26 января 2014 Архив
Это еще и привлекательнее, особенно для испытывающих затруднения, отстраненных представителей поколения Миллениум, чьи проблемы в Давосе будут обсуждать представители послевоенного поколения, цитируя при этом своих детей. Амбиции Силиконовой долиныпростираются намного дальше достижения компромисса с политиками Швейцарской долины. Взять, к примеру, биткойн. Вместо того, чтобы поддержать банки с помощью сложнодоговорного капитала и норм ликвидности и еще большего количества правил, почему бы не разрушить глобальные платежные системы с помощью цифровой валюты, придуманной неизвестным хакером и подтверждаемой криптографией, а не Центробанком? По всей видимости, эффективность будет намного выше. По сравнению с этим, международные корпорации, олицетворяющие давосское единодушие, например Unilever иPepsiCo – которые осторожно привлекают неправительственные организации к проверке каналов поставки, экономят воду и делают свои обработанные пищевые продукты более полезными – реформаторы, а не революционеры.
Технология сталкивается с собственными проблемами надежности. Google и другие компании находились у политиков под прицелом за уклонение от налогов и оказались в неловком положении, чему способствовало раскрытие информации о разведдеятельности Агентства национальной безопасности. Предприятия, обещающие освобождение через технологии, превратились в каналы государственного надзора. Тем не менее, популярность технологического миллиардера в балахоне по-прежнему выше, чем у сотрудника средних лет в костюме. В ежегодном глобальном отчете, проведенном компанией по связям с общественностью Edelman, 79% опрошенных заявили, что доверяют технологическим компаниями, по сравнению с 59%, отданными в пользу энергетических компаний, и 51% в пользу банков. Это позволяет им получать от правительств все, что душе угодно. Технологические компании и венчурные вкладчики организовали незамедлительную кампанию, направленную на борьбу с предложенным в США законопроектом по ограничению нарушения авторских прав в 2012 году. Народное восстание победило кинематографические и музыкальные компании, которые поддержали закон.
Иногда Силиконовая долина пытается полностью оторваться от назойливого правительства. Ларри Пейдж, главный исполнительный директор Google, предлагает создать экспериментальные лагери, подобные "Горящему человеку", ежегодному фестивалю современного искусства в США, который проводится в пустыне Невады, с помощью новых законопроектов, стимулирующих инновации. Питер Тиел, венчурный капиталовкладчик, хочет, чтобы иностранные, свободно перемещающиеся сообщества "спокойно тестировали новые идеи для правительства". Звучит безумно, но нельзя винить этих людей за их амбиции или всеобъемлющее видение будущего. Это явный отголосок американских иммигрантов, которые перебрались из Европы на новую землю, где создали новые правила. И каким бы невероятным не было это ощущение перспективы, оно обладает гораздо большей романтической привлекательностью, чем бесконечные споры о старом строе. Для представителей поколения Миллениум, связанных друг с другом в Facebook или Snapchat подобно узлам цифровой сети, пока они пытаются найти работу и дом в проблемных, политически парализованных странах, это звучит как боевой призыв.
Опасность для коммерческих предприятий, рассчитывающих на давосское единодушие, заключается в том, что оно имеет обыкновение оборачиваться против них. Согласно отчету Edelman, компании вызывали больше доверия, чем правительство, но многие по-прежнему хотят видеть ужесточение регулирования коммерческой деятельности. Британцы хотят большего регулирования энергетического сектора, немцы большего регулирования финансового сектора, а китайцы – больше норм пищевой безопасности. Изначально после кризиса 2008 года общественное недовольство было сосредоточено вокруг банков, однако оно оказалось заразным. Эд Милибэнд, лидер оппозиционной Лейбористской партии Великобритании, разворачивает масштабную кампанию против "поврежденных рынков" в различных отраслях, обвиняя крупные компании в манипулировании ценами.
Не совсем ясно, почему частному сектору нужно защищаться. Лишь небольшое количество отраслей получило помощь, как банки, или аналогичную "подушку безопасности". Пораженные рецессией потребители не в восторге от роста цен, но эти давления ослабнут за счет возобновления роста. Во многом, вину за экономические затруднения молодежи следует возложить на национальные интересы. Мировая экономика восстанавливается, поэтому будущее не предопределено. Какой путь изберут коммерческие предприятия, доверившись обещаниям лучшей жизни – банковский, погрязший в нормативных и политических спорах, или технологический? Чему стоит поучиться у Силиконовой долины, так это ораторскому мастерству. Множество приложений является совершенно тривиальными по сравнению, скажем, с поставкой энергоносителей, продовольствия или медицины. Как с раздражением отметил Билл Гейтс в своем интервью для Financial Times, в бедных странах вакцины и детское питание значат намного больше, чем связь. Интернет-компании – потрясающие защитники собственной важности. Второй важный урок – разговоры с потребителями напрямую, а не только
Технология сталкивается с собственными проблемами надежности. Google и другие компании находились у политиков под прицелом за уклонение от налогов и оказались в неловком положении, чему способствовало раскрытие информации о разведдеятельности Агентства национальной безопасности. Предприятия, обещающие освобождение через технологии, превратились в каналы государственного надзора. Тем не менее, популярность технологического миллиардера в балахоне по-прежнему выше, чем у сотрудника средних лет в костюме. В ежегодном глобальном отчете, проведенном компанией по связям с общественностью Edelman, 79% опрошенных заявили, что доверяют технологическим компаниями, по сравнению с 59%, отданными в пользу энергетических компаний, и 51% в пользу банков. Это позволяет им получать от правительств все, что душе угодно. Технологические компании и венчурные вкладчики организовали незамедлительную кампанию, направленную на борьбу с предложенным в США законопроектом по ограничению нарушения авторских прав в 2012 году. Народное восстание победило кинематографические и музыкальные компании, которые поддержали закон.
Иногда Силиконовая долина пытается полностью оторваться от назойливого правительства. Ларри Пейдж, главный исполнительный директор Google, предлагает создать экспериментальные лагери, подобные "Горящему человеку", ежегодному фестивалю современного искусства в США, который проводится в пустыне Невады, с помощью новых законопроектов, стимулирующих инновации. Питер Тиел, венчурный капиталовкладчик, хочет, чтобы иностранные, свободно перемещающиеся сообщества "спокойно тестировали новые идеи для правительства". Звучит безумно, но нельзя винить этих людей за их амбиции или всеобъемлющее видение будущего. Это явный отголосок американских иммигрантов, которые перебрались из Европы на новую землю, где создали новые правила. И каким бы невероятным не было это ощущение перспективы, оно обладает гораздо большей романтической привлекательностью, чем бесконечные споры о старом строе. Для представителей поколения Миллениум, связанных друг с другом в Facebook или Snapchat подобно узлам цифровой сети, пока они пытаются найти работу и дом в проблемных, политически парализованных странах, это звучит как боевой призыв.
Опасность для коммерческих предприятий, рассчитывающих на давосское единодушие, заключается в том, что оно имеет обыкновение оборачиваться против них. Согласно отчету Edelman, компании вызывали больше доверия, чем правительство, но многие по-прежнему хотят видеть ужесточение регулирования коммерческой деятельности. Британцы хотят большего регулирования энергетического сектора, немцы большего регулирования финансового сектора, а китайцы – больше норм пищевой безопасности. Изначально после кризиса 2008 года общественное недовольство было сосредоточено вокруг банков, однако оно оказалось заразным. Эд Милибэнд, лидер оппозиционной Лейбористской партии Великобритании, разворачивает масштабную кампанию против "поврежденных рынков" в различных отраслях, обвиняя крупные компании в манипулировании ценами.
Не совсем ясно, почему частному сектору нужно защищаться. Лишь небольшое количество отраслей получило помощь, как банки, или аналогичную "подушку безопасности". Пораженные рецессией потребители не в восторге от роста цен, но эти давления ослабнут за счет возобновления роста. Во многом, вину за экономические затруднения молодежи следует возложить на национальные интересы. Мировая экономика восстанавливается, поэтому будущее не предопределено. Какой путь изберут коммерческие предприятия, доверившись обещаниям лучшей жизни – банковский, погрязший в нормативных и политических спорах, или технологический? Чему стоит поучиться у Силиконовой долины, так это ораторскому мастерству. Множество приложений является совершенно тривиальными по сравнению, скажем, с поставкой энергоносителей, продовольствия или медицины. Как с раздражением отметил Билл Гейтс в своем интервью для Financial Times, в бедных странах вакцины и детское питание значат намного больше, чем связь. Интернет-компании – потрясающие защитники собственной важности. Второй важный урок – разговоры с потребителями напрямую, а не только
/templates/new/dleimages/no_icon.gif Источник
Не является индивидуальной инвестиционной рекомендацией | При копировании ссылка обязательна | Нашли ошибку - выделить и нажать Ctrl+Enter | Жалоба