2 июля 2019 Pro Finance Service
Кремль направляет дополнительные нефтяные доходы в резервы для защиты экономики от колебаний цен на энергоносители. Эта политика находит положительный отклик на мировой арене, но не пользуется популярностью у российских потребителей
Кремль направляет дополнительные нефтяные доходы в резервы для защиты экономики от колебаний цен на энергоносители. Эта политика находит положительный отклик на мировой арене, но не пользуется популярностью у российских потребителей
FIG.1
Правительству удалось накопить более $100 млрд в рамках бюджетного правила, введенного в феврале 2017 года. Благодаря этому снизился уровень уязвимости страны перед ценами на нефть. Однако при этом деньги не достались рядовым россиянам, которые испытывают трудности после пяти лет снижения доходов.
В соответствии с бюджетным правилом, правительство направляет в резервы дополнительные нефтяные доходы при цене Brent выше $40 и может использовать запасы, если нефть падает ниже этого уровня. Котировки нефти не опускались ниже этого «водораздела» с момента введения правила, и рубль лишился возможности роста в стиле 2016 года, когда черное золото резко подорожало.
«В бюджетном правиле есть момент асимметрии. Тогда как покупки валюты неограничены, продажи ограничиваются объемом твердой валюты, накопленной ранее», — отметил Александр Исаков, экономист ВТБ Капитал в Москве.
МВФ и крупные рейтинговые агентства одобряют политику, ограничивающую уязвимость России перед шоками на нефтяном рынке, подобных тому, что отправил рубль в свободное падение четыре года назад. Однако некоторые экономисты утверждают, что бюджетное правило больше забирает у потребителей, чем дает, поскольку искусственно сдерживает рост рубля в благоприятные периоды и дает слабую защиты в сложные времена.
От более слабого рубля выигрывают российские экспортеры, тогда как потребители страдают из-за удорожания импортируемых товаров, включая продовольствие.
В прошлом году глава Банка России Эльвира Набиуллина утверждала, что деньги, перенаправляемые в фонд благосостояния, могли покупаться банками и использоваться компаниями для погашения долгов. Он публично раскритиковала предложение минфина потратить часть сбережений на инфраструктурные проекты, сославшись на угрозу разгона инфляции.
В прошлом году федеральный бюджет достиг самого крупного за 10 лет профицита, тогда как потребители вынуждены задействовать сбережения и пользоваться кредитными картами, чтобы свести концы с концами. В этом году, по прогнозам, доходы с поправкой на инфляцию отметят шестой год снижения.
С момента введения правила рубль подешевел на 5%, тогда как Brent за это время прибавила в цене 17%. По оценкам экономиста Bloomberg Скотта Джонсона, российская валюта могла бы укрепиться на 10% больше.
«Правительство намеренно удерживает рубль слабым при помощи бюджетного правила. Использование такой политики имело бы больше смысла в более богатой экономике», — подчеркнул Кирилл Тремасов, бывший представитель Министерства экономики, в настоящее время аналитик Локо-Инвест в Москве.
Кремль направляет дополнительные нефтяные доходы в резервы для защиты экономики от колебаний цен на энергоносители. Эта политика находит положительный отклик на мировой арене, но не пользуется популярностью у российских потребителей
FIG.1
Правительству удалось накопить более $100 млрд в рамках бюджетного правила, введенного в феврале 2017 года. Благодаря этому снизился уровень уязвимости страны перед ценами на нефть. Однако при этом деньги не достались рядовым россиянам, которые испытывают трудности после пяти лет снижения доходов.
В соответствии с бюджетным правилом, правительство направляет в резервы дополнительные нефтяные доходы при цене Brent выше $40 и может использовать запасы, если нефть падает ниже этого уровня. Котировки нефти не опускались ниже этого «водораздела» с момента введения правила, и рубль лишился возможности роста в стиле 2016 года, когда черное золото резко подорожало.
«В бюджетном правиле есть момент асимметрии. Тогда как покупки валюты неограничены, продажи ограничиваются объемом твердой валюты, накопленной ранее», — отметил Александр Исаков, экономист ВТБ Капитал в Москве.
МВФ и крупные рейтинговые агентства одобряют политику, ограничивающую уязвимость России перед шоками на нефтяном рынке, подобных тому, что отправил рубль в свободное падение четыре года назад. Однако некоторые экономисты утверждают, что бюджетное правило больше забирает у потребителей, чем дает, поскольку искусственно сдерживает рост рубля в благоприятные периоды и дает слабую защиты в сложные времена.
От более слабого рубля выигрывают российские экспортеры, тогда как потребители страдают из-за удорожания импортируемых товаров, включая продовольствие.
В прошлом году глава Банка России Эльвира Набиуллина утверждала, что деньги, перенаправляемые в фонд благосостояния, могли покупаться банками и использоваться компаниями для погашения долгов. Он публично раскритиковала предложение минфина потратить часть сбережений на инфраструктурные проекты, сославшись на угрозу разгона инфляции.
В прошлом году федеральный бюджет достиг самого крупного за 10 лет профицита, тогда как потребители вынуждены задействовать сбережения и пользоваться кредитными картами, чтобы свести концы с концами. В этом году, по прогнозам, доходы с поправкой на инфляцию отметят шестой год снижения.
С момента введения правила рубль подешевел на 5%, тогда как Brent за это время прибавила в цене 17%. По оценкам экономиста Bloomberg Скотта Джонсона, российская валюта могла бы укрепиться на 10% больше.
«Правительство намеренно удерживает рубль слабым при помощи бюджетного правила. Использование такой политики имело бы больше смысла в более богатой экономике», — подчеркнул Кирилл Тремасов, бывший представитель Министерства экономики, в настоящее время аналитик Локо-Инвест в Москве.
Не является индивидуальной инвестиционной рекомендацией | При копировании ссылка обязательна | Нашли ошибку - выделить и нажать Ctrl+Enter | Жалоба