Интервью с президентом финансовой группы «Союз немецких сберкасс и банков» Хайнрихом Хаасисом
Бюджетные проблемы Греции поставили под угрозу единство всей еврозоны, однако многие финансисты продолжают возражать против масштабной денежной помощи Афинам со стороны ЕС. В интервью Handelsblatt президент финансовой группы «Союз немецких сберкасс и банков» (DSGV) ХАЙНРИХ ХААСИС требует, чтобы за финансовый кризис Греции ответственность несли именно те, кто способствовал его развитию. Банкир критикует «большую двадцатку» за непродуктивность работы по подготовке реформы регулирования финансовых рынков, выступает против введения «антикризисного» банковского налога и поддерживает идею введения налога на транзакции.
— Г-н Хаасис, станут ли немецкие сберкассы вносить деньги в фонд спасения Греции?
— Деньги должны вносить те, кто учил греков «подчищать» финансовую отчетность и помогал им брать кредиты «нетрадиционными» способами. Платить должны и те, кто заработал, играя на ожиданиях дефолта Греции. Ни к тем, ни к другим сберкассы отношения не имеют. В принципе же против инвестиций в государственные облигации стран еврозоны никаких возражений нет.
— Каково ваше мнение о последних шагах ЕС по обеспечению стабильности евро?
— Соответствующие структуры отнеслись к этому очень серьезно. Сейчас главное — позаботиться об укреплении доверия к нашей общей валюте и экономической эффективности еврозоны в целом. Ни у кого не должно возникать сомнений в том, что гособлигации стран ЕС абсолютно надежны.
— Насколько велик ущерб, который кризис в Греции нанес немецким сберкассам и банкам?
— Ни один кредитный институт нельзя упрекать, если он покупает гособлигации страны — члена ЕС. Данная форма финансирования сама по себе надежна и государствами Евросоюза приветствуется. Конечно, отдельные институты нашей финансовой группы ее использовали.
— Ну а вы лично стали бы сейчас покупать греческие бумаги или же бонды каких-либо других проблемных стран ЕС?
— Я рассуждаю так же, как и любой другой инвестор: если есть уверенность в том, что вложенные деньги будут возвращены, то преград для инвестиции нет.
— Согласны ли вы с тем, что инвесторы должны внести свой вклад в спасение Греции?
— С такой постановкой вопроса я не согласен. Мы все заинтересованы в том, чтобы инвесторы вкладывали свои средства в еврозону и предоставляли их для государственного финансирования. Так зачем же отпугивать их, подавая сигнал, что инвестиции в данном регионе перестали быть надежными? Это может привести к быстрому оттоку инвестиций и из других стран зоны евро.
Совершенно иначе я отношусь к тем, кто путем спекулятивных сделок способствовал углублению кризиса. Я бы приветствовал, если бы их за это примерно наказали.
— Результаты последней встречи министров финансов «двадцатки» оказались довольно бледными. Не кажется ли вам, что момент для того, чтобы улучшить контроль за финансовыми рынками, упущен?
— Надежды на то, что уроки кризиса будут усвоены, тают. Политики завязли в дискуссиях общего характера об увеличении собственного капитала банков или же о введении нового антикризисного налога для всех банков подряд. Это неправильно. Необходимо бить по виновникам кризиса.
— В рамках «двадцатки» сталкиваются самые разные интересы. Способна ли она вообще сдвинуть с места проблему регулирования рынков?
— «Двадцатка» является историческим шансом создания политического противовеса глобальным финансовым рынкам. Если бы на этом уровне удалось прийти к единому мнению, то от регулирования не смог бы ускользнуть ни один финансовый институт. Сложность заключается в том, чтобы и договориться, и не похоронить положительные особенности каждой из отдельных стран.
— Так стоит ли ожидать введения нового «антикризисного» налога на банки?
— Политики хотят наказать виновников кризиса. Они также хотят собрать средства для того, чтобы предотвратить такие кризисы в будущем. И к тому и к другому я отношусь с полным пониманием. Но идти к этой цели следует правильной дорогой. И тут уж я не могу понять, почему на кредитную сделку с промышленной компанией в Германии новый налог планируется, а на рисковую внебалансовую финансовую схему — нет. Не доходит до меня и смысл идеи, что сберкассы и кооперативные банки, которые обеспечивают свою стабильность за свой собственный счет, взносы в антикризисный фонд делать будут, а пользоваться ими — нет. Все это выстраивается для другого...
— …для чего же?
— …для обеспечения государственной гарантии крупным, системообразующим банкам. Ее-то и оплатят за счет нового банковского налога. Только мне непонятно, с какой стати оплачивать все это должны еще и сберкассы.
— Какова же альтернатива?
— Мы выступаем за введение налога на финансовые транзакции, который распространялся бы на все сделки всех участников рынка. Он касался бы, например, и хедж-фондов, которых банковский налог, в случае его введения, не затронет.
(ПЕРЕВОД АЛЕКСАНДРА ПОЛОЦКОГО)
Бюджетные проблемы Греции поставили под угрозу единство всей еврозоны, однако многие финансисты продолжают возражать против масштабной денежной помощи Афинам со стороны ЕС. В интервью Handelsblatt президент финансовой группы «Союз немецких сберкасс и банков» (DSGV) ХАЙНРИХ ХААСИС требует, чтобы за финансовый кризис Греции ответственность несли именно те, кто способствовал его развитию. Банкир критикует «большую двадцатку» за непродуктивность работы по подготовке реформы регулирования финансовых рынков, выступает против введения «антикризисного» банковского налога и поддерживает идею введения налога на транзакции.
— Г-н Хаасис, станут ли немецкие сберкассы вносить деньги в фонд спасения Греции?
— Деньги должны вносить те, кто учил греков «подчищать» финансовую отчетность и помогал им брать кредиты «нетрадиционными» способами. Платить должны и те, кто заработал, играя на ожиданиях дефолта Греции. Ни к тем, ни к другим сберкассы отношения не имеют. В принципе же против инвестиций в государственные облигации стран еврозоны никаких возражений нет.
— Каково ваше мнение о последних шагах ЕС по обеспечению стабильности евро?
— Соответствующие структуры отнеслись к этому очень серьезно. Сейчас главное — позаботиться об укреплении доверия к нашей общей валюте и экономической эффективности еврозоны в целом. Ни у кого не должно возникать сомнений в том, что гособлигации стран ЕС абсолютно надежны.
— Насколько велик ущерб, который кризис в Греции нанес немецким сберкассам и банкам?
— Ни один кредитный институт нельзя упрекать, если он покупает гособлигации страны — члена ЕС. Данная форма финансирования сама по себе надежна и государствами Евросоюза приветствуется. Конечно, отдельные институты нашей финансовой группы ее использовали.
— Ну а вы лично стали бы сейчас покупать греческие бумаги или же бонды каких-либо других проблемных стран ЕС?
— Я рассуждаю так же, как и любой другой инвестор: если есть уверенность в том, что вложенные деньги будут возвращены, то преград для инвестиции нет.
— Согласны ли вы с тем, что инвесторы должны внести свой вклад в спасение Греции?
— С такой постановкой вопроса я не согласен. Мы все заинтересованы в том, чтобы инвесторы вкладывали свои средства в еврозону и предоставляли их для государственного финансирования. Так зачем же отпугивать их, подавая сигнал, что инвестиции в данном регионе перестали быть надежными? Это может привести к быстрому оттоку инвестиций и из других стран зоны евро.
Совершенно иначе я отношусь к тем, кто путем спекулятивных сделок способствовал углублению кризиса. Я бы приветствовал, если бы их за это примерно наказали.
— Результаты последней встречи министров финансов «двадцатки» оказались довольно бледными. Не кажется ли вам, что момент для того, чтобы улучшить контроль за финансовыми рынками, упущен?
— Надежды на то, что уроки кризиса будут усвоены, тают. Политики завязли в дискуссиях общего характера об увеличении собственного капитала банков или же о введении нового антикризисного налога для всех банков подряд. Это неправильно. Необходимо бить по виновникам кризиса.
— В рамках «двадцатки» сталкиваются самые разные интересы. Способна ли она вообще сдвинуть с места проблему регулирования рынков?
— «Двадцатка» является историческим шансом создания политического противовеса глобальным финансовым рынкам. Если бы на этом уровне удалось прийти к единому мнению, то от регулирования не смог бы ускользнуть ни один финансовый институт. Сложность заключается в том, чтобы и договориться, и не похоронить положительные особенности каждой из отдельных стран.
— Так стоит ли ожидать введения нового «антикризисного» налога на банки?
— Политики хотят наказать виновников кризиса. Они также хотят собрать средства для того, чтобы предотвратить такие кризисы в будущем. И к тому и к другому я отношусь с полным пониманием. Но идти к этой цели следует правильной дорогой. И тут уж я не могу понять, почему на кредитную сделку с промышленной компанией в Германии новый налог планируется, а на рисковую внебалансовую финансовую схему — нет. Не доходит до меня и смысл идеи, что сберкассы и кооперативные банки, которые обеспечивают свою стабильность за свой собственный счет, взносы в антикризисный фонд делать будут, а пользоваться ими — нет. Все это выстраивается для другого...
— …для чего же?
— …для обеспечения государственной гарантии крупным, системообразующим банкам. Ее-то и оплатят за счет нового банковского налога. Только мне непонятно, с какой стати оплачивать все это должны еще и сберкассы.
— Какова же альтернатива?
— Мы выступаем за введение налога на финансовые транзакции, который распространялся бы на все сделки всех участников рынка. Он касался бы, например, и хедж-фондов, которых банковский налог, в случае его введения, не затронет.
(ПЕРЕВОД АЛЕКСАНДРА ПОЛОЦКОГО)
Не является индивидуальной инвестиционной рекомендацией | При копировании ссылка обязательна | Нашли ошибку - выделить и нажать Ctrl+Enter | Жалоба