4 ноября 2009 Архив
У президента ЕЦБ Трише большие проблемы с попытками удержать в узде немца Акселя Вебера и ряд других членов Управляющего совета Банка, которые возмутительно пренебрегают этикетом в условиях подготовки Банка к переходу к мерам по сворачиванию стимулов.
Не далее как 29 октября Вебер спровоцировал скачок доходности по 2-летним облигациям Германии, нарушив протокол ЕЦБ и сообщив о возможности изменений в политике долгосрочного банковского кредитования. Традиционно право заявлять подобное принадлежит Трише.
Вебер и бельгиец Гай Кводен также являются нарушителями правила, согласно которому члены Совета должны воздерживаться от комментариев в отношении монетарной политики в течение недели перед решением ЦБ по ставкам. И это - несмотря на наличие у Трише "черного списка", в который попадают все, высказавшиеся вне очереди. В прошлом месяце аналогичным образом проштрафились все те же Вебер и Кводен, вкупе с австрийцем Э. Новотны и голландцем Н. Веллинком. Все они упомянули всеу монетарную политику в ходе недели, предшествовавшей заседанию ЕЦБ 8 октября.
Высока вероятность того, что конфликтующие между собой высказывания запятнают цельность послания ЕЦБ рынкам и внесут смятение в умы инвесторов, что особенно опасно по мере приближения Банка к началу сворачивания стимулов, задействованных ранее для спасения финансовой системы от краха. Поскольку у Трише нет никакой власти над своими коллегами-вольнодумцами, у него остается единственная возможность: использовать силу убеждения (то есть стратегию, которая не увенчалась особым успехом ранее в этом году, когда члены Совета не сошлись во мнениях относительно программы покупки активов).
"Черный список - это конечно хорошо, но в конечном итоге Трише не может заткнуть рот двум десяткам глав региональных Центробанков по всей Европе - особенно если они с чем-то не согласны", - комментирует Юрген Михельс, главный экономист Citigroup Inc. "В то же время какофония голосов также нежелательна. Рынки сейчас и без того нервничают, и некоторые их реакции на отдельные заявления, касающиеся стратегий отхода, бывают весьма преувеличенными".
К примеру, пресловутый комментарий Вебера о том, что в следующем году ЕЦБ может отказаться от продления выдачи 12-месячных банковских кредитов (являющихся одним из ключевых инструментов в борьбе с финансовым кризисом), вызвали рост доходности по ГКО Германии на 7 б.п. до 1,36%.
Интервенция Вебера стала первой ласточкой, указывающей на способы, которыми ЕЦБ может перекрыть бесперебойную до настоящего времени подачу денег в банковский сектор. Кроме того, фраза прозвучала уже после начала периода недельного "эмбарго" на подобные заявления.
Это делает Вебера кандидатом на первое место в списке официальных лиц, дерзнувших выступить в течение запретной недели, начинающейся в утро четверга, предшествующего решению ЕЦБ по ставкам. Этот черный список составляется пресс-службой Банка и раздается каждому прибывшему на заседание члену Совета - в назидание и как напоминание о необходимости вербальной дисциплины. (Собственно, на этом все его функции и силы заканчиваются). Сама идея списка и "эмбарго" достались Трише в наследство от его предшественника Вима Дузенберга, желающего таким образом продемонстрировать единство взглядов внутри ЕЦБ.
По мнению главного экономиста Barclays Capital Джулиана Кэллоу, некоторые члены ЕЦБ нарушают это правило и высказывают собственное мнение до обнародования консенсуса, когда хотят "обозначить наличие разногласий внутри Управляющего Совета". В качестве ярких образчиков такого фрондерства он приводит Вебера и Мерша.
В этом году Трише столкнулся с одним из наиболее сложных испытаний за все его пребывание на посту главы ЕЦБ - разногласиями членов управляющего совета по поводу того, как именно реагировать на сильнейшую со времен Второй мировой войны рецессию. Одну из противоборствующих сторон возглавил Вебер, который выступил против покупки активов, а также заявил, что минимальным допустимым значением ставки должна быть планка в 1%. Представители другой "фракции", такие, как глава ЦБ Кипра Афанасиос Орфанидес, настаивали на более решительных мерах.
Призывы прийти к консенсусу не действовали, поэтому инвесторы окончательно терялись в догадках, что же собирается делать ЕЦБ. Например, 13 марта представитель Словении Марко Краньеч сообщил, что ЕЦБ может расширить программу по покупке облигаций, что вызвало ослабление евро против доллара на 50 центов. В этом же месяце ранее слова Георга Провопулоса о том, что монетарные власти могут опустить значение ставки ниже 1%, привели к стремительному росту облигаций.
В итоге Веберу все же принять как данность план по покупке обеспеченных облигаций на общую сумму в 60 млрд. евро (88 млрд. долларов).
"Дело в том, что эти чиновники отражают интересы различных стран и групп населения, - считает Лорен Бильке, экономист Nomura International в Лондоне. - Отчаянные попытки главы ЕЦБ заставить всех членов управляющего совета петь в унисон являются закономерным явлением".
Вебер, который по уже сложившейся традиции стал одним из первых представителей ЕЦБ, предупреждающих об инфляционных рисках, на прошлой неделе заявил, что ЕЦБ "не собирается ждать" пока восстановится занятость, и готов уже сейчас ужесточить монетарную политику. В то же день Кводен, отдающий предпочтения политикам, направленным на поддержку экономического роста, сообщил, что восстановление обещает быть "хрупким", поэтому "ответ монетарной политики будет соответствующим и очевидным".
Жак Каллуа, экономист at Royal Bank of Scotland Group Plc отмечает, что поскольку ЕЦБ не публикует протоколы своих предыдущих заседаний, как это делает ФРС, единственным индикатором дальнейших решений чиновников являются их собственные комментарии.
Мэтью Брокетт
Bloomberg
Не далее как 29 октября Вебер спровоцировал скачок доходности по 2-летним облигациям Германии, нарушив протокол ЕЦБ и сообщив о возможности изменений в политике долгосрочного банковского кредитования. Традиционно право заявлять подобное принадлежит Трише.
Вебер и бельгиец Гай Кводен также являются нарушителями правила, согласно которому члены Совета должны воздерживаться от комментариев в отношении монетарной политики в течение недели перед решением ЦБ по ставкам. И это - несмотря на наличие у Трише "черного списка", в который попадают все, высказавшиеся вне очереди. В прошлом месяце аналогичным образом проштрафились все те же Вебер и Кводен, вкупе с австрийцем Э. Новотны и голландцем Н. Веллинком. Все они упомянули всеу монетарную политику в ходе недели, предшествовавшей заседанию ЕЦБ 8 октября.
Высока вероятность того, что конфликтующие между собой высказывания запятнают цельность послания ЕЦБ рынкам и внесут смятение в умы инвесторов, что особенно опасно по мере приближения Банка к началу сворачивания стимулов, задействованных ранее для спасения финансовой системы от краха. Поскольку у Трише нет никакой власти над своими коллегами-вольнодумцами, у него остается единственная возможность: использовать силу убеждения (то есть стратегию, которая не увенчалась особым успехом ранее в этом году, когда члены Совета не сошлись во мнениях относительно программы покупки активов).
"Черный список - это конечно хорошо, но в конечном итоге Трише не может заткнуть рот двум десяткам глав региональных Центробанков по всей Европе - особенно если они с чем-то не согласны", - комментирует Юрген Михельс, главный экономист Citigroup Inc. "В то же время какофония голосов также нежелательна. Рынки сейчас и без того нервничают, и некоторые их реакции на отдельные заявления, касающиеся стратегий отхода, бывают весьма преувеличенными".
К примеру, пресловутый комментарий Вебера о том, что в следующем году ЕЦБ может отказаться от продления выдачи 12-месячных банковских кредитов (являющихся одним из ключевых инструментов в борьбе с финансовым кризисом), вызвали рост доходности по ГКО Германии на 7 б.п. до 1,36%.
Интервенция Вебера стала первой ласточкой, указывающей на способы, которыми ЕЦБ может перекрыть бесперебойную до настоящего времени подачу денег в банковский сектор. Кроме того, фраза прозвучала уже после начала периода недельного "эмбарго" на подобные заявления.
Это делает Вебера кандидатом на первое место в списке официальных лиц, дерзнувших выступить в течение запретной недели, начинающейся в утро четверга, предшествующего решению ЕЦБ по ставкам. Этот черный список составляется пресс-службой Банка и раздается каждому прибывшему на заседание члену Совета - в назидание и как напоминание о необходимости вербальной дисциплины. (Собственно, на этом все его функции и силы заканчиваются). Сама идея списка и "эмбарго" достались Трише в наследство от его предшественника Вима Дузенберга, желающего таким образом продемонстрировать единство взглядов внутри ЕЦБ.
По мнению главного экономиста Barclays Capital Джулиана Кэллоу, некоторые члены ЕЦБ нарушают это правило и высказывают собственное мнение до обнародования консенсуса, когда хотят "обозначить наличие разногласий внутри Управляющего Совета". В качестве ярких образчиков такого фрондерства он приводит Вебера и Мерша.
В этом году Трише столкнулся с одним из наиболее сложных испытаний за все его пребывание на посту главы ЕЦБ - разногласиями членов управляющего совета по поводу того, как именно реагировать на сильнейшую со времен Второй мировой войны рецессию. Одну из противоборствующих сторон возглавил Вебер, который выступил против покупки активов, а также заявил, что минимальным допустимым значением ставки должна быть планка в 1%. Представители другой "фракции", такие, как глава ЦБ Кипра Афанасиос Орфанидес, настаивали на более решительных мерах.
Призывы прийти к консенсусу не действовали, поэтому инвесторы окончательно терялись в догадках, что же собирается делать ЕЦБ. Например, 13 марта представитель Словении Марко Краньеч сообщил, что ЕЦБ может расширить программу по покупке облигаций, что вызвало ослабление евро против доллара на 50 центов. В этом же месяце ранее слова Георга Провопулоса о том, что монетарные власти могут опустить значение ставки ниже 1%, привели к стремительному росту облигаций.
В итоге Веберу все же принять как данность план по покупке обеспеченных облигаций на общую сумму в 60 млрд. евро (88 млрд. долларов).
"Дело в том, что эти чиновники отражают интересы различных стран и групп населения, - считает Лорен Бильке, экономист Nomura International в Лондоне. - Отчаянные попытки главы ЕЦБ заставить всех членов управляющего совета петь в унисон являются закономерным явлением".
Вебер, который по уже сложившейся традиции стал одним из первых представителей ЕЦБ, предупреждающих об инфляционных рисках, на прошлой неделе заявил, что ЕЦБ "не собирается ждать" пока восстановится занятость, и готов уже сейчас ужесточить монетарную политику. В то же день Кводен, отдающий предпочтения политикам, направленным на поддержку экономического роста, сообщил, что восстановление обещает быть "хрупким", поэтому "ответ монетарной политики будет соответствующим и очевидным".
Жак Каллуа, экономист at Royal Bank of Scotland Group Plc отмечает, что поскольку ЕЦБ не публикует протоколы своих предыдущих заседаний, как это делает ФРС, единственным индикатором дальнейших решений чиновников являются их собственные комментарии.
Мэтью Брокетт
Bloomberg
/templates/new/dleimages/no_icon.gif Источник
Не является индивидуальной инвестиционной рекомендацией | При копировании ссылка обязательна | Нашли ошибку - выделить и нажать Ctrl+Enter | Жалоба