17 мая 2010
В мире пахнет войной. На этот раз не за ресурсы, а за рынки сбыта. Во всяком случае именно так обстоят дела на рынке природного газа.
Российские залежи природного газа всегда считались одними из самых ценных достояний нашей страны. Однако времена меняются. В прошлом году неожиданно выяснилось, что востребованность продукции флагмана российской экономики — Газпрома — в будущем находится под большим вопросом. Причина этого связана с расширением добычи «сланцевого газа». Так называют «голубое топливо», содержащееся в залежах сланца. Этот факт известен давно: первая газовая скважина была пробурена в США в 1821 г. Однако развития этот способ добычи природного газа не получил из-за своей дороговизны.
В последние годы ситуация резко изменилась. Избыток и разнообразие бурового оборудования, а также совершенствование технологий бурения привели к удешевлению проникновения к сланцевым залежам. По утверждению отдельных добытчиков сланцевого газа в США его себестоимость не превышает 100 долл. за 1 тыс.куб.м, что создает жестокую конкуренцию прежним способам добычи газа.
Правда, ряд экспертов считают эти цифры в определенном смысле подтасованными. Расчеты показывают, что с учетом всех капитальных затрат заключительная стоимость этого газа может составлять 200–300 долл. за тысячу кубов. Однако и это уже серьезно бьет по существующей расстановке сил на газовом рынке. Для сравнения: при цене газа менее 250 долл. за 1 тыс.куб.м разработка громадного Штокмановского месторождения в Баренцевом море становится экономически нецелесообразной. Да и многие существующие месторождения оказываются под знаком вопроса с точки зрения их рентабельности.
При этом себестоимость добычи сланцевого газа обещает в будущем только снижаться. Этого не скажешь о других способах извлечения природного газа из недр земли. К тому же для его транспортировки надо строить и обслуживать газопроводы, что требует значительных затрат. А сланцевый газ можно добывать в непосредственной близости от потребителя, что позволяет снизить издержки на обустройство газопроводных и распределительных систем. Ведь сланец находится буквально повсюду. Вопрос скорее упирается в то, насколько глубоко он залегает. Например, в США этот показатель в основном колеблется около 1500 м, а в Европе — 2500 м.
Второе преимущество сланцевого газа заключается в том, что скважин-«пустышек» практически не бывает. Хоть какой-то дебет, но будет всегда. Другое дело, скважина может быстро истощиться. Причем достаточно быстро. Возможно, буквально за полгода-год. Поэтому добыча сланцевого газа сродни однократному съему урожая с участка целинной земли: распахал, засеял, снял, в следующем сезоне уже принялся за следующий такой же участок. По большому счету, все это наносит огромный вред окружающей среде. Однако кто об этом думает всерьез, когда речь идет о наживе?
Как бы там ни было, но все это привело к серьезному переделу газового рынка. Достаточно отметить, что в 2009 г. США, традиционно энергетически недостаточные, вдруг стали крупнейшим производителем газа. И все благодаря сланцевому газу. В результате, оказалась невостребованной продукция заводов по производству сжиженного газа, которые были построены на Сахалине из расчета на поставки газа в США. Ситуацию спасает то обстоятельство, что «голубое топливо» нужно Китаю. Но это пока. Возможно, лишь до той поры, пока Поднебесная не решит сама добывать сланцевый газ на своей территории.
В Европе ситуация для российского газа еще хуже. Пока Газпром ежегодно воевал с Украиной по транзиту голубого топлива, европейский рынок начали активно осваивать многочисленные конкуренты. Падение цен на газ благодаря увеличению добычи сланцевого газа и негибкая ценовая политика Газпрома усугубили ситуацию. Отечественный монополист в последнее время только и делает, что теряет европейский рынок.
В связи с этим нелишне отметить, что наша крупнейшая компания по сию пору пытается цепляться за цены, рассчитанные в привязке к корзине нефти и нефтепродуктов. Но эта парадигма верна, пока нет серьезной альтернативы природному газу, добываемому традиционным способом. При наличии конкуренции со стороны сланцевого газа данная концепция полностью теряет свою актуальность. Кроме того, Европа также может начать добывать сланцевый газ в буквальном смысле из-под ног. Единственное ограничение связано с тем, что высокая плотность населения не позволяет бездумно бурить скважины где ни попади, как это можно делать, скажем, на обширных просторах США.
Все это свидетельствует о том, что на газовом фронте начался серьезный передел рынка, если не натуральная скрытая война. Причем, вполне возможно, сейчас все только начинается. Как известно, все прорывные технологии создавались в периоды кризисов, а после их окончания получали новый импульс к развитию. Поэтому ценовая война, развязанная «сланцевым газом», может оказаться «первым звоночком», который предупреждает о скором появлении иных, более конкурентоспособных альтернатив существующим способам добычи энергоресурсов. Если это не так, то в обозримом будущем стоит ожидать еще более масштабных изменений, включая возможность появления новых источников энергии.
Печально, что россияне от этого только обеднеют. Причем не только оттого, что Газпром станет приносить в казну меньше денег. Но и оттого, что все свои издержки по созданию газопроводов, которые могут в будущем оказаться попросту ненужными, отечественный монополист компенсирует за счет внутреннего рынка. Поэтому снижение стоимости природного газа на мировом рынке вовсе не означает, что его цена и в России непременно будет уменьшаться. За отечественную промышленность можно ничего не говорить. Она попросту умрет.
Рис. 1. Стоимость природного газа на торговой площадке CME Group (NYMEX), недельный масштаб
Михаил Чекулаев
Российские залежи природного газа всегда считались одними из самых ценных достояний нашей страны. Однако времена меняются. В прошлом году неожиданно выяснилось, что востребованность продукции флагмана российской экономики — Газпрома — в будущем находится под большим вопросом. Причина этого связана с расширением добычи «сланцевого газа». Так называют «голубое топливо», содержащееся в залежах сланца. Этот факт известен давно: первая газовая скважина была пробурена в США в 1821 г. Однако развития этот способ добычи природного газа не получил из-за своей дороговизны.
В последние годы ситуация резко изменилась. Избыток и разнообразие бурового оборудования, а также совершенствование технологий бурения привели к удешевлению проникновения к сланцевым залежам. По утверждению отдельных добытчиков сланцевого газа в США его себестоимость не превышает 100 долл. за 1 тыс.куб.м, что создает жестокую конкуренцию прежним способам добычи газа.
Правда, ряд экспертов считают эти цифры в определенном смысле подтасованными. Расчеты показывают, что с учетом всех капитальных затрат заключительная стоимость этого газа может составлять 200–300 долл. за тысячу кубов. Однако и это уже серьезно бьет по существующей расстановке сил на газовом рынке. Для сравнения: при цене газа менее 250 долл. за 1 тыс.куб.м разработка громадного Штокмановского месторождения в Баренцевом море становится экономически нецелесообразной. Да и многие существующие месторождения оказываются под знаком вопроса с точки зрения их рентабельности.
При этом себестоимость добычи сланцевого газа обещает в будущем только снижаться. Этого не скажешь о других способах извлечения природного газа из недр земли. К тому же для его транспортировки надо строить и обслуживать газопроводы, что требует значительных затрат. А сланцевый газ можно добывать в непосредственной близости от потребителя, что позволяет снизить издержки на обустройство газопроводных и распределительных систем. Ведь сланец находится буквально повсюду. Вопрос скорее упирается в то, насколько глубоко он залегает. Например, в США этот показатель в основном колеблется около 1500 м, а в Европе — 2500 м.
Второе преимущество сланцевого газа заключается в том, что скважин-«пустышек» практически не бывает. Хоть какой-то дебет, но будет всегда. Другое дело, скважина может быстро истощиться. Причем достаточно быстро. Возможно, буквально за полгода-год. Поэтому добыча сланцевого газа сродни однократному съему урожая с участка целинной земли: распахал, засеял, снял, в следующем сезоне уже принялся за следующий такой же участок. По большому счету, все это наносит огромный вред окружающей среде. Однако кто об этом думает всерьез, когда речь идет о наживе?
Как бы там ни было, но все это привело к серьезному переделу газового рынка. Достаточно отметить, что в 2009 г. США, традиционно энергетически недостаточные, вдруг стали крупнейшим производителем газа. И все благодаря сланцевому газу. В результате, оказалась невостребованной продукция заводов по производству сжиженного газа, которые были построены на Сахалине из расчета на поставки газа в США. Ситуацию спасает то обстоятельство, что «голубое топливо» нужно Китаю. Но это пока. Возможно, лишь до той поры, пока Поднебесная не решит сама добывать сланцевый газ на своей территории.
В Европе ситуация для российского газа еще хуже. Пока Газпром ежегодно воевал с Украиной по транзиту голубого топлива, европейский рынок начали активно осваивать многочисленные конкуренты. Падение цен на газ благодаря увеличению добычи сланцевого газа и негибкая ценовая политика Газпрома усугубили ситуацию. Отечественный монополист в последнее время только и делает, что теряет европейский рынок.
В связи с этим нелишне отметить, что наша крупнейшая компания по сию пору пытается цепляться за цены, рассчитанные в привязке к корзине нефти и нефтепродуктов. Но эта парадигма верна, пока нет серьезной альтернативы природному газу, добываемому традиционным способом. При наличии конкуренции со стороны сланцевого газа данная концепция полностью теряет свою актуальность. Кроме того, Европа также может начать добывать сланцевый газ в буквальном смысле из-под ног. Единственное ограничение связано с тем, что высокая плотность населения не позволяет бездумно бурить скважины где ни попади, как это можно делать, скажем, на обширных просторах США.
Все это свидетельствует о том, что на газовом фронте начался серьезный передел рынка, если не натуральная скрытая война. Причем, вполне возможно, сейчас все только начинается. Как известно, все прорывные технологии создавались в периоды кризисов, а после их окончания получали новый импульс к развитию. Поэтому ценовая война, развязанная «сланцевым газом», может оказаться «первым звоночком», который предупреждает о скором появлении иных, более конкурентоспособных альтернатив существующим способам добычи энергоресурсов. Если это не так, то в обозримом будущем стоит ожидать еще более масштабных изменений, включая возможность появления новых источников энергии.
Печально, что россияне от этого только обеднеют. Причем не только оттого, что Газпром станет приносить в казну меньше денег. Но и оттого, что все свои издержки по созданию газопроводов, которые могут в будущем оказаться попросту ненужными, отечественный монополист компенсирует за счет внутреннего рынка. Поэтому снижение стоимости природного газа на мировом рынке вовсе не означает, что его цена и в России непременно будет уменьшаться. За отечественную промышленность можно ничего не говорить. Она попросту умрет.
Рис. 1. Стоимость природного газа на торговой площадке CME Group (NYMEX), недельный масштаб
Михаил Чекулаев
Не является индивидуальной инвестиционной рекомендацией | При копировании ссылка обязательна | Нашли ошибку - выделить и нажать Ctrl+Enter | Жалоба