Интервью с бывшим министром финансов ФРГ Пеером Штайнбрюком
Мировой кризис продолжается уже четвертый год, и пока удалось лишь преодолеть его самую острую фазу, считает бывший министр финансов Германии ПЕЕР ШТАЙНБРЮК. В интервью Handelsblatt он говорит о необходимости совершенствования регулирования финансовых рынков, дает в связи с этим оценку усилиям США и рассказывает о проблемах еврозоны. В политических кругах ФРГ не исключают, что Пеер Штайнбрюк на следующих выборах может стать кандидатом на пост канцлера Германии от социал-демократов.
— Два года назад вместе с другими министрами финансов вы в ходе ежегодной конференции МВФ работали над чрезвычайным планом предотвращения коллапса мировой финансовой системы. Так закончился ли сейчас этот кризис?
— Нет, пока мы преодолели только лишь самые неприятные последствия финансового кризиса, но конца этого тоннеля пока еще не видно. Надо честно признать, что мы переживаем уже четвертый год кризиса.
— Откуда такой пессимизм?
— Факты говорят сами за себя: макроэкономический дисбаланс в мире сохраняется по-прежнему. Я имею в виду, к примеру, высокую, как и прежде, зависимость США от притока капитала из Китая или же разбалансировку в зоне евро, где некоторые страны страдают от пагубной комбинации растущей задолженности и падающей конкурентоспособности. Кстати, даже неожиданно хороший экономический рост в Германии еще нельзя считать подтверждением того, что кризис преодолен. Я, например, полагаю, что капитализация некоторых немецких банков явно недостаточна.
— Каких именно?
— Господи упаси, не стану же я называть их поименно вслух. Однако абсолютно ясно, что ввиду невозврата кредитов из-за экономической рецессии некоторым банкам еще необходимо произвести списания со своих балансов.
— В опубликованной недавно своей книге Unterm Strich вы сожалеете о том, что регулирование охватило пока далеко не всех участников рынка и не все финансовые инструменты и продукты. Неужели политики до сих пор не ощутили всю серьезность положения?
— Кое-что все-таки сделано. Однако верно и то, что принцип регулирования, который на первой встрече министров финансов «двадцатки» был признан основополагающим, до сих пор не реализован. И хотя в США принят вполне важный пакет правил регулирования банковского сектора, появились новые правила «Базель III», где зафиксированы новые нормы собственного капитала финансовых институтов, да и реформа банковского надзора в Европе движется в правильном направлении, многое выглядит еще недостаточно цельно. Уже состоявшиеся реформы я считаю недостаточными для того, чтобы предотвратить финансовый кризис такого масштаба в будущем.
— Что случится, если США не станут вводить новые правила, касающиеся собственного капитала банков?
— Это подорвало бы доверие к политикам и вызвало еще большие сомнения в их способности исправить ситуацию. На мой взгляд, позволить себе такое они не могут.
— США и Европа требуют от Китая, чтобы он ревальвировал юань. Канцлер ФРГ Ангела Меркель уже ведет поиски новой мировой валютной системы в рамках «двадцатки». Насколько реалистичен этот план?
— Я могу себе представить лишь систему гибких валютных курсов. Это должно касаться и юаня. В остальном же я считаю, что манипуляции с валютами центральной проблемой этого кризиса никоим образом не являлись.
— Насколько велика опасность для евро ввиду волнений финансовых рынков по поводу Ирландии?
— Опасность евро не грозит. Если сомнения возникнут, то его надо будет стабилизировать. Другого пути нет. Заинтересованность в наличии единой валюты, которая должна в долгосрочном плане играть роль второй по значению мировой валюты, слишком важна для европейской интеграции, чтобы можно было бы допускать какие-то сомнения в стабильности евро. Поэтому все опасения по поводу того, что дело может дойти до ренационализации этой валюты, абсурдны.
— В теории все это верно, однако ведь кризис евро по-прежнему далек от завершения...
— ...и объясняется это тем, что благодаря миллиардному «спасительному зонтику», которым страны Евросоюза решили защитить евро, они, по сути, лишь купили дополнительное время. Долговые проблемы Европы еще не устранены. И до тех пор пока эта ситуация сохраняется, финансовые рынки продолжат играть против определенных стран, пытаясь понять, а при каких условиях могут быть выплачены миллиарды из европейского фонда по спасению евро и как долго еще Европейский центробанк будет готов скупать гособлигации проблемных стран еврозоны. Это очень важный вопрос.
— Почему, завершив свою деятельность в правительстве, вы в отличие от многих других политиков не пошли работать в частный сектор экономики?
— Подобные предложения мне делали, но я отклонил все связанные с финансовым сектором варианты. Было бы неправильно так быстро оказаться по другую сторону баррикад — это вопрос и стиля, и политики. Сегодня ты федеральный министр финансов, а уже завтра заседаешь в правлении какого-нибудь финансового института — так поступать нельзя!
ПЕРЕВОД АЛЕКСАНДРА ПОЛОЦКОГО
Мировой кризис продолжается уже четвертый год, и пока удалось лишь преодолеть его самую острую фазу, считает бывший министр финансов Германии ПЕЕР ШТАЙНБРЮК. В интервью Handelsblatt он говорит о необходимости совершенствования регулирования финансовых рынков, дает в связи с этим оценку усилиям США и рассказывает о проблемах еврозоны. В политических кругах ФРГ не исключают, что Пеер Штайнбрюк на следующих выборах может стать кандидатом на пост канцлера Германии от социал-демократов.
— Два года назад вместе с другими министрами финансов вы в ходе ежегодной конференции МВФ работали над чрезвычайным планом предотвращения коллапса мировой финансовой системы. Так закончился ли сейчас этот кризис?
— Нет, пока мы преодолели только лишь самые неприятные последствия финансового кризиса, но конца этого тоннеля пока еще не видно. Надо честно признать, что мы переживаем уже четвертый год кризиса.
— Откуда такой пессимизм?
— Факты говорят сами за себя: макроэкономический дисбаланс в мире сохраняется по-прежнему. Я имею в виду, к примеру, высокую, как и прежде, зависимость США от притока капитала из Китая или же разбалансировку в зоне евро, где некоторые страны страдают от пагубной комбинации растущей задолженности и падающей конкурентоспособности. Кстати, даже неожиданно хороший экономический рост в Германии еще нельзя считать подтверждением того, что кризис преодолен. Я, например, полагаю, что капитализация некоторых немецких банков явно недостаточна.
— Каких именно?
— Господи упаси, не стану же я называть их поименно вслух. Однако абсолютно ясно, что ввиду невозврата кредитов из-за экономической рецессии некоторым банкам еще необходимо произвести списания со своих балансов.
— В опубликованной недавно своей книге Unterm Strich вы сожалеете о том, что регулирование охватило пока далеко не всех участников рынка и не все финансовые инструменты и продукты. Неужели политики до сих пор не ощутили всю серьезность положения?
— Кое-что все-таки сделано. Однако верно и то, что принцип регулирования, который на первой встрече министров финансов «двадцатки» был признан основополагающим, до сих пор не реализован. И хотя в США принят вполне важный пакет правил регулирования банковского сектора, появились новые правила «Базель III», где зафиксированы новые нормы собственного капитала финансовых институтов, да и реформа банковского надзора в Европе движется в правильном направлении, многое выглядит еще недостаточно цельно. Уже состоявшиеся реформы я считаю недостаточными для того, чтобы предотвратить финансовый кризис такого масштаба в будущем.
— Что случится, если США не станут вводить новые правила, касающиеся собственного капитала банков?
— Это подорвало бы доверие к политикам и вызвало еще большие сомнения в их способности исправить ситуацию. На мой взгляд, позволить себе такое они не могут.
— США и Европа требуют от Китая, чтобы он ревальвировал юань. Канцлер ФРГ Ангела Меркель уже ведет поиски новой мировой валютной системы в рамках «двадцатки». Насколько реалистичен этот план?
— Я могу себе представить лишь систему гибких валютных курсов. Это должно касаться и юаня. В остальном же я считаю, что манипуляции с валютами центральной проблемой этого кризиса никоим образом не являлись.
— Насколько велика опасность для евро ввиду волнений финансовых рынков по поводу Ирландии?
— Опасность евро не грозит. Если сомнения возникнут, то его надо будет стабилизировать. Другого пути нет. Заинтересованность в наличии единой валюты, которая должна в долгосрочном плане играть роль второй по значению мировой валюты, слишком важна для европейской интеграции, чтобы можно было бы допускать какие-то сомнения в стабильности евро. Поэтому все опасения по поводу того, что дело может дойти до ренационализации этой валюты, абсурдны.
— В теории все это верно, однако ведь кризис евро по-прежнему далек от завершения...
— ...и объясняется это тем, что благодаря миллиардному «спасительному зонтику», которым страны Евросоюза решили защитить евро, они, по сути, лишь купили дополнительное время. Долговые проблемы Европы еще не устранены. И до тех пор пока эта ситуация сохраняется, финансовые рынки продолжат играть против определенных стран, пытаясь понять, а при каких условиях могут быть выплачены миллиарды из европейского фонда по спасению евро и как долго еще Европейский центробанк будет готов скупать гособлигации проблемных стран еврозоны. Это очень важный вопрос.
— Почему, завершив свою деятельность в правительстве, вы в отличие от многих других политиков не пошли работать в частный сектор экономики?
— Подобные предложения мне делали, но я отклонил все связанные с финансовым сектором варианты. Было бы неправильно так быстро оказаться по другую сторону баррикад — это вопрос и стиля, и политики. Сегодня ты федеральный министр финансов, а уже завтра заседаешь в правлении какого-нибудь финансового института — так поступать нельзя!
ПЕРЕВОД АЛЕКСАНДРА ПОЛОЦКОГО
Не является индивидуальной инвестиционной рекомендацией | При копировании ссылка обязательна | Нашли ошибку - выделить и нажать Ctrl+Enter | Жалоба