10 декабря 2013 Архив
Проблема too big to fail почти решена?
«Ранее в этом году я говорил, что, если бы у нас не было возможности прямо сказать, что мы положили конец гегемонии крупных банков, мы бы рассматривали другие варианты, - заявил Лью. - С учетом общего объема реформ, которые мы реализуем в настоящее время, я считаю, что мы в целом пройдем данное испытание, но пока еще нет четкого понимания тех сроков, в которые можно будет с уверенностью сказать, что принятые меры оказались достаточными. Если в будущем возникнет необходимость принять дополнительные меры, мы не будем колебаться».
Таким образом, Лью заявляет, что США находится на грани возможности банкротства фактически шести крупнейших американских банков. Однако смогут ли данные компании действительно обанкротиться в отсутствие какой-либо государственной поддержки, с учетом крупных убытков акционеров и кредиторов? В июле Лью установил конец 2013 года конечным сроком для отмены принципа государственной поддержки крупнейших банков. Сейчас это выглядит очередным утопическим правилом, так и оставшимся «мертвой нормой».
С точки зрения банков
Найти в частном секторе, в финансах или еще где-либо человека, который бы разделял точку зрения Лью, очень сложно. (Конечно же, это не касается тех, кто работает в банках Большой шестерки или не поддерживает их в финансовом плане.)
Логику Лью можно разбить на три аспекта.
Во-первых, он заявляет, что Закон о реформировании деятельности Уолл Стрит и защите прав потребителей «четко устанавливает, что ни одно из финансовых учреждений не может считаться слишком большим для его банкротства».
Однако это далеко не так. Закон не позволяет предоставлять поддержку определенным компаниям (например, кредиты такого типа, какие получила компания American International Group Inc. в сентябре 2008 года, вероятно, будут запрещены). Однако подобный запрет вряд ли ограничит изобретательность Федерального банка Нью-Йорка, когда он вновь захочет поддержать разваливающуюся компанию. Поскольку такая поддержка возможна для широкого класса активов и типов компаний, возможным остается практически все. (Конечно же, внесены некоторые изменения в некоторых процедурах предоставления разрешения на поддержку, но любой человек, которому пришлось пережить финансовый кризис, подтвердит, что такие формальности не имеют значения, когда власть имущие решили, что меры по финансовому спасению той или иной компании необходимы.)
Следующая инициатива по применению таких мер не будет исходить от Конгресса. Никто не собирается еще раз повторять программу выкупа проблемных активов в текущей политической среде. Эта помощь будет поступать от или, по крайней мере, через ФРС.
Более того, в отношении «завещаний о жизни», то есть планов крупнейших банков на случай банкротства без образования паники на мировых финансовых рынках, по словам Лью, «регуляторы потребуют переработать такие планы, если они покажутся ненадежными». Как отметил министр финансов, если компании «не смогут предоставить надежный план, регуляторы вправе предпринять меры юридической защиты, включая выставление требований в адрес компаний приостановить или переориентировать свою коммерческую деятельность».
На практике пока что не было никаких признаков создания ни надежных планов, ни каких-либо «мер юридической защиты». Потому маловероятно, что регуляторы действительно собираются использовать такие полномочия. В частности, отсутствуют даже признаки того, что сотрудники или управляющие ФРС движутся в данном направлении.
Право решать
Лью также уделяет большое значение новым полномочиям Федеральной корпорации по страхованию вкладов принимать значимые решения. Однако министр финансов США выпускает из виду важный момент: эти полномочия планируются как резервные и будут применяться исключительно в том случае, если банкротство внезапно станет невыгодным. Кроме того, он полностью игнорирует (по крайней мере, в данной речи) внутренние сложности принятия решений за пределами США, что требует сотрудничества судов и регуляторов в разных странах, чего пока так и не удалось достичь. В нынешних условиях это вызовет очередную дестабилизирующую схватку за активы.
Такие полномочия, какие предлагается предложить федеральным страховщикам, являются скорее крайней мерой, и в законе четко указано, что они не могут применяться в первую очередь (о чем, опять же, забыл упомянуть Лью). Кроме того, судебное решение, вынесенное за рубежом, не сработает для мега-банков, по крайней мере, до того, как в США не будет предложена программа финансовой помощи, полностью защищающая кредиторов за пределами страны. Однако, если такое произойдет, уже нельзя считать, что «акционеры, кредиторы и управляющие, а не налогоплательщики, будут отвечать за развал крупной финансовой организации».
Лью также заявляет, что акционерный капитал достаточно велик для того, чтобы его учитывать, но не предоставляет никаких соответствующих цифр, например, сравнение текущих уровней акционерного капитала с масштабом убытков, которые мы понесли или можем понести в случае кризиса. Министр также отмечает, что правило Уолкера, окончательная версия которого будет выпущена уже на этой неделе, позволит многое изменить. Однако вряд ли в глобальных крупных банках имеется достаточная степень прозрачности для того, чтобы кто-либо увидел новые способы маскировки торговли за счет собственных средств.
Власти уже готовы праздновать победу. Однако факты говорят нам, что они практически ничего не изменили в том положении вещей, которое и позволяет крупнейшим банкам пребывать в их текущем состоянии.
«Ранее в этом году я говорил, что, если бы у нас не было возможности прямо сказать, что мы положили конец гегемонии крупных банков, мы бы рассматривали другие варианты, - заявил Лью. - С учетом общего объема реформ, которые мы реализуем в настоящее время, я считаю, что мы в целом пройдем данное испытание, но пока еще нет четкого понимания тех сроков, в которые можно будет с уверенностью сказать, что принятые меры оказались достаточными. Если в будущем возникнет необходимость принять дополнительные меры, мы не будем колебаться».
Таким образом, Лью заявляет, что США находится на грани возможности банкротства фактически шести крупнейших американских банков. Однако смогут ли данные компании действительно обанкротиться в отсутствие какой-либо государственной поддержки, с учетом крупных убытков акционеров и кредиторов? В июле Лью установил конец 2013 года конечным сроком для отмены принципа государственной поддержки крупнейших банков. Сейчас это выглядит очередным утопическим правилом, так и оставшимся «мертвой нормой».
С точки зрения банков
Найти в частном секторе, в финансах или еще где-либо человека, который бы разделял точку зрения Лью, очень сложно. (Конечно же, это не касается тех, кто работает в банках Большой шестерки или не поддерживает их в финансовом плане.)
Логику Лью можно разбить на три аспекта.
Во-первых, он заявляет, что Закон о реформировании деятельности Уолл Стрит и защите прав потребителей «четко устанавливает, что ни одно из финансовых учреждений не может считаться слишком большим для его банкротства».
Однако это далеко не так. Закон не позволяет предоставлять поддержку определенным компаниям (например, кредиты такого типа, какие получила компания American International Group Inc. в сентябре 2008 года, вероятно, будут запрещены). Однако подобный запрет вряд ли ограничит изобретательность Федерального банка Нью-Йорка, когда он вновь захочет поддержать разваливающуюся компанию. Поскольку такая поддержка возможна для широкого класса активов и типов компаний, возможным остается практически все. (Конечно же, внесены некоторые изменения в некоторых процедурах предоставления разрешения на поддержку, но любой человек, которому пришлось пережить финансовый кризис, подтвердит, что такие формальности не имеют значения, когда власть имущие решили, что меры по финансовому спасению той или иной компании необходимы.)
Следующая инициатива по применению таких мер не будет исходить от Конгресса. Никто не собирается еще раз повторять программу выкупа проблемных активов в текущей политической среде. Эта помощь будет поступать от или, по крайней мере, через ФРС.
Более того, в отношении «завещаний о жизни», то есть планов крупнейших банков на случай банкротства без образования паники на мировых финансовых рынках, по словам Лью, «регуляторы потребуют переработать такие планы, если они покажутся ненадежными». Как отметил министр финансов, если компании «не смогут предоставить надежный план, регуляторы вправе предпринять меры юридической защиты, включая выставление требований в адрес компаний приостановить или переориентировать свою коммерческую деятельность».
На практике пока что не было никаких признаков создания ни надежных планов, ни каких-либо «мер юридической защиты». Потому маловероятно, что регуляторы действительно собираются использовать такие полномочия. В частности, отсутствуют даже признаки того, что сотрудники или управляющие ФРС движутся в данном направлении.
Право решать
Лью также уделяет большое значение новым полномочиям Федеральной корпорации по страхованию вкладов принимать значимые решения. Однако министр финансов США выпускает из виду важный момент: эти полномочия планируются как резервные и будут применяться исключительно в том случае, если банкротство внезапно станет невыгодным. Кроме того, он полностью игнорирует (по крайней мере, в данной речи) внутренние сложности принятия решений за пределами США, что требует сотрудничества судов и регуляторов в разных странах, чего пока так и не удалось достичь. В нынешних условиях это вызовет очередную дестабилизирующую схватку за активы.
Такие полномочия, какие предлагается предложить федеральным страховщикам, являются скорее крайней мерой, и в законе четко указано, что они не могут применяться в первую очередь (о чем, опять же, забыл упомянуть Лью). Кроме того, судебное решение, вынесенное за рубежом, не сработает для мега-банков, по крайней мере, до того, как в США не будет предложена программа финансовой помощи, полностью защищающая кредиторов за пределами страны. Однако, если такое произойдет, уже нельзя считать, что «акционеры, кредиторы и управляющие, а не налогоплательщики, будут отвечать за развал крупной финансовой организации».
Лью также заявляет, что акционерный капитал достаточно велик для того, чтобы его учитывать, но не предоставляет никаких соответствующих цифр, например, сравнение текущих уровней акционерного капитала с масштабом убытков, которые мы понесли или можем понести в случае кризиса. Министр также отмечает, что правило Уолкера, окончательная версия которого будет выпущена уже на этой неделе, позволит многое изменить. Однако вряд ли в глобальных крупных банках имеется достаточная степень прозрачности для того, чтобы кто-либо увидел новые способы маскировки торговли за счет собственных средств.
Власти уже готовы праздновать победу. Однако факты говорят нам, что они практически ничего не изменили в том положении вещей, которое и позволяет крупнейшим банкам пребывать в их текущем состоянии.
/templates/new/dleimages/no_icon.gif Источник
Не является индивидуальной инвестиционной рекомендацией | При копировании ссылка обязательна | Нашли ошибку - выделить и нажать Ctrl+Enter | Жалоба