1. Поднимая в прошлую пятницу центральную ставку по своим операциям до 8% (и тем самым – ставки денежного, т.е. межбанковского рынка получения ликвидности практически к 9%) ЦБ мотивировал это более медленным, по сравнению с прогнозами, снижением инфляции. Думается, на самом деле, этот фактор, если и был принят в расчет, то вряд стал главным. По итогам июля из-за более умеренной индексации тарифов на коммунальные услуги населению годовая инфляция снизится с июньских 7.8% до 7.45-7.55% (это все еще на 1 п.п. выше верхней границы целевого интервала на конец года), и вряд ли кто-то ожидал меньше. Так что если исходить только из этих цифр, то ставку следовало поднять еще в июне.
Но в период между решениями ЦБ добавились три новых фактора инфляционного давления:
вероятная «административная инфляция» в связи с обсуждаемыми предложениями повысить грузовые железнодорожные тарифы (может добавить, по оценкам, краткосрочно к инфляции 0.1-0.2 п.п.) и ввести налог с продаж (что повысит инфляцию еще на 1-2 п.п. до конца года, если такое решение будет принято осенью);
новый виток политической напряженности, создавший «вторую волну» давления на рубль, правда, пока довольно умеренную (ЦБ с 12 мая не прибегает к интервенциям по сглаживанию колебаний рубля, а с 17 июня расширил интервал, где может свободно колебаться курс бивалютной корзины, до 5.1 руб., сейчас он 37.35-42.45, последнее значение - 41.2), ослабление рубля также экономически эквивалентно налоговому изъятию доходов;
продовольственная дефляция, ожидаемая в связи с хорошим урожаем, по первым данным вероятно выходит слабее, чем ожидалась (хотя основное слово тут скажет цифра августа), причем на сей раз более быстрый рост цен уже нельзя объяснить влиянием специфических продовольственных шоков (запрет ввоза свинины из ЕС и т.п.), их влияние уже прошло (правда, на их место приходят новые из-за запрета импорта еды из Украины).
Отреагировав на эти информационные шоки повышением ставок, и пообещав продолжить его в дальнейшем, невзирая на ощутимо ухудшившиеся в июне (т.е. последние доступные) показатели совокупного спроса и выпуска, ЦБ продемонстрировал твёрдость намерения опустить в среднесрочной перспективе инфляцию до 4%, даже если при этом приходится противостоять политическим решениям, находящимся вне его контроля. Эта демонстрация независимости ЦБ, коль скоро она сохраняется и допускается политическим руководством, несомненно, позитивно скажется на восстановлении роста выпуска и инвестиций в среднесрочной перспективе, если ее удастся сохранять. Но, кончено, в краткосрочном плане рост ставок не может не отразиться на прогнозах экономического роста негативно:
через дальнейшее ухудшение условий доступа к финансам для предприятий и населения, добавляя свою порцию негатива к экономическим санкциям (расширение корпоративного кредитования в первой половине года в ответ на рост ставок не должно создавать иллюзий, рублевые кредиты привлекались в данном случае просто для замещения накапливаемой валюты;
через расширение кредитования по субсидированным ставкам, выбор направлений которого передается правительству. Таким образом, рыночный отбор проектов в возрастающей мере замещается административным. Образно говоря, такой ползучий возврат в «плановую экономику» напоминает ситуацию, когда механизм в часах замещается неким мужиком, который крутит стрелки по своему разумению, пытаясь подражать настоящим часам, получается это всегда хреново. Давление властей по расширению «специальных средств» в кредитной политике банков уже закрепилось в литературе под названиями «Бразилизация» кредитных рынков, и по опыту этой страны (не говоря уже о примере более близкой к нам братской республики) от такого соблазна – распределять что-то вручную – властям бывает трудно отказаться в дальнейшем
2. Между тем, показатели состояния экономики (выпуск и покупки в июне, опережающие индикаторы деловой активности в июле) и так выглядели неважно. МЭР предварительно оценил прирост ВВП в годовом сопоставлении во 2Q14 в 1.1% (с ускорением против 0.9% в 1Q14), что в переводе на более адекватно отражающий текущую ситуацию формат «к предыдущему кварталу с сезонной коррекций» дает рост, примерно равный спаду предыдущего квартала (т.е. ВВП восстановился приблизительно до уровня последнего квартала прошлого года, или чуть меньше). Таким образом, экономике РФ пока удалось избежать технической рецессии (спада в 2-х кварталах подряд). Однако показатели конца квартала выглядели неважно.
В промышленности прекратилось действие кратковременных драйверов (повышенный спрос из-за «курсовой паники», частичное импортозамещение в результате ослабления рубля и снижения импорта из Украины и ЕС), и выпуск снизился. Потребительский спрос также снижался третий месяц подряд на фоне стагнации доходов и замедления кредитования населения. А объемы инвестиции и строительства хоть и развернулись к небольшому росту после более чем годичного спада, но поддерживаются продолжением жилищно-строительного бума, представляющего собой в значительной мере достройку девелоперами квартир, оплаченных ранее. Ухудшение условий кредитования вряд ли позволит поддерживать такой спрос на недвижимость в дальнейшем.
Не является индивидуальной инвестиционной рекомендацией | При копировании ссылка обязательна | Нашли ошибку - выделить и нажать Ctrl+Enter | Жалоба