14 января 2010
По данным Европейского банка реконструкции и развития, в странах с преобладанием иностранных банков в банковской системе последствия финансового кризиса были более мягкими. Отток капитала оказался значительно скромнее, а падение промышленного производства — не столь большим. Не оправдались опасения, что зарубежные кредитные организации свернут свои операции. В связи с этим вновь актуальным стал вопрос, который активно обсуждался до кризиса: нужно ли шире открыть дверь перед зарубежным банковским капиталом? Способствует ли его наличие росту устойчивости банковского сектора России? Или угроза его захвата иностранными банкирами после кризиса возрастает?
Напомним, что в отличие от стран Восточной Европы, где доля иностранных банков колеблется от 80 до 100%, у нас она значительно ниже: по активам меньше 20%. Как пережила бы трудные времена наша банковская система, если бы зарубежного капитала в ней было существенно больше?
С одной стороны, отечественная финансовая система показала в целом неплохую устойчивость. Да, были проблемы, да государство помогло, но ситуацию вряд ли можно сравнивать с 1998 г., когда она почти мгновенно развалилась. Но с другой — если бы иностранного капитала было больше, то было бы больше ресурсов для кредитования экономики. А именно кредитный процесс сильно пострадал во время кризиса.
Разумеется, во всем должна быть мера. Опасность захвата банковского сектора иностранцами реальна как никогда в условиях ослабления российских банков. К тому же в этом вопросе крайне важен баланс интересов, а они у российских и иностранных банков не во всем совпадают. Если в такие непростые времена доля банков-нерезидентов будет слишком большой, то все проблемы зарубежных материнских банков почти автоматически перейдут к их российским «дочкам». Поэтому не исключена ситуация, когда при форс-мажорных обстоятельствах к нам придут чужие риски и трудности, усугубив собственные негативные моменты. Но не стоит забывать, что если национальный банковский капитал сильно ограничен в размерах (а это как раз случай России), то наличие отечественных банков ведет к тому, что возможности их выхода на международный рынок кредитов резко сокращаются. И экономика вынуждена рассчитывать в основном на внутренние ресурсы. А для России на данный момент это означает значительную нехватку средств для развития.
Есть еще один важный момент, который напрямую влияет на устойчивость банковской системы, особенно в кризисные времена. Сегодня у нас преобладают госбанки: на их долю приходится свыше 50% рынка, что сильно подрывает конкуренцию. На 1 января 2009 г. крупнейшими владельцами российских банков являются Центральный банк РФ, ему принадлежит капитал в размере 771 млрд руб., за ним следует Росимущество с показателем 578 млрд руб., далее идут «Газпром» — 84,3 млрд руб., «Альфа-банк» холдинг — 83,5 млрд руб. В эту топ-компанию входит один иностранный банк Unicredito Italiano — 68,4 млрд руб. Иными словами, Центральный банк РФ и Росимущество владеют в 1,5 раза б?льшим капиталом, чем все остальные 50 самых крупных банков страны. Таким образом, несмотря на рыночные реформы, приватизацию, мы имеем практически контролируемую государством банковскую систему. В период кризиса это может быть не плохо, поскольку повышает ее надежность. Однако с точки зрения развития и конкуренции, такую структуру вряд ли можно признать рациональной.
Вопрос о том, насколько сильно стабилизировали ситуацию работающие в стране банки-нерезиденты, остается в целом открытым, их доля и значение на рынке не велики для окончательных выводов. Но в целом, по оценкам экспертов, иностранные кредитные организации вели себя вполне адекватно. Были опасения, что многие из них начнут сворачивать свою деятельность в России, через них начнет из России уходить капитал в материнские структуры. Эти страхи возрастали по мере того, как приходили все новые известия о том, что все большее число банков на Западе испытывают трудности с ликвидностью. Но опасения оказались преувеличенными: деньги с российского рынка в больших количествах не утекали, а операции этих банков не сворачивались. Хотя в самый разгар кризиса, в начале 2008 г., были случаи, когда капитал через банковские каналы уходил за рубеж на подпитку головных банков. Но массовым явлением это не стало.
Правда, на то были свои объективные причины. Во-первых, российские отделения иностранных банков слишком малы, чтобы они могли бы оказать существенную поддержку своим «родителям». Во-вторых, пришедшие в Россию иностранные банки заинтересованы в долгосрочном присутствии в нашей стране. А кризис — неплохое время для укрепления позиций. Поэтому «дочки» получали от «матерей» дополнительные ресурсы. К тому же перекачать капиталы банку из одной страны в другую вопреки устоявшемуся мнению не так уж и просто. Легко переправить ту часть средств, которая находится на корреспондентских счетах. Но значительная часть средств — в кредитных портфелях, откуда их быстро не извлечь. Поэтому банк-нерезидент, придя в другую страну, увязает в ней, как пчела в сиропе. Бизнес-модель, когда «дочка» выступает в роли засланного казачка с целью сбора меда с российских ульев, не слишком работоспособна, хотя бы в силу того, что российские деньги дороже. Дешевле найти их где-нибудь на Западе.
Кризис способствует усилению позиций банков-нерезидентов. По итогам I полугодия 2009 г. в числе 20 самых прибыльных банков преимущественно оказались российские банки с иностранным участием и полностью иностранные банки. Правда, в третьем квартале в этот список пробились и ряд отечественных банков, в том числе Сбербанк. Однако тенденция налицо.
Если проанализировать, какие иностранные банки оказались в этом списке, то выясняется, что в основном это те, кто специализировался исключительно на корпоративном кредитовании и выдавал кредиты под гарантии своих материнских банков. В соответствии с этим объемы сформированных ими резервов за девять месяцев 2009 г. были минимальными. А вот их российским коллегам пришлось затратить немало средств на формирование резервных фондов, что снизило их прибыль.
Однако было бы ошибкой рассчитывать только на объективные обстоятельства. Иностранные банки ведут себя так, как требует от них ситуация. Они пришли в чужую страну делать деньги, а не заниматься благотворительностью. Показательным примером может служить развитие событий в Казахстане. Там доля зарубежного банковского капитала выше, примерно на уровне 50–51%, а потому и влияние на местную экономику больше. Банки-нерезиденты много кредитовали строительство. А когда оно рухнуло, то обломки этой пирамиды погребли под собой и их. Очевидно, что риски оказались непропорционально высокими, вся финансовая система была выстроена неверно, с перекосом в одну сторону.
Но это не означает, что вся вина лежит на банках-нерезидентах, хотя их просчеты очевидны. Очень много зависит от того, как выстроена вся финансовая система. Там, где она более сбалансирована, таких эксцессов не наблюдается. В странах Восточной Европы в целом положение оставалось стабильным: не было оттока депозитов, не было взрывного роста проблемных кредитов, так как «местные» иностранные банки более осторожно подходили к процессу кредитования.
Адепты значительного присутствия иностранных банков в России всегда указывали на то, что они более надежные, у них лучше развито управление рисками. Жизнь показала, что и в развитых государствах не все благополучно, многие тамошние банки оказались в сложной ситуации. Это действительно так, но следует иметь в виду, что там основные банковские проблемы были вызваны общим для всех глобальным финансовым кризисом. Можно сказать, что банки попали под общую раздачу, оказались жертвами новой «золотой лихорадки». Они заигрались на спекулятивных рынках, запутались в лабиринтах сложных инструментов. У отечественных банков таких сложных инструментов почти не было, их проблемы связаны с простыми банковскими операциями, в первую очередь с кредитованием, чего за рубежом было значительно меньше. Там такими рисками умеют управлять гораздо лучше. Беды наших банков также и в удручающей слабости капитальной базы. Таким образом, многих сложностей у российских банков могло и не быть, если бы они использовали давно применяемые за рубежом технологии.
В России первый зарубежный банк открыл двери своего офиса 15 лет назад. Сегодня свыше 200 российских банков имеют в своем составе иностранный капитал, более 60 банков целиком принадлежат нерезидентам. В каком направлении идти дальше? Ограничивать это присутствие или с учетом уроков кризиса увеличивать его? С одной стороны, «патриоты» пугают потерей финансовой независимости, с другой — некоторые эксперты полагают, что если доля иностранного капитала достигнет 50%, это пойдет на пользу банковскому сектору, усилит его капитализацию и устойчивость.
Но вопрос, по-видимому, следует решать в иной плоскости. Модернизация экономики требует больших капиталов. Где их взять? Замечательно, если удастся провести ее преимущественно на российские деньги. Но их не хватает даже на текущие нужды. К тому же они остаются дорогими. Мы все время прокладываем трубо- и газопроводы за рубеж. Но нам не меньше, а, может, и больше нужны каналы доставки денег из-за границы в Россию. К тому же крупные корпорации давно непосредственно кредитуются из иностранных источников.
Чем больше денег в стране, чем они дешевле, тем лучше для экономики. Россия огромная, и иностранцы никогда целиком ее не охватят. Да и вряд ли ставят такие цели. Вопрос обеспечения национальной финансовой безопасности не в скрупулезном подсчете доли нерезидентов, а в построении такой финансовой системы, чтобы риски даже в сложных ситуациях не превышали допустимые значения.
Кризис в определенной степени усилил позиции иностранных банков в России хотя бы потому, что развеял страхи, что с началом кризис они тут же помчатся из страны, прихватив с собой чемоданы денег. Такого не случилось. Это свидетельствует о том, что первоначальный этап интеграции в Россию банков-нерезидентов можно считать в целом завершенным.
Владимир Гурвич
Напомним, что в отличие от стран Восточной Европы, где доля иностранных банков колеблется от 80 до 100%, у нас она значительно ниже: по активам меньше 20%. Как пережила бы трудные времена наша банковская система, если бы зарубежного капитала в ней было существенно больше?
С одной стороны, отечественная финансовая система показала в целом неплохую устойчивость. Да, были проблемы, да государство помогло, но ситуацию вряд ли можно сравнивать с 1998 г., когда она почти мгновенно развалилась. Но с другой — если бы иностранного капитала было больше, то было бы больше ресурсов для кредитования экономики. А именно кредитный процесс сильно пострадал во время кризиса.
Разумеется, во всем должна быть мера. Опасность захвата банковского сектора иностранцами реальна как никогда в условиях ослабления российских банков. К тому же в этом вопросе крайне важен баланс интересов, а они у российских и иностранных банков не во всем совпадают. Если в такие непростые времена доля банков-нерезидентов будет слишком большой, то все проблемы зарубежных материнских банков почти автоматически перейдут к их российским «дочкам». Поэтому не исключена ситуация, когда при форс-мажорных обстоятельствах к нам придут чужие риски и трудности, усугубив собственные негативные моменты. Но не стоит забывать, что если национальный банковский капитал сильно ограничен в размерах (а это как раз случай России), то наличие отечественных банков ведет к тому, что возможности их выхода на международный рынок кредитов резко сокращаются. И экономика вынуждена рассчитывать в основном на внутренние ресурсы. А для России на данный момент это означает значительную нехватку средств для развития.
Есть еще один важный момент, который напрямую влияет на устойчивость банковской системы, особенно в кризисные времена. Сегодня у нас преобладают госбанки: на их долю приходится свыше 50% рынка, что сильно подрывает конкуренцию. На 1 января 2009 г. крупнейшими владельцами российских банков являются Центральный банк РФ, ему принадлежит капитал в размере 771 млрд руб., за ним следует Росимущество с показателем 578 млрд руб., далее идут «Газпром» — 84,3 млрд руб., «Альфа-банк» холдинг — 83,5 млрд руб. В эту топ-компанию входит один иностранный банк Unicredito Italiano — 68,4 млрд руб. Иными словами, Центральный банк РФ и Росимущество владеют в 1,5 раза б?льшим капиталом, чем все остальные 50 самых крупных банков страны. Таким образом, несмотря на рыночные реформы, приватизацию, мы имеем практически контролируемую государством банковскую систему. В период кризиса это может быть не плохо, поскольку повышает ее надежность. Однако с точки зрения развития и конкуренции, такую структуру вряд ли можно признать рациональной.
Вопрос о том, насколько сильно стабилизировали ситуацию работающие в стране банки-нерезиденты, остается в целом открытым, их доля и значение на рынке не велики для окончательных выводов. Но в целом, по оценкам экспертов, иностранные кредитные организации вели себя вполне адекватно. Были опасения, что многие из них начнут сворачивать свою деятельность в России, через них начнет из России уходить капитал в материнские структуры. Эти страхи возрастали по мере того, как приходили все новые известия о том, что все большее число банков на Западе испытывают трудности с ликвидностью. Но опасения оказались преувеличенными: деньги с российского рынка в больших количествах не утекали, а операции этих банков не сворачивались. Хотя в самый разгар кризиса, в начале 2008 г., были случаи, когда капитал через банковские каналы уходил за рубеж на подпитку головных банков. Но массовым явлением это не стало.
Правда, на то были свои объективные причины. Во-первых, российские отделения иностранных банков слишком малы, чтобы они могли бы оказать существенную поддержку своим «родителям». Во-вторых, пришедшие в Россию иностранные банки заинтересованы в долгосрочном присутствии в нашей стране. А кризис — неплохое время для укрепления позиций. Поэтому «дочки» получали от «матерей» дополнительные ресурсы. К тому же перекачать капиталы банку из одной страны в другую вопреки устоявшемуся мнению не так уж и просто. Легко переправить ту часть средств, которая находится на корреспондентских счетах. Но значительная часть средств — в кредитных портфелях, откуда их быстро не извлечь. Поэтому банк-нерезидент, придя в другую страну, увязает в ней, как пчела в сиропе. Бизнес-модель, когда «дочка» выступает в роли засланного казачка с целью сбора меда с российских ульев, не слишком работоспособна, хотя бы в силу того, что российские деньги дороже. Дешевле найти их где-нибудь на Западе.
Кризис способствует усилению позиций банков-нерезидентов. По итогам I полугодия 2009 г. в числе 20 самых прибыльных банков преимущественно оказались российские банки с иностранным участием и полностью иностранные банки. Правда, в третьем квартале в этот список пробились и ряд отечественных банков, в том числе Сбербанк. Однако тенденция налицо.
Если проанализировать, какие иностранные банки оказались в этом списке, то выясняется, что в основном это те, кто специализировался исключительно на корпоративном кредитовании и выдавал кредиты под гарантии своих материнских банков. В соответствии с этим объемы сформированных ими резервов за девять месяцев 2009 г. были минимальными. А вот их российским коллегам пришлось затратить немало средств на формирование резервных фондов, что снизило их прибыль.
Однако было бы ошибкой рассчитывать только на объективные обстоятельства. Иностранные банки ведут себя так, как требует от них ситуация. Они пришли в чужую страну делать деньги, а не заниматься благотворительностью. Показательным примером может служить развитие событий в Казахстане. Там доля зарубежного банковского капитала выше, примерно на уровне 50–51%, а потому и влияние на местную экономику больше. Банки-нерезиденты много кредитовали строительство. А когда оно рухнуло, то обломки этой пирамиды погребли под собой и их. Очевидно, что риски оказались непропорционально высокими, вся финансовая система была выстроена неверно, с перекосом в одну сторону.
Но это не означает, что вся вина лежит на банках-нерезидентах, хотя их просчеты очевидны. Очень много зависит от того, как выстроена вся финансовая система. Там, где она более сбалансирована, таких эксцессов не наблюдается. В странах Восточной Европы в целом положение оставалось стабильным: не было оттока депозитов, не было взрывного роста проблемных кредитов, так как «местные» иностранные банки более осторожно подходили к процессу кредитования.
Адепты значительного присутствия иностранных банков в России всегда указывали на то, что они более надежные, у них лучше развито управление рисками. Жизнь показала, что и в развитых государствах не все благополучно, многие тамошние банки оказались в сложной ситуации. Это действительно так, но следует иметь в виду, что там основные банковские проблемы были вызваны общим для всех глобальным финансовым кризисом. Можно сказать, что банки попали под общую раздачу, оказались жертвами новой «золотой лихорадки». Они заигрались на спекулятивных рынках, запутались в лабиринтах сложных инструментов. У отечественных банков таких сложных инструментов почти не было, их проблемы связаны с простыми банковскими операциями, в первую очередь с кредитованием, чего за рубежом было значительно меньше. Там такими рисками умеют управлять гораздо лучше. Беды наших банков также и в удручающей слабости капитальной базы. Таким образом, многих сложностей у российских банков могло и не быть, если бы они использовали давно применяемые за рубежом технологии.
В России первый зарубежный банк открыл двери своего офиса 15 лет назад. Сегодня свыше 200 российских банков имеют в своем составе иностранный капитал, более 60 банков целиком принадлежат нерезидентам. В каком направлении идти дальше? Ограничивать это присутствие или с учетом уроков кризиса увеличивать его? С одной стороны, «патриоты» пугают потерей финансовой независимости, с другой — некоторые эксперты полагают, что если доля иностранного капитала достигнет 50%, это пойдет на пользу банковскому сектору, усилит его капитализацию и устойчивость.
Но вопрос, по-видимому, следует решать в иной плоскости. Модернизация экономики требует больших капиталов. Где их взять? Замечательно, если удастся провести ее преимущественно на российские деньги. Но их не хватает даже на текущие нужды. К тому же они остаются дорогими. Мы все время прокладываем трубо- и газопроводы за рубеж. Но нам не меньше, а, может, и больше нужны каналы доставки денег из-за границы в Россию. К тому же крупные корпорации давно непосредственно кредитуются из иностранных источников.
Чем больше денег в стране, чем они дешевле, тем лучше для экономики. Россия огромная, и иностранцы никогда целиком ее не охватят. Да и вряд ли ставят такие цели. Вопрос обеспечения национальной финансовой безопасности не в скрупулезном подсчете доли нерезидентов, а в построении такой финансовой системы, чтобы риски даже в сложных ситуациях не превышали допустимые значения.
Кризис в определенной степени усилил позиции иностранных банков в России хотя бы потому, что развеял страхи, что с началом кризис они тут же помчатся из страны, прихватив с собой чемоданы денег. Такого не случилось. Это свидетельствует о том, что первоначальный этап интеграции в Россию банков-нерезидентов можно считать в целом завершенным.
Владимир Гурвич
Не является индивидуальной инвестиционной рекомендацией | При копировании ссылка обязательна | Нашли ошибку - выделить и нажать Ctrl+Enter | Жалоба