14 января 2010
Венесуэла – зеркало, в которое можно посмотреться, воспеть мудрость Кудрина и Игнатьева, и пойти собирать деньги на конный им памятник, пока бронза не подорожала
ГЛЯЖУ В ТЕБЯ КАК В ЗЕРКАЛО
Неделю назад Венесуэла провела девальвацию боливара и ввела драконовские меры по ценовому контролю с участием представителей армии, поскольку народные массы по старой доброй традиции бросились скупать импортные товары до их неизбежного подорожания. Оппозиция выступила с разгромными заявлениями, добавив к длинному списку прегрешений синьора Уго еще одно попрание и растоптание национальной экономики. Однако во всем остальном мире, включая обычно нервных глобальных инвесторов, реакции практически не было.
НАЗАД В БУДУЩЕЕ
Решение Венесуэлы – мера крайне допотопная. Введение двойного курса по приоритетным и неприоритетным операциям – классика политики множественных валютных курсов, которая с блеском использовалась еще архитектором нацистской промышленной политики Ялмаром Шахтом в бытность его главой Рейхсбанка еще до Второй мировой войны. После войны наличие нескольких курсов было нормой для очень многих стран. Оно позволяло государству лучше рулить перетоком капитала в приоритетные направления развития и социально значимые или объявленные таковыми товары и нужды. С появлением «Вашингтонского консенсуса» и либерализацией валютных курсов большинство государств стали рулить экономикой путем плавающих курсов и процентной политики либо жестким одноканальным механизмом «валютного совета». В России множественные валютные курсы вымерли еще в начале 90-х, а сам валютный контроль в основном приказал долго жить к 2007 году. В последние годы даже экзотические режимы так себя не вели. Вместе с тем, ничего ужасного и непредсказуемого в таком режиме нет ни для бизнеса (умеющего обходить ограничения и давать откаты за более выгодный курс), ни для населения, ни для самого венесуэльского государства (способного напечатать и потратить больше боливаров под экспортные поступления, на 93% состоящие из доходов от экспорта нефти). Цикл «новая курсовая политика – дефицит и махинации – всплеск инфляции» давно и хорошо известен, равно как и финал – новый раунд девальвации и возврат к единому курсу. От стабилизации «надежно защищает» крайне инфляционная бюджетная политика, даже при высокой цене на нефть. Армейские рейды и массированные кредиты той же Аргентине только добавляют остроты.
МЕРТВЫЕ НЕ ПОТЕЮТ
Отсутствие реакции кредиторов тоже можно понять. Венесуэльская ситуация вполне понятна, равно как и понятно, что платежеспособность страны зависит только от цены на нефть. Девальвация достаточно нейтральна политически: ее провели за девять месяцев до крайне важных выборов в Национальную Ассамблею, которая может поддержать несколько потускневшего в последнее время синьора Президента, а может его и окончательно доконать. В любом случае от нового выверта властей хуже не станет: и незначительные изменения в доходности венесуэльских облигаций – хорошее подтверждение. Любители риска делают ставки на другие события, а для более осторожной публики возможность инвестиций в них находится за гранью разумного. С точки зрения «отморозков», это не новость, остальным все равно, мертвые не потеют. При этом понятно, что нового предложения венесуэльского долга тоже не ожидается: покупать его до прояснения политических перспектив нынешнего правительства вряд ли будут даже по высокой доходности. Большая игра на венесуэльском долге если и начнется, то ближе ко дню выборов. Риск же подобных действий в других проблемных странах маловероятен: ситуация слишком специфичная, а в странах еврозоны или кандидатах туда – вообще невообразимая. Падение их рейтингов или рейтинга Калифорнии для среднего долгового инвестора куда страшнее из-за большего масштаба рисков.
КУДРИНА – НА КОНЯ
Нам же остается только порадоваться за себя, что живем не на строительстве боливарианского социализма. Наши власти делают много разного, но разумная бюджетная и валютная политика заслуживает похвал. Даже введение мягкого валютного контроля воспринимается как маловероятная перспектива, а уж армейские рейды (в отличие от милицейских) по розничным точкам кажутся взятыми из плохих боевиков о жизни разнообразных хунт. При этом «выгоды» от такой финансовой политики, с поправкой на размеры и структуру экономики наших стран, были бы достаточно похожи: переполненный бюджет и высокие соцрасходы в обмен на сильную инфляцию и забытый дефицит. Наш южноамериканский партнер – в некотором смысле, колоритное зеркало, в которое можно посмотреться, подивиться, воспеть мудрость Кудрина и Игнатьева, и пойти собирать деньги на конный им памятник прямо на площади Ильинских ворот. Неплохо успеть, пока бронза еще не вздорожала на общей волне всемирного оптимизма, не увядшей от странных новостей из Каракаса
Антон Табах
ГЛЯЖУ В ТЕБЯ КАК В ЗЕРКАЛО
Неделю назад Венесуэла провела девальвацию боливара и ввела драконовские меры по ценовому контролю с участием представителей армии, поскольку народные массы по старой доброй традиции бросились скупать импортные товары до их неизбежного подорожания. Оппозиция выступила с разгромными заявлениями, добавив к длинному списку прегрешений синьора Уго еще одно попрание и растоптание национальной экономики. Однако во всем остальном мире, включая обычно нервных глобальных инвесторов, реакции практически не было.
НАЗАД В БУДУЩЕЕ
Решение Венесуэлы – мера крайне допотопная. Введение двойного курса по приоритетным и неприоритетным операциям – классика политики множественных валютных курсов, которая с блеском использовалась еще архитектором нацистской промышленной политики Ялмаром Шахтом в бытность его главой Рейхсбанка еще до Второй мировой войны. После войны наличие нескольких курсов было нормой для очень многих стран. Оно позволяло государству лучше рулить перетоком капитала в приоритетные направления развития и социально значимые или объявленные таковыми товары и нужды. С появлением «Вашингтонского консенсуса» и либерализацией валютных курсов большинство государств стали рулить экономикой путем плавающих курсов и процентной политики либо жестким одноканальным механизмом «валютного совета». В России множественные валютные курсы вымерли еще в начале 90-х, а сам валютный контроль в основном приказал долго жить к 2007 году. В последние годы даже экзотические режимы так себя не вели. Вместе с тем, ничего ужасного и непредсказуемого в таком режиме нет ни для бизнеса (умеющего обходить ограничения и давать откаты за более выгодный курс), ни для населения, ни для самого венесуэльского государства (способного напечатать и потратить больше боливаров под экспортные поступления, на 93% состоящие из доходов от экспорта нефти). Цикл «новая курсовая политика – дефицит и махинации – всплеск инфляции» давно и хорошо известен, равно как и финал – новый раунд девальвации и возврат к единому курсу. От стабилизации «надежно защищает» крайне инфляционная бюджетная политика, даже при высокой цене на нефть. Армейские рейды и массированные кредиты той же Аргентине только добавляют остроты.
МЕРТВЫЕ НЕ ПОТЕЮТ
Отсутствие реакции кредиторов тоже можно понять. Венесуэльская ситуация вполне понятна, равно как и понятно, что платежеспособность страны зависит только от цены на нефть. Девальвация достаточно нейтральна политически: ее провели за девять месяцев до крайне важных выборов в Национальную Ассамблею, которая может поддержать несколько потускневшего в последнее время синьора Президента, а может его и окончательно доконать. В любом случае от нового выверта властей хуже не станет: и незначительные изменения в доходности венесуэльских облигаций – хорошее подтверждение. Любители риска делают ставки на другие события, а для более осторожной публики возможность инвестиций в них находится за гранью разумного. С точки зрения «отморозков», это не новость, остальным все равно, мертвые не потеют. При этом понятно, что нового предложения венесуэльского долга тоже не ожидается: покупать его до прояснения политических перспектив нынешнего правительства вряд ли будут даже по высокой доходности. Большая игра на венесуэльском долге если и начнется, то ближе ко дню выборов. Риск же подобных действий в других проблемных странах маловероятен: ситуация слишком специфичная, а в странах еврозоны или кандидатах туда – вообще невообразимая. Падение их рейтингов или рейтинга Калифорнии для среднего долгового инвестора куда страшнее из-за большего масштаба рисков.
КУДРИНА – НА КОНЯ
Нам же остается только порадоваться за себя, что живем не на строительстве боливарианского социализма. Наши власти делают много разного, но разумная бюджетная и валютная политика заслуживает похвал. Даже введение мягкого валютного контроля воспринимается как маловероятная перспектива, а уж армейские рейды (в отличие от милицейских) по розничным точкам кажутся взятыми из плохих боевиков о жизни разнообразных хунт. При этом «выгоды» от такой финансовой политики, с поправкой на размеры и структуру экономики наших стран, были бы достаточно похожи: переполненный бюджет и высокие соцрасходы в обмен на сильную инфляцию и забытый дефицит. Наш южноамериканский партнер – в некотором смысле, колоритное зеркало, в которое можно посмотреться, подивиться, воспеть мудрость Кудрина и Игнатьева, и пойти собирать деньги на конный им памятник прямо на площади Ильинских ворот. Неплохо успеть, пока бронза еще не вздорожала на общей волне всемирного оптимизма, не увядшей от странных новостей из Каракаса
Антон Табах
Не является индивидуальной инвестиционной рекомендацией | При копировании ссылка обязательна | Нашли ошибку - выделить и нажать Ctrl+Enter | Жалоба