Как инвесторы попадаются на разгоне акций через анонимные каналы

В сети есть анонимные каналы и блоги, которые манипулируют через контент ценами на акции ради собственной выгоды. Разбираемся, как это происходит и что делает регулятор для защиты частного инвестора

Почему появляются сомнительные источники информации
Рынок частных инвесторов растет — сегодня их уже 41 млн. Вместе с этим меняется и способ принятия инвестиционных решений: если раньше инвестору нужно было разбираться в финансовой отчетности компаний и анализировать фундаментальные показатели, то теперь достаточно открыть соцсети и узнать мнение инфлюенсера.

Получается, что все чаще драйвером движения котировок становится не фундаментальная стоимость компаний, а информационный фон вокруг них. При этом значительная часть этого инфополя никак не регулируется: анонимные каналы и финансовые блогеры способны за несколько часов создать ажиотаж вокруг конкретной бумаги, но вот проверить источник информации, мотивацию или есть ли конфликт интересов часто невозможно.

Как отмечает блогер Linmath Олег Бочкарев, такие ситуации на рынке стали типичными. «Это довольно частое явление — случаи, когда анонимные телеграм-каналы фактически «разгоняют» цены на акции своими постами, а обычные инвесторы оказываются заложниками таких схем. Рынок сейчас во многом состоит из физлиц, и те, кто хочет быстро заработать, ищут каналы с сигналами и точками входа. Многие из таких каналов анонимные, но в них есть графики и результаты прибыли. Людям нравятся скриншоты с успешными сделками, и они начинают следовать этим идеям», — говорит он.

Проблема уже вышла за рамки частных случаев и стала предметом обсуждения на уровне всей инфраструктуры рынка. Так, на конференции для трейдеров и активных инвесторов ТОЛК.PRO от Т-Банка представители отрасли обращали внимание на то, что распространение недостоверной или искаженной информации напрямую влияет на механизм формирования цены.

Как отметил директор департамента инфраструктуры финансового рынка Банка России Кирилл Пронин, торговля с инсайдом приводит к обману инвесторов и нерыночному ценообразованию. «Задача организованных торгов — прежде всего показать честную цену, которая формируется на бирже и которой можно доверять. Наша задача — сделать так, чтобы манипулирования не происходило», — подчеркнул он.

200+ фактов манипулирования

Именно столько Банк России зафиксировал в 2025 году. Дополнительную сложность создает анонимность такой деятельности: инициаторы остаются вне поля зрения, в то время как последствия их действий отражаются на всей системе. Сейчас ЦБ проверяет несколько инфлюенсеров на предмет манипулирования рынком ценных бумаг.

Как работают схемы с «разгоном» акций
Механика манипулирования обычно выглядит достаточно просто и именно поэтому оказывается эффективной. Как правило, все начинается с публикации в анонимном канале или у инфлюенсера.

Автор сообщает о «перспективной» бумаге, говорит о росте или хорошей возможности. При этом формально прямой рекомендации может не быть: как отмечал Кирилл Пронин на ТОЛК.PRO, авторы иногда «ракету рисуют, чтобы мы не догадались по контекстным словам о рекомендации».
Информация начинает распространяться: ее подхватывают другие каналы, пользователи делятся между собой, появляется розничный спрос.
На фоне притока покупателей цена бумаги растет — иногда достаточно резко, в течение нескольких часов или дней.

Перед разгоном интереса автор начальной публикации, конечно же, закупился бумагами по относительно низкой цене, а на пике интереса вышел из позиции, зафиксировав прибыль. Розничные инвесторы, которые заходят в бумагу позже, остаются с активом, цена которого не поддерживается ни фундаментальными факторами, ни новостным фоном.

Такая схема манипулирования называется pump and dump («накачать и сбросить») — цена актива сначала искусственно разгоняется, а затем инициатор продает его с прибылью на пике спроса.

Но не все подобные кейсы связаны с реальными сделками. Как отмечает Олег Бочкарев, часть авторов вообще не выходят на рынок. «Они лишь рисуют графики и добавляют «сделки» в таблички Excel. Тем самым они полностью избегают ответственности перед ЦБ, потому что по факту сделки нет. Их заработок строится на подписной модели: основная цель — давать красивые картинки с результатами в публичные каналы и зарабатывать на подписках или рекламе. Доход и убыток подписчиков при этом неважен», — говорит он.

При этом за анонимными каналами могут стоять не только частные лица. По словам Кирилла Пронина, среди таких кейсов встречаются и более сложные ситуации, связанные с профессиональными участниками рынка. «У нас есть случаи, когда сотрудники компаний ведут себя не очень добросовестно. Это трейдеры, которые сидят в самих компаниях и иногда совершают манипулирование с целью заработать. А есть случаи, когда инвестиционные консультанты, видя заявки клиента, фронтранят или совершают встречные сделки, извлекая выгоду», — отметил он.

Чем рискует обычный инвестор
Для частного инвестора участие в подобных схемах редко заканчивается выгодой. Как отмечает Олег Бочкарев, ключевая проблема в том, что, следуя чужим идеям, инвесторы часто не оценивают риски и не понимают, кто стоит за рекомендацией.

Бочкарев выделил такие последствия:

есть риск потерять деньги, потому что автору этих идей может быть безразлична судьба подписчиков;
если это бумага третьего эшелона, всегда есть риск, что автор просто раздаст заранее набранную позицию, а инвестор останется с бумагами, которые уже не продать без существенных потерь;
если вы вместе с другими подписчиками заходите в неликвидную акцию, вы сами создаете так называемый pump, который почти всегда заканчивается dump, когда автор закрывает идею.

«‎За участие в таких вещах могут возникнуть вопросы как со стороны брокера, так и со стороны ЦБ РФ», — предупреждает Бочкарев.

Что может остановить манипуляции на рынке
Несмотря на то что регулятор выявляет случаи инсайдерской торговли и манипулирования, участники рынка считают, что текущих мер недостаточно. Основной вызов — в том, что значительная часть проблем возникает вне зоны прямого контроля. На этом фоне обсуждаются возможные направления изменений — от корректировки регулирования до работы с самим инфополем.

Кто такие инсайдеры и как их наказывают
Инсайдерская информация — это непубличные данные о компании или сделке, которые могут повлиять на цену акций. Использовать такую информацию для личной торговли — нарушение.

На практике регулятор действительно выявляет подобные кейсы. Например, в 2025 году Банк России сообщил о случае с бывшим IR-директором девелопера «Самолет» и АФК «Система» Николаем Минашиным. У него был доступ к информации об обратном выкупе акций и крупной сделке. Он воспользовался инсайдерской информацией и заранее покупал бумаги, а после раскрытия информации продал их по более высокой цене. В результате Минашину вынесли предписание, ограничили операции по счетам, а материалы проверки передали в правоохранительные органы.

Проблему признают все, но источник часто вне контроля
Участники рынка сходятся в том, что значительная часть манипуляций происходит в серой зоне — через анонимные каналы. Механика в таких случаях выглядит одинаково: в ЦБ поступает жалоба на конкретного инвестора, регулятор начинает проверку и в итоге наказывает нарушителя. При этом сам инвестор может не быть инициатором — он просто следует информации из анонимного источника.

Как отмечает Олег Бочкарев, в подобных ситуациях многое зависит от того, насколько инвестор раскрывает источник информации: «ЦБ во всех случаях расследования направляет инвесторам запрос с вопросами, где хочет узнать причины сделки. Если сделка была совершена из-за информации другого канала, это нужно указывать, чтобы регулятор смог выстроить полную цепочку и понять, кто был инициатором. Инвесторам не стоит слепо доверять неофициальным источникам — авторы анонимных каналов могут менять или удалять информацию».

Фокус регулирования на сделке или первоисточнике
Один из ключевых вопросов — где именно должно находиться регулирование: на уровне сделок или на уровне информации.

По мнению соавтора проекта «Вредный инвестор» Мурада Агаева, сама категория «недостоверной информации» остается пока размытым понятием. При этом рынок, по его словам, часто сам понимает, кто именно стоит за манипуляциями: «Если спросить, кто является манипулятором, подавляющее количество голосов будет за одних и тех же личностей. Но мы не видим никаких проблем у этих личностей».

Сейчас в Госдуме обсуждаются изменения в законодательстве. В частности, понятие «манипулирование» будет дополнено за счет сведений, вводящих инвесторов в заблуждение, а наказание за манипулирование станет более эффективным благодаря увеличению скорости проверок и кратному повышению штрафов.

Дополнительную сложность создает и то, что не все авторы вообще совершают сделки. Как отмечает Олег Бочкарев: «ЦБ сейчас не наказывает тех авторов, которые сами не совершают сделки, а лишь публикуют мнение или непроверенные новости. Но у многих таких каналов большая аудитория. Стоило бы пересмотреть подход к таким авторам, потому что их идеи могут существенно влиять на рынок и приводить к убыткам инвесторов».

ЦБ запустил сервис анонимных сигналов о сделках, связанных с инсайдом и манипулированием

Уже поступило около 150 сообщений. Это помогает выявлять классические кейсы инсайдерской торговли.

Например, в 2024 году ЦБ выявил нарушение со стороны члена совета директоров Ашинского метзавода Михаила Папкина: он купил акции перед решением о дивидендах, а после роста цены продал их с прибылью. В результате его привлекли к ответственности и ограничили операции по счетам.

Активная работа с инфополем и медиа
Отдельное направление, которое обсуждают участники рынка, — это работа с самим информационным полем. Речь идет о том, что регулирование может смещаться и на уровень платформ, где формируются инвестиционные идеи. В частности, обсуждается роль сервисов с верификацией пользователей и прозрачной историей операций.

По мнению Мурада Агаева, такие платформы могут частично снизить риски: «Платформы с верификацией могут сработать. Например, «Пульс» (соцсеть от «Т-Инвестиций») не дает открыть блог без счета с паспортными данными. Платформа следит за контентом и может удалять информацию с признаками манипулирования».

При этом полностью решить проблему это не сможет. «Контролировать распространение информации таким образом, скорее всего, не получится — источников слишком много, и вопрос, что считать недостоверной информацией, остается открытым», — считает Агаев.