В последние годы процедура получения лицензий Казначейства Бельгии оставалась рабочим инструментом для снятия ограничений с иностранных ценных бумаг российских инвесторов в Euroclear¹, однако в 2025 г. ситуация стала более неопределенной из-за спора о полномочиях Казначейства Бельгии. В статье подробно рассмотрим текущую ситуацию с правовой неопределенностью, а также возможные сценарии развития событий в 2026 г.
Усиление санкционного давления ЕС
В 2025 г. ЕС принял 4 новых пакета санкций и заявил о намерении подготовить еще один, двадцатый пакет ограничительных мер. Одновременно Совет ЕС внес изменения в тексты санкционных регламентов. Эти изменения существенно усложнили процедуры оспаривания санкций и административных решений, связанных с их применением.
Практика показывает, что доступ к механизмам правовой защиты становится более ограниченным и сложным, а государственные органы стран ЕС проявляют большую осторожность при рассмотрении заявлений, связанных с санкциями.
Ужесточение практики выдачи лицензий
Начиная с сентября – октября 2025 г. процедура получения лицензий Казначейства Бельгии заметно усложнилась. Заявители все чаще сталкиваются с отказами, основанными на неоднозначных или противоречивых аргументах. Среди наиболее распространенных оснований для отказа:
- Указание на то, что инвестор не прекратил договорные отношения с НРД.
- Утверждение, что заявление было подано после 7 января 2023 г.
Подобные мотивировки вызывают вопросы, поскольку не всегда прямо вытекают из нормативных актов, регулирующих санкционный режим, и явно противоречат трехлетней практике выдачи лицензий, сформированной самим же Казначейством Бельгии.
Спор о полномочиях Казначейства Бельгии
Дополнительную неопределенность создает разбирательство в Государственном совете Бельгии — высшей административной судебной инстанции страны. В рамках этого процесса был поставлен вопрос о том, обладает ли Казначейство Бельгии полномочиями рассматривать заявления инвесторов по заблокированным активам.
Истцы утверждают, что министр финансов Бельгии не имел права делегировать соответствующие полномочия Казначейству. По их мнению, решения о выдаче лицензий должны приниматься непосредственно министром.
Этот вопрос был изучен аудитором Государственного совета — независимым советником суда. В своем заключении он пришел к выводу, что у Казначейства действительно отсутствовали полномочия на принятие решений.
Хотя Государственный совет формально не обязан следовать позиции аудитора, на практике такие заключения нередко оказывают фундаментальное влияние на итоговое решение. Ожидается, что окончательное решение по делу будет вынесено примерно в середине 2026 г.
В условиях правовой неопределенности Казначейство Бельгии продолжает принимать новые заявления, однако фактически приостановило их рассмотрение.
Возможные последствия решения в Государственном совете
Сценарий 1. Полномочия Казначейства подтверждаются.
Если суд признает, что Казначейство действовало в рамках своей компетенции, существующий порядок сохранится. В этом случае:
- Ранее выданные лицензии продолжат действовать.
- Решения об отказе останутся юридически действительными.
- Процедура подачи и рассмотрения заявлений останется прежней.
Сценарий 2. Отсутствие полномочий у Казначейства.
Если Госсовет придет к противоположному выводу и признает, что Казначейство не обладало необходимыми полномочиями, то вероятно следующее:
- Ранее выданные лицензии сохранят силу, поскольку будут подкреплены принципами правомерных ожиданий и защиты приобретенных прав.
- Ранее вынесенные отказы могут быть признаны недействительными.
В последнем случае лица, получившие отказ, смогут обратиться за разрешением к новому компетентному органу. Предполагается, что таким органом станет непосредственно министр финансов Бельгии. Формально подобное обращение будет считаться первым заявлением.
Практика исполнения лицензий
Несмотря на существующие сложности, в ряде случаев мы видим явные позитивные сигналы. Например, лицензии, выданные бельгийскими органами, исполняются без получения дополнительного разрешения со стороны американского Управления по контролю над иностранными активами (OFAC), даже в случае работы с американскими активами, номинированными в долларах США. Это возможно при условии, что принимающий брокер не требует отдельной лицензии американского регулятора, а также если в сделке не участвуют US persons и перестановка активов осуществляется внутри Euroclear.
Мы видим, что количество таких кейсов продолжает увеличиваться и подобная практика позволяет инвесторам завершать процедуры перевода активов, минуя обращения в OFAC. Однако успех во многом зависит от политики конкретного финансового института, в который переводятся активы.
Выводы
До вынесения решения Госсоветом Бельгии многие частные инвесторы продолжают подавать заявления в Казначейство Бельгии. Тем не менее санкционный режим ЕС остается одним из ключевых факторов, определяющих судьбу российских активов, хранящихся в международных европейских депозитариях. При этом санкционные ограничения, по всей видимости, останутся важной частью международной финансовой среды на долгосрочную перспективу.
Не является индивидуальной инвестиционной рекомендацией | При копировании ссылка обязательна | Нашли ошибку - выделить и нажать Ctrl+Enter | Жалоба