у себя на низком уровне.
Таким образом, с учетом того, что законы о минимальном размере заработной платы и прочие формы их субсидирования наносят вред установленной цели улучшения условий жизни тех лиц, которые считаются бедными, нам следует ответить на вопрос, который постоянно задается людьми, верящими в то, что помощь к ним может прийти только со стороны государства: «Как же повысить размеры зарплаты, если не с помощью минимального ее размера?» Для того, чтобы ответить на этот вопрос, нам следует понять, что существует лишь два возможных варианта повышения уровня жизни. Первый - это применение силы (государственного вмешательства). Второй же метод заключается в том, что каждого рационального человека следует поставить в ситуацию отсутствия влияния со стороны государства, которое нарушает стимулы, влияющие на процесс принятия решений. За счет этого удастся улучшить или изменить свои навыки таким образом, чтобы они соответствовали наиболее востребованным на рынке в настоящее время.
Самосовершенствование посредством обучения и/или опыта работы является лучшим ответом на вопрос «Как мне заработать больше?» Государственное вмешательство, которые приводит к тому, что меньшее количество людей получает опыт, может повлечь за собой лишь разочарование в собственных возможностях к самосовершенствованию. Отмена минимального размера заработных плат является необходимым, хотя и недостаточным, первым шагом к улучшению экономической ценности неквалифицированной и неопытной рабочей силы.
Не является индивидуальной инвестиционной рекомендацией | При копировании ссылка обязательна | Нашли ошибку - выделить и нажать Ctrl+Enter | Жалоба