Известная русская пословица гласит: «Где тонко, там и рвется.» И таких тонкостей в современной мировой финансовой системе хоть отбавляй. В центре внимания, естественно, находится Греция. В конце концов это первая страна, относящаяся к категории промышленно развитых европейских стран, которая вовремя не расплатилась по текущим долгам с МВФ. Все активно обсуждают, что будет с Грецией, евро и еврозоной, хотя как-то в стороне оказывается тот факт, что и крупные американские хедж-фонды держат в своих инвестиционных портфелях большие объемы греческого государственного долга. По скромным оценкам, эти суммы составляют более 10 миллиардов евро. Даже для крупных фондов, имеющих десятки миллиардов средств в своем управлении, это много, и последствия могут оказаться более чем печальными.
Ситуация в Греции как-то заслонила собой внешне гораздо меньшие по своим объемам, но не менее катастрофичные по последствиям проблемы Пуэрто-Рико, чье правительство должно всему остальному миру примерно 72 миллиарда американских дензнаков. Губернатор открыто объявил, что накопленные островом долги выплатить невозможно. Без их реструктуризации Пуэрто-Рико неизбежно объявит дефолт, и это может случиться уже к концу лета. Сумма в общем-то небольшая и в отличие от Греции напечатать 72 миллиарда американских дензнаков, чтобы закрыть все эти долги, тому же Федеральному резерву США теоретически сложностей не составило бы. Проблема заключается в том, что на муниципальные облигации Пуэрто-Рико завязано гораздо большее, чем сами эти долги, количество разнообразных забалансовых производных инструментов и необеспеченных гарантий. Это такие же «токсичные» активы как и те, что послужили спусковым крючком первой волны глобального финансового кризиса 2008 года. Знающие люди с Уолл-стрит, а к таким легко можно отнести частную инвестиционную фирму Warburg Pincus, в которой работает бывший министр финансов США Тим Гайтнер, по крайней мере с середины мая начали срочно и вне биржевого рынка избавляться от подобных активов. Каким будет финал с облигациями маленького, но гордого острова, мы скорее всего узнаем еще до конца лета.
И, наверное, самая большая из текущих проблем – это суммарная величина открытых позиций по серебру на бирже COMEX. Она наконец превысила 200000 контрактов или 1 миллиард унций. Такого еще никогда не было по крайней мере с начала XXI века. При минимальных текущих ценах на серебро за четыре года это тем более удивительно и может означать лишь одно, кто-то пытается продать «короткие» контракты, чтобы еще больше понизить биржевую цену драгоценного металла, но у него на пути стоит другой игрок или игроки, скупающие всё, что предлагается. Наиболее вероятным таким покупателем может выступать Китай, хотя с учетом небольших размеров рынка серебра это необязательно, ведь миллиард унций серебра - это на момент написания заметки менее 17 миллиардов американских дензнаков. И если с валютой все просто, то вот как раз с живым металлом дело обстоит совсем иначе.
Производство физического серебра в год составляет примерно 800 миллионов унций, тогда как владельцы «коротких» позиций формально обязуются поставить на четверть больше металла. COMEX располагает лишь 57 миллионами унций серебра, которые может отгрузить покупателям. Непокрытыми остаются 950 миллионов унций требований на металл. Вопрос вопросов заключается в том, кто, когда и в каких объемах попросит американскую биржу расплатиться по своим обязательствам, отгрузив серебро.
Вопрос с серебром конечно интересен и сам по себе, но с учетом того, что серебро считают младшим братом золота, кризис с серебром скорее всего может спровоцировать гораздо больший по своим объемам и последствиям золотой кризис, поскольку именно этот «варварский пережиток» продолжают хранить в своих сейфах центральные банки, а их бывшие и нынешние руководители прямо или косвенно признают, что золото было и остается высшей формой денег в мире. Поэтому вторая половина лета и осень могут оказаться не просто интересными по своим событиям, но и обозначить начало процесса коренных перемен в финансово-экономической сфере, да и в мире в целом.
Сегодня Греция, а завтра…
Конечно, тема Греции на сегодня привлекает наибольшее внимание. Заплатят по долгам или нет, выйдут из зоны или останутся в ней. Все это сопровождается откровенным враньем и истерикой до смерти перепуганных такой перспективой еврочиновников. Но боятся не только они. Греческие власти ввели контроль за движением капитала, и теперь многие страны и их центральные банки с опаской смотрят на то, как будут развиваться события дальше. В большой степени это касается балканских стран.
Проникновение греческих банков в Болгарию, Румынию, Албанию, Сербию, Македонию и другие страны, образовавшиеся на территории бывшей Югославии, было довольно велико. В этих странах функционируют их стопроцентные дочерние банки, и поэтому риски того, что в результате греческих событий и эти банки могут пострадать, значительны. Поэтому монетарные власти этих стран продумывают меры по предотвращению ситуаций, когда положение дочерних греческих банков в этих странах может резко ухудшиться. Помогут эти меры или нет, покажет ближайшее время. Пока же простые граждане этих стран тоже начинают задумываться о сохранности своих средств, находящихся в таких банках.
Агентство Reuters рассказало замечательную историю, как какой-то болгарин в Софии проверял все ли нормально с его счетом в болгарской дочке греческого банка. Он снял в банкомате 100 левов (примерно 50 американских дензнаков) со своего счета. Потом он пошел в свой банк и поговорил с сотрудниками, которые уверили его, что ему нет нужды беспокоиться о его депозите. Это его убедило, что все нормально. Вся эта история напомнила мне эпизод из моей собственной банковской практики, который практически один в один перекликается с историей, рассказанной уважаемым информационным агентством.
В один чудный понедельник 17 августа 1998 года у меня раздался телефонный звонок. Мне звонил мой хороший знакомый, работавший в уважаемой иностранной компании и хранивший свои сбережения в одном на тот момент чрезвычайно уважаемом банке. Вопросы были предельно простыми: как я оцениваю ситуацию, и что бы я порекомендовал сделать на его месте? Ответы были столь же просты, как и вопросы. По моему мнению, у нас возникли большие проблемы, и если ему не хочется также попасть под раздачу, то имеет смысл забрать свои средства из банка, пока есть такая возможность. Чем быстрее он так поступит, тем будет лучше для него. На его слова, что вот у него есть пластиковая карточка, которая нормально работает, я обрисовал ему нынешние и предстоящие риски, после чего сказал, что решение в конечном итоге принимать ему, в конце концов деньги-то его. На следующий день он мне перезвонил, сухо поблагодарил за совет и сказал, что сходил в свой банк, пообщался там с сотрудниками, и те уверили его, что беспокоиться не о чем. Банк чувствует себя прекрасно, и его вкладу ничего не грозит. В общем-то, в большой степени все вполне похоже на то, что писало Reuters.
Однако в отличие от этой истории у моей уже было продолжение. Примерно через неделю у меня снова зазвонил телефон. На этот раз голос знакомого выдавал откровенную панику: «Ты можешь мне помочь хоть как-то вытащить деньги оттуда? Карточки не работают, я ничего не могу ни снять, ни перевести оттуда.» К сожалению, что-либо делать в тот момент было уже поздно. Вот такая история.
Не скажу, что она обязательно должна повториться и в данном рассмотренном случае с Болгарией или какой-то другой страной, однако практика показывает, что обычно ситуация развивается по наихудшему возможному варианту. И если есть желание избежать его или по крайней мере минимизировать свои риски, то имеет смысл не размышлять и беседовать с рядовыми сотрудниками банка, которые могут быть совершенно не в курсе реального положения дел, а предпринимать конкретные шаги по снижению рисков. Забрав наличные со своего счета, вкладчик, по крайней мере, существенно уменьшит свой риск в отношении банка-контрагента, хотя существенный риск в отношении центрального банка, выпускающего ту или иную бумажную валюту, несомненно сохранится. И этим риском бумажные валюты отличаются от золота и серебра, которые ценны сами по себе и не имеют риска контрагента. Однако даже с бумажной валютой на руках у него будет хоть что-то, чем он, возможно, сможет еще какое-то время рассчитываться. Наличность будут принимать, тогда как с пластиковыми карточками, если вспомнить тот же российский кризис августа 1998 года, могут возникнуть серьезные проблемы.
Так было в России, Аргентине, Зимбабве и массе других стран в совсем недавнем прошлом, поэтому нет оснований полагать, что в Греции, а следом за ней во всей Западной Европе и США подобные события будут развиваться как-то иначе. И хотя фраза «на этот раз будет всё по-другому» бессмертна, скорее всего история повторится вновь. Разница лишь в том, что на этот раз последствия могут носить глобальный характер.
Перерастет ли греческий кризис в нечто большее?
Итак, свершилось. Греческие события начали переходить в активную фазу с введением банковских каникул, контроля за движением капитала, ограничениями на снятие наличности и переводы за границу и прочими тому подобными прелестями. Западноевропейские биржи открылись резким падением. Курс евро к американской валюте существенно снизился, а доходность по облигациям стран Южной Европы столь же резко выросла. Пока все происходит вполне классически, как и много раз до этого. Но так ли интересны греческие события сами по себе? Для простых греков – несомненно. Они оказались во всем этом. Однако для тех, кто находится за пределами Греции, греческий кризис может быть интересен прежде всего с точки зрения того, явится ли он спусковым крючком гораздо более масштабных событий. Иными словами, даст ли он сигнал новой волне глобального финансового кризиса или все-таки нет, и в этом качестве выступит какое-то иное событие.
Большой вопрос заключается в том, станут ли крупные западные банки использовать греческий кризис как повод для изменений правил игры, ведь, как известно, ни один хороший кризис не должен пропадать впустую. Это может относиться к рынку драгоценных металлов, на котором западные банки имеют огромные «короткие» позиции, а переход от поставок металла к чисто валютным расчетам по сделкам можно будет списать на греческий кризис. Нельзя исключать, что это будет лишь один из элементов гораздо более обширной программы изменения общих правил игры на финансовых рынках. Кроме того кризис представляет удобную возможность для западных монетарных и иных властей обвинить Грецию и ее нынешнее руководство в том, что именно они виновны в том, что локальный кризис перерос в глобальный (если, конечно, это произойдет). Это отличный шанс для МВФ, ЕЦБ, Всемирного банка и иже с ними списать на греков все свои собственные предыдущие действия и просчеты, которые и привели к возникшей ныне ситуации, чтобы попытаться вновь объявить себя в качестве этаких спасителей всего мира и потребовать еще больших полномочий и власти. Удастся это или нет, покажет время.
Да, кстати. Рассматривая греческий кризис в контексте стремления упомянутых выше организаций и их подельников к созданию полностью безналичного общества, наличные оказались критически важны для местного населения. Именно по снятию наличных денежных средств местным населением был нанесен первый удар греческими властями. И хотя местные власти уверяют, что иностранные туристы смогут в банкоматах по своим зарубежным пластиковым картам снимать наличные в любых количествах, туристические компании рекомендуют туристам брать с собой именно наличные. Никто не может с уверенностью предсказать, что будет завтра, и будут ли работать те же банкоматы в нормальном режиме. Единственным надежным средством расчетов за товары и услуги как были, так и остаются только наличные. Хорошо, если та или иная бумажная валюта в подобной ситуации продолжит свое хождение, но гораздо надежнее, когда на руках реальные, а не декретные деньги.
В любом случае для тех, у кого на руках есть твердые, обеспеченные деньги – золото и серебро – волноваться особенно не о чем. Они не несут рисков контрагентов в отличие от всех без исключения ныне существующих бумажных валют. Поэтому для тех же греков, имеющих на руках, например, золотые английские «соверены», происходящее в стране хотя и представляет собой определенные неудобства, но на их сбережения никак не влияет. Будет ли это евро или новая драхма, но за свой кусочек желтого драгоценного металла и в том, и в другом случае они получат их полную стоимость. Наглядным подтверждением этого факта явился заметный рост спроса в Европе в июне на монеты из драгоценных металлов. Это подтверждает и монетный двор Великобритании, чеканящий золотые «соверены», и европейские торговцы монетами, свидетельствующие, что рост покупок золотых монет в Греции вырос вдвое по сравнению с обычными среднемесячными объемами продаж. И чем больше будет расти нестабильность в Европе, тем выше там будет спрос на реальные деньги.
Ситуация в Греции как-то заслонила собой внешне гораздо меньшие по своим объемам, но не менее катастрофичные по последствиям проблемы Пуэрто-Рико, чье правительство должно всему остальному миру примерно 72 миллиарда американских дензнаков. Губернатор открыто объявил, что накопленные островом долги выплатить невозможно. Без их реструктуризации Пуэрто-Рико неизбежно объявит дефолт, и это может случиться уже к концу лета. Сумма в общем-то небольшая и в отличие от Греции напечатать 72 миллиарда американских дензнаков, чтобы закрыть все эти долги, тому же Федеральному резерву США теоретически сложностей не составило бы. Проблема заключается в том, что на муниципальные облигации Пуэрто-Рико завязано гораздо большее, чем сами эти долги, количество разнообразных забалансовых производных инструментов и необеспеченных гарантий. Это такие же «токсичные» активы как и те, что послужили спусковым крючком первой волны глобального финансового кризиса 2008 года. Знающие люди с Уолл-стрит, а к таким легко можно отнести частную инвестиционную фирму Warburg Pincus, в которой работает бывший министр финансов США Тим Гайтнер, по крайней мере с середины мая начали срочно и вне биржевого рынка избавляться от подобных активов. Каким будет финал с облигациями маленького, но гордого острова, мы скорее всего узнаем еще до конца лета.
И, наверное, самая большая из текущих проблем – это суммарная величина открытых позиций по серебру на бирже COMEX. Она наконец превысила 200000 контрактов или 1 миллиард унций. Такого еще никогда не было по крайней мере с начала XXI века. При минимальных текущих ценах на серебро за четыре года это тем более удивительно и может означать лишь одно, кто-то пытается продать «короткие» контракты, чтобы еще больше понизить биржевую цену драгоценного металла, но у него на пути стоит другой игрок или игроки, скупающие всё, что предлагается. Наиболее вероятным таким покупателем может выступать Китай, хотя с учетом небольших размеров рынка серебра это необязательно, ведь миллиард унций серебра - это на момент написания заметки менее 17 миллиардов американских дензнаков. И если с валютой все просто, то вот как раз с живым металлом дело обстоит совсем иначе.
Производство физического серебра в год составляет примерно 800 миллионов унций, тогда как владельцы «коротких» позиций формально обязуются поставить на четверть больше металла. COMEX располагает лишь 57 миллионами унций серебра, которые может отгрузить покупателям. Непокрытыми остаются 950 миллионов унций требований на металл. Вопрос вопросов заключается в том, кто, когда и в каких объемах попросит американскую биржу расплатиться по своим обязательствам, отгрузив серебро.
Вопрос с серебром конечно интересен и сам по себе, но с учетом того, что серебро считают младшим братом золота, кризис с серебром скорее всего может спровоцировать гораздо больший по своим объемам и последствиям золотой кризис, поскольку именно этот «варварский пережиток» продолжают хранить в своих сейфах центральные банки, а их бывшие и нынешние руководители прямо или косвенно признают, что золото было и остается высшей формой денег в мире. Поэтому вторая половина лета и осень могут оказаться не просто интересными по своим событиям, но и обозначить начало процесса коренных перемен в финансово-экономической сфере, да и в мире в целом.
Сегодня Греция, а завтра…
Конечно, тема Греции на сегодня привлекает наибольшее внимание. Заплатят по долгам или нет, выйдут из зоны или останутся в ней. Все это сопровождается откровенным враньем и истерикой до смерти перепуганных такой перспективой еврочиновников. Но боятся не только они. Греческие власти ввели контроль за движением капитала, и теперь многие страны и их центральные банки с опаской смотрят на то, как будут развиваться события дальше. В большой степени это касается балканских стран.
Проникновение греческих банков в Болгарию, Румынию, Албанию, Сербию, Македонию и другие страны, образовавшиеся на территории бывшей Югославии, было довольно велико. В этих странах функционируют их стопроцентные дочерние банки, и поэтому риски того, что в результате греческих событий и эти банки могут пострадать, значительны. Поэтому монетарные власти этих стран продумывают меры по предотвращению ситуаций, когда положение дочерних греческих банков в этих странах может резко ухудшиться. Помогут эти меры или нет, покажет ближайшее время. Пока же простые граждане этих стран тоже начинают задумываться о сохранности своих средств, находящихся в таких банках.
Агентство Reuters рассказало замечательную историю, как какой-то болгарин в Софии проверял все ли нормально с его счетом в болгарской дочке греческого банка. Он снял в банкомате 100 левов (примерно 50 американских дензнаков) со своего счета. Потом он пошел в свой банк и поговорил с сотрудниками, которые уверили его, что ему нет нужды беспокоиться о его депозите. Это его убедило, что все нормально. Вся эта история напомнила мне эпизод из моей собственной банковской практики, который практически один в один перекликается с историей, рассказанной уважаемым информационным агентством.
В один чудный понедельник 17 августа 1998 года у меня раздался телефонный звонок. Мне звонил мой хороший знакомый, работавший в уважаемой иностранной компании и хранивший свои сбережения в одном на тот момент чрезвычайно уважаемом банке. Вопросы были предельно простыми: как я оцениваю ситуацию, и что бы я порекомендовал сделать на его месте? Ответы были столь же просты, как и вопросы. По моему мнению, у нас возникли большие проблемы, и если ему не хочется также попасть под раздачу, то имеет смысл забрать свои средства из банка, пока есть такая возможность. Чем быстрее он так поступит, тем будет лучше для него. На его слова, что вот у него есть пластиковая карточка, которая нормально работает, я обрисовал ему нынешние и предстоящие риски, после чего сказал, что решение в конечном итоге принимать ему, в конце концов деньги-то его. На следующий день он мне перезвонил, сухо поблагодарил за совет и сказал, что сходил в свой банк, пообщался там с сотрудниками, и те уверили его, что беспокоиться не о чем. Банк чувствует себя прекрасно, и его вкладу ничего не грозит. В общем-то, в большой степени все вполне похоже на то, что писало Reuters.
Однако в отличие от этой истории у моей уже было продолжение. Примерно через неделю у меня снова зазвонил телефон. На этот раз голос знакомого выдавал откровенную панику: «Ты можешь мне помочь хоть как-то вытащить деньги оттуда? Карточки не работают, я ничего не могу ни снять, ни перевести оттуда.» К сожалению, что-либо делать в тот момент было уже поздно. Вот такая история.
Не скажу, что она обязательно должна повториться и в данном рассмотренном случае с Болгарией или какой-то другой страной, однако практика показывает, что обычно ситуация развивается по наихудшему возможному варианту. И если есть желание избежать его или по крайней мере минимизировать свои риски, то имеет смысл не размышлять и беседовать с рядовыми сотрудниками банка, которые могут быть совершенно не в курсе реального положения дел, а предпринимать конкретные шаги по снижению рисков. Забрав наличные со своего счета, вкладчик, по крайней мере, существенно уменьшит свой риск в отношении банка-контрагента, хотя существенный риск в отношении центрального банка, выпускающего ту или иную бумажную валюту, несомненно сохранится. И этим риском бумажные валюты отличаются от золота и серебра, которые ценны сами по себе и не имеют риска контрагента. Однако даже с бумажной валютой на руках у него будет хоть что-то, чем он, возможно, сможет еще какое-то время рассчитываться. Наличность будут принимать, тогда как с пластиковыми карточками, если вспомнить тот же российский кризис августа 1998 года, могут возникнуть серьезные проблемы.
Так было в России, Аргентине, Зимбабве и массе других стран в совсем недавнем прошлом, поэтому нет оснований полагать, что в Греции, а следом за ней во всей Западной Европе и США подобные события будут развиваться как-то иначе. И хотя фраза «на этот раз будет всё по-другому» бессмертна, скорее всего история повторится вновь. Разница лишь в том, что на этот раз последствия могут носить глобальный характер.
Перерастет ли греческий кризис в нечто большее?
Итак, свершилось. Греческие события начали переходить в активную фазу с введением банковских каникул, контроля за движением капитала, ограничениями на снятие наличности и переводы за границу и прочими тому подобными прелестями. Западноевропейские биржи открылись резким падением. Курс евро к американской валюте существенно снизился, а доходность по облигациям стран Южной Европы столь же резко выросла. Пока все происходит вполне классически, как и много раз до этого. Но так ли интересны греческие события сами по себе? Для простых греков – несомненно. Они оказались во всем этом. Однако для тех, кто находится за пределами Греции, греческий кризис может быть интересен прежде всего с точки зрения того, явится ли он спусковым крючком гораздо более масштабных событий. Иными словами, даст ли он сигнал новой волне глобального финансового кризиса или все-таки нет, и в этом качестве выступит какое-то иное событие.
Большой вопрос заключается в том, станут ли крупные западные банки использовать греческий кризис как повод для изменений правил игры, ведь, как известно, ни один хороший кризис не должен пропадать впустую. Это может относиться к рынку драгоценных металлов, на котором западные банки имеют огромные «короткие» позиции, а переход от поставок металла к чисто валютным расчетам по сделкам можно будет списать на греческий кризис. Нельзя исключать, что это будет лишь один из элементов гораздо более обширной программы изменения общих правил игры на финансовых рынках. Кроме того кризис представляет удобную возможность для западных монетарных и иных властей обвинить Грецию и ее нынешнее руководство в том, что именно они виновны в том, что локальный кризис перерос в глобальный (если, конечно, это произойдет). Это отличный шанс для МВФ, ЕЦБ, Всемирного банка и иже с ними списать на греков все свои собственные предыдущие действия и просчеты, которые и привели к возникшей ныне ситуации, чтобы попытаться вновь объявить себя в качестве этаких спасителей всего мира и потребовать еще больших полномочий и власти. Удастся это или нет, покажет время.
Да, кстати. Рассматривая греческий кризис в контексте стремления упомянутых выше организаций и их подельников к созданию полностью безналичного общества, наличные оказались критически важны для местного населения. Именно по снятию наличных денежных средств местным населением был нанесен первый удар греческими властями. И хотя местные власти уверяют, что иностранные туристы смогут в банкоматах по своим зарубежным пластиковым картам снимать наличные в любых количествах, туристические компании рекомендуют туристам брать с собой именно наличные. Никто не может с уверенностью предсказать, что будет завтра, и будут ли работать те же банкоматы в нормальном режиме. Единственным надежным средством расчетов за товары и услуги как были, так и остаются только наличные. Хорошо, если та или иная бумажная валюта в подобной ситуации продолжит свое хождение, но гораздо надежнее, когда на руках реальные, а не декретные деньги.
В любом случае для тех, у кого на руках есть твердые, обеспеченные деньги – золото и серебро – волноваться особенно не о чем. Они не несут рисков контрагентов в отличие от всех без исключения ныне существующих бумажных валют. Поэтому для тех же греков, имеющих на руках, например, золотые английские «соверены», происходящее в стране хотя и представляет собой определенные неудобства, но на их сбережения никак не влияет. Будет ли это евро или новая драхма, но за свой кусочек желтого драгоценного металла и в том, и в другом случае они получат их полную стоимость. Наглядным подтверждением этого факта явился заметный рост спроса в Европе в июне на монеты из драгоценных металлов. Это подтверждает и монетный двор Великобритании, чеканящий золотые «соверены», и европейские торговцы монетами, свидетельствующие, что рост покупок золотых монет в Греции вырос вдвое по сравнению с обычными среднемесячными объемами продаж. И чем больше будет расти нестабильность в Европе, тем выше там будет спрос на реальные деньги.
Не является индивидуальной инвестиционной рекомендацией | При копировании ссылка обязательна | Нашли ошибку - выделить и нажать Ctrl+Enter | Жалоба