31 августа 2010
Тренд. «Ф.» заинтересовался, выгодно ли инвестировать в акции бирж, и обнаружил фаворитов совсем не там, где, казалось бы, их стоило искать.
На первый взгляд, нет лучшей ценной бумаги, чем акции биржевой площадки. Объемы торгов не сильно зависят от роста и падения индексов, а значит, такой компании должен быть обеспечен стабильный доход при любой ситуации на рынках. Это правило действительно работало в период бычьего долгосрочного тренда. Бумаги бирж, сумевших провести IPO в докризисное десятилетие, показывали хорошую доходность. Так, одной из первых в отрасли публичной стала Австралийская биржа ценных бумаг (ASX). Она разместилась в 1998 году по 4,1 австралийского доллара за акцию, а к началу 2008-го котировки выросли до 60 австралийских долларов. Затем, во время острой фазы кризиса, последовало отвесное падение, но и теперь доходность этих бумаг впечатляет: без поправки на инфляцию – 625% за 12 лет. Иная судьба у акций самой большой мировой площадки – Нью-Йоркской фондовой биржи (NYSE). Ее размещение поначалу также сулило безоблачные перспективы, ведь в августе 2006 года, когда состоялся дебют, мало что предвещало наступление финансового кризиса. Инвесторы заплатили по $67 за акцию NYSE, а сегодня торги идут ниже отметки $29. Успех австралийцев повторить не удалось. Акции других бирж, ставших публичными, в последние три года тоже стабильно пребывают в минусе.
Опять Китай. Что неудивительно, поскольку размещали свои акции в основном площадки из развитых стран, сильнее всего страдающих от кризиса. Правило, по которому объемы биржевых торгов остаются высокими независимо от направления индексов, не работает, потому что часть инвесторов закрыла свои позиции, распродав активы, часть ушла на денежный рынок, а часть – на товарный. Наконец, многие фонды просто взяли паузу в надежде пережить неспокойные времена. От объемов торгов на бирже Люксембурга, можно сказать, ничего не осталось: в прошлом году они снизились на 84%. Вдвое рухнули обороты у таких гигантов, как Немецкая биржа (Deutsche Bоrse), Венская биржа, биржа в Осако. Столь любимая российскими компаниями Лондонская фондовая биржа (LSE) потеряла 37%, скандинавская NASDAQ Nordic – около 40%.
Совершенно противоположная картина в «новом» мире. Китайские площадки в Шэньчжэне и Шанхае показали рост оборотов в 2009 году вдвое. Также среди лидеров – представители других развивающихся экономик, в том числе российская ММВБ, на которой прирост составил 14%. Страны БРИК и прочие растущие регионы неожиданно оказались не только локомотивом, который тащит мировую экономику из пропасти, но и передовиками биржевой торговли. Впереди у них еще долгий путь, поскольку, например, суммарная капитализация компаний, которые торгуются на площадках БРИК, не превышает $10,5 трлн против $14,1 трлн только у одной NYSE. Однако несколько лет назад показатели были и вовсе несопоставимы.
Немаловажно, что бумаги очень многих крупных компаний – голубых фишек из Китая, Индии, России и Бразилии – торгуются не на родине, а на американских площадках и в Лондоне. Если представить, что регуляторы этих стран запретили бы размещать бумаги за рубежом, то положение нынешних биржевых гигантов оказалось бы незавидным. Но местные биржи развиваются параллельно с национальными экономиками, и одномоментное перемещение центров торговой ликвидности из Лондона и Нью-Йорка в тот же Шанхай или Москву невозможно – сначала нужно добиться достижений в корпоративной культуре, прозрачной отчетности и внимания к миноритарным акционерам. Да и необязательно это: количество обращающихся на рынке ценных бумаг вовсе не тождественно их качеству. Так что вопрос заключается в том, когда развивающиеся площадки станут более цивилизованными и безопасными для инвесторов. Очевидно, на это уйдет еще много времени.
Не дожидаясь счастливого будущего, можно уже сейчас, заблаговременно войти в капитал бирж из развивающихся стран. Недавно именно так поступил легендарный Джордж Сорос, фонд которого приобрел 4% акций Бомбейской фондовой биржи примерно за $35 млн. Сделка, конечно, не выглядит масштабной. Да и достался этот пакет Соросу, можно сказать, по случаю, в рамках распродажи бизнеса Dubai Holding – того самого, который объявил в прошлом году технический дефолт по облигациям, наделав много шуму.
На что надеется Сорос? Генеральный директор «Алор Инвеста» Елена Садова объясняет на примере российских бирж, каким образом можно эффективно участвовать в их развитии, даже не владея большим объемом акций: «Необязательно проводить своего представителя в совет директоров. Небольшого пакета достаточно, чтобы участвовать в работе комитетов и рабочих групп, которые занимаются внедрением новых инструментов, тарифной политикой». Самому «Алор Инвесту» принадлежит не более 2% в акционерных капиталах РТС и ММВБ. Присутствие в совете директоров все-таки позволяет оказывать более серьезное влияние, считает руководитель управления торговых операций на рынке акций «ВТБ Капитала» Олег Ачкасов. Так, для гарантированного проведения своего кандидата в совет РТС нужно владеть примерно 10% акций.
О серьезной инвестиционной отдаче от российских бирж пока говорить не приходится. Как и китайские площадки, они молоды и находятся на этапе бурного развития. Поэтому их финансовые показатели зачастую высвечивают внешне негативную картину. К примеру, доходы фондовой биржи РТС в первом полугодии выросли на внушительные 50%, а вот прибыль снизилась почти на 75%. Аналогичная ситуация на ММВБ: выручка увеличилась на треть, прибыль сократилась на 20%. «На таком бурном этапе роста бизнеса, как сейчас, биржи иногда показывают низкую прибыль, но понятно, что деньги инвестируются в развитие», – объясняет Елена Садова. Стратеги и вовсе, кажется, не замечают, что там творится с прибылью у бирж. «КИТ Финанс» сейчас продает свой 11-процентный пакет в РТС Европейскому банку реконструкции и развития и, по информации участников рынка, просит за него около $80 млн. То есть на 31% больше рыночной цены. Правда, с рыночной ценой РТС история отдельная – последняя единичная сделка с ее акциями объемом в $65 тыс. зафиксирована полгода назад. В любом случае, в свете возможного будущего слияния ММВБ и РТС стратеги наверняка рассчитывают на кратный рост стоимости пакетов.
Можно предугадать, что произойдет в дальнейшем с капитализацией российских площадок или, скажем, китайских – исходя из динамики акций состоявшихся биржевых гигантов. В последние годы их бумаги серьезно уступают в доходности даже обычным индексам вроде S&P-500, не говоря уже о некоторых отраслевых и биржевых фондах. Дело в совпадении двух факторов – финансового кризиса с последующим падением объемов биржевых торгов и этапа консолидации ведущих игроков. Последние крупные сделки M&A прошли в отрасли до 2008 года. Тогда, напомним, NASDAQ вышла на скандинавские рынки, а NYSE приобрела Euronext в Париже. «Мировые биржи переживают период укрупнения. На этом этапе маржа снижается, поскольку усиливается конкуренция между площадками. Дальнейшая консолидация позволит экономить на масштабе и добиться модели рынка, более приближенной к олигополистической», – полагает Олег Ачкасов.
Важным драйвером роста биржевых акций в ближайшее время могут также стать новые требования законодательства. В США это закон Додда – Фрэнка, обязывающий перевести многие операции с деривативами на публичный рынок. В России есть надежда на развитие полноценных торгов товарными фьючерсами, в частности, контрактами на нефть.
Финансовые показатели некоторых бирж по итогам первого полугодия
Динамика акций некоторых площадок
Топ-20 по капитализации в июле
Динамика объемов торгов по итогам 2009 года в местной валюте
Федор Чайка
На первый взгляд, нет лучшей ценной бумаги, чем акции биржевой площадки. Объемы торгов не сильно зависят от роста и падения индексов, а значит, такой компании должен быть обеспечен стабильный доход при любой ситуации на рынках. Это правило действительно работало в период бычьего долгосрочного тренда. Бумаги бирж, сумевших провести IPO в докризисное десятилетие, показывали хорошую доходность. Так, одной из первых в отрасли публичной стала Австралийская биржа ценных бумаг (ASX). Она разместилась в 1998 году по 4,1 австралийского доллара за акцию, а к началу 2008-го котировки выросли до 60 австралийских долларов. Затем, во время острой фазы кризиса, последовало отвесное падение, но и теперь доходность этих бумаг впечатляет: без поправки на инфляцию – 625% за 12 лет. Иная судьба у акций самой большой мировой площадки – Нью-Йоркской фондовой биржи (NYSE). Ее размещение поначалу также сулило безоблачные перспективы, ведь в августе 2006 года, когда состоялся дебют, мало что предвещало наступление финансового кризиса. Инвесторы заплатили по $67 за акцию NYSE, а сегодня торги идут ниже отметки $29. Успех австралийцев повторить не удалось. Акции других бирж, ставших публичными, в последние три года тоже стабильно пребывают в минусе.
Опять Китай. Что неудивительно, поскольку размещали свои акции в основном площадки из развитых стран, сильнее всего страдающих от кризиса. Правило, по которому объемы биржевых торгов остаются высокими независимо от направления индексов, не работает, потому что часть инвесторов закрыла свои позиции, распродав активы, часть ушла на денежный рынок, а часть – на товарный. Наконец, многие фонды просто взяли паузу в надежде пережить неспокойные времена. От объемов торгов на бирже Люксембурга, можно сказать, ничего не осталось: в прошлом году они снизились на 84%. Вдвое рухнули обороты у таких гигантов, как Немецкая биржа (Deutsche Bоrse), Венская биржа, биржа в Осако. Столь любимая российскими компаниями Лондонская фондовая биржа (LSE) потеряла 37%, скандинавская NASDAQ Nordic – около 40%.
Совершенно противоположная картина в «новом» мире. Китайские площадки в Шэньчжэне и Шанхае показали рост оборотов в 2009 году вдвое. Также среди лидеров – представители других развивающихся экономик, в том числе российская ММВБ, на которой прирост составил 14%. Страны БРИК и прочие растущие регионы неожиданно оказались не только локомотивом, который тащит мировую экономику из пропасти, но и передовиками биржевой торговли. Впереди у них еще долгий путь, поскольку, например, суммарная капитализация компаний, которые торгуются на площадках БРИК, не превышает $10,5 трлн против $14,1 трлн только у одной NYSE. Однако несколько лет назад показатели были и вовсе несопоставимы.
Немаловажно, что бумаги очень многих крупных компаний – голубых фишек из Китая, Индии, России и Бразилии – торгуются не на родине, а на американских площадках и в Лондоне. Если представить, что регуляторы этих стран запретили бы размещать бумаги за рубежом, то положение нынешних биржевых гигантов оказалось бы незавидным. Но местные биржи развиваются параллельно с национальными экономиками, и одномоментное перемещение центров торговой ликвидности из Лондона и Нью-Йорка в тот же Шанхай или Москву невозможно – сначала нужно добиться достижений в корпоративной культуре, прозрачной отчетности и внимания к миноритарным акционерам. Да и необязательно это: количество обращающихся на рынке ценных бумаг вовсе не тождественно их качеству. Так что вопрос заключается в том, когда развивающиеся площадки станут более цивилизованными и безопасными для инвесторов. Очевидно, на это уйдет еще много времени.
Не дожидаясь счастливого будущего, можно уже сейчас, заблаговременно войти в капитал бирж из развивающихся стран. Недавно именно так поступил легендарный Джордж Сорос, фонд которого приобрел 4% акций Бомбейской фондовой биржи примерно за $35 млн. Сделка, конечно, не выглядит масштабной. Да и достался этот пакет Соросу, можно сказать, по случаю, в рамках распродажи бизнеса Dubai Holding – того самого, который объявил в прошлом году технический дефолт по облигациям, наделав много шуму.
На что надеется Сорос? Генеральный директор «Алор Инвеста» Елена Садова объясняет на примере российских бирж, каким образом можно эффективно участвовать в их развитии, даже не владея большим объемом акций: «Необязательно проводить своего представителя в совет директоров. Небольшого пакета достаточно, чтобы участвовать в работе комитетов и рабочих групп, которые занимаются внедрением новых инструментов, тарифной политикой». Самому «Алор Инвесту» принадлежит не более 2% в акционерных капиталах РТС и ММВБ. Присутствие в совете директоров все-таки позволяет оказывать более серьезное влияние, считает руководитель управления торговых операций на рынке акций «ВТБ Капитала» Олег Ачкасов. Так, для гарантированного проведения своего кандидата в совет РТС нужно владеть примерно 10% акций.
О серьезной инвестиционной отдаче от российских бирж пока говорить не приходится. Как и китайские площадки, они молоды и находятся на этапе бурного развития. Поэтому их финансовые показатели зачастую высвечивают внешне негативную картину. К примеру, доходы фондовой биржи РТС в первом полугодии выросли на внушительные 50%, а вот прибыль снизилась почти на 75%. Аналогичная ситуация на ММВБ: выручка увеличилась на треть, прибыль сократилась на 20%. «На таком бурном этапе роста бизнеса, как сейчас, биржи иногда показывают низкую прибыль, но понятно, что деньги инвестируются в развитие», – объясняет Елена Садова. Стратеги и вовсе, кажется, не замечают, что там творится с прибылью у бирж. «КИТ Финанс» сейчас продает свой 11-процентный пакет в РТС Европейскому банку реконструкции и развития и, по информации участников рынка, просит за него около $80 млн. То есть на 31% больше рыночной цены. Правда, с рыночной ценой РТС история отдельная – последняя единичная сделка с ее акциями объемом в $65 тыс. зафиксирована полгода назад. В любом случае, в свете возможного будущего слияния ММВБ и РТС стратеги наверняка рассчитывают на кратный рост стоимости пакетов.
Можно предугадать, что произойдет в дальнейшем с капитализацией российских площадок или, скажем, китайских – исходя из динамики акций состоявшихся биржевых гигантов. В последние годы их бумаги серьезно уступают в доходности даже обычным индексам вроде S&P-500, не говоря уже о некоторых отраслевых и биржевых фондах. Дело в совпадении двух факторов – финансового кризиса с последующим падением объемов биржевых торгов и этапа консолидации ведущих игроков. Последние крупные сделки M&A прошли в отрасли до 2008 года. Тогда, напомним, NASDAQ вышла на скандинавские рынки, а NYSE приобрела Euronext в Париже. «Мировые биржи переживают период укрупнения. На этом этапе маржа снижается, поскольку усиливается конкуренция между площадками. Дальнейшая консолидация позволит экономить на масштабе и добиться модели рынка, более приближенной к олигополистической», – полагает Олег Ачкасов.
Важным драйвером роста биржевых акций в ближайшее время могут также стать новые требования законодательства. В США это закон Додда – Фрэнка, обязывающий перевести многие операции с деривативами на публичный рынок. В России есть надежда на развитие полноценных торгов товарными фьючерсами, в частности, контрактами на нефть.
Финансовые показатели некоторых бирж по итогам первого полугодия
Динамика акций некоторых площадок
Топ-20 по капитализации в июле
Динамика объемов торгов по итогам 2009 года в местной валюте
Федор Чайка
Не является индивидуальной инвестиционной рекомендацией | При копировании ссылка обязательна | Нашли ошибку - выделить и нажать Ctrl+Enter | Жалоба