24 марта 2009 Pro Finance Service | Архив
Устойчивость доллара против евро кажется еще более поразительной на фоне роста фондовых рынков и того, что обозреватели сейчас называют "снижение темпов бегства от риска" - хотя, что такое риск, во времена жесточайшего финансового кризиса, падения мировой экономики и сокращения объемов мировой торговли. Последние дни марта могут войти в историю, как переломный момент кризиса. Да, лауреаты нобелевской премии по экономике расходятся во мнениях относительно значимости механизмов государственно-частных партнерств. Однако долгосрочным и среднесрочным инвесторам, следящим за их дискуссиями, приходится углубляться в теоретические дебри и они рискуют за деревьями леса не увидеть.
Штаты наносят один удар за другим, формируя, таким образом, эффект неожиданности, который создает впечатление, что ФРС опережает кривую. Только вдумайтесь! ФРС планирует не только резко увеличить объем закупаемых Минфином гос. облигаций и ценных бумаг, обеспеченных ипотекой, но и расширить программу TALF, включив в нее, так называемые старые активы, а затем привести в действие механизм государственно-частных партнерств. В довершение всего, страх перед грабительскими налогами на премии биржевикам, которые подняли целую бурю юридической и этической критики, поутих, поскольку Конгресс, кажется, не торопится с радикальными решениями, а Президент Обама в своем 60-минутном интервью проявил завидное хладнокровие в этом вопросе. На самом деле, кажется, что запала популистов хватило только на возмутительный факт растраты 1% средств, выделенных для спасения AIG, на выплату премий, поэтому они никак не проигнорировали на достаточно вольные условия механизма партнерства, которые, очевидно, будут с восторгом приняты многими управляющими активами. И это еще не все. Вчера вечером, после закрытия рынков в США, ФРС и Минфин сделали совместный пресс-релиз.
Необычность таких совместных действий лишь подчеркивает их значимость. Формируется некая новая схема разделения труда между этими органами. Во-первых, Конгресс будет стремиться обеспечить ЦБ инструментами, необходимыми для стерилизации последствий финансирования запланированных мероприятий. Это указывает на то, что ФРС, вероятно, в скором будущем начнет выпускать собственные бумаги. Вспомните, что раньше Минфин частично финансировал расширение баланса ФРС через покупку гос. краткосрочных облигаций. Официальные лица министерства не горят желанием выпускать дополнительные краткосрочные облигации, чтобы компенсировать выкуп долговых бумаг, но, кажется, эту битву они проиграли. И это важно. Это значит, что расширение баланса ФРС будет происходить не только за счет печатания денег.
Но было бы ошибочным думать, что ФРС не участвует в процессе количественного ослабления. Еще как! Просто не в той степени, о которой говорили критики. Кроме того, этот факт подтверждает, что ярлык, навешенный на ЦБ, как на заведение "все в одном", совершенно не оправдан. ФРС и Минфин признали обоснованность некоторой критики. Похоже, они договорились, что ФРС избавиться от некоторых рисковых активов или переведет их Министерству. Это пример того, что взаимоотношения ЦБ и Минфина продолжают развиваться. Так было испокон века, с тех пор, когда в 1913 году Конгресс и банки договорились об учреждении ФРС.
Гибкость США не ограничивается рынком труда. Это в большей степени институциональная гибкость. В Европе ничего подобного нет. Отсутствие институциональной гибкости говорит о том, что в процесс приходится вовлекать МВФ. То, что не могут или не хотят сделать европейцы, приходится делать МВФ. А, между тем, после азиатского финансового кризиса 1997-1998 гг., страны Азии питают к этому учреждению особую неприязнь, поэтому они создали параллельные системы и сети соглашений о свопах, чтобы избежать обращения к МВФ.
Brown Brothers Harriman
Штаты наносят один удар за другим, формируя, таким образом, эффект неожиданности, который создает впечатление, что ФРС опережает кривую. Только вдумайтесь! ФРС планирует не только резко увеличить объем закупаемых Минфином гос. облигаций и ценных бумаг, обеспеченных ипотекой, но и расширить программу TALF, включив в нее, так называемые старые активы, а затем привести в действие механизм государственно-частных партнерств. В довершение всего, страх перед грабительскими налогами на премии биржевикам, которые подняли целую бурю юридической и этической критики, поутих, поскольку Конгресс, кажется, не торопится с радикальными решениями, а Президент Обама в своем 60-минутном интервью проявил завидное хладнокровие в этом вопросе. На самом деле, кажется, что запала популистов хватило только на возмутительный факт растраты 1% средств, выделенных для спасения AIG, на выплату премий, поэтому они никак не проигнорировали на достаточно вольные условия механизма партнерства, которые, очевидно, будут с восторгом приняты многими управляющими активами. И это еще не все. Вчера вечером, после закрытия рынков в США, ФРС и Минфин сделали совместный пресс-релиз.
Необычность таких совместных действий лишь подчеркивает их значимость. Формируется некая новая схема разделения труда между этими органами. Во-первых, Конгресс будет стремиться обеспечить ЦБ инструментами, необходимыми для стерилизации последствий финансирования запланированных мероприятий. Это указывает на то, что ФРС, вероятно, в скором будущем начнет выпускать собственные бумаги. Вспомните, что раньше Минфин частично финансировал расширение баланса ФРС через покупку гос. краткосрочных облигаций. Официальные лица министерства не горят желанием выпускать дополнительные краткосрочные облигации, чтобы компенсировать выкуп долговых бумаг, но, кажется, эту битву они проиграли. И это важно. Это значит, что расширение баланса ФРС будет происходить не только за счет печатания денег.
Но было бы ошибочным думать, что ФРС не участвует в процессе количественного ослабления. Еще как! Просто не в той степени, о которой говорили критики. Кроме того, этот факт подтверждает, что ярлык, навешенный на ЦБ, как на заведение "все в одном", совершенно не оправдан. ФРС и Минфин признали обоснованность некоторой критики. Похоже, они договорились, что ФРС избавиться от некоторых рисковых активов или переведет их Министерству. Это пример того, что взаимоотношения ЦБ и Минфина продолжают развиваться. Так было испокон века, с тех пор, когда в 1913 году Конгресс и банки договорились об учреждении ФРС.
Гибкость США не ограничивается рынком труда. Это в большей степени институциональная гибкость. В Европе ничего подобного нет. Отсутствие институциональной гибкости говорит о том, что в процесс приходится вовлекать МВФ. То, что не могут или не хотят сделать европейцы, приходится делать МВФ. А, между тем, после азиатского финансового кризиса 1997-1998 гг., страны Азии питают к этому учреждению особую неприязнь, поэтому они создали параллельные системы и сети соглашений о свопах, чтобы избежать обращения к МВФ.
Brown Brothers Harriman
http://www.profinance.ru/ Источник
Не является индивидуальной инвестиционной рекомендацией | При копировании ссылка обязательна | Нашли ошибку - выделить и нажать Ctrl+Enter | Жалоба