25 ноября 2009 Архив
Падение Берлинской Стены 20 лет назад обозначило собой поворотный момент в истории Европы. Оглядываясь на прошлое, оно также означало начало конца неоспоримого глобального влияния Европы.
Поскольку влияние Азии и Латинской Америки возросло, пропорциональное влияние даже крупных Европейских государств сократилось. Как-будто бы специально отмечая это, Американский президент отметил годовщину падения Берлинской Стены по пути в Китай.
Это тревожный знак для Европы. Или ЕС развивает способность вести и формировать глобальную программу действий, или придется признать, что эти процессы будут происходить в других местах, прежде всего, в Азии и Америке.
Наш успех в ведении ближайших дебатов по изменению климата, реформе финансовых рынков, глобальной торговле и международному экономическому управлению будет зависеть от амбиций и слаженности совместной позиции Европейских государств.
Некоторые комментаторы чувствовали, что выбор Европейским Союзом нового президента и высокого представителя на международной арене не преследует никаких континентальных амбиций. Герман Ван Ромпуй (Herman Van Rompuy) и Леди Эштон (Lady Ashton) без сомнения стремятся доказать неправильность таких суждений.
Но дилемма Европы заключается не только в распространении влияния. Влияние ЕС будет неизбежно привязано к его экономической силе. За следующее десятилетие Европа должна будет справиться с проблемой конкурентоспособности развивающихся экономик, очистить свою экономическую систему и создать десятки миллионов рабочих мест. Провал в подобном плане сильно повлияет на престиж ЕС и лично на президента и высокого представителя.
Развивающиеся экономики особенно упорно трудятся, чтобы достичь относительных преимуществ Европы. Подобно тому, как они неизбежно будут использовать неспособность роста Европейской производительности или инноваций, они также будут использовать любую возможность для ухода от открытости рынка для оправдания закрытости своего рынка от нашего экспорта или субсидирования своей промышленности.
Это придает чрезвычайно важное значение стратегии ЕС по вопросам занятости, экономического роста и распределения больших экономических портфелей в следующем году. Именно поэтому перед Новым Годом в Великобритании будут опубликованы новые предложения по Европейской стратегии роста. Люди, которых назначает президент комиссии Хосе Мануэль Бароссо (José Manuel Barroso) на ключевые должности по вопросам конкуренции, внутреннего рынка и торговли будут нести большую ответственность в определении направления политики ЕС.
Бароссо должен осознавать это и формировать команду уполномоченных, которые могут работать с проблемами и реформами, как это сделал он в 2004 году, когда взял в руки бразды правления. Программа действий по реформированию Европейской экономики и рынка труда стала более акутальной из-за банковского кризиса. Единый рынок остается неполным в таких важных аспектах, как бизнес и специализированные услуги. И это не теория: все это важно для создания новых рабочих мест.
В Европе остается сильный политический оттенок глобализации, как я это явно замечал во время работы на посту Комиссара ЕС по торговле. Многие Европейцы перестали верить в то, что банковский кризис дал им в руки козырную карту в дебатах об открытых рынках. Новая Комиссия должна настаивать на более обоснованных взглядах.
Решение об ослаблении государственной помощи от ЕС в качестве чрезвычайной меры после банковского кризиса было неизбежным, однако, оно должно быть полностью пересмотрено в 2010 году. Будет оказано давление на то, чтобы отойти от нужд на восстановление к аргументам для субсидирования защиты рабочих мест или отраслей промышленности, которые теряют свою жизнеспособность. Это необходимо будет сделать тактично, но решительно.
Новые комиссары должны показать нечто большее, чем молчаливое единодушие, так как сейчас мало стремиться к Европейской согласованности ради самих себя. В большинстве, Европейская согласованность ведет к наименьшему общему знаменателю. Европа должна обозначить свою точку зрения гораздо весомее.
Тем не менее, даже самые значительные личности и самые вдохновленные руководители в Брюсселе будут “буксовать”, если государства ЕС не признают своих интересов так же, как национальные прерогативы. Институциональная реформа в Лиссабонском договоре будет мало что значить без политического желания работать вместе на Европейском уровне.
Этот как раз тот момент, когда мы должны спросить себя, какую Европу мы хотим видеть. Ответ на этот вопрос никогда не будет зависеть от особенностей Европейского президента или новых комиссаров по отдельности. Барросо должен возглавить курс и управлять, но, в конечном счете, будущее Европы будет определено взглядами и амбициями самих Европейских правительств.
Автор Лорд Мандельсон (Mandelson) министр по делам бизнеса в Великобритании
Europe needs action, not quiet consensus, The Financial Times
Поскольку влияние Азии и Латинской Америки возросло, пропорциональное влияние даже крупных Европейских государств сократилось. Как-будто бы специально отмечая это, Американский президент отметил годовщину падения Берлинской Стены по пути в Китай.
Это тревожный знак для Европы. Или ЕС развивает способность вести и формировать глобальную программу действий, или придется признать, что эти процессы будут происходить в других местах, прежде всего, в Азии и Америке.
Наш успех в ведении ближайших дебатов по изменению климата, реформе финансовых рынков, глобальной торговле и международному экономическому управлению будет зависеть от амбиций и слаженности совместной позиции Европейских государств.
Некоторые комментаторы чувствовали, что выбор Европейским Союзом нового президента и высокого представителя на международной арене не преследует никаких континентальных амбиций. Герман Ван Ромпуй (Herman Van Rompuy) и Леди Эштон (Lady Ashton) без сомнения стремятся доказать неправильность таких суждений.
Но дилемма Европы заключается не только в распространении влияния. Влияние ЕС будет неизбежно привязано к его экономической силе. За следующее десятилетие Европа должна будет справиться с проблемой конкурентоспособности развивающихся экономик, очистить свою экономическую систему и создать десятки миллионов рабочих мест. Провал в подобном плане сильно повлияет на престиж ЕС и лично на президента и высокого представителя.
Развивающиеся экономики особенно упорно трудятся, чтобы достичь относительных преимуществ Европы. Подобно тому, как они неизбежно будут использовать неспособность роста Европейской производительности или инноваций, они также будут использовать любую возможность для ухода от открытости рынка для оправдания закрытости своего рынка от нашего экспорта или субсидирования своей промышленности.
Это придает чрезвычайно важное значение стратегии ЕС по вопросам занятости, экономического роста и распределения больших экономических портфелей в следующем году. Именно поэтому перед Новым Годом в Великобритании будут опубликованы новые предложения по Европейской стратегии роста. Люди, которых назначает президент комиссии Хосе Мануэль Бароссо (José Manuel Barroso) на ключевые должности по вопросам конкуренции, внутреннего рынка и торговли будут нести большую ответственность в определении направления политики ЕС.
Бароссо должен осознавать это и формировать команду уполномоченных, которые могут работать с проблемами и реформами, как это сделал он в 2004 году, когда взял в руки бразды правления. Программа действий по реформированию Европейской экономики и рынка труда стала более акутальной из-за банковского кризиса. Единый рынок остается неполным в таких важных аспектах, как бизнес и специализированные услуги. И это не теория: все это важно для создания новых рабочих мест.
В Европе остается сильный политический оттенок глобализации, как я это явно замечал во время работы на посту Комиссара ЕС по торговле. Многие Европейцы перестали верить в то, что банковский кризис дал им в руки козырную карту в дебатах об открытых рынках. Новая Комиссия должна настаивать на более обоснованных взглядах.
Решение об ослаблении государственной помощи от ЕС в качестве чрезвычайной меры после банковского кризиса было неизбежным, однако, оно должно быть полностью пересмотрено в 2010 году. Будет оказано давление на то, чтобы отойти от нужд на восстановление к аргументам для субсидирования защиты рабочих мест или отраслей промышленности, которые теряют свою жизнеспособность. Это необходимо будет сделать тактично, но решительно.
Новые комиссары должны показать нечто большее, чем молчаливое единодушие, так как сейчас мало стремиться к Европейской согласованности ради самих себя. В большинстве, Европейская согласованность ведет к наименьшему общему знаменателю. Европа должна обозначить свою точку зрения гораздо весомее.
Тем не менее, даже самые значительные личности и самые вдохновленные руководители в Брюсселе будут “буксовать”, если государства ЕС не признают своих интересов так же, как национальные прерогативы. Институциональная реформа в Лиссабонском договоре будет мало что значить без политического желания работать вместе на Европейском уровне.
Этот как раз тот момент, когда мы должны спросить себя, какую Европу мы хотим видеть. Ответ на этот вопрос никогда не будет зависеть от особенностей Европейского президента или новых комиссаров по отдельности. Барросо должен возглавить курс и управлять, но, в конечном счете, будущее Европы будет определено взглядами и амбициями самих Европейских правительств.
Автор Лорд Мандельсон (Mandelson) министр по делам бизнеса в Великобритании
Europe needs action, not quiet consensus, The Financial Times
/templates/new/dleimages/no_icon.gif Источник
Не является индивидуальной инвестиционной рекомендацией | При копировании ссылка обязательна | Нашли ошибку - выделить и нажать Ctrl+Enter | Жалоба