Воскресным вечером президент Дональд Трамп отдал приказ о военно-морской блокаде Ормузского пролива, разрушив надежды на быстрое завершение конфликта на Ближнем Востоке и доведя до предела противостояние с Ираном, которое уже спровоцировало самый сильный энергетический шок за всю историю наблюдений.
Решение о блокаде было принято после провала переговоров между США и Ираном, которые продолжались почти сутки, но так и не привели к компромиссу по ключевым вопросам, включая ядерную программу Тегерана и контроль над стратегически важными морскими путями. Введение ограничений на движение судов фактически означает попытку оказать максимальное давление на Иран, однако последствия этого шага выходят далеко за рамки двустороннего конфликта.
Практически сразу после объявления о блокаде судоходство в проливе оказалось парализованным. По данным Lloyd’s List Intelligence, танкерное движение через пролив, которое начало понемногу восстанавливаться после кратковременного перемирия, вновь остановилось. Некоторые суда были вынуждены развернуться, не достигнув выхода из пролива. Это привело к мгновенной реакции на сырьевых рынках. Цены на нефть резко выросли, поскольку инвесторы начали учитывать риск дальнейшего сокращения поставок. Рост стоимости нефти усилил опасения по поводу новой волны инфляции, которая и без того уже начала набирать обороты в мировой экономике.
До первых ударов США и Израиля по Ирану, нанесённых 28 февраля, примерно одна пятая всей мировой нефти проходила через Ормузский пролив. После начала конфликта этот поток сократился до едва заметного ручейка, что привело к разрушению цепочек поставок не только чёрного золота, но и удобрений, одежды, промышленных товаров. Аналитики предупреждают, что даже в случае быстрого урегулирования расчистка образовавшегося затора может занять недели. Полноценная же блокада, как нынешняя, ужесточит сжатие ещё сильнее.
Трита Парси (Trita Parsi), исполнительный вице-президент Института ответственного государственного управления Куинси (Quincy Institute for Responsible Statecraft), заявил в эфире CNBC, что изъятие с рынка дополнительных объёмов нефти, особенно той, которая пока ещё кое-как выбирается из Персидского залива, неминуемо толкнёт цены выше, примерно до $150 за баррель. При этом он подчеркнул, что ни одна из сторон прямо не заявляла о прекращении переговоров или окончании режима прекращения огня, поэтому все эти шаги следует воспринимать как тактические манёвры и угрозы в рамках торга. Однако от тактических манёвров до полномасштабной эскалации — один неверный шаг.
Последствия блокады не ограничатся одной лишь сырой нефтью. Бен Эмонс (Ben Emons), управляющий директор Fed Watch Advisors, обращает внимание на цены на удобрения и гелий. Первые критически важны для продовольственного производства, вторые — для производства полупроводников. Оба этих рынка уже реагируют на перекрытие пролива, и стоимость соответствующих товаров, по прогнозам, продолжит неуклонно расти, подогревая инфляцию, которая и без того разгоняется во всём мире. На прошлой неделе представители Международного валютного фонда (МВФ, IMF) и Всемирного банка (The World Bank) дали понять, что собираются понизить прогнозы глобального экономического роста и повысить оценки инфляции, особо предупредив, что самый сильный удар придётся на развивающиеся рынки.
Аналитики Barclays отмечают, что экономические шрамы от атак на энергетические объекты и порты Ирана и других стран Залива будут продолжать держать предложение в стрессовом состоянии для развивающейся Азии. Остаётся только гадать, как скоро удастся нормализовать добычу, переработку и погрузку нефти и газа. Месячный сбой в работе Ормузского пролива уже вызвал предупреждения о том, что миру грозит энергетический кризис, превосходящий нефтяное эмбарго 1970-х годов. Тогда арабские страны-производители ввели запрет на поставки государствам, поддерживающим Израиль, что привело к четырёхкратному скачку цен и введению талонов на бензин в крупнейших экономиках мира.
Фатих Бироль (Fatih Birol), глава Международного энергетического агентства (МЭА, IEA), назвал нынешний сбой самым серьёзным энергетическим шоком в истории человечества — более разрушительным, чем кризисы 1970-х и военные конфликты в Украине и Иране, вместе взятые. Дэниел Йергин (Daniel Yergin), вице-председатель S&P Global, в интервью Barron’s заявил, что мир никогда не сталкивался с таким масштабом нарушений. По его словам, даже нефтяные кризисы семидесятых, ирано-иракская война 1980-х и вторжение Ирака в Кувейт в 1990 году не идут ни в какое сравнение с тем, что происходит сейчас.
Тем не менее есть и более осторожные голоса. Дэвид Любин (David Lubin), старший научный сотрудник лондонского аналитического центра Chatham House, обращает внимание на то, что ценовая реакция пока остаётся более сдержанной, чем можно было бы ожидать, и экономический рост может оказаться устойчивее, чем опасались. Он напоминает, что современная глобальная экономика гораздо менее нефтеёмка, чем в прошлом: сейчас на единицу валового внутреннего продукта требуется примерно 40% барреля нефти, тогда как в начале семидесятых требовался целый баррель. Кроме того, за последние пятьдесят лет в энергобаланс вошли ветряная, солнечная и атомная генерация, которых тогда просто не существовало. Однако, предупреждает Любин, если конфликт продолжит эскалацию, энергетические последствия этого кризиса вполне могут оказаться такими же разрушительными, как в 1970-х.
Особую роль в текущей ситуации играет Китай, который остаётся крупнейшим покупателем иранской нефти и, по данным аналитиков, продолжал получать поставки через пролив даже после начала войны. Всеобъемлющий запрет на танкеры с иранской сырой нефтью грозит перекрыть этот канал снабжения, что может вновь разжечь напряжённость в отношениях между Вашингтоном и Пекином накануне запланированного визита президента США в Китай в следующем месяце. Трита Парси выразил сомнение, что Дональд Трамп готов к такому уровню эскалации, и добавил, что не удивится, если президент в итоге откажется от своих же угроз. Администрация США в понедельник также пригрозила ввести дополнительные 50%-ные пошлины на китайские товары, если Китайская Народная Республика будет поставлять Тегерану современное военное оборудование. Под перекрёстный огонь могут попасть и такие страны, как Индия с Пакистаном, которые заключили с Ираном соглашения о безопасном проходе судов.
Часть экспертов склонна рассматривать блокаду скорее как принудительный рычаг давления, а не как финальную эскалацию. Трита Парси вновь подчеркнул, что, поскольку ни одна из сторон прямо не заявила о прекращении переговоров, все эти шаги следует трактовать как тактику и угрозы внутри переговорного процесса. Брайан Якобсен (Brian Jacobsen), главный экономист Annex Wealth Management, выразил осторожный оптимизм, предположив, что Вашингтон может сделать исключения для безопасного прохода союзных судов. Однако Бен Эмонс предупреждает, что такая стратегия несёт колоссальные риски обратного отсчёта. Шаг, призванный поставить Иран на колени, с равной вероятностью может спровоцировать ответные удары и новый виток военной эскалации. Иранский Корпус стражей исламской революции дал понять это в полной мере, предупредив в воскресенье, что любые военные корабли, приближающиеся к проливу «под любым предлогом», будут рассматриваться как нарушение режима прекращения огня.
Наконец, у блокады нет легального фундамента, и это признают даже многие западные эксперты. Ни США, ни Иран не обладают полномочиями закрывать или ограничивать проход через Ормуз. Как пояснил Бен Эмонс, согласно международному праву, а именно правилам, регулирующим международные проливы, Соединённые Штаты не имеют юридической власти закрывать, приостанавливать или препятствовать транзитному проходу через Ормузский пролив. Прибрежными государствами здесь являются только Иран и Оман, и даже им запрещено приостанавливать транзитный проход. Для судовладельцев практическим сдерживающим фактором становится ещё и угроза вторичных санкций: любые платежи в адрес Ирана рискуют нарушить американские и европейские нормы, а компании могут столкнуться с суровыми штрафами. Это создает дополнительный барьер для восстановления нормального движения товаров и усиливает давление на мировую экономику.
Не является индивидуальной инвестиционной рекомендацией | При копировании ссылка обязательна | Нашли ошибку - выделить и нажать Ctrl+Enter | Жалоба